# «Дешевле написать пропал без вести»: Валентина Мельникова о цене жизни солдата Источник: https://www.youtube.com/watch?v=vq7bAYFi-jE Канал: Tell Gordeeva Опубликовано: 23.03.2022 --- Валентина Мельникова, ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей России, утверждает, что текущие события напоминают ей начало первой чеченской кампании 1995 года. С декабря 2021 года организация предупреждала родственников военнослужащих о неизбежности ввода войск из-за аномальной концентрации сил на границе с Украиной [1:23]. В первые недели конфликта Мельникова зафиксировала резкий рост обращений от родителей, которые потеряли связь со своими сыновьями [7:10]. ## 🕯️ Аналогии с Чечней и возвращение в 1995 год [[JUMP:0:03]] Первые сообщения о начале боевых действий вызвали у Валентины Мельниковой чувство дежавю. Она вспоминает Грозный 1995 года, когда тела тысяч солдат неделями лежали на улицах без возможности идентификации [0:28]. Мельникова настаивает на необходимости немедленного перемирия исключительно для обмена пленными и телами погибших по формуле «всех на всех» [0:54]. Ситуация развивается слишком быстро по сравнению с прошлыми конфликтами. В Чечне у правозащитников было время наладить контакты с командирами и прокурорами для вызволения солдат [8:16]. Сейчас масштаб разрушений и количество задействованных войск исключают привычные гуманитарные механизмы. ## 🚷 Рекомендации родителям и поиск военнослужащих [[JUMP:3:02]] Когда в январе 2022 года родители начали сообщать о переброске сыновей к границе, Мельникова советовала забирать их из частей любыми способами [2:17]. Она приводит примеры из 1990-х годов, когда родственники вывозили солдат через дыры в заборах или договаривались с охраной на КПП [3:34]. Один из отцов зимой вывел из части в Твери 60 человек через лес, чтобы спасти их от отправки в зону боевых действий [3:55]. Основные проблемы при поиске: * Матери часто не знают номер воинской части своего сына [35:48]. * Родственники боятся жаловаться, опасаясь ухудшения ситуации для солдата [15:01]. * Связь с военнослужащими отсутствует неделями, хотя звонки обычно разрешены по выходным [41:42]. Правозащитница отмечает пассивность населения. Родители часто ждут чуда, но не готовы предоставить официальные данные для подачи запросов в военную прокуратуру [15:28]. Без письменного обращения комитет не может инициировать розыск [15:47]. ## 📝 Достоверность списков и проблема пропавших без вести [[JUMP:9:53]] Валентина Мельникова доверяет спискам пленных и погибших, которые публикует украинская сторона [10:21]. По её словам, эти данные проверяемы, так как содержат имена, номера жетонов и фотографии документов [12:16]. В 1990-е годы отсутствие жетонов и изъятие военных билетов офицерами делали идентификацию тел невозможной [10:37]. Армия часто не заинтересована в сборе тел погибших и эвакуации раненых. Мельникова утверждает: * Чиновникам «дешевле» признать солдата пропавшим без вести, чем погибшим [18:50]. * Статус пропавшего позволяет годами не выплачивать страховки и компенсации [19:50]. * Семьи запугивают лишением жилья или выплат за разглашение информации о потере родственника [19:50]. В качестве примера она приводит историю полковника Квинцова, чей самолет сбили в Грузии. Его судьба остается неизвестной до сих пор, а официальные структуры отказались от поисков [20:02]. ## 💰 Экономика войны: страховки и выплаты [[JUMP:28:53]] Каждый российский военнослужащий застрахован государством от гибели и ранений. В 2022 году общая сумма выплат семье погибшего составляет **12 421 000 рублей** [29:29]. Эта цифра складывается из двух частей: 1. Страховая выплата — около 7,4 миллиона рублей [29:12]. 2. Дополнительная президентская выплата — 5 миллионов рублей [29:12]. Мельникова подчеркивает, что Министерство обороны не может просто «объявить» о выплатах без постановления правительства или указа президента [30:49]. Деньги выплачивает страховая компания, с которой у ведомства заключен контракт [29:29]. Она напоминает, что систему обязательного страхования военных удалось внедрить только в 1991 году после личного обращения к Михаилу Горбачеву [30:09]. ## ⚖️ Правовой статус и роль военной прокуратуры [[JUMP:42:17]] В зоне конфликта находятся не только контрактники, но и призывники. Распространена схема, когда срочников принуждают подписывать контракты уже через две недели службы [42:34]. Это прямое нарушение закона, так как процедура оформления контракта требует утверждения в Генеральном штабе и трехмесячного испытательного срока [45:01]. Единственной структурой, способной реально помочь солдату, Мельникова считает военную прокуратуру [45:38]. Прокуроры следят за соблюдением законов и часто реагируют на обращения Комитета солдатских матерей [45:55]. Она советует: * Отказываться от подписания контрактов под давлением [45:14]. * Сразу обращаться к местному военному прокурору при нарушении прав [39:45]. * Использовать прокурорские проверки для госпитализации или получения выплат [46:41]. Даже резонансный приказ ФСБ о запрете сбора информации о армии не мешает работе правозащитников [48:35]. По словам Мельниковой, военные прокуроры подтвердили готовность принимать любую информацию от НКО в обычном режиме [50:02]. ## 🌍 Международная реакция и деградация институтов [[JUMP:50:47]] Мельникова разочарована способностями российских переговорщиков. Она считает, что у них отсутствует знание международного гуманитарного права и элементарная эмпатия [51:09]. За последние 20 лет связь между правозащитниками и администрацией президента была полностью разрушена [51:48]. До 2002 года Валентина Мельникова имела прямые контакты с советниками президента Путина. Это позволяло оперативно обменивать группы пленных [52:04]. Сейчас институты гражданского общества игнорируются. Мельникова также критикует европейских политиков за то, что в 2014 году они предпочли «совместный бизнес» защите прав человека, игнорируя предупреждения о начале конфликта в Крыму и Донбассе [57:28].