# Иэн Макьюэн и Брайан Грин: почему истории переживают цивилизации и как литература ищет истину

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=2pU626MSHJM
Канал: World Science Festival
Опубликовано: 17.10.2025

---

На стыке теоретической физики и изящной словесности рождаются вопросы о самой сути человеческого бытия: почему мы одержимы вымышленными мирами и как наши биологические корни определяют структуру повествования? В рамках World Science Festival физик-теоретик Брайан Грин и один из самых влиятельных писателей современности Иэн Макьюэн обсуждают, почему Гомер остается понятным спустя три тысячи лет, как наука дополняет литературу в поиске истины и почему искусственный интеллект пока не способен создать истинную красоту.

## 🏛️ Неизменность человеческой природы: от Одиссея до наших дней
[[JUMP:01:06]]

Иэн Макьюэн полагает, что в основе литературы лежит фундаментальное понятие человеческой природы, сформированной эволюцией [02:16]. Несмотря на колоссальные различия в культуре и технологиях, базовые человеческие реакции остаются идентичными на протяжении тысячелетий.

В качестве примера писатель приводит финал «Одиссеи» Гомера:

*   Когда Одиссей возвращается на Итаку спустя 20 лет, он предстает перед Пенелопой в лохмотьях, грязный и неузнаваемый [02:56].
*   После того как его личность подтверждается через тайное знание об устройстве их свадебного ложа, между супругами вспыхивает «семейная размолвка» (marital tiff) [03:22].
*   По мнению Макьюэна, современный читатель мгновенно узнает в этом диалоге, написанном 2700 лет назад, типичную обиду и эмоциональное напряжение, характерное для любых долгих отношений [03:35].

Брайан Грин отмечает, что мы являемся лишь «коротким дополнением» к виду, который сотни тысяч лет жил в условиях охотников-собирателей [04:32]. Собеседники приходят к выводу, что наш разум был сформирован в далеком прошлом и просто не имел достаточно времени, чтобы радикально измениться. Макьюэн приводит показательный мысленный эксперимент: если взять младенца, родившегося 170 000 лет назад, и перенести его в современный Манхэттен, он полностью адаптируется и ничем не будет отличаться от современников [06:19].

## 🧩 Нарратив как механизм выживания
[[JUMP:06:44]]

Почему люди тратят время на выдумывание историй, зная, что они нереальны? Иэн Макьюэн утверждает, что это связано с фундаментальными особенностями человеческого восприятия паттернов [06:56].

Ключевые тезисы писателя о природе повествования:

1.  **Поиск изменений.** Наш мозг настроен замечать малейшие сдвиги в окружающей среде. Макьюэн замечает, что он видит движение раньше, чем осознает, какой именно объект движется — это древний защитный механизм [07:10].
2.  **Ритм и структура.** Даже в тиканье часов мы слышим «тик-так» (сюжет от А до Б), а не монотонное «тик-тик-тик» [07:34].
3.  **Усложнение внутренней жизни.** Литература прошла путь эволюции от описания добродетелей и пороков до исследования сомнений. Макьюэн называет Гамлета первым «современным» героем, поскольку он полон угрызений совести и неопределенности, а его моральная оценка как «хорошего» или «плохого» становится нерелевантной [08:27].

Брайан Грин проводит параллель с древнейшим эпосом о Гильгамеше [09:47]. По его мнению, рассказывание историй — это способ справиться с осознанием собственной смертности. Макьюэн соглашается, добавляя, что все великие сюжеты в конечном итоге касаются того, что происходит после смерти, отражая надежду на справедливость и вечную жизнь [10:14].

## ⏳ Поиск бессмертия и бремя наследия
[[JUMP:10:40]]

Макьюэн иронично замечает, что современные мировые лидеры и «техно-бро» из Кремниевой долины фактически повторяют путь Гильгамеша, пытаясь найти эликсир вечной жизни или способы радикального продления долголетия [11:08]. Сам писатель признается, что хотел бы прожить еще лет 500, сохранив тело тридцатилетнего, но опасается, что в конечном итоге «надоест самому себе» [11:38].

Обсуждая тему литературного наследия, Макьюэн рассказывает историю своего друга-биографа Ричарда Холмса:

*   Холмс шел по маршруту Роберта Льюиса Стивенсона во французских горах и чувствовал такую близость с ним, что едва не галлюцинировал, ожидая встретить поэта на мосту [13:29].
*   Увидев разрушенный мост, который Стивенсон пересекал столетие назад, Холмс был потрясен осознанием непреодолимой дистанции времени [14:08].

По мнению Макьюэна, персонажи книг для автора — это не галлюцинации, а своеобразные «голограммы в голове», обладающие собственной реальностью и плотностью в мыслях [15:20].

## 🧪 Научный канон: почему ученым нужно читать классиков
[[JUMP:20:16]]

Иэн Макьюэн считает, что науке не хватает собственного осознанного «канона», подобного литературному [21:37]. Он предлагает включить в обязательное чтение для ученых ключевые исторические труды:

*   **Аристотель:** Хотя он ошибался почти во всем, его работа на острове Лесбос по описанию жизненных циклов мелких существ делает его истинным основателем биологии [26:46].
*   **Чарльз Дарвин:** В своих записных книжках 1832 года он писал, что тот, кто хочет понять людей, должен изучать павианов (хотя сегодня мы бы сказали — бонобо или шимпанзе) [22:56].
*   **Джеймс Уотсон:** Несмотря на противоречивость его фигуры, книга «Двойная спираль» остается великолепным образцом научного повествования [23:34].
*   **Вольтер:** Его отчеты о Ньютоне, написанные для французов, помогли популяризировать идеи гравитации и света [24:03].

Брайан Грин поддерживает идею возвращения к первоисточникам. Он признается, что чтение трудов Альберта Эйнштейна вызывает у него чувство, схожее с чтением Шекспира — ощущение личного присутствия и возможности проследить за ходом мысли гения [25:13]. По мнению Грина, наука невозможна без права на ошибку: «Как мы, маленькие существа на куске скалы, можем не ошибаться большую часть времени?» [25:53].

## 🎨 Состояние «потока» и преследование смысла
[[JUMP:27:48]]

Оба собеседника сходятся во мнении, что высшие моменты творчества связаны с утратой ощущения времени. Иэн Макьюэн описывает это как состояние, когда ты «растворяешься в том, что делаешь», переставая существовать как отдельное «я» [29:17].

Основные мысли о процессе творчества:

*   **Сюрпризы в работе.** Макьюэн считает удачным тот день, когда в полдень он узнает что-то, чего не знал в девять утра, находясь в процессе письма [28:00].
*   **Смысл против счастья.** По мнению писателя, фраза «стремление к счастью» не совсем точна. Правильнее говорить о «преследовании смысла» [33:41]. Успех — это когда самость исчезает, и ты становишься самой проблемой, которую решаешь.
*   **Плечи гигантов.** Грин вспоминает ироничную цитату аспиранта, который жаловался, что не видит далеко не потому, что стоит на плечах гигантов, а потому что «гиганты стоят на моих плечах», подчеркивая тяжесть традиции [35:28].

## 🌊 Спасение знаний перед лицом катастроф
[[JUMP:36:46]]

Макьюэн упоминает роман Олафа Стэплдона «Последние и первые люди», где человечество проходит через циклы взлетов и падений в течение миллионов лет [36:59]. Он выражает интерес к таким проектам, как *Long Now Foundation*, которые пытаются сохранить базовые знания (например, как варить мыло или как устроена солнечная система) на платиновых дисках на случай коллапса цивилизации [38:32].

Брайан Грин добавляет космологическую перспективу:

*   Вселенная расширяется с ускорением.
*   В далеком будущем далекие галактики будут удаляться от нас быстрее скорости света.
*   Астрономы будущего увидят пустую тьму и потеряют информацию о том, что другие галактики вообще существовали [39:54].

Макьюэн отмечает, что даже если мы сохраним знания на платине, будущие поколения могут просто не поверить в существование других миров, если их собственные приборы будут показывать пустоту [40:09].

## 🤖 Искусственный интеллект: имитация против воплощенного опыта
[[JUMP:51:33]]

Отношение Иэна Макьюэна к ИИ в литературе остается скептическим. Он называет текущие результаты работы нейросетей «правдоподобными, но скучными» [52:16].

Его аргументы против ИИ как автора:

1.  **Отсутствие тела.** Программное обеспечение никогда не влюблялось, не ломало ногу и не подвергалось «отмене». Человеческий опыт — это воплощенный опыт (embodied experience) [53:23]. ИИ лишь перетасовывает существующие данные на втором уровне от реальности.
2.  **Элемент случайности.** Писатель рассказывает, как замысел романа «В скорлупе» (Nutshell) пришел к нему в виде фразы «Итак, я здесь, вверх тормашками в женщине» [56:35]. Эта идея плода-философа возникла благодаря сочетанию скуки на совещании, недавнего прочтения «Гамлета» и наличия ручки в руке. ИИ лишен таких состояний, как скука, нетерпение или иррациональность [57:44].
3.  **Коммерциализация.** Макьюэна беспокоит, что владельцы ИИ движимы прибылью, а не только любопытством, что неизбежно ведет к созданию контента, который «льстит потребителю» [59:12].

Тем не менее, Макьюэн признает огромную пользу ИИ в науке — например, в предсказании структуры белков (AlphaFold) или решении математических задач, на которые у людей ушли бы десятилетия [1:01:47].

## 🎼 Красота как мерило истины
[[JUMP:1:05:26]]

В финале беседы Макьюэн возвращается к платонической идее о том, что «красота есть истина» [1:06:54].

*   Он приводит в пример Розалинд Франклин, которая, увидев модель ДНК Крика и Уотсона, сказала, что она «слишком красива, чтобы не быть правдой» [1:07:09].
*   Эйнштейн испытывал экстаз, понимая красоту своих уравнений в 1916 году [1:07:22].

По мнению Макьюэна, ИИ может выдавать факты, но он никогда не достигнет той истины, которая передается через красоту музыки Баха или великую поэзию [1:08:28]. Именно это тонкое ощущение симметрии и эмоционального отклика остается исключительной прерогативой человека.