Сооснователь и генеральный директор инвестиционной группы Blackstone Стивен Шварцман стал гостем подкаста The Jordan Harbinger Show, где обсудил с ведущим Джорданом Харбингером ключевые идеи своей книги The Pursuit Of Excellence. Финансист подробно рассказал о принципах управления масштабными проектами, методах минимизации рисков и специфике корпоративной культуры, которая позволила его компании стать одним из крупнейших игроков на мировом рынке. Особое внимание собеседники уделили глобальным экономическим трендам, включая последствия кризиса 2020 года и долгосрочные перспективы торгового противостояния между США и Китаем.
🇩🇪 Уроки Йеля: нацистский флаг в комнате общежития 0:31
Обучение Стивена Шварцмана в Йельском университете началось с крайне нестандартной и неловкой ситуации, связанной с распределением комнат в студенческом общежитии. Его соседом оказался студент немецкого происхождения, который открыто демонстрировал свои праворадикальные симпатии. Он закрепил на стене гостиной огромный нацистский флаг, разложил коллекцию военных медалей, включая Железные кресты, и каждый вечер включал пластинку с записями военных маршей Третьего рейха.
Для 18-летнего Шварцмана, выросшего в пригороде Филадельфии и не имевшего опыта жизни в закрытых учебных заведениях, это стало шоком. Ситуация обострилась, когда в общежитие без предупреждения приехали его мать и бабушка. Бабушка бизнесмена, заставшая катастрофу Холокоста, едва не упала в обморок при виде нацистской символики.
Стивен Шварцман признается, что на тот момент у него не было зрелого понимания, как реагировать на подобный вызов. Он исходил из того, что все трое проживающих в комнате студентов имеют равные гражданские права, и его сосед таким образом реализовывал свое право на свободу самовыражения, пусть даже в столь отталкивающей форме. Этот ранний жизненный урок научил инвестора хладнокровно воспринимать сложные, некомфортные обстоятельства и искать прагматичные выходы из тупиковых ситуаций.
🚀 Масштабные цели и миф о предпринимательском риске 3:52
Один из центральных тезисов книги The Pursuit Of Excellence заключается в том, что ставить перед собой мелкие задачи экономически нецелесообразно. Стивен Шварцман утверждает, что реализация скромного проекта требует от человека абсолютно тех же усилий, времени и концентрации, что и запуск масштабного предприятия — в обоих случаях предпринимателю приходится выкладываться на 110–120%. При этом последствия и награда за достижение крупных целей несопоставимо выше.
Глава Blackstone выделяет несколько практических преимуществ работы с крупным масштабом:
- Упрощенный рекрутинг: под амбициозную и масштабную концепцию гораздо легче привлекать сильных профессионалов, так как они видят пространство для собственного карьерного и финансового роста.
- Устойчивость бизнес-модели: в крупном видении всегда есть отдельные элементы, которые сработают, даже если общая первоначальная гипотеза окажется частично ошибочной, что оставляет пространство для маневра.
- Отсутствие искусственных ограничений: масштабные проекты не упираются в «стеклянный потолок» локального рынка.
По мнению Шварцмана, расхожее представление о том, что успешные предприниматели любят риск, является глубоким заблуждением, навязанным профильными журналистами и писателями. Настоящие бизнесмены ненавидят риск и панически боятся неудач. Весь их успех строится на жестком, детальном анализе всех возможных негативных сценариев. Инвестор подчеркивает: необходимо досконально просчитать, что может пойти не так, взять эти факторы под контроль, минимизировать риски (downside) и вступать в игру только тогда, когда проект выглядит как гарантированный успех.
🚢 От протирщика двигателей до кока: первый опыт работы 10:18
В поисках жизненного опыта и приключений Стивен Шварцман между первым и вторым курсами колледжа нанялся на грузовое судно норвежского торгового флота, выбрав направление «дестинация неизвестна». Из-за полного отсутствия технических навыков его определили на самую низкую и тяжелую позицию — протирщика ветошью машинного отделения.
Работа проходила в условиях экстремальной и непрерывной жары, достигавшей 110–120 градусов по Фаренгейту (около 43–49 °C), под постоянный оглушительный шум работающих механизмов. Шварцман вспоминает, что из-за сильного обезвоживания судовые рабочие непрерывно пили норвежское пиво Ringnes — влага выступала на коже практически сразу после употребления напитка. Через один рейс Стивен смог получить повышение до третьего кока, где, несмотря на сохраняющуюся жару у печей, условия труда были значительно комфортнее, а обязанности включали выпечку свежего хлеба.
Этот опыт сформировал у будущего миллиардера понимание важности карьерной мобильности. Главный вывод, который Шварцман сделал для себя: оказавшись на самой нижней ступени и принимая все сопутствующие трудности, необходимо как можно быстрее разобраться в структуре организации и искать пути для перехода на более качественную позицию. Кроме того, рейс расширил его кругозор, позволив увидеть уникальные морские закаты и пообщаться с людьми, с которыми он никогда бы не пересекся в консервативной пригородной среде Филадельфии.
🗣️ Культура абсолютной открытости в Blackstone 13:01
В инвестиционной группе Blackstone выстроена специфическая управленческая культура, основанная на радикальной искренности (candor) и полном отсутствии барьеров между сотрудниками разных уровней. По словам Шварцмана, единственным реальным отличием между топ-менеджментом и младшими аналитиками является исключительно объем накопленного опыта, но никак не уровень интеллекта.
В компании категорически отвергается формат формальных «открытых дверей», который во многих корпорациях служит лишь декорацией. Вместо этого Blackstone использует жесткие структурные механизмы вовлечения персонала:
- Принцип обязательного участия: на заседаниях инвестиционных комитетов каждый присутствующий обязан аргументированно высказать свое мнение; практика нахождения на встречах в качестве «молчаливого гостя» полностью запрещена.
- Фокус на поиске истины: обсуждения строятся вокруг реальной оценки рисков, а не вокруг попыток получить одобрение со стороны высшего руководства.
- Коллективная защита капитала: поскольку клиенты доверяют фонду деньги не ради фиксации убытков, вся команда за круглым столом совместно ищет уязвимости в предлагаемых сделках.
Шварцман убежден, что такая интерактивная модель снимает с молодых сотрудников психологическое давление и страх совершить ошибку, превращая любое согласование в процесс совместного исследования, где позиция каждого уважается на равных.
🔎 Оценка талантов и правила прохождения интервью 18:47
Стивен Шварцман до сих пор лично участвует в найме ключевых сотрудников. При оценке кандидатов он обращает внимание не только на академические успехи, но и на вербальные и невербальные поведенческие маркеры. Инвестор ищет людей со следующими характеристиками: высокий уровень интеллекта, естественное любопытство, способность генерировать инсайты, креативность и высокая стрессоустойчивость.
По мнению главы Blackstone, попытки сымитировать эти качества или «подыграть» интервьюеру легко распознаются профессионалами со стажем. Если кандидат сталкивается с незнакомой темой, лучшей стратегией будет честно признать отсутствие глубоких знаний или начать задавать уточняющие вопросы, демонстрируя желание учиться. Шварцман подчеркивает, что компания сознательно отказывается от найма высокотоксичных или неприятных в общении людей, какими бы выдающимися талантами они ни обладали. Управление такими сотрудниками требует слишком много административных ресурсов и разрушает базовые ценности коллектива.
Отдельно бизнесмен выделяет распространенную ошибку соискателей — неуместное упоминание имен влиятельных людей (неймдроппинг). Шварцман рекомендует называть только тех персон, с которыми у кандидата есть реальный опыт взаимодействия и к которым он испытывает искреннее уважение. Любое упоминание общего знакомого заставляет интервьюера проецировать репутацию и ценности этого человека на самого кандидата. Поэтому критически важно сразу четко обозначать формат и степень знакомства, чтобы избежать двусмысленности.
🤝 Искусство переговоров и «зона справедливости» 23:15
Стивен Шварцман убежден, что исход даже самых масштабных и сложных транзакций всегда зависит всего от двух-трех принципиальных условий с каждой стороны, в то время как остальные пункты соглашения являются второстепенными. Он критикует подходы некоторых зарубежных деловых культур, где принято составлять избыточно подробные инвестиционные меморандумы с описанием десятков гипотетических рисков. По его словам, к концу чтения такого документа человек полностью теряет фокус и перестает понимать, какие факторы действительно критичны. Для минимизации 80% всех рисков достаточно жестко контролировать три ключевых драйвера.
В процессе ведения переговоров Шварцман рекомендует использовать следующий алгоритм:
- Максимальная прозрачность на старте: необходимо четко осознавать собственные неукоснительные требования, финансовые лимиты и причины входа в сделку.
- Понимание мотивов оппонента: нужно детально представить себя на месте противоположной стороны и определить, какую конкретно задачу она пытается решить.
- Поиск «зоны справедливости» (zone of fairness): выявление диапазона цен и условий, при которых обе стороны готовы пойти на транзакцию, пусть даже без лишнего восторга от взаимных уступок.
По мнению инвестора, не имеет никакого стратегического значения, кто именно сделает первое ценовое предложение. Если первоначальные запросы контрагента в два раза превышают адекватную оценку, Шварцман предпочитает не тратить время на манипуляции и оперативно завершать переговоры. Он описывает случай, когда профессор Гарвардского университета, специализирующийся на теории переговоров, выразил удивление легкостью подходов Шварцмана, на что глава Blackstone ответил, что эффективные переговоры — это не закрученные психологические трюки, а проявление обычного здравого смысла и взаимной прагматичности.
📊 Оценка сотрудников 360 градусов и компенсации 33:42
В определенный момент Стивен Шварцман полностью отошел от ручного распределения заработных плат и бонусов внутри организации, переведя Blackstone на системную и автоматизированную модель оценки персонала. Основой этой системы является методология «360 градусов».
Каждый сотрудник фонда ежегодно проходит процедуру анонимного анкетирования, в рамках которой его деятельность оценивают порядка 30 человек. В пул оценщиков входят:
- Непосредственные подчиненные;
- Коллеги равного грейда (кросс-функциональные связи);
- Вышестоящие руководители, которым сотрудник отчитывается напрямую.
Оценка выставляется по 30 различным профессиональным и личностным характеристикам по шкале от 1 до 5 или от 1 до 10. Шварцман отмечает, что если личное представление сотрудника о своих заслугах кардинально расходится со средним результатом обработки тридцати анкет, это сигнализирует о серьезных проблемах в его интеграции. Система спроектирована так, чтобы минимизировать фактор личной предвзятости — случайные негативные отзывы из-за локальных конфликтов просто отсекаются как статистическая погрешность. Основная цель анкетирования — не наказание, а предоставление сотруднику объективной карты его зон роста. Если же аналитика показывает, что базовые ставки компенсаций в компании начинают уступать рыночным трендам, Blackstone превентивно корректирует бюджеты выплат.
🏦 Долгосрочная игра: почему Blackstone возвращает долги банкам 36:53
Blackstone Group является крупнейшим в мире плательщиком операционных и транзакционных комиссий в пользу глобального банковского сообщества. Стивен Шварцман подчеркивает, что этот статус накладывает на компанию жесткие этические и финансовые обязательства. Инвестор подтвердил факты из своей биографии, когда фонд добровольно компенсировал банкам-партнерам их потери по неудачным сделкам, несмотря на отсутствие каких-либо юридических требований в контрактах.
По словам Шварцмана, если Blackstone принимает ошибочное инвестиционное решение, это исключительно вина менеджмента фонда, и перекладывать финансовые последствия на кредиторов недопустимо. В индустрии, где скорость доступа к ликвидному капиталу напрямую конвертируется в прибыль, безупречная репутация важнее сиюминутных убытков. Банки должны быть абсолютно уверены, что Blackstone выполнит свои обещания при любых обстоятельствах.
Если же происходит редкий сбой по вине контрагента, глава фонда предпочитает выходить напрямую на топ-менеджмент банка для урегулирования ситуации. В случаях, когда финансовый институт под давлением внутренних страхов или регуляторных рисков сознательно нарушает доверие и наносит ущерб интересам Blackstone, фонд жестко и навсегда перенаправляет свои финансовые потоки к конкурентам, что оборачивается для нарушителя колоссальными долгосрочными потерями. Стратегия Шварцмана непреклонна: для долгосрочного выживания на рынке необходимо играть исключительно в «долгую игру» и выбирать соответствующих партнеров.
📉 Экономический кризис 2020 года против Великой рецессии 2008 года 42:17
Анализируя текущую на момент записи интервью экономическую рецессию (октябрь 2020 года), Стивен Шварцман указывает на фундаментальные отличия происходящего от событий финансового кризиса 2008–2009 годов. Тогда деструктивные процессы зародились внутри самих финансовых институтов из-за избытка токсичных активов, после чего паралич банковской системы перекинулся на реальный сектор экономики.
Ситуация 2020 года, по мнению Шварцмана, носит беспрецедентный характер:
- Искусственная остановка: кризис вызван прямыми административными командами правительств, которые обязали бизнес прекратить функционирование в рамках борьбы с пандемией.
- Стабильность банков: мировая финансовая система и крупнейшие банковские институты подошли к этому кризису в отличной форме и не находились под угрозой коллапса.
- Приоритет медицины: восстановление рынков напрямую зависит от темпов решения сугубо медицинских задач, а не экономических стимулов.
Инвестор выразил уверенность, что за счет стремительного прогресса в терапевтических методах, снижения смертности на душу населения и разработки пула вакцин и антивирусных препаратов, глобальное отношение к вирусу кардинально изменится к концу 2021 года. До тех пор, как прогнозирует глава Blackstone, рынки неизбежно будут находиться в состоянии высокой волатильности с периодами медленного, точечного улучшения показателей.
🇨🇳 Геополитическое противостояние США и Китая и ловушка Фукидида 45:26
США и Китай совместно контролируют от 35% до 40% всего мирового ВВП, что делает их отношения определяющим фактором глобальной стабильности. Стивен Шварцман, имеющий глубокие бизнес-связи в КНР, констатирует, что пандемия COVID-19 и предвыборная риторика в США сформировали крайне эмоциональную и нестабильную среду, затрудняющую долгосрочное прогнозирование.
По мнению инвестора, корень затяжного торгового конфликта лежит в фундаментальной разнице восприятия сторонами самих себя:
- Позиция Китая: руководство КНР искренне считает свою страну развивающейся и относительно бедной, указывая на скромный средний доход населения в размере около $10 500 на человека.
- Позиция США: Вашингтон видит совокупный масштаб китайской экономики, практически догнавшей американскую, и расценивает Китай как богатую сверхдержаву.
- Следствие: исторически КНР защищала свои внутренние рынки высокими тарифами и регуляторными барьерами, что было простительно для развивающейся экономики, однако США считают, что этот период затянулся, и требуют немедленного перехода к равным условиям игры.
Комментируя жесткие методы китайского правительства по сдерживанию пандемии (валютный контроль, принудительный карантин, отслеживание перемещений), Шварцман признает их высокую эффективность в кризисные периоды, что позволило Китаю стать единственной крупной экономикой мира с положительным ростом ВВП на 2% в 2020 году и прогнозом в 5-6% на 2021 год.
Тем не менее, инвестор не считает авторитарную командную модель безоговорочно превосходящей западную демократию. В качестве контраргумента он приводит сферу медицинских инноваций: совокупные объемы и скорость разработки передовых вакцин в США и Европе, чье население в два раза меньше китайского, наглядно доказывают колоссальный потенциал децентрализованной демократической системы. По оценкам Шварцмана, Пекин стратегически нацелен на интеграцию в мировую систему, однако Западу пора отказаться от иллюзий, что КНР когда-либо трансформируется в демократию американского или европейского образца. Взаимная адаптация систем потребует как минимум нескольких лет закрытых границ и стабилизации внутренней политики в обеих странах.
📦 Инвестиционная стратегия «хороших кварталов» 58:50
Успех инвестиций Blackstone Group строится на концепции, которую Стивен Шварцман называет поиском «хороших кварталов» (good neighborhoods). Суть подхода заключается в выявлении мощных, необратимых макроэкономических трендов, внутри которых любые активы начинают дорожать сами по себе под воздействием рыночных сил.
Ярким примером реализации этой стратегии стала масштабная экспансия Blackstone на рынок складской недвижимости. Еще в 2011 году аналитики фонда пришли к твердому убеждению, что развитие онлайн-торговли неизбежно вызовет колоссальный дефицит логистических мощностей. Руководствуясь этим инсайтом, компания скупила по всему миру в общей сложности около 1 миллиарда квадратных футов складов, став вторым по величине собственником такой недвижимости на планете. Одновременно с этим Blackstone планомерно избавлялась от традиционных физических торговых центров (шопинг-моллов), которые Шварцман открыто называет «плохими кварталами», чья капитализация продолжит падать, если ритейлеры не адаптируются к e-commerce.
Аналогичным образом, за несколько лет до пандемии, компания сделала ставку на сектор медико-биологических исследований (life sciences). Старение мирового населения в сочетании со взрывным ростом биологических знаний подтолкнуло фонд к массовой скупке специализированных медицинских лабораторий и инвестициям в компании, проводящие клинические испытания лекарственных препаратов. В результате, пока сегмент классической офисной недвижимости переживает глубокий спад, принадлежащие Blackstone лабораторные комплексы демонстрируют стремительный рост стоимости и стопроцентную собираемость арендной платы.
🎁 Клятва дарения и рециклинг богатства 1:03:32
Стивен Шварцман, чье состояние оценивается в миллиарды долларов, присоединился к глобальной благотворительной инициативе «Клятва дарения» (The Giving Pledge), созданной Биллом Гейтсом и Уорреном Баффетом. Финансист официально обязался направить при жизни и после нее не менее половины своего капитала на филантропические проекты, при этом он предполагает, что итоговая доля пожертвований окажется существенно выше. На момент публикации книги общая сумма его прямых пожертвований уже превысила 1 миллиард долларов.
Бизнесмен вспоминает, что происходил из обычной семьи среднего класса, а его первым местом работы был магазин деда, где Стивену платили 10 центов в час. Когда он попросил о прибавке, дед ответил, что внук не стоит и этих денег, а держит он его исключительно из родственных чувств. Достигнув вершины финансового успеха, Шварцман сохранил прагматичный взгляд на богатство.
По мнению главы Blackstone, создание триллионных компаний вроде Amazon, Microsoft или Apple, равно как и успех его собственного бизнеса, на определенном этапе перестает быть личной историей создателя. Сверхкрупный капитал должен подвергаться «рециклингу» (повторному запуску в оборот) на благо всего общества, поскольку это базовая обязанность любого морального человека и ответственного гражданина.
Шварцман упомянул позицию медиамагната Майкла Блумберга, который считает необходимым полностью раздать все свои деньги в течение 10 лет после смерти, поскольку нанятые попечители со временем все равно забудут основателя и начнут тратить средства неэффективно. Шварцман признает, что в аргументах Блумберга есть здравое зерно. Главный вывод инвестора заключается в том, что любой человек имеет физический финал, и задача крупного предпринимателя — сделать так, чтобы накопленные им финансовые излишки принесли максимальную пользу последующим поколениям.
