Утечка умов из сферы науки и технологий происходит вовсе не из-за отсутствия финансирования или падения спроса на специалистов. В интервью профессору Брайану Китингу социолог Джон Скрентни, автор книги «Wasted Education», раскрывает парадокс: почему на фоне заявлений о глобальном дефиците кадров большинство выпускников STEM-направлений навсегда покидают свою профессию.
🧩 Парадокс «горящих волос»: куда исчезают выпускники STEM? 0:00
Согласно статистическим данным, до 70% выпускников STEM-факультетов (наука, технологии, инженерия, математика) в итоге принимают решение не строить карьеру в рамках полученной специальности. Более того, около 50% дипломированных инженеров уходят из профессии еще до того, как получат свою первую работу. Брайан Китинг отмечает, что это происходит вопреки колоссальным государственным и частным вливаниям в STEM-образование и доминированию технологических гигантов в мировой экономике.
Джон Скрентни называет сложившуюся ситуацию главным парадоксом современной научно-технической политики. В то время как корпорации и правительственные структуры бьют тревогу по поводу критического дефицита кадров («кризис уровня горящих волос»), реальный рынок труда демонстрирует массовый отток специалистов. По мнению гостя, ключевая причина кроется в том, что работодатели попросту не обеспечивают ученым и инженерам должных условий труда. Скрентни убежден, что для решения глобальных проблем человечеству необходимы как сильные ученые, так и компетентные политики, способные создать условия для их эффективной работы.
🏫 Академический тупик: от «детской лиги» до профессуры 3:20
Брайан Китинг предлагает аналогию из бейсбола, чтобы описать карьерную лестницу в академической среде. По его оценке, путь от студента до постдока относительно прост, что напоминает попадание в лигу тройного «А» (AAA). Однако переход от постдока к постоянной профессорской ставке (faculty position) превращается в непреодолимый барьер: в качестве примера Китинг приводит недавний конкурс в своем университете, где на одну вакансию претендовало 400 кандидатов.
Джон Скрентни соглашается, что академическая система во многом построена на эксплуатации. Крупные исследовательские университеты тратят огромные средства на стартовые пакеты (лаборатории, оборудование) для новых профессоров. Поскольку большинство научных грантов выделяются под конкретные практические результаты (deliverables), лабораториям постоянно требуются дешевые рабочие руки — аспиранты и постдоки. По словам Скрентни, многие ученые осознают бесперспективность ситуации лишь к 30–40 годам, после прохождения двух или трех позиций постдока, и вынужденно уходят в коммерческий сектор. Дополнительно Китинг критикует растущий бюрократический аппарат университетов, который, по его мнению, отвлекает ресурсы от образования и исследований ради выполнения формальных планов по разнообразию.
🏢 Иллюзия Кремниевой долины: «Rank and Yank» и выгорание 8:07
Популярные в социальных сетях ролики о роскошной жизни в офисах Google — со спа-зонами, бесплатным эспрессо и прачечными — создают ложное впечатление о работе в ИТ-индустрии. На практике, как утверждает Скрентни, ссылаясь на исследование социолога Офера Шарона, сотрудники крупных ИТ-компаний работают в среднем по 60–70 часов в неделю. Игровые зоны и самокаты в коридорах остаются невостребованными, поскольку у инженеров нет времени на развлечения в условиях жестких дедлайнов.
Долгое время главным инструментом управления в технологическом секторе выступала система принудительного ранжирования (forced ranking, или «Rank and Yank»). Раз в полгода сотрудников распределяют по кривой Гаусса без возможности ничьих, выявляя отстающих для последующего увольнения. По мнению Скрентни, эта система манипулирует перфекционизмом выпускников, которые привыкли быть лучшими со школьной скамьи. В стремлении получить интересные проекты сотрудники добровольно соглашаются на нереалистичные сроки, работая на износ.
Данная культура сверхурочного труда («мачизм рабочих часов») делает индустрию практически недоступной для людей с семейными обязанностями. Как отмечает Китинг, инвесторы приветствуют жесткую корпоративную политику: когда Илон Маск сократил штат Twitter, другие руководители одобрили этот шаг, а акции подобных компаний часто растут на новостях об увольнениях.
📉 Бегство ради денег: разочарование интеллектуалов 17:25
Совместное исследование Джона Скрентни с коллегами выявило парадоксальный факт: выпускники STEM, перешедшие на ненаучные должности, демонстрируют статистически более низкий уровень удовлетворенности работой. Основной причиной недовольства становится отсутствие интеллектуального вызова — бывшим исследователям попросту скучно. Тем не менее, финансовый фактор перевешивает: в коммерческих гигантах вроде Amazon или eBay специалисты со STEM-навыками зарабатывают вдвое больше университетческих профессоров.
Скрентни иллюстрирует этот переход историями из блогосферы и Reddit, где специалисты описывают тоску по «настоящей науке» после ухода в сферу обработки данных. Один из физиков признался, что если раньше на званых ужинах он с гордостью рассказывал о своей работе, то теперь испытывает легкую грусть, занимаясь коммерческой аналитикой.
Инвесторы предпочитают вкладывать деньги в программное обеспечение, где нет «долины смерти» (многолетнего периода убытков на строительство заводов, характерного для хардверных компаний и чистой энергетики). В результате колоссальный интеллектуальный потенциал тратится на оптимизацию рекламы или удержание пользователей в социальных сетях. Скрентни приводит в пример увольнения сотрудников Facebook, которые заявляли, что у них «кровь на руках» из-за алгоритмов, сознательно усиливающих поляризацию общества и депрессию среди подростков.
🏷️ Что такое STEM, и кто лоббирует интересы отрасли? 19:22
История названия книги Джона Скрентни «Wasted Education» («Потраченное впустую образование») примечательна: изначально известный физик Шон Кэрролл предложил заголовок «Wasted Brains» («Потраченные впустую мозги»). Издательство University of Chicago Press сочло его слишком висцеральным. Финальный вариант сместил акцент на образование, что точнее отражает масштаб государственных инвестиций, таких как американский Закон о чипах и науке (CHIPS and Science Act). По воспоминаниям Скрентни, сам акроним STEM укоренился лишь в 2001 году, заменив прежние аббревиатуры SMET и SET.
Границы понятия STEM остаются размытыми. Национальный научный фонд США (NSF) включает в этот перечень даже социальные науки. При этом около 50% всех STEM-работников заняты в компьютерной сфере. Скрентни указывает на парадокс: практическая медицина не классифицируется NSF как STEM, несмотря на прямую связь с наукой.
По мнению гостя, расширение рамок STEM во многом обусловлено экономическими интересами вузов и лоббизмом корпораций. Например, Билл Гейтс успешно пролоббировал трехлетнее продление виз (OPT) для иностранных STEM-студентов. Это заставило университеты бороться за включение своих факультетов (вплоть до классической филологии в некоторых вузах) в категорию STEM, так как иностранные студенты платят за обучение в двойном размере.
Скрентни выделяет четыре ключевых обоснования для наращивания инвестиций в STEM-образование:
- Ликвидация кадрового дефицита: лоббистские группы утверждают, что экономике не хватает технических специалистов.
- Национальная конкурентоспособность: стремление развивать внутреннее производство полупроводников и стимулировать экономический рост.
- Обеспечение разнообразия: открытие доступа к высокооплачиваемым рабочим местам для женщин и исторически недопредставленных меньшинств.
- Спасение планеты: необходимость разработки новых технологий борьбы с изменением климата и загрязнением микропластиком.
⚙️ Эпоха ИИ и бег по «технологической беговой дорожке» 44:42
Обсуждая перспективы генеративного искусственного интеллекта, Джон Скрентни призывает не верить апокалиптическим прогнозам о тотальном уничтожении рабочих мест. Исторические прецеденты показывают, что автоматизация трансформирует, но не уничтожает профессии: внедрение банкоматов не привело к ликвидации должности банковского клерка, а лишь перевело их на решение других задач (продажа кредитных карт). Аналогично, предсказания десятилетней давности о том, что массовые онлайн-курсы (MOOC) заменят классические университеты, не оправдались. Текущие исследования показывают, что ИИ отлично справляется с написанием кода для посредственных программистов, но мало чем помогает высококлассным специалистам.
Главной угрозой для удержания кадров Скрентни считает необходимость находиться на непрерывной «беговой дорожке навыков». Технологии меняются настолько стремительно, что специалисты выгорают от постоянной потребности переучиваться ради сохранения рабочего места. В связи с этим Китинг и Скрентни подчеркивают важность фундаментальных навыков (критического мышления, коммуникации, умения работать в команде), которые Скрентни отказывается называть «мягкими».
Профессор Китинг также заявляет о моральной обязанности ученых популяризировать науку и объяснять налогоплательщикам смысл своих исследований, несмотря на сопротивление внутри академического сообщества, считающего это тратой времени. В финале беседы Скрентни рассказал о своей работе над новой книгой, посвященной переподготовке специалистов среднего возраста в региональных вузах (таких как Мичиганский или Техасский университеты) для секторов электромобилей и чистой энергетики.
