# Нейрохирург Теодор Шварц: «Свобода воли — это иллюзия, созданная нашим внутренним рассказчиком» Источник: https://www.youtube.com/watch?v=mdU9GLpGDrM Канал: Conversations with Tyler Опубликовано: 21.05.2025 --- Нейрохирургия остается одной из самых закрытых и сложных областей медицины, где обучение занимает до 16 лет, а каждое решение может стоить пациенту личности. Теодор Шварц, профессор нейрохирургии Корнеллского университета, обсуждает с Тайлером Коуэном будущее интерфейсов «мозг-компьютер», биологические механизмы сознания и то, почему современная система здравоохранения не умеет измерять реальное мастерство хирурга. ## 🎓 Путь к мастерству: 16 лет обучения и вопрос эффективности [[JUMP:00:45]] Подготовка нейрохирурга в США — это длительный и жестко регламентированный процесс. Он включает четыре года бакалавриата, четыре года медицинской школы и от 6 до 8 лет ординатуры (в среднем 7 лет) [0:58]. Теодор Шварц отмечает, что завершил свое обучение только к 33 годам [1:11]. Несмотря на традиционную структуру, гость полагает, что процесс можно существенно оптимизировать: * **Конденсация обучения:** По мнению Теодора Шварца, бакалавриат (либеральные искусства) и медицинскую школу можно сократить с восьми до шести лет [2:18]. * **Специализация:** Если студент заранее знает, что хочет в нейрохирургию, многие общие ротации в больнице можно исключить [2:04]. * **Роль опыта:** Исследования показывают, что нейрохирурги со стажем менее пяти лет в среднем демонстрируют худшие результаты [2:58]. Однако Шварц подчеркивает, что «мудрость» и зрелость в принятии решений приходят не только с практикой, но и с возрастом. Тайлер Коуэн возражает, что пациент предпочел бы хирурга, который прошел обучение быстрее, но к тому же возрасту имеет на 5–10 лет больше реального операционного стажа [3:11]. Теодор Шварц соглашается, что чисто технически нейрохирургии можно обучить за четыре года, но критическим фактором остается умение справляться с психологическим давлением [3:37]. ## 🤖 Искусственный интеллект и «черный ящик» операционной [[JUMP:04:05]] В вопросах диагностики ИИ, такой как GPT-4, уже показывает результаты на уровне или выше среднего врача. Теодор Шварц считает, что ИИ скоро превзойдет людей в интерпретации МРТ-снимков и сопоставлении сложных симптомов [4:31]. Однако нейрохирургия отличается от внутренней медицины: 1. **Физические решения:** Главная сложность не в диагнозе (пациент часто приходит уже со снимком опухоли), а в принятии решений во время операции [4:55]. 2. **Индивидуальное мастерство:** ИИ сложно учитывать уровень навыков конкретного хирурга. По словам Шварца, в медицинском сообществе до сих пор нет системы оценки того, что происходит за закрытыми дверями операционной [5:34]. Гость критикует современные метрики больниц. Администрация отслеживает инфекции и повторные госпитализации, потому что это влияет на государственное финансирование [7:29]. При этом такие критические показатели, как процент удаления опухоли или сохранение функции ходьбы и зрения после вмешательства, часто не фиксируются систематически [7:03]. По мнению хирурга, это создает ситуацию, когда больница и врач преследуют разные цели: больница боится тромбов, а врач борется за сохранение личности пациента [7:15]. ## 💰 Экономика нейрохирургии: почему опыт стоит столько же, сколько новичок [[JUMP:08:07]] Система страхования в США диктует фиксированные ставки за процедуры. Теодор Шварц указывает на парадокс: страховая компания платит одинаковую сумму за удаление опухоли как хирургу в его первый день после ординатуры, так и опытному специалисту с 30-летним стажем [9:12]. * **Проблема выбора:** Обычному пациенту сложно найти лучшего врача через Google. Шварц советует обращаться к знакомым медикам: «Нейрохирурги знают, кто лучший в конкретной операции, потому что эти люди пишут статьи и читают лекции» [10:05]. * **Вторая инстанция:** В Нью-Йорке нормальной практикой считается получение второго, третьего и даже четвертого мнения перед операцией [10:31]. ## 🧠 Сознание, свобода воли и «расщепленный мозг» [[JUMP:26:36]] Основываясь на своей практике, Теодор Шварц придерживается радикальных взглядов на природу человеческого «Я». Он упоминает операции по разделению полушарий (корпус каллозотомия), после которых человек продолжает ощущать себя единой личностью, хотя его руки могут действовать независимо и даже конфликтовать [27:03]. Ключевые тезисы гостя о сознании: * **Отсутствие единого «Я»:** Мозг состоит из сотен модулей, обрабатывающих информацию параллельно [27:41]. * **Иллюзия свободы воли:** Шварц утверждает, что мозг принимает решения до того, как мы их осознаем. То, что мы называем «собой» — это лишь «рассказчик» (storyteller), который задним числом придумывает логичное объяснение действиям [28:07]. * **Смерть свободы воли:** По мнению гостя, даже у части мозга, отвечающей за повествование, нет свободы воли — идеи просто «всплывают» в сознании из неизвестных источников [28:37]. ## 🔌 Интерфейсы «мозг-компьютер» и Neuralink [[JUMP:34:53]] Теодор Шварц высоко оценивает технологические достижения компании Илона Маска Neuralink, особенно использование гибких электродов, которые пульсируют вместе с мозгом и не вызывают рубцевания [35:20]. Перспективы BCI (Brain-Computer Interface): 1. **Медицина:** Технологии уже позволяют парализованным людям управлять роборуками и синтезировать речь напрямую из мыслей [35:59]. 2. **Улучшение человека:** Шварц допускает, что через 15–20 лет появятся безопасные интерфейсы для здоровых людей, позволяющие общаться телепатически или подключаться к ИИ [37:04]. 3. **Безопасность:** Существуют два подхода: вживление электродов в кору (как у Neuralink) и размещение их на поверхности мозга. Последний метод менее травматичен для здоровых людей [37:54]. На вопрос о регуляции Шварц отвечает, что как только технология станет безопасной, она не должна регулироваться сильнее, чем современные смартфоны или социальные сети [39:53]. ## ⚡ Глубокая стимуляция и изменение личности [[JUMP:29:03]] Глубокая стимуляция мозга (DBS) уже успешно применяется для лечения болезни Паркинсона (остановка тремора) и эпилепсии [29:16]. Теодор Шварц считает, что любая черта личности может быть изменена с помощью электродов, если мы поймем соответствующие нейронные цепи [30:35]. Примеры из практики и исследований: * **Музыкальные вкусы:** Описан случай, когда включение стимулятора заставляло пациента любить определенного исполнителя, а выключение — мгновенно терять интерес [30:09]. * **Девиантное поведение:** Шварц приводит историю пациента с опухолью фронтальной доли, у которого развилась тяга к детской порнографии. После удаления опухоли влечение исчезло, но вернулось вместе с рецидивом опухоли через пять лет [31:54]. * **Депрессия:** Шварц прогнозирует появление высокоэффективных методов лечения депрессии через фокусированный ультразвук, который точечно открывает гематоэнцефалический барьер для доставки лекарств в нужные зоны мозга [33:49]. ## 🔎 Загадка Кеннеди и будущее без скальпеля [[JUMP:44:01]] Теодор Шварц упоминает о «профессиональном» интересе нейрохирургов к убийству Джона Кеннеди. Он ссылается на статью Боба Гмана (Bob Gman), который был в операционной Parkland Memorial Hospital и утверждал, что лично чувствовал входное отверстие в затылке Кеннеди [46:47]. Это подтверждает теорию об одном стрелке, находившемся сзади, несмотря на то что главный хирург Кемп Кларк не зафиксировал это в отчете [47:13]. Говоря о будущем своей профессии, Шварц называет «святым граалем» отказ от скальпеля и дрели [44:14]. Он верит в развитие: * **Фокусированного излучения и ультразвука.** * **Эндоваскулярной хирургии:** Лечение аневризм через катетер, введенный в запястье [45:04]. * **Оптогенетики:** Управление нейронами с помощью света [44:39]. В заключение Шварц отмечает, что нейрохирурги — люди с огромным эго, так как им приходится убеждать пациентов доверить им свой мозг [53:28]. Однако лучшие из них сочетают эту уверенность с глубоким смирением, анализируя каждую ошибку [54:22]. Сейчас Шварц работает над созданием компании по производству медицинских устройств, надеясь помочь сотням тысяч людей одновременно [58:20].