От спецназа до бизнес-империи: путь Ремо Оясте

«Я сидел на краю рампы «Чинука» и видел летящие трассеры — именно в этот момент пришло осознание: я на войне». Пройдя путь от подпольного игрока в покер до элитного спецназовца и бизнес-лидера, Ремо Оясте доказывает, что дисциплина «морских котиков» способна трансформировать любой хаос в четкую стратегию роста.

🇪🇪 Рождение в тени Империи: поющие революционеры и суровое наследие 0:00

Поющая революция: как Эстония вернула свою свобову 4:56

В начале беседы Джокко Виллинк вспоминает, как впервые встретил Ремо Оясте на хаотичных тактических учениях FTX от компании Echelon Front — этот эпизод и их дальнейшее бизнес-партнерство в рамках проекта Combat Ready подробно разбираются в более поздних главах статьи. Если же говорить о корнях гостя, то Эстония — это небольшое государство на побережье Балтийского моря с населением всего 1,3 миллиона человек. Географически это преимущественно плоская территория, где высшая точка достигает всего 380 метров, что сами эстонцы иронично зовут просто «холмом». Страна окружена Швецией на западе, Финляндией на севере, Латвией на юге (при этом Ремо Оясте подшучивает, что у латвийцев ноль островов, тогда как у Эстонии их более 2000) и «большим медведем» — Россией — на востоке. Соседство с восточным гигантом определяло историю страны на протяжении веков. Эстония пережила множество войн и оккупаций: от Освободительной войны 1918–1920 годов против советских и балтийско-немецких сил до насильственного поглощения Советским Союзом в 1944 году после нескольких лет нацистской оккупации.

Однако самый удивительный этап обретения независимости пришелся на период с 1988 по 1991 год и вошел в мировую историю как Поющая революция. Этот путь к свободе был исключительно мирным и глубоко символичным: сотни тысяч людей выстраивались в живую Балтийскую цепь длиной в сотни километров от Эстонии до Литвы, держась за руки. Эстонцы массово собирались на Певческом поле — эти собрания объединяли до 100 тысяч человек одновременно, исполнявших старинные, ранее подавлявшиеся советской цензурой национальные песни. «Советский Союз тогда уже разваливался, так что это был идеальный тайминг», — отмечает Ремо Оясте, подчеркивая, что именно пробудившийся дух народных песен стал главным символом борьбы за независимость.

Эпоха «дикого» капитализма и подпольное предпринимательство 90-х 7:51

Ремо Оясте родился в 1989 году, застав самый закат советской эпохи. Его родители были простыми выходцами из сельской местности: мать училась на садовода, а отец работал строителем. С обретением свободы в начале 1990-х годов молодая республика погрузилась в хаос и экономическую неопределенность. «Люди пытались понять, что делать со всей этой внезапной свободой», — вспоминает Ремо. Выживание требовало жесткой деловой хватки, которая балансировала на грани закона. Семья Оясте жила по соседству с бывшим российским военным аэродромом. В условиях тотальной коррупции родители Ремо быстро сориентировались: они скупали у российских солдат дешевое топливо, сливаемое с техники, хранили его в небольшой пристройке и перепродавали местным жителям. Помимо этого, обычным делом для них была подпольная торговля контрабандной водкой и сигаретами.

Мать Ремо проявляла изобретательность и в других сферах — она вела переписку с друзьями по переписке из Германии. Пользуясь бедственным положением семьи и жестким дефицитом (когда продукты вроде молока выдавались по бумажным талонам), она просила немецких знакомых прислать немецкие марки якобы для «коллекции», после чего обменивала их на реальные деньги. Эти средства буквально спасали семью в моменты, когда отец Ремо проигрывал семейные сбережения в азартные игры. Несмотря на спартанские условия жизни в крошечной однокомнатной квартире-студии на окраине города, мать настояла на продвинутом образовании сына. Ремо отдали в специализированную школу с языковым уклоном, где учебная программа была значительно сложнее стандартной.

Из всего этого лингвистического многообразия полноценно закрепились далеко не все предметы:

Английский язык — единственный, который Ремо освоил на высоком уровне, поскольку изучение началось со второго класса;
Немецкий и французский языки — изучались в четвертом и старших классах, но остались в школьном прошлом;
Русский язык — преподавался с шестого класса; Ремо понимает базовую речь на слух, но не имеет регулярной практики.

Сибирская закалка и афганское проклятие: семейные хроники Оясте 11:30

Старшее поколение семьи Оясте состояло из невероятно суровых людей, чьи характеры ковались в горниле Второй мировой войны и последующих сталинских депортаций в Сибирь. Оба прадеда Ремо воевали: семейные легенды гласят, что один воевал на стороне немцев, а другой — на стороне советов, и семья одинаково гордилась тем, что они уничтожали как нацистов, так и советских солдат. Дед Ремо по материнской линии, живший в деревне, демонстрировал феноменальную физическую и ментальную стойкость: когда в возрасте 70 лет у него случился инсульт прямо во время полевых работ, он просто присел на пять минут, пришел в себя и продолжил заниматься хозяйством.

Другой трагический и одновременно абсурдный эпизод семейной истории связан с родным дядей Ремо, которого призвали в ряды Советской армии. Во время празднования дня рождения отца Ремо в местном ресторане изрядно выпивший дядя начал открыто распевать эстонские патриотические песни о свободе и родной земле. В заведении оказался доносчик, который отрезал: «Я знаю, куда ты поедешь. Ты поедешь в Афган». Дядю действительно отправили на советско-афганскую войну. Он вернулся живым и стал непревзойденным рассказчиком, чьи байки о перерезанных глотках сослуживцев и снайперских дуэлях заставляли плакать даже взрослых друзей Ремо, хотя сам Ремо позже признался им, что большая часть этих историй была чистой выдумкой. Джокко Виллинк усматривает в этом историческую иронию: дядя Ремо воевал в Афганистане против джихадистов, которых тогда спонсировала Америка, а спустя годы сам Ремо окажется в том же Афганистане, но уже плечом к плечу с американцами против новой волны радикалов.

Огромным авторитетом для Ремо был его городской дедушка, переживший депортацию в Сибирь. Вместо того чтобы жаловаться на судьбу, дед принял тотальную ответственность за свою жизнь и начал обустраиваться на новом месте. Он умудрялся собирать гоночные велосипеды прямо в сибирских гаражах, яростно ругаясь по-эстонски, обратил на себя внимание местных спортивных клубов и в итоге стал чемпионом Дальнего Востока по велоспорту. Вернувшись на родину, он завоевал титул чемпиона Эстонии по лыжным гонкам, а затем и по биатлону. При этом всю оставшуюся жизнь этот уникальный атлет проработал обычным водителем погрузчика на заводе, скопив горы бесполезных советских рублей, которые в условиях дефицита попросту не на что было потратить.

Две стороны свободы: спортивное золото и криминальные тени 16:42

Детство Ремо Оясте прошло в постоянном балансировании между двумя противоположными мирами. Летние месяцы он проводил в деревне у бабушки и дедушки, где воспитывались сразу девять детей. Там царила атмосфера полной свободы и того, что в терминологии Echelon Front называется «децентрализованным командованием» — правил не было, и каждый должен был справляться сам по себе. Городская же жизнь, напротив, требовала строжайшей дисциплины: подъем по часам и обязательное возвращение домой к восьми часам вечера.

Спортивное наследие деда передалось отцу Ремо, который был успешным спортсменом на городском уровне, но в 90-е годы свернул на путь алкоголизма и криминала. Отец оказался связан с организованной преступностью и мафиозными структурами, занимался контрабандой товаров через российскую границу, а в пьяных разговорах нередко всплывали темы, связанные с наркотиками. В те годы криминал воспринимался обществом как нечто обыденное. «Наши соседи тоже проворачивали свои схемы и сделки, это было нашей версией предпринимательства», — объясняет Ремо.

Стремясь уберечь сына от пагубного влияния улиц, отец отдал Ремо в командный спорт. Мальчик занимался легкой атлетикой, стабильно входя в топ-5 на дистанциях 60 и 100 метров, играл в футбол (его команда заняла четвертое место в республике), а в возрасте 13–14 лет и вовсе стал чемпионом Эстонии по баскетболу. Из-за ежегодных трехмесячных поездок в деревню тренировкам не хватало системности, но Ремо всегда удерживал планку крепкого игрока. Родители, сами не имевшие высшего образования, изо всех сил подталкивали сына к поступлению в университет, считая это единственным легальным билетом в благополучную жизнь. До девятого класса Ремо учился прилежно, во многом из-за строгого контроля со стороны отца, чьи жесткие методы воспитания удерживали подростка от бунта.

🃏 От карточного блефа к «двум неделям в аду»: юность и суровый отбор Ремо Оясте 25:24

Из подростков-делинквентов в подпольные игроки 25:24

Юность, которую вспомнил Ремо Оясте (Remo Ojaste) в беседе с Джокко Виллинком (Jocko Willink), сложно назвать примерной. Насмотревшись на проблемы отца с алкоголем, подросток пообещал себе никогда не пить, но в девятом классе, примерно в 14 лет, впервые попробовал водку. «Когда я вкусил этот нектар, пути назад уже не было», — иронизирует Ремо. Он быстро превратился в классического уличного хулигана, выпивающего в компаниях парней постарше и умело скрывающего это от матери. Поступив в гимназию, ориентированную исключительно на подготовку к университету и не дававшую никаких практических навыков, Ремо откровенно скучал.

От скуки школьники начали играть в карты. В традиционной игре, требовавшей стратегического мышления, Ремо быстро обнаружил у себя поразительный талант: в одном из раундов он набрал 80 побед, тогда как обладатель второго места — всего 36. Поняв, что обычные правила стали предсказуемыми, в 10-м классе Ремо принес в школу правила покера. Игра быстро захватила всех: сначала ставили монеты, затем купили профессиональный кейс с фишками.

Вскоре Ремо решил освоить обманные техники. В эпоху медленного интернета он целую неделю скачивал 10-мегабайтный видеоролик с уроками ловкости рук. Освоив шулерские приемы, 16-летний Ремо начал стабильно обыгрывать сверстников, а затем переместился в подсобку бильярдного бара, где играл на деньги с совершеннолетними студентами. За два последних года в школе его чистый выигрыш составил около 50 000 крон, что на тот момент равнялось стоимости квартиры. Из-за игорной зависимости отца Ремо долго скрывал доходы. Деньги позволяли вести вольготную жизнь: он приходил в школу во вторник, в четверг уже начинал «выходные», а в понедельник отсыпался. Тем не менее благодаря хорошей памяти он умудрялся сдавать тесты на приличные баллы. По настоянию матери Ремо поступил в университет на управление финансами, но и там продолжал круглосуточно играть в покер, зля прилежных сокурсниц своими легкими оценками.

Армейская дисциплина против водки и пиццы 33:46

Беззаботная жизнь картёжника закончилась из-за банальной невнимательности: Ремо забыл вовремя подписать бумагу о предоставлении студенческой отсрочки от обязательной военной службы. В Эстонии призыв обязателен для всех. Призывники, претендующие на командирские должности, служат 11 месяцев, а рядовые специалисты — 9 месяцев. Ремо распределили на 11-месячный курс подготовки лидеров отделений.

К моменту его призыва в 2009 году эстонская армия полностью избавилась от советского наследия. Ремо вспоминает, что еще в начале 2000-х в войсках творился опасный хаос: солдаты крутили сальто, ломали руками доски, прыгали на ходу из машин, ломая ноги, и избивали друг друга. Однако интеграция со структурами НАТО, о которой подробнее пойдет речь в следующей главе, кардинально изменила систему.

Сам Ремо прибыл на службу с лишним весом (около 180 фунтов) после многолетнего «покерного» режима из водки и пиццы. В первый месяц в учебке он был тем самым отстающим бойцом, которого постоянно приходилось подталкивать в спину во время марш-бросков. Но жесткий режим, ранние подъемы, полноценный 8-часовой сон и постоянные физические нагрузки сотворили чудо: через три месяца Ремо сбросил вес, вошел в топ-5 лучших солдат и неожиданно для себя начал получать искреннее удовольствие от службы. На его выбор остаться в армии повлияла встреча с подтянутым офицером — тем самым, с которым они значительно позже организуют проект Combat Ready. Этот офицер только что прошел отбор в спецназ и показал Ремо вдохновляющие материалы с современным снаряжением. После базовой учебки Ремо отправился на курсы младших унтер-офицеров (NCO). Ему повезло: их инструкторами стали два ветерана, только что вернувшиеся из Афганистана, которые жестко пресекали любые глупости призывников, напоминая, что на кону стоят реальные жизни.

Две недели в аду: зарождение и суровые тесты ESTSOF 43:13

История Сил специальных операций Эстонии (ESTSOF) полна драматических поворотов. Первая попытка создать такое подразделение в 1999 году при батальоне военной разведки закончилась катастрофой: один из бойцов новой Специальной группы операций (SOG) попытался совершить вооруженное ограбление со служебным оружием, после чего всё подразделение было расформировано. Новый этап начался в 2002 году, а к 2010 году эстонцы уже были готовы самостоятельно проводить внутренний курс отбора.

Ремо Оясте стал участником именно этого исторического отбора 2010 года. Из 16 крепких кандидатов до финального дня дошли всего трое. Ремо подчеркивает, что из-за малого числа участников инструкторы обеспечивали кандидатам запредельный уровень индивидуального давления. Отсев в ESTSOF всегда оставался колоссальным:

В один из наборов из 8 человек не прошел вообще никто.
В другой раз из 21 стартовавшего кандидата отбор преодолел лишь один человек.

Инструкторы использовали изощренные методы подавления воли: ледяную воду озер, отсутствие сна и постоянные физические изнурения. Для борьбы со сном применялась психологическая пытка с советской заводной игрушкой-уткой. Если камера фиксировала, что кандидат за столом закрывает глаза, его наказывали часами монотонных действий: он должен был заводить утку, которая шумно шагала 10 секунд, и тут же заводить ее снова на протяжении 10 часов подряд. Другим испытанием был «Тойо» — полноразмерный манекен, которого боец обязан был тащить на себе везде, если отдалялся от своего напарника более чем на два метра.

Успешно пройдя этот ад, Ремо столкнулся с новыми трудностями во время Квалификационного курса. На три месяца группа была отправлена в Венгрию на базу подготовки, но этот этап разочаровал эстонцев своим низким качеством. Иностранные инструкторы плохо владели английским языком и заставляли опытных призывников заново проходить примитивные азы пехотного дела. На протяжении двух месяцев бойцы спали всего по 4 часа в сутки, выполняя абсурдные и монотонные задачи. Физически это было не так трудно, но ментально испытание глупостью доводило солдат до крайнего раздражения, тем не менее окончательно закалив их характер.

⚔️ Школа «Зелёных беретов» и огненное крещение в Логаре 50:13

Путь к стандартам НАТО: через леса и американскую муштру 50:13

Для эстонского спецназа того времени главной целью была интеграция в западную военную систему. Ремо Оясте вспоминает, что весь процесс подготовки был завязан на получении официальной квалификации НАТО. Однако путь к заветным «бумагам» оказался тернистым и полным бюрократических заминок. Когда американские инструкторы не смогли вовремя прибыть в Эстонию для проведения командных тренировок, эстонское командование, чтобы не терять время, отправило бойцов в школу сержантов (NCO school).

Это привело к тому, что спецназовцы провели почти девять месяцев в режиме непрерывного «фестиваля страданий» (suckfest) в лесах, отрабатывая тактику малых групп, передвижение и маскировку. Ранее в разговоре они касались того, как базовая подготовка закаляет характер, но здесь уровень интенсивности вышел на новый пик.

Наконец, к обучению подключились опытные американские «Зелёные береты». Ремо описывает их как «олдскульных» воинов — огромных, физически мощных профессионалов. Особенное впечатление на него произвёл инструктор по имени Джей Пи (JP), ветеран батальона Рейнджеров с 25-летним стажем, прошедший через все крупные конфликты современности.

Специализация (MOS): Ремо прошёл обучение на сапёра-подрывника (Engineer/18 Charlie).
Метод обучения: Индивидуальный подход — на каждых двух эстонцев приходился один американский инструктор.
Подготовка к Афганистану: Тренировки включали работу с радиосвязью, тактическую медицину и тяжёлое вооружение, полностью копируя американскую систему подготовки спецназа (Q-course).

Первая миссия: четыре хребта и хаос ночного боя 58:22

В 2013 году Ремо Оясте отправился в свою первую боевую командировку в афганскую провинцию Логар. Эстонцы работали совместно с 10-й группой спецназа США. Ситуация в долине была сложной: свобода маневрирования была ограничена горами, а местное население и силы безопасности (ANA) только начинали демонстрировать реальную эффективность. Примечательно, что местные группы разминирования (EOD) имели невероятный показатель успеха в 97% при поиске самодельных взрывных устройств.

Первая серьёзная операция Ремо едва не закончилась катастрофой из-за ошибки пилотов. Вместо того чтобы высадить группу вплотную к цели, обычные армейские вертолёты (заменившие элитный 160-й авиаполк) высадили десант в километре от точки в самом низу долины.

«Я сидел на краю рампы "Чинука", летящего в полной темноте под прикрытием "Апачей", и видел летящие трассеры. Именно в этот момент пришло осознание: я на войне», — вспоминает Ремо.

Путь к цели превратился в физический ад. Бойцам пришлось преодолеть четыре крутых горных хребта в полной экипировке, неся на себе боеприпасы и взрывчатку. К подножию четвёртого хребта ноги Ремо были настолько забиты кровью, что он не мог сделать ни шагу вверх — бойцы выстраивались в цепь и буквально затаскивали друг друга на вершину.

Когда группа наконец вошла в кишлак для идентификации уничтоженных «Апачами» целей, начался хаос.

Вспышка: Один из бойцов использовал фотоаппарат со вспышкой, чтобы зафиксировать тело убитого боевика.
Контакт: Мгновенно после вспышки по группе открыли огонь из пулемёта с неизвестного направления.
Крах технологий: В разгар боя у Ремо сел аккумулятор на термальной насадке ПНВ, оставив его в полной темноте.
Ретрансляция: Из-за гор штаб не слышал доклады передовой группы, и Ремо пришлось взять на себя роль ретранслятора, передавая сообщения о контакте и раненом переводчике под свист пуль над головой.

Уроки выживания и «законы боя» в действии 1:08:18

Несмотря на хаос, операция завершилась отходом. Ремо, хотя и был новичком, вызвался быть головным в дозоре на обратном пути, так как ориентировался лучше измотанного командира. В итоге группа успешно эвакуировалась на «Чинуках».

Вернувшись на базу, изнурённые бойцы надеялись на отдых, но их встретил суровый сержант группы — ветеран школы Рейнджеров. Увидев спецназовцев с банками колы, он моментально пресёк расслабленность, приказав немедленно готовить снаряжение к следующему выходу. «Он сделал из меня человека», — признаёт Ремо.

В последующих операциях эстонцы активно использовали своё «секретное оружие» — знание русского языка и общую историю с Афганистаном (через советский опыт). Это помогало строить доверительные отношения с местными старейшинами и офицерами, которые часто сами когда-то воевали против или вместе с СССР.

Ремо подчёркивает, что именно тот суровый девятимесячный курс подготовки позволил им выжить в первом бою. В этой хаотичной ночи были применены все фундаментальные принципы, которые позже популяризировал Джокко Виллинк: «прикрывай и двигайся», децентрализованное командование и умение расставлять приоритеты в условиях критической перегрузки.

🪖 Миссии в Афганистане, цена признания и возрождение украинской армии 1:15:25

Опыт в Афганистане: боевой темп и уроки взаимодействия 1:15:38

Первая командировка Ремо Оясте (Remo Ojaste) в Афганистан была сопряжена с колоссальным нервным напряжением. Бойцы постоянно находились в режиме ожидания противника, координируя действия с вертолетами Apache. Первоначальный план предусматривал восьмимесячное пребывание в зоне конфликта, однако из-за отсутствия смены командующий состав сократил этот срок до пяти месяцев. Главной задачей эстонского контингента было не ведение затяжной позиционной войны, а демонстрация способности работать по стандартам США и получение необходимых квалификаций. Миссия завершилась успешно: подразделение выполнило задачи без боевых потерь и ранений.

Впрочем, некоторые амбициозные операции так и не получили одобрения сверху. Ремо вспоминает план ночного штурма тренировочного лагеря Талибана, где находилось около 100 боевиков. Высшее руководство посчитало миссию слишком рискованной и не дало «зеленый свет». Позже на смену эстонцам пришли словацкие спецназовцы. Спустя десять лет Ремо случайно встретил одного из них в баре в Эстонии и узнал, что двое словаков погибли, выполняя аналогичные опасные задания.

Ведущий подкаста Джокко Виллинк (Jocko Willink) отметил, что высокая интенсивность операций критически важна для выработки «мышечной памяти» подразделения. Джокко поделился личным опытом первой командировки в Багдад, когда его отряд был готов к вылету всего за 15 минут, иногда отправляясь на штурм прямо в гражданской одежде — джинсах и пляжных шортах. Настолько отточенными были их стандартные операционные процедуры (SOP).

Ремо Оясте признает, что их операционный темп был умеренным по сравнению с эстонским пехотным батальоном Scouts Battalion, который провел около 10 лет в провинции Гильменд под постоянным огнем. За шесть месяцев пехотинцы выдерживали от 300 до 400 огневых контактов. Самой кровопролитной стала 8-я рота: в одном из отрядов численностью 12 человек лишь один боец избежал ранений.

Обсуждая логистику, Джокко вспомнил, как в Ираке его бойцы передвигались исключительно на наземной технике, используя незащищенные Humvee с брезентовыми дверями, которые они снимали для кругового обзора. Машины оборудовали тяжелым вооружением на поворотных кронштейнах, из-за чего колонна напоминала «дикобразов». Противник предпочитал не связываться с такой огневой мощью. Ремо подтвердил этот психологический эффект: эстонские подразделения, позже направленные в Африку, использовали мощные британские грузовики, которые враги обходили стороной, предпочитая атаковать более «слабые» французские бронемашины.

Участие в международных миссиях обошлось Эстонии дорогой ценой. С 2003 года страна потеряла в Афганистане 9 человек убитыми и 90 ранеными, а в Ираке — 2 убитыми и 18 ранеными. В пропорции к численности населения Эстония заняла второе место по потерям среди коалиции после Дании. Однако именно эта цена трансформировала эстонские вооруженные силы.

Улучшилось качество экипировки и вооружения.
Изменилась тактика обучения призывников.
Армия ушла от советских пережитков, когда солдат учили «ломать кирпичи голыми руками».

Возвращение домой: синдром «воина без войны» 1:27:38

Возвращение к гражданской жизни после зоны боевых действий оказалось для спецназовцев серьезным психологическим испытанием. По словам Ремо, самым сложным был внутренний стресс внутри подразделения. Когда операций не было, сержант команды постоянно искал для бойцов рутинную работу и устраивал бесконечные собрания. Мозг солдат, привыкший к экстремальным нагрузкам, с трудом адаптировался к мирной повестке, где главными новостями в газетах становились сплетни о знаменитостях.

Вскоре подразделение вернулось к интенсивному обучению: совместные тренировки с американскими «морскими котиками» (SEALs), поездки в Грузию и США. Ремо не планировал строить классическую военную карьеру, его главным мотивом было получение уникального опыта и постоянное развитие. В Эстонии спецназовец столкнулся с синдромом «воина без войны»: в стране не было террористов, а политики долгое время не решались отправлять элитное подразделение в новые горячие точки, такие как Сирия. Ранее в разговоре они уже касались темы отбора в спецназ, но теперь фокус сместился на передачу накопленных знаний внутри растущего подразделения.

Украина 2014 года: от советской «театральщины» к реальной войне 1:31:07

Ситуация изменилась в 2014 году с началом конфликта на востоке Украины. Эстонский спецназ совместно с коллегами из США, Литвы, Польши и Латвии включился в программу подготовки украинских сил. Для Ремо это был период личных жертв: когда его дочери исполнилась всего неделя, он вынужден был уехать в командировку на полгода. Позже, в возрасте 27 лет, взвесив все «за» и «против», Оясте принял решение уволиться из армии.

Делясь инсайдами о состоянии украинской армии в 2014 году, Ремо описывает его как «очень плохое». На передовую отправляли гражданских лиц без должного уровня подготовки. Оясте сравнивает это с эстонскими учениями «Весенний шторм» (Spring Storm), в которых ежегодно участвуют до 10 000 солдат НАТО в условиях реальных маневров. Когда эстонцы спросили украинских коллег, проводятся ли у них подобные масштабные маневры, те ответили утвердительно, но описали совершенно иную модель:

Подготовка длилась месяц и напоминала театральную постановку для генералов.
Все маршруты движения техники были заранее размечены и известны.
Бойцы точно знали, в какой точке упасть и откуда пойдут танки.

Этот бутафорский стиль обучения был полностью перенят у старой советской и российской армий. Базовые тактические навыки украинских военных находились на крайне низком уровне. Единственной сферой, где украинцы демонстрировали высочайший класс, было создание взрывчатки, ловушек и самодельных взрывных устройств (СВУ).

Тем не менее, война стала жестким учителем. За десять лет конфликта (с 2014 по 2024–2026 годы) через фронт прошло около 300 000 украинских военнослужащих, а потери за первый период составили от 11 000 до 14 000 человек. Проходя через тяжелые испытания, украинская армия кардинально трансформировалась и вышла на очень высокий качественный уровень. Для Эстонии это взаимодействие также принесло колоссальную пользу в сфере разведки: страна стала одним из ключевых европейских центров по сбору точных агентурных данных (HUMINT) с восточного направления.

После увольнения из армии Ремо Оясте на некоторое время вернулся к покерной карьере и столкнулся с глубоким личным и финансовым кризисом, который подтолкнул его к переосмыслению жизни через книгу Джокко Виллинка «Экстремальная ответственность», однако детальный разбор этих событий и зарождение его бизнеса Combat Ready ждут читателя в следующих главах.

🛡️ От жизненного кризиса к триумфу в оборонной индустрии 1:40:35

Жизненный кризис и «Экстремальная ответственность» 1:40:35

После ухода из регулярной армии Ремо Оясте (Remo Ojaste) столкнулся с жестким личным и финансовым кризисом. В возрасте 29 лет он внезапно осознал, что оказался в «самой глубокой яме в своей жизни». Превратившись, по его собственным словам, из элитного бойца в «мягкого парня», уволившегося в запас, он остался абсолютно ни с чем. Финансовое положение было катастрофическим: на руках у Ремо оставалось всего 500 евро, в то время как арендная плата составляла 1500 евро. Чтобы разъехаться со своей девушкой и экстренно обеспечить жильем близких, ему пришлось занять у друзей еще 4000 евро.

В течение двух летних месяцев бывший спецназовец работал на ферме своего приятеля, занимаясь тяжелым физическим трудом — сносом и разрушением старых зданий. Это время стало для него периодом мучительной переоценки ценностей. Переломным моментом для Ремо Оясте стало глубокое погружение в подкаст, который вел Джокко Виллинк (Jocko Willink), и знакомство с его концепцией «Экстремальной ответственности». Кроме того, на него повлияла книга Малкольма Гладуэлла «Аутсайдеры», которая научила его тому, что большинство людей упускают неожиданно открывающиеся перед ними жизненные возможности.

Ремо понял, что единственный способ выбраться из тупика — перестать винить обстоятельства, внимательно посмотреть на себя в зеркало и включить ту же ментальность, которая помогла ему в свое время пройти жесткий отбор в спецназ. Он сформулировал для себя три ключевых правила внутренней дисциплины:

Двигаться вперед исключительно мелкими, но уверенными шагами, не поддаваясь панике.
Быть стопроцентным командным игроком и безжалостно подавлять собственное эго.
Работать усерднее, приходить раньше и уходить позже абсолютно каждого сотрудника в организации.

Приняв принципы, которые проповедовал Джокко Виллинк, Ремо Оясте смог полностью пересобрать свою личность и вернуть контроль над собственной судьбой.

Работа в Milrem Robotics и международные продажи 1:43:18

Поиск новых путей привел Ремо Оясте в зарождающуюся эстонскую оборонную промышленность. Из сотни существующих в стране предприятий он отобрал семь наиболее перспективных и отправил туда резюме. Первая же компания, производившая пустые пластиковые корпуса для направленных инженерных зарядов (аналогов мины «Клеймор»), вежливо предложила ему связаться с ними через полгода. Второй компанией в его списке оказалась Milrem Robotics. Ремо просто отправил свое CV на общую информационную почту, и ему неожиданно ответил один из его бывших командиров по спецподразделению, работавший там.

На официальном собеседовании в понедельник Ремо встретили четверо военных, включая двух его бывших сослуживцев из сил специальных операций. Спецназовское братство сработало мгновенно — парню фактически не оставили выбора и сразу приняли в команду. Когда зашла речь о деньгах, Ремо, отчаянно нуждавшийся в средствах, скромно попросил 1000 евро, чтобы просто перекрыть базовые нужды. Интервьюеры рассмеялись, назвав эту сумму жестким демпингом, и сразу назначили ему оклад в 2000 евро. Понимая, что у него нет опыта в коммерции, Ремо Оясте компенсировал это феноменальной самоотдачей: он стал самым первым человеком, приходящим в офис, и самым последним, кто его покидал.

За три года работы в Milrem Robotics Ремо прошел стремительный путь от руководителя проектов до ключевого специалиста по развитию бизнеса и международным продажам. Его первой крупной зоной ответственности стала Италия. Переговоры строились на уникальной синергии военного прошлого: с эстонской стороны за столом сидело четыре бывших военных, а с итальянской — четыре действующих офицера. Они быстро нашли общий язык, общались в неформальной обстановке, и за полтора года плотного выстраивания доверительных отношений Ремо удалось выйти на подписание крупных оборонных контрактов.

В то время Milrem Robotics функционировала как типичный технологический стартап: реальный продукт еще не был доведен до идеала, а на презентациях клиентам уверенно обещали машины, способные творить «вещи в стиле Терминатора». Важнейшим испытанием для Ремо стал грандиозный европейский тендер, где эстонская компания напрямую конкурировала с такими гигантами индустрии, как Rheinmetall, KNDS и Leonardo. Продукт под сложным буквенным кодом был фактически изобретен инженерами в виде слайдов за день до презентации. Ремо пришлось выступать с этим сырым материалом перед пятидесятью полковниками.

Глава закупочной комиссии позже признался, что выступление Ремо Оясте было лучшим, поскольку он оказался единственным реальным военным среди всех спикеров — его доклад был простым, жестко структурированным и лаконичным. Несмотря на обилие «поэзии» в тендерных документах и необходимость буквально «стоять на коленях», отвечая на каверзные технические вопросы заказчиков во время последующих визитов, Milrem Robotics выиграла этот сложнейший контракт, посрамив всех скептиков.

После этого грандиозного успеха Ремо Оясте перевели на ближневосточное направление. Здесь его стратегия построения личных связей дала еще более ошеломительный результат. Познакомившись через норвежского экс-офицера (оператора разведывательных дронов Black Hornet) с топ-менеджерами крупной оборонной корпорации, праздновавшими сделку на 70 миллионов долларов, Ремо не стал с порога навязывать им свой товар. Вместо этого они весь вечер пили и обсуждали армейские байки. На следующий день клиенты сами поинтересовались продукцией Milrem, и всего через три месяца приобрели высокотехнологичного наземного робота без единой предварительной демонстрации. В международных продажах Ремо Оясте виртуозно применял тактику децентрализованного командования (decentralized command): он находил надежных агентов на местах, четко доносил до них свои намерения и позволял им самостоятельно выполнять их работу.

Успешное применение армейских практик в жестком мире бизнеса укрепило веру Ремо в универсальность этих методов, что впоследствии подтолкнуло его к созданию в Эстонии обучающей компании Combat Ready в 2021 году (подробнее об этом этапе будет рассказано в следующей главе). А его глубокое уважение к американским коллегам и их стандартам работы зародилось еще во время совместных учений с SEAL Team 2 в Норвегии, о чем они с ведущим вскользь упоминали в ходе беседы.

🚀 Эволюция Combat Ready: от идеи до партнерства 2:05:52

Основание консалтинговой компании Combat Ready в Эстонии стало закономерным продолжением военного опыта Ремо Оясте и его партнера Мартина. Понимая, что изобретать велосипед в методах управления и принятия решений не имеет смысла, они решили опереться на проверенные принципы, описанные в философии «Экстремальной ответственности». Изначально проект воспринимался скорее как увлечение, требующее серьезной проверки на прочность.

Стратегия развития компании строилась на предоставлении ценности «авансом». Эстонские ветераны начали с активного изучения онлайн-программ Джокко Виллинка и Лифа Бабина, буквально «заваливая» их обратной связью по качеству материалов. Этот подход, подкрепленный дисциплиной, со временем принес плоды: профессионализм эстонских коллег был замечен, и начался процесс постепенного сближения с командой Echelon Front.

🛡️ Путь на FTX: доказать делом 2:09:39

Решающим моментом для эстонской команды стало решение принять участие в учениях FTX (Field Training Exercise), организованных Джокко Виллинком в США. Не имея на тот момент официального партнерства, Оясте и Мартин рискнули всем: они взяли кредит с высокими процентами, чтобы оплатить поездку и лично продемонстрировать свои навыки. Подготовка сайта и материалов велась с нуля, причем, как отмечает Оясте, на тот момент у них даже не было гражданской одежды — только военная форма.

На самих учениях FTX их подход «Default Aggressive» («агрессивное поведение по умолчанию» в конструктивном ключе) сработал идеально. В то время как многие участники действовали хаотично, эстонцы выполняли задачи с механической точностью, напоминая профессионалов на фоне новичков. Джокко Виллинк вспоминает, что именно эта слаженность и дисциплина на тренировочном поле убедили его в серьезности намерений ребят из Эстонии. Полученное «добро» на проведение подобных тренировок в Эстонии стало для них сигналом к началу активной фазы роста.

📈 Масштабирование и официальное партнерство 2:17:49

Вернувшись из США, партнеры начали внедрять полученные знания в эстонских компаниях. Первые шаги были непростыми: приходилось преодолевать скепсис рынка, привыкать к публичным выступлениям и выстраивать маркетинговую стратегию с нуля. Однако фокус на правильных действиях и искренней мотивации привел к быстрому росту: за второй год выручка компании выросла до 450 000 евро, несмотря на отсутствие изначальных инвестиций.

Важным этапом стало завоевание статуса на крупных бизнес-конференциях. Оясте описывает эпизод, когда благодаря напористости им удалось пробиться на главную сцену мероприятия, где изначально не планировалось их выступление. Постепенно их настойчивость превратила Combat Ready в заметного игрока, и в конце 2023 года, после квартальных отчетов, которые Оясте отправлял в адрес Echelon Front в одностороннем порядке, было подписано официальное соглашение о партнерстве. Поддержка со стороны Джокко Виллинка, выразившаяся в публичном признании их инструкторов, окончательно закрепила успех, доказав, что следование принципам, изложенным в книге, неизбежно приносит результат.

🥋 Масштабирование ответственности: от системы поясов до воспитания «воинов-детей» 2:32:47

В процессе развития компании Combat Ready Ремо Оясте столкнулся с необходимостью чёткой градации навыков своих сотрудников. Чтобы измерить компетенции инструкторов, он внедрил систему «поясов», заимствованную из джиу-джитсу . Эта иерархия включает в себя белый, синий, пурпурный, коричневый и чёрный пояса. По словам Ремо, на данный момент почти вся его команда, состоящая из семи человек, носит белые пояса . Это не означает отсутствие опыта — многие из них ранее занимались коучингом и работали с крупными организациями, — но подчёркивает строгость новых стандартов аттестации.

Джокко Виллинк отметил, что в Echelon Front также обсуждали подобную идею, но так и не реализовали её, опасаясь излишней формализации . Однако для эстонского филиала это стало идеальным инструментом внутреннего контроля. Чтобы получить следующий пояс, инструктор должен пройти определённые модули обучения, которые могут занимать месяцы и даже годы . Ремо подчеркивает, что такая система позволила превратить их методику в детализированный «чертеж» (blueprint), сделав преподавание максимально точным и практичным .

«Расстрельная комиссия» и стандарты инструктажа 2:35:24

Ремо Оясте стал одним из десяти человек, прошедших девятимесячную программу сертификации инструкторов (Train the Trainer) от Echelon Front в Сан-Диего . Большая часть обучения проходила виртуально, но финальный этап требовал личного присутствия и прохождения через «расстрельную комиссию» (murder board) — жесткую проверку навыков выступления перед аудиторией.

Для Ремо такой формат не был в новинку. Он вспоминает, что в эстонской школе сержантского состава (NCO school) подобные «собеседования с пристрастием» длились по две недели . В армии кандидатов заставляли преподавать темы, в которых они не разбирались, следуя строжайшему регламенту:

Пятиминутный лимит на блок .
Обязательное использование специфических ключевых слов.
Чёткая формулировка намерения (intent) и практическая сессия в конце.

Если кандидат «замерзал» под градом вопросов от сослуживцев, он не получал допуск . Этот суровый опыт Ремо перенёс в гражданскую сферу, требуя от своих инструкторов в Combat Ready такой же точности. Интересно, что вместе с ним сертификацию в США прошёл Льюис Заран — австралийский стендап-комик, живущий в Эстонии . Джокко подчеркнул, что принципы экстремальной ответственности универсальны: они работают как в спецназе или нефтяном бизнесе, так и в индустрии комедии, помогая «управлять сумасшедшими людьми» .

Издательское дело и адаптация «Пути воина-ребенка» 2:41:04

Осознавая, что работа со взрослыми — это лишь борьба с симптомами, Ремо Оясте решил направить усилия на «первопричину» — воспитание молодежи . Для этого он основал собственное издательство, чтобы выпустить серию книг Джокко Виллинка «Путь воина-ребенка» (Way of the Warrior Kid) на эстонском языке.

Решение стать издателем было продиктовано не только идеологией, но и здоровой агрессией в бизнесе. Когда Ремо обратился в существующее эстонское издательство, те запросили слишком высокую комиссию, оставив автору и посредникам минимальную прибыль . Ремо ответил в стиле «Смотри, как я могу» (Watch this) и выкупил права самостоятельно . Это было стратегически верным ходом: фильм по мотивам книги уже снят в Голливуде, и к моменту его выхода на экраны у Combat Ready будет готова вся книжная база .

При переводе Ремо запросил у Джокко разрешение на адаптацию текста под эстонские реалии. Вместо того чтобы заставлять местных детей заучивать Геттисбергскую речь Авраама Линкольна, Ремо заменил эти фрагменты важными фактами из истории Эстонии и именами местных президентов . Это делает книгу понятной и полезной для локального контекста, сохраняя при этом общую философию дисциплины и саморазвития.

Культурная экспансия и «каменный» менталитет 2:46:52

Внедрение принципов боевого лидерства в Эстонии сталкивается с национальными особенностями. Ремо иронично называет эстонцев «людьми из камня» (stone people) — они крайне сдержанны, не проявляют эмоций и редко задают вопросы . Однако методология работает даже в таких условиях. Протестировав программу на молодежных организациях «Кайтселийта» (Союза обороны Эстонии), команда Ремо убедилась в её эффективности .

География деятельности Combat Ready уже вышла за пределы Эстонии. Ремо рассказал об успешном кейсе в Балканах. Несмотря на культурные различия, после первого же тренинга местное подразделение компании-клиента показало рекордную выручку за всю свою историю .

Глобальная цель Ремо Оясте — укрепить эстонскую культуру и помочь соседним странам. «Мы хотим сделать Европу великой», — подытожил он . Его философия проста: вместо того чтобы просто говорить о принципах, нужно быть их живой демонстрацией. В Combat Ready даже структура владения компанией (50/50) настроена так, чтобы в случае споров партнеры были обязаны договариваться, практикуя ту самую децентрализацию и ответственность, которой они учат других .

🤝 Завершение беседы и принципы лидерства

В завершающей части подкаста Джокко Виллинк и Ремо Оясте подвели итоги своего диалога. Ремо выразил искреннюю благодарность за те принципы, которые Джокко изложил в своих книгах, отметив, что они стали фундаментом для его текущей работы и личной трансформации. Оясте подчеркнул, что именно эти идеи позволили ему уйти с «теплого» места, пойти на риск и начать помогать другим — детям, родителям и профессионалам как в Эстонии, так и в Европе в целом. Джокко, в свою очередь, поблагодарил Ремо за службу и вклад в развитие лидерских качеств у окружающих, пожелав ему продолжать в том же духе.

Простота как залог успеха в обучении

Джокко затронул тему стиля подачи материала в обучении, анализируя прошлые выступления Ремо. Он отметил, что когда эксперты пытаются использовать много профессионального жаргона, театральности и сложных конструкций, это может звучать впечатляюще, но редко запоминается. Напротив, когда информация подается максимально просто, ясно и лаконично, она действительно усваивается.

Для Ремо это был первый опыт ключевого выступления на английском языке, что, по мнению Джокко, естественным образом подтолкнуло его к упрощению речи.
Сила таких концепций, как «Экстремальная ответственность», заключается в том, что это «бесспорная правда», которую легко понять и применить в жизни.
В отличие от многих экспертов, которые используют провокационные или спорные заявления ради кратковременного внимания, принципы лидерства Джокко направлены на долгосрочный результат.

Ранее в разговоре они касались истории Эстонии и становления компании Combat Ready в Эстонии.

Искусство конструктивной обратной связи

Обсуждая развитие онлайн-академии Echelon Front, Джокко проанализировал важность правильной доставки критики. Он провел параллель с работой квотербека в американском футболе: если бросать мяч слишком сильно («бемить» его), можно травмировать принимающего, даже если цель — просто передать пас. Также и с обратной связью: «заваливать» человека жесткой критикой, даже если она справедлива, — не самый эффективный путь.

Джокко признал, что получил от Ремо критические замечания в адрес своей академии, которые они восприняли серьезно и использовали для улучшения сервиса. Важно не просто донести сообщение, а сделать это так, чтобы адресат смог его принять, усвоить и внедрить в работу.

Призыв к действию: принципы работают

В финальном слове Джокко Виллинк обратился к слушателям, еще раз поблагодарив Ремо Оясте за его вклад. Он подчеркнул, что принципы, обсуждаемые в подкасте — такие как «Прикрытие и перемещение» (Cover and Move), «Простота», «Приоритет и исполнение», «Децентрализованное командование» и «Экстремальная ответственность», — доступны каждому.

Джокко напомнил, что эти инструменты не являются секретом или платной услугой — они бесплатны для всех, кто готов их слушать и внедрять в свою повседневную жизнь, бизнес и отношения с семьей.