В новом выпуске подкаста The Vergecast ведущий Дэвид Пирс вместе с приглашенными экспертами обсуждает прорывные и необычные технологические новинки. Главными темами выпуска стали презентация сверхбюджетного электропикапа Slate Truck, радикальный личный опыт полного очищения смартфона ради борьбы за собственное внимание и поиск идеального Windows-ноутбука, способного на равных конкурировать с MacBook Air.
🎧 Большие амбиции копеечных копий: AirPods Max против Pickin F5s 0:00
Ведущий Дэвид Пирс начинает выпуск с рассказа о своем текущем тестировании беспроводных наушников. Недавно он снова приобрел синие Apple AirPods Max стоимостью 500 долларов, чтобы освежить впечатления, хотя и признается, что планирует вернуть их обратно в магазин. Одновременно с этим в его руках оказалась модель Pickin F5s — пожалуй, самая откровенная и бесстыдная копия AirPods Max, которую только можно встретить на рынке.
Поразительно, но при цене всего в 50 долларов эти наушники-клоны, как утверждает Пирс, звучат гораздо лучше, чем можно было бы ожидать от устройства в десять раз дешевле оригинала. Пирс видит в этом феномене не просто забавный курьез, а начало большой и интересной тенденции, связанной с платформой TikTok Shop и тем, как современные потребители находят и покупают электронику. В будущем он обещает подробнее разобрать эту историю, поскольку за ней скрываются глобальные изменения в ритейле.
🛻 Slate Truck: Перезагрузка представлений об автомобиле 2:24
Главной автомобильной темой недели, по мнению участников подкаста, стал официальный запуск Slate Truck, состоявшийся на прошлой неделе. Для обсуждения этой новинки Пирс пригласил независимого автожурналиста Тима Стивенса, который подготовил большой материал об электромобиле. Оба собеседника сошлись во мнении, что это один из самых интригующих автомобилей за последние годы, а его уникальность кроется в его абсолютной простоте и минимализме.
Стивенс описывает Slate Truck как радикальную попытку переосмыслить саму концепцию машины. Одной из самых ярких особенностей электропикапа является полное отсутствие автомобильной краски: кузов полностью изготовлен из формованного пластика. Такое технологическое решение имеет массу практических преимуществ: царапины пластику не страшны, так как под ними нет слоя краски, и цвет машины останется неизменным. При этом, по словам Стивенса, создатели изначально проектировали эту поверхность так, чтобы она идеально подходила для нанесения виниловых пленок, что дает владельцам полную свободу для самостоятельного кастомизированного дизайна.
С технической точки зрения Slate Truck представляет собой полностью электрический заднеприводный пикап. Основные характеристики автомобиля включают:
- Запас хода: от 150 до 230 миль (примерно 240–370 км) в зависимости от выбранной конфигурации батареи.
- Грузоподъемность: около 1500 фунтов (680 кг), что Стивенс сравнивает с показателями популярного компактного пикапа Ford Maverick.
- Тяговое усилие: ограничено скромными 1000 фунтами (453 кг).
- Вместимость: базовая версия рассчитана всего на двух человек.
Однако идея модульности развита здесь настолько глубоко, что покупатели могут приобрести специальный комплект модернизации. Он позволяет буквально прикрутить болтами дополнительные сиденья в кузов пикапа, превращая его в полноценный внедорожник (SUV). Список того, чего в машине нет, впечатляет еще больше: здесь отсутствуют электростеклоподъемники (окна придется опускать ручками), нет встроенной стереосистемы и полностью отсутствует сенсорный экран.
💰 Формула сверхнизкой цены: Как уложиться в $20 000 5:03
Главная сенсация вокруг Slate Truck — это его целевая стоимость, которая с учетом федеральных субсидий в США должна составить менее 20 000 долларов. Без учета льгот полная цена электромобиля ожидается в районе от 25 000 до 27 000 долларов. Как рассказывает Стивенс, разработка проекта и первые дизайнерские наброски начались около трех лет назад. Достижение столь беспрецедентно низкой цены для электромобиля в текущих экономических реалиях потребовало от инженеров Slate Auto радикального пересмотра не только комплектации, но и самих производственных процессов.
Стивенс подчеркивает, что отказ от лакокрасочного покрытия и переход на пластиковые панели — это в первую очередь колоссальная экономия на этапе строительства завода. Для производства традиционных алюминиевых или стальных кузовных деталей требуются гигантские штамповочные прессы высотой в три этажа, стоимость которых исчисляется миллионами долларов. В то же время оборудование для литья пластика под давлением гораздо компактнее и дешевле — Стивенс отмечает, что им можно заниматься чуть ли не в собственной квартире. Кроме того, отсутствие краски избавляет компанию от необходимости строить дорогостоящие покрасочные цеха, что позволяет Slate Auto запуститься быстро и с минимальным стартовым капиталом.
Дэвид Пирс задается вопросом, не выглядит ли такой подход излишне циничным, сравнивая его со стратегией лоукостеров, где с пассажира берут дополнительные деньги за откидной столик или возможность вытянуть ноги. Стивенс признает, что в этом есть доля правды, однако, по его личным впечатлениям от общения с топ-менеджментом и дизайнерами Slate Auto, команда искренне предана идее создания по-настоящему доступного транспорта. Важным отличием от других электромобильных стартапов вроде Lucid или ранней Tesla является то, что Slate не пытается навязать покупателям сверхдорогие комплектации на старте. Машина продается в единственной базовой спецификации, а все улучшения — будь то аудиосистема или дополнительные сиденья — владелец может докупать и устанавливать по мере возможности.
🦈 Философия дизайна и синдром «больших грузовиков» 8:56
Выбор форм-фактора пикапа также обусловлен экономикой: производство двухместной кабины позволяет сэкономить половину затрат на отделку интерьера. При этом создатели заложили в автомобиль глубокую эстетическую концепцию: машина должна развиваться и становиться лучше с возрастом. Стивенс вспоминает, что на одной из мудборд-панелей в дизайн-студии компании видел изображение старой акулы, покрытой шрамами, которая выглядела «чертовски круто». По задумке Slate Auto, их пикап должен стареть красиво, подобно старым синим джинсам или качественному кожаному кошельку.
Функционально такой автомобиль идеально подходит для повседневных утилитарных задач — перевозки мульчи, пиломатериалов или грязной собаки в кузове. Тим Стивенс делится критическим мнением по поводу современного состояния авторынка США, где потребительские пикапы стали неоправданно огромными и агрессивными. Он приводит в пример такие модели, как Chevrolet Silverado 2500 или Ram 3500, у которых из-за огромной высоты капота водитель физически не способен увидеть стоящего перед машиной шестиклассника. Средняя цена пикапа в США сейчас составляет колоссальные 60 000 долларов. Стивенс выражает надежду, что успех Slate заставит автогигантов вернуть на рынок легкие, простые и доступные рабочие машины, по которым многие скучают со времен культового Ford Ranger 90-х годов, Toyota T100 или старых Nissan Frontier.
Дэвид Пирс проводит аналогию с рынком смартфонов, где существует устойчивая прослойка пользователей, требующих вернуть компактные устройства формата iPhone 4 или iPhone SE. Однако, как отмечает Пирс, реальные продажи доказывают обратное: голосуя долларом, потребители всегда выбирают огромные и дорогие экраны. Стивенс частично соглашается с этим аргументом, но указывает на важное различие: на рынке смартфонов пользователи привязаны к закрытой экосистеме Apple, тогда как в автопроме сменить бренд гораздо проще, особенно когда в машине практически нет сложного софта.
🔧 Сделай сам: Право на ремонт и «Университет Slate» 15:28
Компания Slate Auto радикально поддерживает концепцию Right to Repair (право на ремонт) и философию DIY. Помимо продажи готовых виниловых комплектов, они планируют предоставить открытые шаблоны, чтобы владельцы могли сами вырезать пленку любого цвета. Внутри салона предусмотрены штатные места для подключения USB-устройств и выводы питания для сторонних колонок, что позволяет использовать собственные гаджеты вместо покупки дорогих опций.
Более того, производитель создает платформу «Университет Slate» (Slate University) — масштабную онлайн-базу знаний с видеоинструкциями по ремонту и кастомизации. Стивенс рассказывает, что если у владельца сломается боковое зеркало и это будет гарантийным случаем, компания просто вышлет деталь по почте вместе с инструкцией по установке. Дэвид Пирс горячо поддерживает эту идею, делясь недавней фрустрирующей историей, когда официальный дилер отказался принять купленную Пирсом в обычном магазине копеечную прокладку, заставив его ждать оригинальную деталь несколько дней ради сохранения гарантии.
Впрочем, у самостоятельного ремонта будут жесткие ограничения безопасности: Slate Auto строго запрещает пользователям вмешиваться в узлы высокого напряжения. Например, установка дополнительного аккумуляторного блока для увеличения запаса хода должна производиться исключительно специалистами.
Что касается структуры самой компании Slate Auto, Стивенс раскрывает следующие известные факты:
- Руководство: Генеральным директором является Крис Барман, бывший топ-менеджер Fiat Chrysler. Шеф-дизайнером выступает Тиша Джонсон, ранее возглавлявшая направление дизайна интерьеров в Volvo.
- География: Штаб-квартира компании расположена в Мичигане, дизайн-студия находится в Лос-Анджелесе, а производство планируют развернуть в штате Индиана.
- Финансирование: В индустрии активно обсуждаются слухи об инвестициях Джеффа Безоса. Стивенс прямо спросил руководство, является ли Slate дочерней структурой Amazon, на что получил уклончивый ответ — это не подразделение ритейлера, хотя семейные связи из-за Безоса исключать нельзя.
Стивенс оценивает шансы на то, что Slate Truck действительно встанет на конвейер в конце 2026 года, в очень высокие 80–90%. По его мнению, простота конструкции и отсутствие многомиллионных трат на запуск выгодно отличают Slate от прогоревших или буксующих стартапов вроде Canoo, Aptera или Fisker.
📱 Радикальный цифровой детокс: Как сделать свой смартфон хуже 33:22
Во второй части шоу к Дэвиду Пирсу присоединяется Кейси Джонстон, известная журналистка и автор фитнес-рассылки She's a Beast. Джонстон рассказывает, что в следующем месяце у нее выходит книга A Physical Education, посвященная психологии и научным аспектам силовых тренировок. Однако главной темой беседы становится ее уникальный опыт борьбы с экранной зависимостью и радикальное сокращение использования смартфона.
Джонстон вспоминает, что в конце 2023 — начале 2024 года осознала полную потерю контроля над своим временем, которое безвозвратно исчезало в экране телефона. В попытках найти решение она изучала статьи об отказе от смартфонов в пользу старых «раскладушек». Экспериментируя, Кейси даже вставила SIM-карту в древний iPhone 4S. Анализируя опыт людей, перешедших на кнопочные телефоны, она пришла к выводу, что главными вещами, из-за которых люди неизбежно возвращаются к смартфонам, являются групповые чаты и навигация, поскольку адекватной альтернативы Google Maps в современном мире просто нет.
Ее решением стало создание «глупого смартфона» — устройства, которое сохраняет групповые сообщения и карты, но лишено всех остальных отвлекающих факторов. Первым радикальным шагом, который Джонстон рекомендует каждому, является полный сброс телефона до заводских настроек. По ее мнению, удалять приложения по одному неэффективно, так как мозг начинает цепляться за каждое из них, уговаривая оставить программу. Полный сброс позволяет начать с чистого листа и возвращать приложения только по мере крайней необходимости. При этом она предупреждает о важности сохранения кодов приложений-аутентификаторов перед сбросом, чтобы не потерять доступ к аккаунтам.
Вторая фундаментальная идея Кейси заключается в том, что смартфон нужно намеренно сделать хуже, скучнее и некрасивее. Она призывает полностью отказаться от кастомизированных обоев, особенно с фотографиями близких людей. Джонстон заявляет: «Не позволяйте телефону носить кожу ваших близких». По ее мнению, корпорации специально используют функцию демонстрации теплых личных воспоминаний и милых фотографий детей или домашних животных на экране блокировки, чтобы эмоционально привязать пользователя к гаджету и манипулировать им. Экран должен быть черным, унылым и безликим.
🛋️ «Проблемный телефон» на привязи 48:12
Поскольку работа Кейси Джонстон в медиасфере требует ведения блогов в соцсетях и отслеживания трендов, полностью удалить аккаунты она не могла. Вместо этого она применила тактику «проблемного телефона». Она взяла старый iPhone 11 без SIM-карты, работающий только по Wi-Fi, и установила все аддиктивные приложения (Instagram, Twitter) исключительно на него. Более того, из-за убитого аккумулятора этот телефон постоянно привязан к зарядному устройству у ее рабочего стола.
Такой подход создал спасительное трение: если Кейси нужно опубликовать рабочий пост или проверить ленту, ей приходится физически идти к столу и сидеть в неудобной позе в строго определенном месте. Это полностью разружило привычку бесконтрольно листать соцсети на диване или в постели перед сном. В результате, по словам Джонстон, она практически перестала пользоваться этим вторым устройством, избавившись от ментального груза зависимости.
Дэвид Пирс делится собственным опытом: он пробовал переносить социальные сети на iPad, но столкнулся с тем, что интерфейс этих приложений на планшетах отвратителен. Пирс также рассказал, что буквально за час до записи подкаста приобрел гаджет под названием "The Brick". Это небольшое NFC-устройство: когда пользователь прикладывает к нему телефон, оно аппаратно блокирует все приложения, кроме разрешенных, и разблокировать их можно только вернувшись к этому физическому «кирпичику». Пирс сравнивает это с чехлами Yondr, которые используют в школах и на концертах комиков (например, Джона Мулейни), чтобы зрители не отвлекались на съемку.
🛒 Борьба со скукой в очереди за кофе 52:46
Участники дискуссии сошлись во мнении, что цифровая зависимость часто маскируется под невинные действия. Джонстон отмечает, что человек может брать телефон по 200 раз в день просто для того, чтобы узнать время, но моментально попадает в ловушку уведомлений и проваливается в часовой скроллинг. Проблема усугубляется поведением крупных СМИ. Кейси приводит в пример пуш-уведомления от The New York Times, которые смешивают в одну кучу сообщения о мировых катастрофах и кулинарные рецепты.
Джонстон призывает пересмотреть концепцию необходимости знать все немедленно. По ее мнению, в современном мире полезно и здорово сознательно дозировать информационный поток. Она считает, что человеку жизненно необходимо вернуть умение скучать. Когда Кейси стоит в очереди в супермаркете, она больше не достает телефон, а просто смотрит по сторонам. Пирс признается, что этот ответ вызывает у него внутреннее отторжение, поскольку стоять в очередях безумно скучно. Однако Кейси настаивает, что скука действует на мозг как сон или как галтовка для камней — она сглаживает острые углы хаотичных мыслей, давая разуму время переварить события дня и генерировать новые идеи. Физический рефлекс тянуться к карману за телефоном без причины, по ее опыту, полностью исчезает уже через три дня такой практики.
💻 В поисках идеального Windows-ноутбука: Четыре претендента 1:08:27
В финальной части подкаста к ведущему присоединяется эксперт The Verge Антонио Дебенедетто, чтобы ответить на вопрос слушателя по имени сэр Роб. Суть проблемы заключается в том, что в мире Apple есть абсолютный дефолтный хит для рекомендаций — MacBook Air. Однако в экосистеме Windows аналогичного единого консенсусного решения долгое время не существовало. Дебенедетто отмечает, что раньше на эту роль идеально подходил Dell XPS 13, но компания Dell ухудшила устройство, внедрив безрамочную клавиатуру без зазоров между клавишами. По оценке эксперта, печатать на ней неудобно из-за огромного количества опечаток.
В качестве альтернативы в ценовом сегменте от 1000 до 1300 долларов Антонио предлагает рассмотреть четыре актуальные модели ноутбуков:
- Microsoft Surface Laptop 7 (7th Edition): Прямой ответ Microsoft на MacBook Air. Он тонкий, легкий, выпускается в красивых цветах и оснащен процессором Snapdragon X. Главный плюс — невероятное время автономной работы на уровне Apple Silicon. Минус — платформа Windows на ARM все еще имеет проблемы с совместимостью некоторых старых программ и большинства игр.
- Framework Laptop 13 (на базе AMD Ryzen AI 300): Самый харизматичный и уникальный модульный ноутбук на рынке. Его главная фишка — пользователь сам выбирает порты с помощью сменных карточек расширения (USB-C, USB-A, HDMI, MicroSD или даже Ethernet). Ноутбук легко ремонтируется и обновляется со временем. Из минусов Антонио отмечает слегка губчатый ход клавиш и более дешевый пластиковый трекпад по сравнению с безупречными тактильными трекпадами Apple.
- Acer Swift 14 AI: Антонио называет его воплощением принципа «функция над формой». Дэвид Пирс, взглянув на фото, охарактеризовал его как «самый скучный ноутбук в жизни», что, впрочем, является комплиментом для рабочей лошадки. Модель работает на чипе Intel Lunar Lake, предлагает отличный баланс производительности, прекрасную автономность и богатый набор портов прямо из коробки.
- Asus ZenBook S14: Более премиальный и изящный вариант на том же процессоре Intel Lunar Lake. Устройство позиционируется как настоящий объект дизайна, оснащено великолепным OLED-экраном и тонким стильным корпусом.
В ходе дискуссии Дэвид Пирс и Антонио Дебенедетто приходят к консенсусу: лучшей универсальной рекомендацией в мире Windows стоит признать Framework Laptop. Возможность в любой момент передумать, заменить порты, самостоятельно добавить оперативную память или накопитель SSD нивелирует риски ошибиться при покупке и делает этот ноутбук долговечным вложением средств.
