«BUD/S — это просто исследование того, можешь ли ты быть несчастным семь месяцев подряд», — утверждает ветеран SEAL Шон Гласс, сменивший поле боя в Мосуле на руководство строительными стартапами и мясным производством. Пройдя путь от фаната тяжелого метала до элитного офицера спецназа, он доказывает, что лидерство — это не врожденный дар, а технический навык, который требует такой же тренировки, как ремесло сантехника. Это история о децентрализованном командовании, искусстве упрощения сложных планов и поиске новых смыслов в гражданской жизни через поддержку ветеранов и бывших заключенных.
🤠 Ранние годы: Жизнь в техасской глуши 2:54
Детство Шона Гласса прошло в условиях, которые можно назвать «настоящим техасским ранчо». Хотя официально его семья была приписана к городку Корсикана, где дети посещали школу и занимались спортом, их реальным домом был небольшой участок земли в 60 акров в крошечном поселении Блуминг-Гроув. Шон вспоминает, что это место было настолько удаленным, что у их дороги даже не было названия — только безликий номер «Фермерская дорога 1390» [03:07–03:44].
Для ребенка 60 акров земли ощущались как бескрайняя дикая местность. Большая часть территории была покрыта лесом, остальное занимали пастбища. В детстве Шон много времени проводил, исследуя этот ландшафт: он мастерил мосты из железнодорожных шпал через пересыхающие ручьи, строил шалаши и в своих фантазиях превращался то в ковбоя, то в солдата [09:12–10:29].
Предпринимательские поиски отца 4:23
Отец Шона был серийным предпринимателем, чьи бизнес-инициативы отличались завидным разнообразием, но, как признается сам Шон, редко приносили доход. Отец пробовал себя во всем: от открытия сети парикмахерских по всему Техасу до операций с недвижимостью и разведения лошадей [04:23–04:36].
Для юного Шона это время было связано с противоречивыми чувствами. С одной стороны, семья всегда была обеспечена едой и базовыми потребностями, а отец работал очень усердно. С другой стороны, Шон видел, как семейный бюджет периодически уходил в глубокий «минус» из-за очередных неудачных инвестиций, требующих перекредитования имущества. Эти детские воспоминания о «гораздах бизнес-карт», оставшихся от закрытых предприятий, даже сформировали у него определенный страх перед неоправданным риском в будущем [05:02–06:21].
Семейная динамика и школьные годы 7:55
Мать Шона, работавшая до рождения детей медицинским лаборантом, посвятила себя педагогике. Она преподавала естественные науки в начальной школе, а позже перешла в колледж Наварро, где проработала более 20 лет, вплоть до своего недавнего выхода на пенсию [06:49–07:42]. В семье было трое детей, все с разницей в два года. Шон признается, что в детстве не всегда был идеальным братом, часто создавая почву для шутливых «историй ужасов» в отношениях с сестрами, хотя с возрастом их связь стала гораздо крепче [07:55–08:46].
Образование Шон получал в небольшой частной христианской школе в Корсикане. По его словам, это место было уникальным сплавом: туда отдавали детей родители, стремившиеся к религиозному воспитанию, но также туда попадали ученики, исключенные из государственных школ за плохое поведение. В такой среде будущему офицеру приходилось адаптироваться с самого детства [11:49–12:54].
Спортивный путь и отношение к труду 13:06
Спортивная карьера Шона в школе была скромной из-за малого числа учащихся в академии. Он пробовал себя в баскетболе и футболе, но, как он сам честно отмечает, успех в спорте требовал дисциплины, которой ему тогда не хватало. В отличие от своей младшей сестры, которая была фанатично предана тренировкам и в итоге получила спортивную стипендию в университете TCU, Шон предпочитал играть в матчах, но ненавидел рутину тренировок [13:06–14:40].
- Футбол: Шон играл в защите (обычно на позиции правого защитника).
- Учеба: Не был прилежным учеником, но обладал способностью выстраивать хорошие отношения с учителями, что помогало ему обходиться без выполнения домашних заданий.
- Характер: Признает, что в подростковом возрасте был «профессиональным прокрастинатором», полагавшимся на естественный талант, а не на трудолюбие.
Опыт взросления в Техасе, где уже в 15 лет можно было получить разрешение на работу, позволил Шону рано начать самостоятельную жизнь. Работая ранчо-хэндом — занятие, которое он называет «формирующим характер» — он сталкивался с самыми неожиданными поручениями, от очистки ржавых заборов до наблюдения за «техасским каннабисом» (коноплей), который его работодатели тайно выращивали на участке [16:40–18:51].
🎵 Музыка, тестостерон и путь к цели 25:23
Музыкальные предпочтения Шона Гласса в подростковом возрасте были настоящим коктейлем из контрастов. В машине матери неизменно играли записи Эми Грант или Кармена — артиста, который в своих клипах 80-х годов в буквальном смысле вел «духовную войну» с Сатаной. Если же Шон ехал с отцом, радиоприемник транслировал классический рок, вроде Led Zeppelin, что казалось Шону «древним», хотя на деле хиты вроде Stairway to Heaven на тот момент имели всего около десяти лет истории.
Позже, уже в старших классах, Шон открыл для себя метал: Metallica, Megadeth и Black Sabbath стали саундтреком его юности. Это было время, когда его родители официально оформили развод. Для пятнадцатилетнего подростка, переполненного гормонами и разочарованием, эта музыка стала эмоциональной отдушиной. Шон отмечает, что Metallica всегда будет популярна среди молодых людей, потому что их тексты — об одиночестве, трудностях и борьбе — идеально резонируют с состоянием парней, переживающих те же этапы взросления.
🚗 От подработки до первой «мечты» на колесах 32:11
В подростковые годы Шон работал в местном музыкальном магазине, зарабатывая скромные 5,25 доллара в час, которые позже выросли до 5,50. Трудолюбие и накопления позволили ему осуществить мечту любого техасского подростка того времени. После того как он успел поводить «гуакамолево-зеленый» Suburban своего отца (который тот пытался «украсить» серой полосой вдоль кузова), Шон приобрел свой собственный автомобиль — 1970 Chevelle Super Sport за 6000 долларов.
Это была классическая «мускульная» машина цвета «полуночный синий» с белыми гоночными полосами. Шон вспоминает, что расход топлива составлял катастрофические 8 миль на галлон, но бензин в Техасе стоил менее доллара, поэтому это было приемлемо. Позже, поступив в колледж, он продал машину, о чем до сих пор жалеет, сменив мощный «Шеви» на не менее проблемный Land Rover 1995 года выпуска, который требовал ремонта гораздо чаще, чем хотелось бы.
📚 Книга, изменившая жизнь 34:34
До судьбоносного момента Шон не проявлял особой дисциплины, хотя рос в семье педагогов и много читал, часто пропадая в публичной библиотеке Корсиканы. Всё изменилось примерно в 1995–1996 годах, когда в разделе военной истории он наткнулся на книгу Hunters and Shooters — устную историю спецназовцев, воевавших во Вьетнаме.
Эта книга стала «переключателем»: Шон мгновенно осознал, что хочет посвятить свою жизнь именно этому. Он начал рассматривать каждое свое решение через призму одной цели: «Поможет ли это мне попасть в ряды «морских котиков» (Navy SEALs)?». Если ответ был «нет», он не тратил на это время. Этот фокус привел к радикальным изменениям: он начал усердно заниматься спортом, следить за питанием и стремиться к отличным оценкам, хотя родители поначалу считали, что он сошел с ума.
🎓 Колледж как стратегия подготовки 38:02
После окончания школы Шон выбрал Texas A&M. Изначально он сомневался, не лучше ли сразу пойти служить, но родители настояли на получении образования. Шон подозревает, что это была «тактика задержки»: они надеялись, что в колледже он увлечется учебой, встретит девушку и передумает идти в армию.
Они ошибались. Шон стал самым «скучным» студентом в истории университета: он просыпался в 4:25 утра, чтобы тренироваться с группой студентов, готовящихся к отбору в SEAL, затем шел на пары, а после — на подработку в школу для неблагополучных детей. Ранее в разговоре они касались темы отбора и службы. Шон выбрал специальность «Речевые коммуникации» (Speech Communications) исключительно из расчета, что она будет легкой и позволит сосредоточиться на тренировках, однако на деле она оказалась перегружена написанием 30-страничных эссе каждый семестр.
Несмотря на физическую форму, которой он гордился, университетская среда показала ему, что всегда есть кто-то быстрее — его показатели в беге поначалу были далеко не лучшими в группе. Тем не менее, жесткий режим «подъем-тренировка-учеба-сон» к 20:30–21:00 помог ему добиться исключительных результатов: 32 подтягивания и 147 отжиманий на тестах. Получив долгожданное письмо о зачислении в программу подготовки, он столкнулся с еще одной задержкой: из-за старой травмы плеча потребовалось почти полтора года бюрократической волокиты, чтобы пройти медицинскую комиссию. Но, как признает Шон, в конечном итоге это ожидание пошло ему только на пользу, закалив терпение перед началом службы.
🌊 Испытание в Офицерской школе (OCS) и путь к «морским котикам» 50:45
Путь Шона Гласса к элитным подразделениям начался с обучения в Офицерской школе (OCS), которое он описывает как «чертовски жалкое» время. Гласс вспоминает, как проехал 18-19 часов из Техаса на своем пикапе Ford F-250, всю дорогу повторяя учебные материалы, в частности, «Кредо моряка». Несмотря на то, что прибытие в школу сопровождалось жестким психологическим прессингом со стороны старшекурсников, Гласс, закаленный жизненным опытом, воспринял это философски: «Для меня это был какой-то шуткой, я не понимал, почему другие так нервничают».
Ключевой фигурой для Гласса стал его инструктор, сержант-артиллерист Яковани — классический пример строгого, но справедливого морского пехотинца. Яковани взял Шона под свое крыло, так как тот стремился попасть в боевую специальность (MOS). Инструктор сделал его президентом класса — роль, которая поначалу раздражала Гласса, так как он опасался нехватки времени на физическую подготовку (PT). Однако на деле эта позиция обеспечила ему тесный контакт с Яковани. Они вместе смотрели сериал «Братья по оружию», разбирая уроки лидерства. В конечном итоге Гласс стал полковым командиром, фактически управляя всей Офицерской школой.
Несмотря на менторство, будни в OCS были тяжелыми:
- Сложности обучения: Шона изматывали теоретические дисциплины, такие как навигация и работа с досками мобильности, в которых он был слаб.
- Физические ограничения: Из-за плохой гибкости он едва не вылетел из программы, не сумев выполнить тест на касание пальцев ног — тогда Яковани буквально помог ему, надавив на спину.
- Быт: 13 недель прошли в условиях хронического недоедания, потери формы и бесконечного складывания и глажки нижнего белья.
⚓ Начало пути в BUD/S и легендарная «адская неделя» 57:12
После выпуска Гласс вместе с тремя друзьями, с которыми он познакомился в OCS, переехал в Коронадо для прохождения BUD/S. Жилье им помог найти товарищ, выросший в этих местах, а их «хозяйкой» стала олимпийская бегунья — жена одного из коллег, чьи пробежки стали для будущих «котиков» настоящим уроком смирения.
Страх не оправдать ожиданий преследовал Шона на старте, но интенсивная подготовка в Техасском университете A&M помогла ему держаться на уровне. В BUD/S он быстро осознал, что атлетизм не всегда гарантирует успех. Многие D1-атлеты «ломались», тогда как «неуклюжие» борцы зачастую показывали лучшие результаты, так как привыкли к постоянным страданиям и нехватке питания.
О «адской неделе» (Hell Week) Гласс отзывается неожиданно:
- Психология офицера: Ему было легче, чем другим, потому что он фокусировался на эффективности своей команды и лодки, а не на собственном дискомфорте.
- Холод: Будучи техасцем, он тяжело переносил ледяную воду, в отличие от тех, кто серфил в штате Мэн.
- Смирение: Для него это был самый простой этап, так как там невозможно было «провалиться» — от него требовалось только продолжать движение, что было его сильной стороной.
🚧 Преодоление «полосы препятствий» и работа над ошибками 103:06
Полоса препятствий в BUD/S была для Гласса «гигантской игровой площадкой для взрослых». Его основным соперником был сокурсник по имени Майк, который всегда обходил его, выполняя упражнения с легкостью. Выяснилось, что секрет Майка заключался в грамотном распределении энергии: он не выкладывался на полную до середины дистанции, тогда как Гласс пытался брать все с первого же препятствия.
Второй фазой подготовки стал «pool comp» (испытания в бассейне). Гласс признается, что это был худший опыт в его жизни — абсолютный хаос под водой. Его инструктором был Энди Стампф, известный своей жесткостью. Шон провалил первую попытку, проведя под водой около шести минут, и даже после провала не смог получить внятных советов от Стампфа, который просто не запомнил его ошибок из-за огромного потока курсантов.
Третья фаза, вопреки ожиданиям, превратилась для его класса в «избиение 2.0». Из-за того, что инструкторы были недовольны передачей дел от предыдущих групп, курсанты проводили больше времени в «зоне прибоя», чем на стрельбищах, заново обучаясь стойкости. Завершив обучение, офицеры направлялись в SQT (SEAL Qualification Training), где Гласс проходил специализированный курс младших офицеров, который в тот период значительно переработал Лиф (Leif).
🔱 Боевое братство и уроки афганских деревень 1:15:41
Суровая школа «Зеленых беретов» и окончание подготовки 1:15:41
После завершения базового отбора (ранее в разговоре Шон упоминал этот этап) в обучении возникла пауза из-за графика ротации классов. Чтобы заполнить этот пробел перед началом квалификационного курса (SQT), командование приняло необычное решение: отправить офицеров на три недели в Кэмп-Макколл для прохождения части курса подготовки «Зеленых беретов» (Q-course) .
Шон Гласс вспоминает этот опыт как «курс для джентльменов», который на деле оказался суровым испытанием на выносливость. В феврале при температуре около -6°C (20 градусов по Фаренгейту) будущие «морские котики» рыли лисьи норы, будучи одетыми лишь в тонкие хлопковые BDUs, без какого-либо современного теплого снаряжения . Несмотря на то что Шон повредил колено о камни и был вынужден вернуться в Сан-Диего на лечение через полторы недели, этот период принес ценные знания о засадах и тактике малых подразделений . Отношение инструкторов из Армии США было предвзятым — они хотели посмотреть, на что способны «парни из флота», но Гласс подчеркивает, что для тех, кто был готов учиться, этот опыт стал крайне полезным уроком .
SEAL Team 7: Децентрализованное командование в действии 1:18:15
По окончании обучения Шон Гласс был распределен в Charlie Platoon 7-го отряда SEAL (SEAL Team 7) . Ему повезло попасть в коллектив, где командиры искренне заботились о наставничестве и развитии молодых офицеров. Его первым командиром группы (Troop Commander) стал Джек Карр, который выделялся агрессивным стилем руководства в лучшем смысле этого слова — он постоянно искал возможности для своего подразделения проявить себя за рубежом .
Одним из главных уроков для Гласса стало осознание важности децентрализованного командования. Ранее, будучи старшим офицером в классе во время SQT, он привык к микроменеджменту и полному контролю над ситуацией. Однако в боевом взводе он быстро понял, что это путь к провалу . Шон вспоминает, как учился просто задавать направление и позволять бойцам выполнять свою работу:
- Доверие профессионалам: Опытные бойцы, такие как штурманы, снайперы и подрывники, обладали уровнем проработки деталей, который поражал Гласса — от планирования маршрутов до подготовки специфических зарядов для каждой двери .
- Отсутствие эго: Чиф взвода позволял Шону принимать решения и совершать ошибки, не перехватывая инициативу, что создавало идеальную среду для обучения лидера .
- Высокие стандарты: Если задача не была выполнена идеально, взвод не шел спать. Шон описывает случай на острове Сан-Клементе, когда из-за плохой подготовки снаряжения несколько бойцов не смогли преодолеть зону прибоя. Чиф заставил весь взвод всю ночь отрабатывать заходы и выходы из воды, при этом сам находясь в ледяном океане вместе с ними .
Дипломатия возмездия: Миссия в Афганистане 1:28:41
В 2010 году взвод Шона отправился в Афганистан. Это была уникальная 11-месячная командировка, целью которой была синхронизация графиков развертывания всех подразделений SEAL . Основная задача заключалась в проведении операций по обеспечению стабильности в деревнях: спецназ внедрялся в отдаленные поселения, где зачастую даже не знали о существовании центрального правительства .
Шон Гласс столкнулся с тем, что стандартная риторика о «демократии и централизации» совершенно не работала с племенными лидерами. На встречах (KLE — Key Leader Engagements) старейшины либо игнорировали американцев, либо пытались выставить их вон. Тогда Гласс сменил тактику и начал говорить правду, понятную местным жителям на культурном уровне:
«Мы здесь потому, что люди, которых укрывала ваша страна, направили самолеты в здания в моей стране и убили множество моих соотечественников. Мы здесь, чтобы найти их».
Эта концепция чести и мести мгновенно нашла отклик у старейшин, и взаимодействие сдвинулось с мертвой точки . Единственными, кто интересовался «центральным правительством», были те, кто надеялся на этом нажиться; для остальных же война была делом личного долга и защиты своей территории .
Отражение атаки и «очистка белого пространства» 1:37:21
Погружение в жизнь деревни сопровождалось постоянной угрозой. Взвод удерживал крошечный аванпост площадью около 100 квадратных метров . Спустя три недели после прибытия талибы предприняли массированную скоординированную атаку, используя минометы и ракеты с господствующих высот .
В этот момент Шону пришлось взять на себя роль координатора. Пока командир взвода находился на другой встрече, Гласс остался на базе, управляя связью с вышестоящим штабом и координируя огонь систем поддержки, в то время как чиф взвода повел бойцов на маневр во фланги . Противник ожидал, что американцы засядут в обороне, но SEAL стремительно пересекли русло пересохшей реки (вади) и выбили боевиков с высот . Финальную точку в бою поставил бомбардировщик B-1, сбросивший на позиции отступающего противника серию бомб калибром 500 и 2000 фунтов . Этот бой задал тон всей командировке: после восьми месяцев активных боевых действий территория была очищена, а местные силы полиции подготовлены настолько, что талибы фактически лишились доступа к этому региону .
🌊 Операции в зоне ответственности и выход в море 1:40:45
Уроки лидерства и «свобода» от командиров
Шон Гласс отмечает, что во время его первого развертывания командир взвода предоставил ему значительную свободу действий. Несмотря на то, что иногда они расходились во мнениях, командир всегда поддерживал Гласса и давал ему возможность учиться на собственных ошибках. Это был важный урок: для эффективного управления необходимо доверять своим подчиненным и позволять им принимать решения, даже если есть риск просчета. Позже, став командиром взвода, Гласс стремился транслировать этот подход своим людям, понимая, что микроменеджмент лишь ограничивает развитие личного состава.
Борьба с самоуспокоенностью
Во время 11-месячного развертывания главной угрозой стали самодельные взрывные устройства (СВУ). Уже через три недели после прибытия в страну патруль Гласса подорвался на СВУ; к счастью, бронированная машина MATV выдержала удар, и экипаж не пострадал. Этот опыт сделал Гласса крайне осторожным, но со временем бдительность начала притупляться.
Позже, во время операции по захвату оплота талибов в школьном здании, эта самоуспокоенность чуть не привела к трагедии. Несмотря на то, что зону вокруг школы, по докладам, уже очистили саперы, Шон, увлеченный организацией связи и логистики, не проявил должной осторожности. В результате партнерские силы подорвались на серии СВУ, а последующая проверка выявила еще 16 зарядов в радиусе 100 метров от места, где он неоднократно проходил. Это стало жестким напоминанием о том, что бдительность должна сохраняться на протяжении всего срока службы.
Роль в кризисном реагировании
После возвращения из Афганистана Шон Гласс, вопреки стандартной практике, получил возможность остаться в своей команде в качестве командира взвода. В ходе подготовки к новому развертыванию он столкнулся с трудностями: попытка контролировать все процессы привела к тому, что подчиненные лидеры огневых групп перестали проявлять инициативу. После разговора с наставником он перешел к тактике децентрализованного командования, что позволило взводу выйти на пик эффективности.
Далее подразделение было переброшено в зону «кризисного реагирования» на Ближнем Востоке — силы быстрого развертывания, созданные после событий в Бенгази. Поскольку реальных боевых действий там почти не велось, взвод искал возможности быть полезными. Командир их группы сумел наладить контакт с элитным подразделением 1-го уровня, предложив использовать морских котиков в качестве группы поддержки вместо армейских рейнджеров.
Сложность морских операций (OTB)
Эта договоренность привела группу в Африку для поддержки рискованной операции по захвату боевика «Аш-Шабаб» в Сомали. Операция была проведена методом «выхода с моря» (Over the Beach, OTB), что является одной из самых технически сложных задач для спецназа. При OTB любое допущение ошибки — от утопления снаряжения до поломки лодки — может привести к срыву миссии.
Как только операция началась, возникли проблемы: командная лодка наткнулась на ловушку для крабов и вышла из строя. Пока операторы SWIC устраняли поломку в воде, штурмовая группа уже вступила в огневой контакт на берегу. Ситуация осложнялась тем, что разведданные оказались неточными: цель не была «на пенсии» и оказала яростное сопротивление, а поддержка авиации отсутствовала, так как США не находились в состоянии официальной войны с Сомали.
⚓️ От жесткого контроля в BUD/S до городских сражений в Мосуле 2:05:45
На грани фола в Сомали и возвращение в BUD/S 2:05:45
Эвакуация штурмовой группы во время операции на побережье Сомали едва не закончилась катастрофой из-за непредвиденных технических сбоев. Четыре надувные резиновые лодки Zodiac начали поочередно глохнуть прямо в прибойной зоне. Как выяснилось позже, новые двигатели с электронным зажиганием были оснащены встроенной функцией безопасности: при засасывании песка мотор автоматически отключался, чтобы избежать прогорания. В условиях сомалийских пляжей это привело к тому, что бойцам приходилось прыгать в воду под пулеметным огнем противника, удерживая лодки от переворачивания. Возник полный хаос: из-за заглохших моторов в одних лодках спасалось по 15–16 человек, тогда как в других оставалось всего трое. По словам Шона Гласса (Sean Glass), спокойствие и хладнокровие оперативников в радиоэфире в этот момент были поразительными. Главный урок, который вынес отряд: если в операцию вмешивается водная стихия, абсолютно всё, что может пойти не так, пойдет не так. После завершения этого тяжелого развертывания Шон Гласс планировал остаться в команде, но из-за слишком малого опыта руководство направило его инструктором в тренировочное командование BUD/S. Гласс возглавил третью фазу обучения, которая совмещает жесткий физический отбор с преподаванием огневой подготовки, подрывного дела и базовой тактики сухопутных войск.
Анатомия «Недели ада»: Управляемый хаос и пределы прочности 2:08:20
Размышляя о подготовке будущих лидеров, Шон Гласс вспоминает свои первые шаги: хотя изнурительные 13 недель в Офицерской кандидатской школе (OCS) остались в прошлом, жесткие уроки тамошнего инструктора заложили фундамент его требовательности к курсантам. На третьей фазе BUD/S Глассу досталась команда первоклассных инструкторов, которых он называет «настоящими дикарями». На этом этапе отсеивалось уже не так много людей, что позволяло наставникам искренне инвестировать силы в менторство молодых офицеров, зная, что те гарантированно попадут в боевые команды. Смотря на знаменитую «Неделю ада» (Hell Week) со стороны инструкторского штаба, Гласс осознал важную деталь: то, что студентам кажется безумным хаосом и «диким западом», на самом деле представляет собой поминутно выверенный, жестко контролируемый процесс, где безопасность просчитана до мельчайших аспектов. При этом нагрузки остаются на грани человеческих возможностей. Гласс описывает случай, когда у одного из отстающих курсантов замерили уровень кислорода в крови: прибор показал невероятные 46%, а повторный тест — 48%. С клинической точки зрения человек с такими показателями считается мертвым, однако после короткого осмотра у медиков этот боец как ни в чем не бывало вернулся на дистанцию. Наблюдая за отбором, Гласс выделил две категории курсантов, имеющих наивысшие шансы на успех:
- Борцы (спортсмены с характерными «поломанными» ушами), продемонстрировавшие стопроцентную выживаемость на курсе.
- Игроки в водное поло, обладающие феноменальной выносливостью в воде.
В то же время инструкторы мгновенно вычисляли тех, кто не дойдет до финала: эгоисты с раздутым самомнением отсеивались первыми, поскольку коллектив быстро отворачивался от них, а инструкторский состав помогал форсировать их уход.
Ошибка на учениях Seal Team 5: Главный закон простоты 2:13:22
Спустя 16 месяцев из положенных двух лет инструкторской службы Гласс досрочно перевелся в Seal Team 5 на должность командира отряда (Troop Commander). Командование в лице Джейми Мэя и главного мастер-чифа Джейсона Гарднера сформировало в этой части эталонную культуру, где подразделения не конкурировали друг с другом ради славы, а работали как единый организм. Период Unit Level Training совпал с глобальной сменой доктрины: сообщество SEAL переходило от контртеррористических операций к «соперничеству великих держав» (Great Powers Competition). Новые сценарии моделировали столкновение с технологически развитым противником уровня России или Китая, имеющим ночную оптику, авиацию и средства радиоэлектронного подавления. Отряд Гласса бросили первыми на экспериментальные учения (FTX), и Шон, увлекшись масштабом, разработал чересчур переусложненный план с размещением трех взводов на разных высотах. Как только начался сильный огневой контакт, координация рухнула, возникла путаница, и бойцы открыли огонь по позициям своего же подразделения. Жесткий и честный разбор полетов с руководством учебного центра подтвердил: переусложненный план не пережил первого столкновения с условным противником. Этот болезненный урок навсегда закрепил для Гласса и Джоко Виллинка (Jocko Willink) старейшую военную максиму — «сохраняй простоту». В хаосе боя работают только базовые стандартные операционные процедуры (SOP), и последующие два этапа учений отряд прошел блестяще, вернувшись к максимально простым тактическим схемам.
Битва за Мосул: Абсолютный профессионализм и безумие городских боев 2:22:22
Главным испытанием для Seal Team 5 стала подготовка к развертыванию в Ираке, где им предстояло помогать местным силам очищать Мосул от боевиков ИГИЛ. Учитывая жесткий контроль со стороны армейского и маринского генералитета, Гласс и его старший лидер сделали ставку на демонстрацию абсолютного профессионализма. От бойцов требовали безупречного внешнего вида, включая идеальное бритье, и — что важнее всего — досконального знания натовских оперативно-тактических знаков и символики из руководства FM 101-5-1. Это позволило спецназу моментально заговорить на одном языке со штабами регулярных войск. В итоге SEAL получили статус приоритетного подразделения для зачистки города, обойдя Корпус морской пехоты США. На развертывание Гласс шел уже во главе пяти взводов, распределенных по семи точкам по всей стране. Основной удар пришелся на Восточный Мосул, где окопались от 3 до 4 тысяч фанатичных бойцов ИГИЛ. Городские бои носили крайне ожесточенный характер. Боевики массово использовали замаскированные в гаражах тяжелые заминированные автомобили в стиле «Безумного Макса». Такие машины внезапно вылетали на узкие улицы, и у бойцов оставалось не более 15 секунд, чтобы навести ракету или вызвать авиаудар, иначе взрыв сравнивал с землей целый городской квартал. Несмотря на колоссальную интенсивность боевых действий, беспрецедентную для 2015–2016 годов, отряд Гласса полностью выполнил задачу, продемонстрировав высочайший уровень подготовки.
⚓ Глава 7. Микроменеджмент, доверие и завоевание автономии на передовой 2:30:57
Ранее в разговоре собеседники подробно касались специфики миссии Village Stability Operations (VSO) в Афганистане, направленной на глубинную работу с местными племенами и обучение локальной полиции, однако в данном отрезке интервью фокус полностью смещается на городские бои в Ираке и тонкости оперативного управления. Стоит отметить, что в самом начале этого этапа в Мосуле произошла трагедия — гибель EOD-специалиста Джея-Джея (JJ) от взрыва замаскированного фугаса, но детальный разбор этого инцидента и специфики инженерной разведки закреплен за главой 8.
Битва за Мосул: преодоление микроменеджмента на передовой 2:36:16
Рассматриваемый период охватывает один из самых интенсивных этапов службы Шона Гласса (Sean Glass). Последние четыре месяца его развертывания проходили непосредственно внутри Мосула, где ожесточенные бои велись ежедневно. Процесс передачи полномочий и позиций между подразделениями совпал с ключевой вехой операции: силы под командованием Шона полностью зачистили восточную часть города и вышли к реке Тигр. На этом идеальном географическом рубеже их сменила 7-я команда Navy SEAL (SEAL Team 7), которой предстояло завершить очистку западных кварталов. К моменту ротации оперативная обстановка показывала, что организованный костяк сил ИГИЛ в Мосуле был практически уничтожен.
Однако главным вызовом для командиров на местах стали не только городские бои, но и беспрецедентный уровень давления и контроля со стороны высшего штабного руководства. Как вспоминает Шон Гласс, уровень микроменеджмента в театре военных действий временами доходил до крайности: в командном автомобиле M-ATV командира взвода была установлена прямая телефонная линия, связывавшая его напрямую с однозвездным генералом, командующим всем театром. Любой шаг тактической группы находился под пристальным вниманием тылового штаба.
Вместо того чтобы саботировать жесткий контроль или вступать в открытый конфликт с руководством — как поступали многие другие подразделения — командование Шона приняло решение полностью принять эти правила игры. Благодаря мудрости командира отряда и главного мастер-чифа, они разработали стратегию упреждения:
-
Предоставление штабу всех видов тактических данных и оборудования для сквозного отслеживания перемещений (battle tracking) еще до того, как руководство успевало их запросить.
-
Выделение специального офицера на передовой исключительно для непрерывного мониторинга «генеральского телефона» и оперативных ответов на любые вопросы.
Эта тактика позволила вернуть однозвездного генерала в его «зону комфорта» и, как ни парадоксально, обеспечила подразделению Шона беспрецедентную свободу маневра, которой не обладал никто другой в регионе.
Ситуация радикально изменилась, когда передовые позиции в Мосуле лично посетил двухзвездный генерал, командующий всей кампанией. Увидев реальную картину происходящего и абсурдность многоступенчатого согласования ударов, он за одну ночь изменил правила: право одобрять применение авиационной поддержки и боеприпасов было передано от однозвездного генерала непосредственно бойцам на земле. Это решение стало главным переломным моментом в битве за Мосул. В первый месяц операции иракские силы специального назначения несли колоссальные потери, поскольку процесс согласования авиаударов занимал слишком много времени. В условиях, когда на позиции на полной скорости неслись заминированные автомобили смертников, задержка даже в три минуты (которая на бумажных схемах казалась незначительной, а в реальности растягивалась до получаса) стоила жизней. Новые полномочия на земле позволили операторам действовать мгновенно.
Должность Ops Officer и формула завоевания автономии 2:41:18
По возвращении из тяжелого развертывания Шон Гласс занял должность офицера по операциям (Operations Officer / Ops) в SEAL Team 5. В сообществе «морских котиков» эта административная работа традиционно окружена негативными стереотипами: она ассоциируется с бесконечными часами кабинетной рутины, бумажной отчетностью и оторванностью от личного состава. Тем не менее Шон искренне полюбил эту роль благодаря уникальной атмосфере и качеству высшего руководства команды.
Командир SEAL Team 5 исповедовал управление через «замысел командующего» (commander's intent): он четко обозначал конечную цель и образ желаемого результата, предоставляя Шону полную свободу в разработке вариантов действий. В 99.9% случаев после краткого брифинга командир утверждал предложенный план и давал зелёный свет на исполнение. Огромную роль в успехе сыграла синергия с опытным Ops Master Chief и профессиональными командирами отрядов. Шон с нетерпением ждал следующего развертывания, чтобы возглавить ячейку управления ударами (strike cell) в театре военных действий, но получил назначение в учебную структуру.
Комментируя этот этап карьеры Шона, ведущий подкаста Джоко Виллинк (Jocko Willink) формулирует важнейший закон армейского и корпоративного лидерства: уровень автономии сотрудника или подчиненного напрямую зависит от того, насколько он надежен и профессионален. Профессионализм, безупречное выполнение задач и готовность брать на себя ответственность за ошибки создают фундамент для безоговорочного доверия со стороны руководства.
Джоко делится личным опытом и жесткой истиной:
-
Если руководитель занимается микроменеджментом по отношению к вам, для этого всегда есть причина — скорее всего, вы не доказали свою надежность или совершаете глупые ошибки.
-
Свобода действий не предоставляется автоматически — её необходимо заслужить демонстрацией профессионализма, дисциплины и зрелых решений.
Высочайший уровень доверия к Шону Глассу подтверждается тем фактом, что вместо стандартных трех взводов ему под руководство как командиру отряда (Troop Commander) последовательно передали сначала три, а затем пять взводов, что является исключительным случаем для SEAL.
В конце данного хронологического отрезка Шон переходит к описанию своего опыта работы в качестве руководителя учебного процесса в Training Command (TRADET), отмечая, что это уникальная лаборатория лидерства. Однако подробный разбор уроков, экспериментов и тактических тренировок TRADET закреплен за главой 9.
⚓️ Реальность оперативной работы и трансформация боевого опыта 2:55:54
Смещение тактического фокуса: Почему необходимо вовремя «выйти из прицела» 2:55:54
В рамках анализа оперативной работы Шон Гласс (Sean Glass) описывает фундаментальный сдвиг в психологии бойца, когда тот перестает смотреть на окружающий мир исключительно через призму оптического прицела винтовки. Этот принцип применим и в рамках учебных команд (TRADET): как только инструкторам удается заставить людей абстрагироваться от узких боевых сценариев и взглянуть на ситуацию шире, это мгновенно повышает безопасность и эффективность каждого отдельного оперативника во взводе. Подобное глубокое понимание законов оперативной долговечности напрямую повлияло на решение Шона завершить свою безупречную военную карьеру в 2019 году, несмотря на огромную автономию, отличную репутацию и искреннюю любовь к службе.
Шон признается, что искренне наслаждался временем, проведенным в сообществе «морских котиков», гордился формой и ценил уникальных людей вокруг. Однако осознание того, какой отпечаток бесконечные командировки накладывают на его семью, заставило офицера пересмотреть свои приоритеты. Его супруга, выросшая в семье из восьми детей, всегда оказывала мужу максимальную поддержку, понимая, что счастливый и реализованный в команде мужчина будет прекрасным отцом и мужем дома. Тем не менее, отслужив 11,5 лет, Шон столкнулся с жестким, но необходимым уроком от своего командира. Тот заставил его составить детальный план на следующие пять туров службы и под каждым из них написать возраст, которого в этот момент достигнут его пятеро детей. Осознание того, что старшему сыну Ронану исполнится 18 лет как раз к моменту, когда отец отслужит полные 20 лет, стало для Гласса отрезвляющим ударом. Это заставило его понять, что шанс проявить себя как отец дается лишь однажды, и интересы семьи должны безоговочно победить.
Перенос тактических принципов: От боевого взвода к гражданским структурам 3:02:18
Дисциплина и навыки управления, выработанные в ходе оперативной работы, не теряют актуальности и за пределами вооруженных сил. Ранее в разговоре собеседники вскользь касались темы перехода к гражданской жизни, и здесь Шон Гласс демонстрирует, как боевой опыт интегрируется в бизнес-процессы. Джоко Виллинк (Jocko Willink) подчеркивает, что законы лидерства работают везде, поскольку ключевым фактором в любой индустрии остаются люди — будь то сфера высоких технологий, строительство или элитный спецназ. Первым шагом Гласса в бизнесе стало участие в технологическом стартапе Agorus, основанном его близким другом по школе кандидатов в офицеры (OCS). Получив от Джоко прямое напутствие, что было бы «глупо отказываться от такой возможности», Шон посвятил компании два года, последний из которых занимал пост генерального директора. Agorus ставит перед собой амбициозную цель изменить строительный сектор США, создавая модульные дома на фабрике и собирая их на месте всего за две недели.
Позже семья Шона перебралась на ферму площадью 60 акров в Вирджинии, поближе к многочисленным родственникам жены, чей отец долгое время работал под прикрытием в таможенной службе Бостона, ведя борьбу против ирландской мафии. Сразу после этого Гласс полноценно включился в работу компании Echelon Front. Преподавание лидерства оказалось невероятно вознаграждающим делом, помогающим гражданским руководителям перестать винить окружающих и начать брать ответственность на себя. Обсуждая системные проблемы подготовки управленцев, Джоко Виллинк вспоминает свой разговор с коммодором, где приводил в пример «Университет Гамбургера» в Иллинойсе, где менеджеров McDonald's обучают лидерству в течение шести месяцев, в то время как командиры взводов в армии зачастую не получают никакой структурированной подготовки. Гласс соглашается с этим, отмечая, что в гражданском секторе лучших специалистов (будь то укладчик бетона, водопроводчик или менеджер по продажам) регулярно продвигают на руководящие посты без какого-либо обучения управлению людьми, что делает миссию Echelon Front критически важной.
Стандарты высокой готовности: Системный подход к качеству вне поля боя 3:13:46
Тщательность планирования, свойственная качественной оперативной работе, нашла свое отражение и в коммерческих проектах Шона Гласса. Ранее в разговоре они касались создания бренда Primal Beef, который стал логичным продолжением его фермерской деятельности в Вирджинии. Производство развернулось в живописной и плодородной долине Шенандоа, окруженной горами Блу-Ридж. Уникальный микроклимат региона обеспечивает невероятную сочность пастбищ; Гласс упоминает исторические хроники западных исследователей, которые описывали поездки верхом через луга, где трава была настолько высокой, что касалась плеч всадников.
Применяя армейские стандарты к животноводству, Шон объясняет, что качество премиальной говядины строится на трех факторах: условиях выращивания, типе финального откорма и методах переработки. В отличие от крупных агрегаторов вроде Butcher Box или Good Ranchers, которые собирают скот с сотен разных хозяйств и не могут гарантировать стабильный вкус, Primal Beef поставляет американских бычков Black Angus строго с одной конкретной фермы. Это обеспечивает исключительную последовательность, благодаря чему первый кусочек стейка для клиента по вкусу будет абсолютно идентичен тысячному. Джоко Виллинк лично подтверждает высочайший стандарт продукта, восторженно вспоминая рибай из долины Шенандоа, который прислал ему Шон. Вся операционная философия компании базируется на двух незыблемых ориентирах: делать то, что лучше для животного, и то, что лучше для конечного клиента.
🥩 Принципы качества: как создается Primal Beef
Шон Гласс выделяет три фундаментальных фактора, которые определяют уникальный вкус и текстуру продукции Primal Beef, отличая её от массового промышленного производства. Первый — это рацион животных. В отличие от стандартного подхода, скот выпасается на пастбищах долины Шенандоа, а на финальном этапе откорма (последние 180–200 дней) к траве добавляется специальная смесь из зерна, выращенного на ферме, и переработанных овощей и фруктов из местных магазинов.
Второй фактор — условия жизни животных. Стресс, испытываемый животным перед забоем, напрямую влияет на качество мяса, делая его жестким. Спокойная жизнь на пастбищах и бережный процесс обработки в компании Seven Hills abattoir в Линчберге, штат Вирджиния, позволяют сохранить высокие вкусовые характеристики продукта.
Третий и ключевой фактор — процесс обработки. Seven Hills является уникальным предприятием на Восточном побережье, практикующим сухое вызревание (dry aging) целых туш в течение 14 дней. В отличие от повсеместного «влажного вызревания» (wet aging), где мясо размягчается в собственных соках внутри вакуумной упаковки, сухая выдержка требует значительных производственных площадей, что делает её редкой практикой для крупных заводов. Этот процесс позволяет ферментам разрушить волокна, делая мясо нежнее, а вкус — насыщеннее.
🤝 Второе дыхание: социальная миссия и поддержка сообщества
Партнерство с Seven Hills выходит за рамки производства качественной говядины. Завод играет важную роль в экономике Линчберга, предоставляя рабочие места в регионе, который долгое время страдал от экономического упадка.
Особое внимание компания уделяет программе социальной адаптации, нанимая людей, недавно освободившихся из мест лишения свободы. Для многих из них это становится шансом изменить жизнь. Шон Гласс отмечает, что обучение мастерству мясника — это ремесло, которое постепенно исчезает, и предоставление людям возможности освоить этот навык дает им новую цель. По словам Шона, гордость, с которой эти сотрудники относятся к продукту, который попадет на столы семей, является бесценным активом всей компании.
📦 Философия «коробочного» формата и поддержка Сил специальных операций
Модель продаж Primal Beef через формирование наборов («боксов») продиктована желанием проявить максимальное уважение к животному и исключить отходы. Разделяя тушу на сбалансированные наборы с различными отрубами — от рибаев и стриплойнов до фарша, компания обеспечивает доступность фермерского мяса для семей, которые стремятся к качественному питанию.
Важнейшей частью миссии Primal Beef является сотрудничество с фондом C4 Foundation, созданным в память о морском котике Чарли Китинге. С каждой проданной коробки компания делает пожертвование в виде порции говядины для действующих бойцов Сил специальных операций и их семей. Это осознанный выбор партнеров компании, направленный на создание ощутимого, прямого вклада в жизнь тех, кто несет службу, и их близких.
🎖️ Переход к гражданскому лидерству и наследие службы 3:53:53
После завершения своей карьеры в рядах морских котиков, Шон Гласс продолжил свой профессиональный путь в сфере бизнес-консалтинга, став частью команды Echelon Front. Как отмечает Джоко Виллинк, кадровый состав этой компании формируется из специалистов высочайшего уровня. Основная миссия Гласса и его коллег в Echelon Front — помогать организациям решать глубинные проблемы управления, трансформируя их внутреннюю культуру.
Виллинк подчеркивает критический аспект лидерства: многие компании совершают ошибку, полагая, что руководители интуитивно «разберутся» с управленческими задачами самостоятельно. Однако, по аналогии с обучением джиу-джитсу или игре на гитаре, попытки освоить мастерство лидерства методом проб и ошибок требуют колоссальных временных затрат. Привлечение экспертов, которые могут наглядно продемонстрировать правильную технику — будь то постановка стопы при выполнении рычага локтя или принципы делегирования полномочий — позволяет кратно ускорить развитие лидерского потенциала. Для тех, кто стремится к системному обучению этим навыкам, доступна онлайн-академия Extreme Ownership.
🥩 Качество и прозрачность: миссия Primal Beef 3:50:32
Важной частью гражданской деятельности Шона Гласса стал запуск проекта Primal Beef. В ходе подкаста он подробно осветил стандарты производства говядины высшего качества, которая выращивается в долине Шенандоа. Основной акцент в работе компании сделан на полной прозрачности фермерских процессов, использовании методов выпаса скота на травяном откорме с последующим докормом (grass-fed, fruit-finished) и безупречном качестве конечного продукта.
Джоко Виллинк отмечает, что энтузиазм Гласса в отношении этого проекта заразителен, и подчеркивает важность поддержки подобных инициатив, которые не только предлагают здоровое питание, но и работают на благо сообщества. Платформа Primal Beef служит не только коммерческим предприятием, но и инструментом поддержки семей военнослужащих, что остается приоритетом для Гласса даже после ухода со службы. Сегодня с Шоном можно связаться именно через этот проект, так как он сознательно ограничивает свое присутствие в социальных сетях.
🤝 Поддержка сообщества и ветеранов 3:55:09
Помимо собственных бизнес-инициатив, Шон Гласс и Джоко Виллинк акцентируют внимание на важности помощи активным военнослужащим, ветеранам и семьям погибших героев (Gold Star families). В их обсуждении были выделены организации, которые занимаются реальной поддержкой тех, кто отдал долг стране:
- Фонд C4 (C4 Foundation): организация, оказывающая всестороннюю поддержку ветеранам и их семьям.
- Heroes and Horses: проект под руководством Мики Финка, который помогает ветеранам восстановить душевное равновесие через работу в дикой природе.
- Инициативы семьи Марка Ли: работа матери погибшего спецназовца, направленная на помощь семьям павших героев.
Ранее в разговоре они также касались вопросов воспитания детей и важности физической активности, что является неотъемлемой частью их философии жизни и лидерства. Эти усилия подчеркивают общее стремление участников подкаста продолжать служение обществу, перенеся принципы дисциплины и ответственности, заложенные в годы военной службы, в гражданскую жизнь.
