# Артем Григорян о Свидетелях Иеговы: «Идеология может быть сильнее родительской любви» Источник: https://www.youtube.com/watch?v=i8lUTc67OnI Канал: Сама Меньшова Опубликовано: 30.09.2023 --- Артем Григорян стал членом организации Свидетели Иеговы в 11 лет, а его жена Алия Григорян — в 6 лет. После официального выхода из общины 11 лет назад они полностью потеряли связь с родителями Артема, которые остаются активными адептами культа. ## 💔 Разрушение семейных связей [[JUMP:00:03:05]] По словам Артема Григоряна, практика разрыва отношений с ушедшими из организации является универсальной и применяется во всех странах [04:03]. Внутренний кодекс Свидетелей Иеговы предписывает называть покинувших общину «отступниками». Это официальный ярлык, делающий человека «нерукопожатым» [05:43]. Бывшим членам запрещено даже отвечать на приветствия на улице. Исключения допускаются только для членов семьи, живущих в одном доме, и только по жизненно важным вопросам. Артем Григорян описывает случай на похоронах своей бабушки в феврале 2023 года [06:47]. Его отец просил сына не приезжать, так как на церемонии присутствовало около 50 Свидетелей Иеговы. На самих похоронах отец не поздоровался с Артемом, а родственники-адепты старались быстро увести его мать, чтобы та не успела поговорить с сыном [08:36]. До вовлечения в деятельность организации семья Артема была очень близкой и гостеприимной [08:51]. Его отец, художник и музыкант, теперь отказывается общаться с внуками. Алия Григорян вспоминает, что в период их сомнений отец Артема называл собственного сына мерзавцем только за высказывание личного мнения [11:33]. ## 🧠 Механизмы потери критического мышления [[JUMP:00:15:18]] Артем Григорян утверждает: сектантское мышление — это психотип, отвечающий базовым потребностям человека в безопасности и сопричастности [15:57]. Людям дискомфортно быть «белыми воронами», поэтому они примыкают к большим группам. В качестве примера Григорян приводит эксперименты советского психолога Валерии Мухиной «Сладкая или соленая каша», демонстрирующие детскую внушаемость [17:26]. Процесс вовлечения в культ Григорян сравнивает с эффектом влюбленности [22:18]. * Человек влюбляется не в идеологию, а в общину и «гуру» [23:12]. * Возникает иррациональный блок, отсекающий любую критическую информацию [23:45]. * Общность и поддержка внутри группы становятся важнее логических аргументов. Юлия Меньшова и Артем Григорян проводят параллель между сектантством и современной политизированностью общества [16:04]. По мнению гостей, политика становится «новой религией», где стороны оперируют непроверяемыми мифами и делят мир на «своих» и «чужих» [19:42]. ## 🩸 Система запретов и контроль жизни [[JUMP:00:24:45]] Центральным запретом организации является отказ от переливания крови, даже при угрозе жизни детей [25:14]. Артем Григорян называет работу Свидетелей Иеговы с Библией «шулерством» [26:08]. Организация детализирует запреты до абсурда: нельзя переливать основные компоненты крови (эритроциты, плазму), но разрешено использование мелких фракций вроде альбумина [27:51]. Алия Григорян, чья мама была врачом, отмечает, что медицинский профессионализм иногда помогал сохранять остатки здравого смысла [29:37]. Однако многие адепты носят с собой специальные карточки с отказом от медицинской помощи, даже находясь в бессознательном состоянии [28:32]. Система контроля строится на «кнуте и прянике»: 1. Запрет на празднование дней рождения и Нового года [25:01]. 2. Обязательство доносить на «согрешивших» братьев [10:59]. 3. Публичное порицание тех, кто не соответствует стандартам организации [109:08]. ## 🏢 Жизнь в управленческом центре «Вефиль» [[JUMP:00:45:09]] Главный российский центр Свидетелей Иеговы находился в поселке Солнечное под Петербургом на территории бывшего пионерлагеря [46:06]. Артем Григорян описывает его как закрытый город с идеальным ландшафтным дизайном, прачечными и теннисными кортами [48:09]. Для жителей провинции в 90-е годы попадание туда казалось «жизнью у Христа за пазухой» [47:28]. Реальность внутри центра отличалась от внешней картинки: * Жители («вефильцы») подписывали обет нищеты и послушания [50:36]. * Ежемесячное содержание составляло всего **2500 рублей** [1:01:08]. * Действовал тотальный взаимный контроль и запрет на проявление негативных эмоций [51:03]. * Многие сотрудники постоянно принимали антидепрессанты из-за психологического давления [49:35]. Алия Григорян вспоминает 4-часовой инструктаж в первый день жизни в центре, где регламентировалось даже то, как вытирать кран в ванной [53:54]. Артем ради служения в «Вефиле» бросил университет на последнем курсе, так как организация поощряет отказ от высшего образования [56:39]. ## 🌑 Темные стороны культа: суициды и педофилия [[JUMP:01:03:04]] Артем Григорян стал свидетелем самоубийства старейшины в филиале в Бишкеке [1:03:48]. Руководство приказало скрывать факт суицида от рядовых членов, а труп выносили тайно, чтобы не портить атмосферу религиозного праздника [1:04:16]. По мнению Григоряна, люди в центре настолько зависят от организации, что боятся уйти «за ворота» и предпочитают смерть [1:05:19]. Также обсуждалась проблема педофилии внутри организации. Долгое время в Свидетелях Иеговы действовало «правило двух свидетелей»: обвинение в сексуальном насилии не принималось, если преступление не видели два человека [1:12:15]. Это делало разоблачение педофилов практически невозможным. Лишь под давлением журналистов организация разрешила родителям обращаться в полицию [1:12:53]. ## 📖 Книга Реймонда Френца и прозрение [[JUMP:01:13:23]] Поворотным моментом для Артема стало чтение книги **«Кризис совести»**, написанной бывшим членом Руководящего совета Свидетелей Иеговы Реймондом Френцем [1:14:15]. Чтение этой литературы в организации приравнивается к просмотру порнографии или употреблению яда. Артем описывает свое состояние при чтении как физический шок: у него поднималась температура и начинался озноб [1:15:10]. Чтобы скрыть свои действия, он открывал электронную версию книги через анонимайзеры в запертом кабинете [1:14:56]. Понимание того, что вся структура его реальности была ложной, привело Артема к тяжелой депрессии [1:21:04]. Алия Григорян поддерживала мужа, хотя поначалу испытывала ужас перед «запретным плодом» [1:21:57]. Они тайно обсуждали прочитанное во время прогулок у Финского залива, боясь прослушки в жилых корпусах [1:20:25]. ## 🕊️ Цена свободы и новая жизнь [[JUMP:01:44:36]] После выхода из секты семья Григорян столкнулась с полной социальной изоляцией. От них отвернулись все друзья, наработанные с детства [14:18]. Первое время им приходилось выживать на случайные заработки: Алия выучилась на парикмахера, а Артем занимался компьютерной помощью на дому [1:25:44]. Артем Григорян пришел к православию, отмечая большую роль в этом процессе трудов Андрея Кураева [1:33:26]. Он подчеркивает, что это не был автоматический переход из одной «матрицы» в другую, а результат долгого изучения литературы [1:34:08]. Сегодня Артем ведет YouTube-канал, где помогает людям, пережившим религиозные разочарования [14:59]. Своим главным выводом он называет необходимость информационной гигиены. * Нужно всегда искать первоисточник информации [1:43:42]. * Важно отделять эмоциональные реакции от фактов [1:43:55]. * Критическое мышление требует постоянной тренировки и самоконтроля [1:43:16]. Григорян определяет свободу как сочетание удовлетворения и экзистенциального одиночества [1:45:19]. Несмотря на боль от разрыва с родителями, он считает невозможным возвращение к жизни в «аквариуме» культа.