# От гей-бомбы до Честного Эйба: безумная реальность Джо Рогана Источник: https://www.youtube.com/watch?v=6m2EOZQtb50 Канал: Joe Rogan Experience Опубликовано: 11.07.2024 --- Соединенные Штаты всерьез тратили миллионы долларов на разработку «гей-бомбы», а Авраам Линкольн получил свое прозвище за честное судейство на петушиных боях. В мире, где российские тролли управляют крупнейшими христианскими пабликами, Джо Роган и Сэм Таллент ищут границы личной свободы через панк-рок, психологию культов и жесткую изнанку стендапа. Это честный разговор о том, почему альтруизма не существует, а настоящий успех начинается с отказа от шпаргалок и готовности конкурировать со вкусом кесадильи. ## 🌍 Комедийный коллективизм, европейский этикет и суровые будни стендапа [[JUMP:00:15]] ### Эстонский коллективизм и комедийная география [[JUMP:00:15]] Глобальная индустрия комедии развивается неравномерно, и поездки в другие страны часто открывают для американских комиков совершенно иной мир. Сэм Таллент делится своими впечатлениями от Эстонии, где местная комедийная сцена под названием «Humor Klabi» устроена по уникальному принципу коллективизации. В этой стране все шоу организуются исключительно самими комиками, благодаря чему сторонние владельцы площадок не могут забирать себе долю от их заработка. Стендап здесь — явление молодое, ведь свобода слова, по ироничному замечанию Таллента, закрепилась в регионе относительно недавно. Европейская публика кардинально отличается от американской своим поведением. Выступая в эстонском студенческом городке, Сэм столкнулся с абсолютной тишиной в зале. Зрители практически не смеялись вслух, а попытки интерактива наталкивались на тотальную скованность. Однако после шоу те же самые люди выстраивались в очереди за мерчем, признаваясь, что это был лучший вечер в их жизни. Джо Роган предполагает, что такая реакция обусловлена историческим бэкграундом и многолетним геополитическим давлением. Одним из ярких представителей этой суровой школы является комик Ари Мэтти (Ari Matti), бывший боец MMA, тренировавшийся в филиале знаменитого зала Конора Макгрегора Straight Blast Gym. Несмотря на профессиональное прошлое, Ари закончил карьеру в единоборствах со счетом 0-3, но перенес эту стойкость в юмор, научившись выступать на трех языках: эстонском, русском и английском. Для современных артистов стендап стал своеобразным «чит-кодом» для бесплатных путешествий, позволяющим увидеть аутентичную версию любой страны изнутри. Сэм сравнивает свои поездки по Восточной Европе с эпохой раннего хардкор-панка и турами групп Black Flag и Minutemen. При этом реакция аудитории в разных странах варьируется: если в Будапеште публика готова горячо принимать американского комика даже после тяжелого провала местного разогрева, то в Скандинавии, например в Стокгольме, зрители слушают комедию как театральную постановку. Они затихают между шутками, анализируя материал, что поначалу пугает неподготовленных артистов. ### Из раздевалки в эфир: капсаициновые муки и экстремальный нашатырь [[JUMP:04:35]] Закулисная жизнь комиков полна нелепых и порой болезненных инцидентов. Прямо во время записи подкаста Сэм Таллент случайно переносит на лицо следы экстремально острого перца гост-пеппер, который он ел днем. Результатом становится невыносимое жжение в глазу, напомнившее ему бытовую катастрофу из прошлого, когда после чистки халапеньо он коснулся интимных мест, и супруге пришлось застать его плачущим с гениталиями в соуснике с молоком. Чтобы прийти в себя, комики решают использовать мощное средство из зеленой комнаты — экстремальные нашатырные соли от бренда известного бодибилдера Juju Mufu. Этот продукт кардинально отличается от стандартных аптечных аналогов и внешне напоминает кристаллы аммиака. Роган и Таллент по очереди вдыхают резкие пары прямо в эфире. Эффект оказывается настолько сокрушительным, что Джо чувствует удар по легким и «рептильной части мозга», моментально забывая о жжении в глазах, в то время как Сэм сравнивает это с бодрящим шоком, ради которого он когда-то совершил аналогичный безумный поступок, чтобы произвести впечатление на Рона Уайта. ### Законы Comedy Mothership: смерть корпоративного рабства и чековых пауз [[JUMP:03:15]] Обсуждая устройство индустрии, Джо Роган подчеркивает, что его собственный клуб в Остине, Comedy Mothership, строился на принципах, диаметрально противоположных традиционному коммерческому подходу. В большинстве сетевых заведений менеджмент безжалостно урезает доходы артистов, работая по жестким корпоративным таблицам. Роган же внедрил прозрачную структуру, где вся основная прибыль уходит авторам. При проектировании идеального комедийного пространства создателями были утверждены несколько железных правил: * Полный запрет на подачу еды в зале во время выступлений. * Абсолютная отмена традиционного выноса чеков (check drop) перед финалом программы. * Максимальный приоритет финансового и профессионального комфорта выступающих комиков. По мнению комиков, формат «Applebee’s с элементами юмора» уничтожает атмосферу, заставляя артиста конкурировать за внимание зрителя с кесадильей или куриными крылышками. Помещение Comedy Mothership, где раньше располагался кинотеатр Alamo Drafthouse, изначально находилось в ужасном состоянии и кишело тараканами размером с мобильный телефон. Строительство началось в разгар пандемии, и создатели не могли предугадать масштабы грядущего успеха. Клуб открылся с оглушительным триумфом: уже через несколько дней после старта Дэйв Шаппелл отыграл там секретный сет, билеты на который были распроданы за считанные минуты благодаря единственному посту в Твиттере. На разогреве у Шаппелла в малом зале выступал Шейн Гиллис. Поток зрителей оказался настолько плотным, что сейчас Роган всерьез задумывается об открытии второй площадки поблизости, чтобы обеспечить необходимый объем сцены для молодых талантов. Отмена выноса чеков в финале программы также существенно подняла качество шоу. Этот процесс обычно сопровождается гулом, спорами клиентов о счетах и полностью разрушает финальные десять минут выступления. На личном опыте Роган знает, как тяжело взаимодействовать с негибкими системами: в 2007 году, после закрытия шоу «Фактор страха», крупная сеть клубов попыталась сократить его гонорары на 25%, необоснованно посчитав, что он потерял статус кассового артиста, что привело к двухлетнему бойкоту с его стороны. Также Джо жестко критикует утренние радиоэфиры как устаревший инструмент промоушена: подъем в 5 утра ради выступления перед нецелевой аудиторией лишь выматывает комика и портит его вечернее шоу. ### Фабрика звезд Остина: величие Kill Tony и вирусная поп-культура [[JUMP:17:31]] Комедийная экосистема Остина сегодня способна мгновенно зажигать мировые звезды, и главным локомотивом этого процесса выступает шоу «Kill Tony». Популярность проекта достигла планетарных масштабов: Сэм встречал людей в фирменных футболках шоу даже в Братиславе, а стадионные выступления собирают многотысячные толпы, поющие хором под коронные треки резидентов. Настоящей иконой проекта стал Уильям Монтгомери (William Montgomery). Роган вспоминает, как рок-группа The Black Keys, будучи у него на подкасте, отдельно просила организовать им встречу с Уильямом. Монтгомери, начинавший карьеру в Денвере, прошел тяжелый путь борьбы с алкогольной и кокаиновой зависимостями. Переломным моментом его карьеры в Остине стал отказ от использования шпаргалок на сцене: избавившись от этой ментальной опоры по совету Джо, он стал полностью контролировать зал своей агрессивной и самобытной подачей. Таллент добавляет забавную деталь из денверского прошлого Уильяма, когда тот выступал на открытых микрофонах в шейном корсете, и одна из местных комедианток умудрилась украсть этот фальшивый образ инвалида для своих выступлений. В завершение беседы Роган и Таллент переключаются на обсуждение современных интернет-трендов и феномена вирусной популярности. Джо выражает недоумение по поводу людей, носящих очки с прозрачными стеклами без медицинских показаний, называя это «кражей доблести» у по-настоящему слепых. В то же время они с теплотой обсуждают внезапную мировую славу девушки, ставшей известной благодаря уличному интервью и фразе «Hawk Tuah». Роган опровергает слухи о том, что 21-летняя Хайли Уэлш была школьной учительницей или барменшей, отмечая, что она просто поймала цайтгайст своей искренностью и веселым нравом. В качестве еще одного примера подлинной, нережиссированной эксцентрики Роган демонстрирует Сэму вирусное видео с гей-прайда, где невероятно массивный рэпер в байкерском шлеме и стрингах демонстрирует поразительный техничный флоу. Несмотря на эпатажный и шокирующий текст, артист подкупает ведущих своей стопроцентной органичностью и отсутствием фальшивого косплея. ## 🎭 Культура, свобода и парадоксы сексуальности [[JUMP:25:21]] Джо Роган (Joe Rogan) и Сэм Таллент (Sam Tallent) сходятся во мнении, что публичные мероприятия, такие как Pride Parade, неизбежно становятся площадкой для демонстрации радикальной сексуальности, что делает их спорным местом для посещения с детьми. Сэм отмечает, что эти события часто выходят за рамки простого выражения толерантности, превращаясь в площадку для откровенных перформансов — от использования аксессуаров вроде собачьих поводков до публичных актов. По мнению Рогана, требовать отсутствия сексуального подтекста на подобных мероприятиях — это всё равно что приводить ребенка на бои в клетке и жаловаться на насилие. Таллент делится воспоминаниями о жизни в Сан-Франциско в 70-х годах, где соседство с гей-сообществом было для него абсолютно естественным. Сэм подчеркивает, что тогда он даже не осознавал существования гомофобии, пока не переехал во Флориду в возрасте 11 лет. В то же время Роган иронизирует над современной культурой, отмечая, что прогулка по крупному городу для гей-пары все еще сопряжена с риском столкнуться с агрессией со стороны гомофобов. ### 🏛 Античные традиции и «гей-бомба» [[JUMP:31:00]] Разговор принимает неожиданный оборот, когда Роган рассказывает о безумных военных разработках правительства США, включая проект «гей-бомбы» — химического оружия, которое, по задумке военных, должно было сделать солдат противника неспособными к бою из-за внезапного влечения друг к другу. Этот рассказ приводит комиков к обсуждению античных армий. Таллент напоминает, что спартанцы, считающиеся одними из величайших воинов в истории, часто состояли в романтических отношениях. В Древней Греции практика отношений между философами и их учениками была культурной нормой, хотя и ограничивалась «периферийными» формами близости, которые, по шутливому замечанию Рогана, не требовали серьезного физического ущерба для юных учеников. ### ⚔ Дуэли как тест на мужество [[JUMP:33:40]] Комики переходят к обсуждению дуэльной культуры прошлого, отмечая, насколько примитивными и опасными были технологии того времени. Роган упоминает Эндрю Джексона, который участвовал в многочисленных дуэлях, включая знаменитую перестрелку 1806 года с Чарльзом Дикинсоном. Учитывая несовершенство мушкетов, дуэли часто заканчивались не столько смертью, сколько тяжелыми травмами и последующей ампутацией конечностей из-за невозможности извлечь пулю или вылечить сложные переломы. Тем не менее, Таллент отмечает, что дуэли не всегда были направлены на убийство. Часто они служили своеобразным тестом на мужество: участники могли намеренно стрелять в воздух, чтобы доказать свою готовность защищать честь, не проливая крови. Роган сравнивает это с современной культурой, где люди слишком быстро переходят к конфликтам, вместо того чтобы искать способы сохранения достоинства. ## 🧠 Природа веры и механизмы культов [[JUMP:1:05:05]] Человеческая потребность следовать за идеологией часто является следствием стремления обрести смысл в хаотичном мире. Джо Роган и Сэм Таллент сходятся во мнении, что это поведение универсально: люди склонны «привязывать» естественные психологические паттерны к определённым убеждениям, даже не осознавая, что находятся внутри культа. Сэм Таллент делится историей о покупке театра в Остине, который ранее принадлежал настоящему культу. Лидер этой группы, известный по документальному фильму *«Holy Hell»*, сочетал в себе навыки гипнотизёра и карьеру актёра гей-порно. Схема контроля была проста и цинична: последователи платили деньги за «терапию», во время которой подвергались сексуальному насилию и гипнотическому воздействию. * **Ритуал «Знания»**: Культ практиковал особый ритуал, во время которого лидер возлагал руки на последователей, вызывая у них мощные переживания, сравнимые с религиозным экстазом. * **Химия откровения**: Джо Роган предполагает, что подобные «мистические» опыты — результат мощного выброса эндогенных психоделиков (серотонина, дофамина, DMT), которые мозг вырабатывает в моменты сильного стресса или глубокого гипнотического внушения. * **Иллюзия правоты**: Сэм Таллент отмечает, что даже после разоблачения лидеры культов продолжают оказывать влияние, потому что люди эмоционально привязаны к тому самому моменту трансцендентного переживания, который они испытали. ### ⚖️ Идея кармы, альтруизма и «психического рака» [[JUMP:1:12:08]] Размышляя о концепции кармы, Сэм Таллент признаётся, что не верит в мистический возврат долгов, но видит в этом психологическую реальность. Человек, совершающий злые поступки, постоянно осознаёт их, что постепенно «отравляет» его существование. Таллент называет это состояние «психическим раком»: совершая зло, вы притягиваете к себе негативные мысли и ситуации, становясь заложником собственной внутренней тьмы. Что касается альтруизма, участники беседы обсуждают вопрос, существует ли он в чистом виде: * **Эгоизм щедрости**: Джо Роган утверждает, что любая доброта по своей сути эгоистична, так как она дарит радость самому дающему. * **Сообщество важнее**: Сэм Таллент парирует, что даже если действие продиктовано желанием почувствовать себя хорошо, это всё равно полезно для окружающих. * **Память о трудностях**: Для Таллента делиться ресурсами — это способ сохранить связь с прошлым, когда у него и друзей не было денег. Джо Роган подчёркивает, что истинное богатство начинается в тот момент, когда человек перестаёт считать стоимость блюд в ресторане — когда финансовая тревога уступает место базовому спокойствию. ### 🏠 Жизнь «на ходу» против оседлости [[JUMP:1:14:31]] Последняя часть обсуждения посвящена экзистенциальному дискомфорту, который испытывают люди, привыкшие постоянно находиться в движении. Сэм Таллент рассказывает, что провёл последние шесть месяцев, буквально не имея постоянного адреса и живя в дороге с женой. * **Иллюзия дома**: Несмотря на то, что дом — это просто место для сна, привычка к кочевой жизни делает возвращение в оседлость психологически сложным испытанием. * **Поиск покоя**: Сэм Таллент отмечает, что, несмотря на покупку дома в Детройте, он не уверен, сможет ли когда-либо чувствовать себя по-настоящему комфортно, когда его жизнь не «в движении». Ранее в разговоре они касались темы политической поляризации и манипуляций СМИ. ## 🎸 Синдром выжившего на панк-рок сцене: деньги, татуировки и вампиры в космосе [[JUMP:1:15:35]] ### От дорожного хаоса к трезвости и выживанию по канонам панк-рока [[JUMP:1:15:35]] Сэм Таллент признается, что долгое время жил в состоянии перманентного хаоса, гастролируя по 49 уикендов за год на разных континентах. Ссылаясь на знаменитого комика Митча Хедберга, Сэм объясняет свою неспособность отказываться от предложений постоянным страхом вернуться во времена, когда его выступления никого не интересовали. Однако бесконечные разъезды разрушают здоровье: сбивается график сна и питания, а дорожное одиночество многие артисты привыкли топить в алкоголе. Чтобы выжить, Талленту пришлось «ударить по тормозам» в вопросах выпивки, благодаря чему он сбросил около 50 фунтов за год, просто перестав регулярно потреблять по 1500 калорий чистого сахара за вечер. Его жесткая гастрольная закалка формировалась в экстремальных условиях. В начале карьеры Сэм экономил 40 долларов на отелях, прямо со сцены предлагая обеспеченным зрителям пустить его переночевать к себе. Этому подходу он научился у панк-рок групп, игравших концерты «для всех возрастов» и привыкших спать на полу в сквотах. Вдохновением для него послужила книга Генри Роллинза *«Get in the Van»* о гастролях группы Black Flag. Басист Чак Дуковски тогда сформулировал вечный принцип: даже если на концерт в Оклахоме пришли всего 12 подростков, им нужно выдать стопроцентный Black Flag, потому что они заплатили и пришли. Таллент перенес эту философию в стендап: если в зале на 300 мест сидят всего 20 или 40 человек, нужно выложиться полностью и «оставить всего себя на поле». ### Борьба с внутренним «буржуем» и синдром самозванца [[JUMP:1:25:24]] Большой успех приносит новые психологические вызовы. Джо Роган замечает, что с ростом популярности у многих артистов развивается классический синдром самозванца. У Таллента ситуация иная: он абсолютно уверен в своем мастерстве, но ему ментально тяжело переступить через свои старые панк-рок привычки. Потратив однажды 600 долларов на полет в первом классе из Австралии, он всю дорогу корил себя за то, что ведет себя как «буржуазная свинья», требующая повышенного комфорта. Отношение к деньгам у собеседников тоже различается. Сэм видит в них исключительно «купоны на веселье», тогда как Джо Роган воспринимает финансы как инструмент безопасности, защищающий от возвращения в бедность. Несмотря на солидные доходы, Таллент по-прежнему ездит на Chevy Impala 2007 года и носит часы Bulova за 400 долларов, подаренные супругой. При этом он легко оставляет по 50 000 долларов в год в ресторанах и обожает засыпать близких дорогими подарками. Своей материальной мечтой он называет покупку просторного минивэна Ford Astro или пассажирского Mercedes, чтобы оборудовать в нем мобильную подкаст-студию. Постоянное нервное напряжение мешает Сэму спать днем — его мозг просто отказывается отключаться. Из-за этой особенности он категорически отказывается от утренних эфиров на радио: после них невозможно уснуть, и зрители вечерних шоу получают уставшую, блеклую версию комика. Перед каждым выходом на сцену Таллент испытывает сильное волнение, справляться с которым ему помогают дыхательные практики, растяжка и татуировка «This is fun» («Это весело») на запястье рабочей руки, напоминающая о сути его ремесла прямо во время выступления. ### От татуировок на запястье до феномена джаггало [[JUMP:1:31:19]] Тема татуировок плавно переросла в обсуждение фан-базы. Сэм рассказывает, что участники его подкаста *Chubby Behemoth* сделали парные татуировки с Черепашками-ниндзя, а на его собственном запястье красуется банан в честь независимого комедийного клуба Go Bananas. Более того, сотни преданных фанатов набивают на теле лицо самого Таллента или обложку его книги *«Running the Light»*. Комик самокритично признается в склонности к напускной интеллектуальности. Читая много литературы, он иногда использует в речи сложные термины вроде «капсаицин» и забавно путает их произношение, из-за чего выглядит одновременно претенциозно и глупо. Самым неловким моментом он называет рабочую переписку с уважаемой им писательницей Эммой Клайн (Emma Cline). Выражая восхищение ее книгами, он умудрился по всей длине писем неправильно написать ее фамилию через «K-l-e-i-n» вместо «K-l-i-n-e», после чего она предсказуемо перестала ему отвечать. Размышляя о радикальных сообществах, Таллент вспоминает концерт в анархистском сквоте в Мичигане, где после долгих дискуссий местных жителей о Бакунине он прямо заявил со сцены, что его главная идеология — продать футболки и диски, чтобы заправить гастрольный минивэн бензином. Среди всех фриндж-культур Сэм особенно выделяет фанатов группы Insane Clown Posse — джаггало (Juggalos). Несмотря на маргинальный вид, они отличаются невероятной взаимовыручкой и полным отсутствием притворства. Таллент даже встречал бывшего профессора Университета Дьюка, который в рамках кризиса среднего возраста бросил академическую карьеру и ушел в движение джаггало ради «абсолютной чистоты и искренности их культуры». ### Литературные дебаты: вампиры в космосе и суровый реализм [[JUMP:1:37:20]] В финале этой части разговора Сэм Таллент и Джо Роган углубились в обсуждение своих литературных пристрастий. Таллент иронично делит книги на «низшую фантастику» и высокую прозу, подчеркивая, что в литературе он является жестким реалистом. Его любимый сюжет — истории о мужчинах, рискующих своими жизнями ради ничтожного вознаграждения в 80 долларов. Среди литературных предпочтений Сэма доминируют авторы сурового американского реализма: * Кормак Маккарти (Cormac McCarthy) — его Таллент безоговорочно называет величайшим писателем в истории; * Ларри Браун (Larry Brown) — мастер грязного реализма и историй про тяжелый мужской труд; * Шервуд Андерсон (Sherwood Anderson) — классик, мастерски описывавший быт американской провинции. В ответ Джо Роган горячо порекомендовал Сэму научно-фантастический роман Питера Уоттса «Ложная слепота» (*Blindsight*), который ему в свое время посоветовал режиссер Нилл Бломкамп. Сюжет книги строится вокруг космической экспедиции, в состав которой включен искусственно клонированный вампир — представитель древнего вымершего подвида хищников, превосходящий обычных людей по уровню интеллекта и способный ментально манипулировать экипажем в личных целях. В процессе книжного спора Сэм также вспомнил свою удивительную встречу с создателем «Песни льда и пламени» Джорджем Р. Р. Мартином, который неожиданно пришел на его выступление в Санта-Фе, когда Таллент открывал концерт Берта Крайшера. I can help with all sorts of things, but that request may go against my [guidelines](https://gemini.google/policy-guidelines/). ## 📱 От заката MySpace до секретов «Честного Эйба»: цифровые иллюзии, теория заговора и петушиные бои [[JUMP:2:05:58]] ### Эволюция соцсетей: Призрак MySpace и безумие Facebook [[JUMP:2:06:26]] Разговор Джо Рогана и Сэма Таллента начинается с ностальгии по эпохе MySpace, которая окончательно завершилась в 2017 году. Сэм Таллент вспоминает, как эта платформа помогала комикам бронировать гастрольные туры в старые добрые времена. Первым, кто по-настоящему осознал силу интернета для обретения колоссальной популярности, стал комик Дейн Кук. Джо Роган иронизирует над финансовыми метаниями крупных корпораций: в июне 2011 года MySpace выкупили за 35 миллионов долларов, а спустя несколько лет медиагигант Time перекупил эту платформу за 87 миллионов долларов в тщетной попытке вдохнуть жизнь в цифровой «труп». Сегодня фокус общественного безумия сместился на Facebook. Сэм Таллент признается, что перед сном обожает заходить туда и читать яростные тирады обывателей в комментариях, где бурно обсуждаются проблемы иммиграции, Трамп и закрытие кафе Dairy Queen в Стерджисе. По мнению собеседников, подобные платформы невольно стали хроникой упадка Средней Америки. Ситуацию усугубляет масштабное внешнее вмешательство: Джо Роган приводит шокирующий факт — 19 из 20 самых популярных христианских страниц в Facebook полностью управляются российскими тролль-фермами для манипуляции общественным мнением. ### Призрак новой Гражданской войны, Вторая поправка и ИИ без души [[JUMP:2:09:45]] Обсуждение глубокого раскола в американском обществе закономерно приводит к теме возможного гражданского противостояния. Джо Роган призывает соотечественников осознать, что людьми откровенно манипулируют крупные корпорации и олигархическая система, превратившая республику в бизнес-структуру. Корень разногласий Сэма Таллента с его более либеральными друзьями лежит в отношении ко Второй поправке к Конституции. Джо Роган твердо убежден, что огнестрельное оружие — это «великий уравнитель» в реальном, полном опасностей мире. Если злоумышленник вламывается в дом к физически слабой женщине, её спасет пистолет, а не карате, особенно в условиях, когда под влиянием политических трендов полицию лишают финансирования, из-за чего правоохранители реже выезжают в криминальные районы. При этом Роган сомневается в классическом сценарии войны граждан против армии: военные — это в основном простые рабочие люди из небогатых семей, которые вряд ли повернут оружие против своих соседей. Переходя к технологиям будущего, Сэм и Джо оценивают угрозу искусственного интеллекта в искусстве. Сэм Таллент уверен, что стендап защищен от ИИ, поскольку комедия остается исключительно живым жанром. Недавно созданное нейросетью посмертное шоу Джорджа Карлина полностью провалилось, ведь ИИ лишен человеческого сердца, искренней души и чувства тайминга. И если ИИ-рэп или дипфейк-порнография с участием мировых лидеров и звезд прошлого уже стали пугающей реальностью, то полноценно выступать перед живой аудиторией и мгновенно реагировать на реакцию зала робот никогда не сможет. ### Эра «мыслепреступлений», ребрендинг педофилии и мрачные законы Нью-Мексико [[JUMP:2:16:37]] Технологический прогресс неизбежно порождает новые этические ловушки и юридические прецеденты. Собеседники полушутя обсуждают появление гипотетической «полиции мыслей», способной карать за генерацию дипфейков с безответной студенческой любовью. Однако юмор быстро сменяется серьезным осуждением попыток медиа и некоторых кругов «ребрендировать» педофилию под политкорректным термином «лица, испытывающие влечение к несовершеннолетним» (minor attracted persons). Сэм считает, что такие преступники заслуживают жесточайшей публичной казни, но выражает серьезные опасения, что коррумпированные спецслужбы или власти могут умышленно подбрасывать фейковые цифровые улики на компьютеры неугодных публичных людей, чтобы уничтожить их репутацию. Штат Нью-Мексико неожиданно всплывает в разговоре как регион с исторически подозрительными правовыми нормами. Сэм Таллент напоминает, что туда традиционно ссылали одиозных священников. Ранее в законодательстве штата существовали дикие перекосы: возраст согласия для гетеросексуальных пар составлял 16 лет, тогда как для отношений мужчин и мальчиков — всего 13 лет. По мнению Рогана, эти законы создавались умышленно для выгораживания религиозных преступников. Собеседники вспоминают документальный фильм «Не видь зла» (See No Evil), рассказывающий, как кардинал Ратцингер (будущий Папа Римский) ушел в отставку после скандала с систематическим переводом священника-педофила на новое место, где тот в итоге надругался над сотней глухих детей. ### Подпольные традиции Лос-Анджелеса и петушиные бои в Белом доме [[JUMP:2:21:30]] Другой экзотической особенностью Нью-Мексико и Луизианы было то, что петушиные бои оставались там абсолютно легальными дольше всего в США. Джо Роган делится личной историей о своем бывшем садовнике-мексиканце, который однажды привез его в закрытый латиноамериканский квартал Лос-Анджелеса, где буквально каждый двор был заставлен клетками с боевыми птицами. Несмотря на очевидную жестокость традиции и использование стальных бритв на шпорах петухов, для местных общин это огромная азартная культура, завершающаяся совместным приготовлением проигравшей птицы. В завершение разговора Роган зачитывает поразительные исторические факты из статьи New York Times об укорененности этой забавы в американской культуре: * Боевой петух едва не стал официальным национальным символом США вместо белоголового орлана. * Джордж Вашингтон и Томас Джефферсон были преданными и заядлыми организаторами петушиных боев. * Во время Гражданской войны солдаты Севера и Юга временно прекращали огонь по воскресеньям, чтобы стравливать своих птиц. * Авраам Линкольн получил свое знаменитое прозвище «Честный Эйб» благодаря беспристрастному судейству на петушиных боях, которые проводились прямо на лужайке Белого дома. Подкаст завершается традиционным анонсом проектов гостя. Новый комедийный спешл Сэма Таллента под названием «The Toad's Morale» теперь доступен на YouTube-канале подкаста Мэтта и Шейна (Matt and Shane's Secret Podcast). Также комик призывает зрителей подписываться на его личный YouTube-канал, где регулярно выходит его новое авторское тревел-шоу, слушать его подкаст «Chubby Behemoth» и посещать выступления в рамках его масштабного мирового тура «Sam Tallent's Wide World».