# Порно в джунглях и крах демократии: диагноз современному миру

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=vgL6F4cajas
Канал: Joe Rogan Experience
Опубликовано: 05.06.2024

---

Изолированное племя Амазонии подсело на порнографию спустя девять месяцев после подключения к Starlink, подтверждая, что технологический скачок неотделим от социальной деградации. Пока американское правосудие превращается в инструмент политической борьбы, а ИИ готовится взять контроль над распределением ресурсов, человечество рискует повторить судьбу неандертальцев — только на этот раз в роли добычи выступят «плотские обезьяны».

## 🎙️ Эпицентр комедии и кровавые выборы у соседей
[[JUMP:00:01]]

Начало беседы Джо Рогана и Тони Хинчклиффа ознаменовано признанием феноменального успеха последнего. Роган отмечает, что Тони сейчас находится на пике: его карьера совершила резкий скачок после недавних громких выступлений, и он буквально «становится по-настоящему знаменитым в режиме реального времени» [00:55]. Тони признается, что не ожидал такого мощного внешнего импульса, так как был вполне доволен развитием своего проекта *Kill Tony* в Остине. Собеседники вскользь упоминают недавнее участие Тони в масштабном комедийном событии на Netflix, отмечая, как это изменило отношение к нему в индустрии.

### Комедийный бум в Остине и Mothership: новая мировая столица
[[JUMP:02:28]]

Центральной темой первой части разговора становится превращение Остина в главный мировой хаб стендапа. По словам Рогана, в клуб *Comedy Mothership* регулярно прилетают зрители из Австралии, Ирландии и других стран специально ради комедийных шоу [02:28]. Тони подтверждает это, рассказывая, что во время записей *Kill Tony* он часто спрашивает аудиторию, кто прилетел издалека, и этот вопрос всегда вызывает самый громкий отклик в зале [02:50].

Остин стал своего рода «курортным направлением» для любителей юмора, музыки и специфической атмосферы города, наполненного «фриками» [03:07]. Роган подчеркивает, что городу невероятно повезло с концентрацией талантов: переезд Шейна Гиллиса стал «смертельным ударом» по другим городам-конкурентам [03:15], а регулярные визиты таких комиков, как Джои Диас и Тео Вон, создают эффект постоянной «резиденции в Лас-Вегасе» [04:15]. 

Сравнение с Лос-Анджелесом оказывается не в пользу последнего. Тони вспоминает, что прожил в ЛА почти 20 лет, но сейчас чувствует себя в Остине гораздо более дома [05:00]. Основными причинами массового исхода комиков стали:

*   Неадекватные налоги в Калифорнии [04:55].
*   Проблемы с безопасностью и уличные беспорядки.
*   Отсутствие изнуряющих пробок [05:20].
*   Удобная логистика — Остин находится в центре страны, что упрощает гастроли.

В городе сформировалась уникальная экосистема клубов. Роган отмечает, что из своего окна он может видеть пять комедийных площадок одновременно, чего нет даже в Нью-Йорке [06:01]. Помимо *Mothership*, ключевыми точками на карте города стали:

*   *Cap City*
*   *Creek in the Cave*
*   *The Vulcan*
*   *Sunset Strip*
*   *Black Rabbit*
*   *Shakespeare’s* [05:36].

### Насилие в Мексике: политика под прицелом картелей
[[JUMP:06:40]]

Тон беседы резко меняется, когда Джо переводит тему на события в соседней Мексике. Собеседники обсуждают шокирующую статистику: во время последней предвыборной кампании в стране было убито 37 кандидатов [07:18]. Клаудия Шейнбаум стала первой женщиной-президентом на фоне «кровавой бани», где политиков устраняли десятками.

Джо Роган дает жесткую характеристику ситуации: «Мы живем по соседству с горящим притоном (crack house), которым управляют картели» [07:33]. Шокирует не только количество убийств, но и масштаб политического процесса: в Мексике нужно было заполнить 20 000 вакансий, на которые претендовали 70 000 кандидатов [08:00]. Роган и Хинчклифф задаются вопросом, кто вообще в здравом уме захочет баллотироваться на государственную должность в условиях, когда «мятежники не выживают» [18:38].

В ходе дискуссии они приходят к выводу, что Мексика фактически управляется деньгами от продажи наркотиков американцам. Если США управляются военно-промышленным и фармацевтическим комплексами, то в Мексике власть принадлежит тем, кто поставляет запрещенные вещества [18:51]. У картелей есть всё: от танков до зенитного оружия и сотен миллиардов долларов. Роган уверен, что пока наркотики не будут легализованы, ситуация не изменится, так как остановить спрос и предложение силовыми методами невозможно [19:17].

### Смерть, прах и «чистый» юмор
[[JUMP:21:29]]

Обсуждение мексиканских реалий плавно перетекает в тему бренности бытия и индустрии ритуальных услуг. Собеседники вспоминают слова Джои Диаса о том, что похоронные бюро — это «чертов скам» [21:29]. Роган критикует практику навязывания дорогих гробов и бальзамирования, даже если человек хочет быть кремированным.

Тони рассказывает комичную и одновременно жуткую историю о смерти их общего знакомого комика по прозвищу Скизи (Skeezy). Друзья решили развеять его прах в океане на Венис-Бич. Однако из-за ветра прах не улетел в море, а налип на одного из участников церемонии, которому пришлось отмывать остатки товарища в общественном душе на пляже [22:52].

В завершение этого сегмента комики обсуждают профессиональную этику в стендапе. Роган вспоминает случай, когда Майк Веккионе попросил Луиса Джея Гомеса выступить с «чистым» сетом (без мата и пошлостей), что само по себе абсурдно для участника шоу *Legion of Skanks* [16:53]. Роган подчеркивает, что настоящему мастеру, такому как Джим Гэффиган или Брайан Риган, неважно, кто выступал перед ним — «грязный» комик или нет. Настоящий юмор работает в любом ритме [17:31].

## 🎭 От безумия Кауфмана до кабинетных тайн Фаучи
[[JUMP:25:50]]

### Эволюция комедии: от Киннисона до Кауфмана
[[JUMP:25:50]]

В ходе беседы Джо Роган и Тони Хинчклифф погрузились в ностальгические воспоминания о том, как формировались их комедийные вкусы. Для Хинчклиффа поворотным моментом стало знакомство с творчеством Сэма Киннисона. Он вспоминает, как в 19 лет увидел коллегу по работе, которая в деталях воспроизводила скандальный номер Киннисона о «некрофилах-гомосексуалистах» [25:52]. До этого момента Тони воспринимал стендап исключительно через призму вечерних шоу вроде *The Tonight Show*, где выступали Джерри Сайнфелд или Ричард Дженни. Киннисон же показал, что юмор может быть «больным», дерзким и выходящим далеко за рамки телевизионных стандартов [27:54].

Обсуждение плавно перешло к фигуре Энди Кауфмана, которого Хинчклифф считает одним из главных вдохновителей. Тони рассказал, как в юности буквально по крупицам собирал информацию о Кауфмане в библиотеках, пытаясь понять природу его перформансов [28:34]. Одним из самых ярких примеров преданности Кауфмана своему делу стал период его работы в *Jerry’s Deli*. Находясь на пике популярности благодаря сериалу «Такси», Кауфман нанялся в закусочную обычным уборщиком посуды. Он оставался в образе скромного работника и упорно отрицал свою личность перед удивленными посетителями [29:50]. 

Комики сошлись во мнении, что такая бескомпромиссность в искусстве сегодня встречается редко. Ранее в разговоре они мельком касались развития комедийной сцены в Остине, но здесь фокус сместился на исторические корни — на ту эпоху, когда знаменитостям приходилось держаться вместе, потому что «никто другой их не понимал» [29:37].

### Слушания Фаучи и анатомия лабораторной утечки
[[JUMP:36:50]]

Значительная часть диалога была посвящена критике Энтони Фаучи и обсуждению его недавних показаний в Конгрессе. Джо Роган выразил крайнее возмущение тем, как велись внутренние коммуникации в структурах здравоохранения во время пандемии. Он упомянул вскрывшиеся электронные письма, свидетельствующие о попытках скрыть информацию от запросов по закону о свободе информации (FOIA) [37:07]. Роган акцентировал внимание на том, что учёные, работавшие с Фаучи, изначально указывали на явные признаки лабораторного происхождения вируса, такие как «сайты расщепления фурина», которые делают вирус более заразным для людей [37:20]. Однако спустя всего несколько дней те же специалисты публично клеймили теорию утечки как абсурдную [37:32].

Критика Рогана коснулась и политики вакцинации. Он привел данные исследования, опубликованного в *The Telegraph*, согласно которым в 47 западных странах зафиксировано более 3 миллионов избыточных смертей с 2020 года, причём эта тенденция сохраняется, несмотря на массовую иммунизацию [39:16]. По мнению ведущего, обществу навязали ложную картину мира, где «люди денег» заменили «людей медицины» [43:13]. 

Основные претензии Рогана к Фаучи включают:

*   Отрицание финансирования исследований «усиления функции» (gain-of-function) через изменение определений на сайте NIH [40:08].
*   Принуждение к вакцинации через угрозу потери работы и запреты на перелёты, несмотря на отсутствие данных о предотвращении передачи вируса [43:52].
*   Заявления Фаучи об отсутствии личной финансовой выгоды, в то время как общие роялти в отрасли составили сотни миллионов долларов [44:19].

Роган также высмеял попытки Фаучи выставить себя жертвой во время слушаний, когда тот жаловался на угрозы его семье [46:04]. По мнению Джо, реальную ответственность за гибель людей несут те, кто скрывал правду о происхождении вируса, а не «подкастеры», которых власти пытались сделать козлами отпущения [46:33]. В этом контексте он упомянул Криса Куомо, который, по иронии судьбы, теперь сам признается в приеме ивермектина, хотя ранее его телеканал активно высмеивал этот препарат [47:12].

### Идеологический тупик: когда Прайд встречается с Палестиной
[[JUMP:49:00]]

В завершение этого сегмента Роган и Хинчклифф обсудили курьезный инцидент в Филадельфии, который, по их мнению, иллюстрирует внутренний кризис современного прогрессивного движения. На улицах города столкнулись две группы протестующих: участники прайд-парада и сторонники освобождения Палестины [49:00]. Возникла патовая ситуация, когда две идеологически близкие (в рамках левой повестки) группы не смогли решить, чьё мероприятие и чьи требования важнее.

Роган охарактеризовал это как «пожирание левыми самих себя» (woke eating woke), отметив, что подобная самодеструкция свойственна любому радикальному движению [49:10]. Визуальный ряд этого противостояния, где люди в масках блокировали проход ярко одетым участникам прайда с лозунгом «Нет прайда в геноциде», вызвал у комиков саркастическую реакцию. Роган иронично заметил, что медицинская маска стала для современных либералов своего рода аналогом кепки MAGA — политическим символом, а не средством защиты [50:05].

## ⚖️ Политическое правосудие и фентаниловый абсурд
[[JUMP:59:43]]

Разговор Джо Рогана и Тони Хинчклиффа плавно перетекает от обсуждения глобальных угроз, таких как стремительное развитие ИИ [54:15] и зависимость США от китайской фармацевтики [53:35], к внутренним системным противоречиям Америки. Роган отмечает, что современный мир становится всё более «причудливым», где пропаганда и реальность перемешаны настолько, что здравый смысл зачастую оказывается вне закона. В этом контексте собеседники подробно разбирают два острых вопроса: неэффективную борьбу с наркотиками в Техасе и беспрецедентное уголовное преследование Дональда Трампа.

### Война с фентанилом: запрет на спасение жизней
[[JUMP:59:43]]

Обсуждая методы борьбы с мексиканскими картелями, Роган высказывает непопулярную, но прагматичную точку зрения: единственный способ остановить насилие — это легализация, налогообложение и использование полученных средств на лечение и просвещение [1:00:09]. По его мнению, пока существует спрос, силовые методы — вроде создания «расстрельных списков» лидеров картелей, о которых писал Rolling Stone — лишь создают вакуум власти, который тут же заполняется новыми игроками [59:30].

Особое возмущение у Тони и Джо вызывает ситуация с тест-полосками на фентанил в Техасе. Тони Хинчклифф поделился личным опытом: вместе с партнёром он планировал запустить бренд бутилированной воды и бесплатно прилагать к каждой банке в барах тест-полоску стоимостью 30 центов [1:00:53]. Однако выяснилось, что в Техасе это фактически незаконно. Несмотря на то, что в стране ежегодно от передозировок умирает около 100 000 человек [1:02:36], законодатели штата блокируют инициативы по декриминализации подобных средств тестирования.

*   **Законодательный тупик:** Хотя Палата представителей Техаса приняла законопроект о выводе тест-полосок из списка «приспособлений для употребления наркотиков», Сенат штата просто отказался рассматривать его в ходе регулярной сессии [1:03:52].
*   **Абсурдность системы:** Роган подчёркивает, что отсутствие возможности проверить чистоту вещества убивает не только зависимых, но и обычных людей, которые могут случайно принять загрязнённую таблетку или рекреационный наркотик [1:04:18].
*   **Политический страх:** Собеседники предполагают, что политики боятся поддерживать такие меры, так как оппоненты могут обвинить их в «пропаганде наркотиков» [1:04:42]. Это напоминает Рогану ситуацию с однополыми браками, против которых Барак Обама и Хиллари Клинтон выступали годами, пока общественное мнение не изменилось окончательно [1:05:09].

### Дело Трампа и прецедент «банановой республики»
[[JUMP:1:10:15]]

Переходя к теме предстоящих выборов, Роган называет текущую ситуацию «идеальным штормом»: на фоне дружбы России и Китая и физической немощи действующего президента, систему сотрясает попытка устранить главного оппонента через суд [1:10:15]. Обсуждение 34 обвинительных приговоров Дональду Трампу по делу о выплатах Сторми Дэниелс вызывает у ведущих скепсис и опасения за будущее демократии.

Джо Роган указывает на юридическую эквилибристику процесса: то, что в обычной ситуации квалифицировалось бы как административный проступок (misdemeanor), было искусственно раздуто до 34 уголовных преступлений (felonies) [1:10:42]. По его мнению, это опасный инструмент, обнажающий коррумпированность системы.

> «Они разоблачают, насколько коррумпирована наша демократия, просто обвиняя этого парня в 34 тяжких преступлениях за то, что он выплатил деньги женщине, с которой у него был секс... Они превратили это в тяжкое преступление, они его "накрутили" (trumped it up)», — иронизирует Роган [1:10:28].

Собеседники проводят параллели с историей:

1.  **Прецедент невмешательства:** Барак Обама, придя к власти, отказался преследовать Джорджа Буша-младшего и Дика Чейни за военные преступления, заявив, что нужно «смотреть в будущее, а не в прошлое» [1:12:13]. Роган считает, что если бы тогда начались суды, страна была бы расколота окончательно.
2.  **Двойные стандарты:** Тони замечает, что если применять ту же строгость ко всем президентам, то Обаму можно было бы судить за использование дронов против граждан США без суда [1:12:52], а Хиллари Клинтон — за историю с удалёнными имейлами [1:13:05].
3.  **Угроза будущего:** Основной риск Роган видит в том, что демократы, создавая прецедент уголовного преследования оппозиции, открывают «ящик Пандоры». Когда к власти придут республиканцы, они могут использовать те же методы против своих врагов [1:13:46].

В завершение главы Джо резюмирует, что подобные действия превращают США в подобие «банановой республики» или Мексики [1:14:26], где вместо воли народа страной начинают управлять интересы бюрократических элит и команд, стоящих за формальными лидерами, такими как Джо Байден [1:14:52]. Ранее в разговоре они вскользь упоминали, что идеологические столкновения, такие как протесты вокруг Газы на гей-парадах, лишь добавляют хаоса в эту картину [50:58].

## 🧠 Трагедия Кеннеди, триумф на Netflix и величайшая «прожарка» в истории

[[JUMP:1:15:05]]

Разговор Джо Рогана и Тони Хинчклиффа в этой части затронул как темные страницы медицинской истории, так и современные вершины комедийного жанра. От обсуждения кризиса психиатрии и заброшенных лечебниц собеседники перешли к одной из самых мрачных тайн американской политической элиты — судьбе Розмари Кеннеди, чья жизнь была разрушена в попытке «исправить» её характер.

### Трагедия Розмари Кеннеди и история лоботомии
[[JUMP:1:16:30]]

Тони Хинчклифф затронул тему психиатрических лечебниц, отметив, что их закрытие привело к росту числа людей с ментальными проблемами на улицах. В этом контексте всплыла история семьи Кеннеди. В ноябре 1941 года Джозеф Кеннеди-старший тайно организовал префронтальную лоботомию для своей дочери Розмари [1:17:31]. Процедура, которая тогда считалась передовым методом лечения «агрессивности» или «умственной отсталости», обернулась катастрофой. 

Роган описал варварство этого метода: врачи вводили металлический стержень через глазницу или нос, чтобы буквально «размозжить» префронтальную кору [1:18:51]. Он сравнил это с тем, как в старые времена люди били по телевизору кулаком, чтобы поймать сигнал — грубая попытка починить сложнейший механизм случайным воздействием [1:18:25]. Результат операции Розмари был ужасающим:

*   Она навсегда потеряла способность внятно говорить и самостоятельно ходить [1:17:45].
*   Её личность была полностью стерта, и она провела остаток жизни в закрытых учреждениях.
*   Джон Кеннеди, узнав о судьбе сестры, позже инициировал реформы в области ментального здоровья, что, по мнению Тони, во многом определило его политический курс в этой сфере [1:16:30].

Лоботомию продолжали практиковать в США вплоть до 1967 года [1:20:09]. Несмотря на то что врачи заявляли о 63% «улучшений», чаще всего под этим подразумевалось лишь то, что буйные пациенты становились тихими и «улыбчивыми» из-за повреждения мозга [1:20:35]. В качестве контраста к этой теме Роган упомянул невероятный случай из современной медицины: французского чиновника, у которого из-за гидроцефалии отсутствовало 90% мозга [1:25:23]. Несмотря на то что его череп был заполнен спинномозговой жидкостью, мужчина имел IQ 84, воспитывал детей и вел нормальную социальную жизнь, что доказывает невероятную пластичность человеческого мозга [1:25:49].

### Прожарка Тома Брэди и успех на Netflix
[[JUMP:1:28:45]]

Переходя к современным событиям, Тони Хинчклифф поделился закулисными деталями «Прожарки Тома Брэди» (The Roast of Tom Brady) — события, которое стало самым просматриваемым лайв-ивентом в истории Netflix [1:38:11]. Тони провел два часа за кулисами, сидя рядом с Шоном О’Мэлли, и признался, что даже опытные бойцы и комики испытывали колоссальное давление перед выходом на сцену.

Тони объяснил Рогану разницу между здоровым спокойствием и парализующим страхом: «Если ты проделал работу, ты спокоен. Если нет — это гнилой ужас и тревога» [1:29:39]. Весь материал для прожарки готовился месяцами, и масштаб события был беспрецедентным. Хинчклифф отметил, что успех этого шоу стал мощным импульсом для всей индустрии комедии. 

Отдельно обсудили выступление Ким Кардашьян. По словам Хинчклиффа, она вела себя крайне отстраненно и даже «роботизировано», практически не реагируя на жесткие шутки в свой адрес [1:30:29]. Тем не менее, Тони подчеркнул важность того, что Netflix (имеющий 269 миллионов подписчиков по всему миру [1:39:19]) готов рисковать и выпускать такой «дикий» и неполиткорректный контент. Это открывает двери для новых форматов, включая потенциальный комедийный фильм, который Тони сейчас разрабатывает вместе с Дэвидом Лукасом [1:37:18].

### Битва титанов: Харланд Уильямс против Дэвида Лукаса
[[JUMP:1:33:58]]

Одним из ярчайших моментов своего шоу Kill Tony Хинчклифф назвал словесную дуэль между легендарным Харландом Уильямсом и регулярным участником Дэвидом Лукасом. Тони заявил коллегам из индустрии, что это был «лучший рост-баттл в истории», превзошедший даже официальные турниры [1:34:51].

Уникальность момента заключалась в столкновении двух разных стилей:

1.  **Харланд Уильямс:** Использовал абсолютно непредсказуемую, абсурдную манеру поведения. Он принес на сцену «ленточного червя по имени Димитрий», которого якобы достал из штанов [1:34:11]. Его «комедийное джиу-джитсу» позволяло обращать любой выпад противника в шутку над самим противником.
2.  **Дэвид Лукас:** Мастер классической жесткой прожарки, который в этот раз оказался в оборонительной позиции. В какой-то момент Дэвид просто начал называть Харланда «старым [зацензурено]», на что Уильямс мгновенно ответил: «Сегодня ты моя [зацензурено]» [1:35:44].

Тони отметил, что такие моменты невозможно подготовить заранее — это чистый «состояние потока» (flow state), где реакция происходит быстрее мысли [1:36:10]. Роган и Хинчклифф сошлись на том, что Харланд и Дэвид должны запустить совместный подкаст или шоу, так как их химия на сцене создает уникальную энергию, которую редко встретишь в современной комедии [1:36:41].

## 🛰 Цифровой шок Амазонии, трагедия Уитакеров и величие «Сопрано»
[[JUMP:1:40:13]]

В этой части беседы Джо Роган и Тони Хинчклифф переходят от обсуждения исторических трагедий (таких как судьба Розмари Кеннеди, упомянутая ранее) к современным социальным экспериментам и культурным феноменам, которые меняют облик человечества.

### Проклятие Starlink: интернет в диких племенах Амазонии
[[JUMP:1:40:39]]

Джо Роган поднимает тему недавнего отчета о племени Марубо в лесах Амазонии, которое получило доступ к высокоскоростному интернету через терминалы Starlink Илона Маска. То, что начиналось как благо — возможность оперативно вызывать помощь при укусах ядовитых змей [1:42:13], — быстро обернулось социальной катастрофой. 

Старейшины племени жалуются, что их привычный уклад разрушен: молодежь стала ленивой, перестала заниматься традиционными ремеслами и охотой, проводя все время в телефонах. Роган цитирует 73-летнюю представительницу племени, которая отмечает, что их дети теперь «учатся путям белых людей» [1:41:18]. Основной проблемой стала мгновенная зависимость от социальных сетей и порнографии. Хинчклифф и Роган иронизируют над тем, какой культурный шок испытывают люди, веками жившие в изоляции, сталкиваясь с современным западным контентом [1:41:59]. 

Этот инцидент подтолкнул их к обсуждению других изолированных групп, таких как жители Северного Сентинельского острова. Роган напоминает историю миссионера, убитого стрелами при попытке контакта [1:42:40]. По его мнению, насильственное внедрение технологий в такие хрупкие экосистемы может привести к исчезновению уникальных культур, существующих десятки тысяч лет.

### Семья Уитакеров: темная сторона американской глубинки
[[JUMP:1:43:43]]

Разговор о генетической изоляции плавно переходит к шокирующей истории семьи Уитакеров из поселения Одд, Западная Вирджиния. Джо рассказывает о проекте Марка Лайты «Soft White Underbelly» на YouTube, где задокументирована жизнь самой известной инбредной семьи США [1:43:56]. 

Уитакеры — это результат многолетнего инбридинга, который привел к тяжелым физическим и ментальным отклонениям. Роган описывает Рэя Уитакера, который не владеет речью и только лает, чтобы привлечь внимание [1:44:06]. Кадры из документального фильма показывают пугающую реальность «забытых» уголков Америки. Джо сравнивает атмосферу Аппалачей с фильмом «Избавление» (Deliverance), отмечая, что в США до сих пор существуют места, где можно случайно наткнуться на горящий крест ККК или столкнуться с агрессивной изоляцией [1:46:30]. 

Тони Хинчклифф добавляет, что для таких сообществ единственным социальным центром остается церковь, которую он сравнивает с «зеленой комнатой» для комиков — местом, где люди перезаряжаются и чувствуют общность [1:47:09].

### «Сопрано» и золотой век телевидения
[[JUMP:1:50:27]]

Обсуждение атмосферы американской глубинки в кино (упоминая шедевры вроде «Нефти» и «Старикам тут не место» [1:47:36]) приводит комиков к анализу сериала «Сопрано». Джо Роган признается, что пересматривает историю Тони Сопрано уже в пятый раз и каждый раз находит новые детали [1:50:35]. 

Для Рогана и Хинчклиффа «Сопрано» — это не просто шоу, а революция, сделавшая возможными такие хиты, как «Во все тяжкие», «Игра престолов» и «Фарго» [1:52:55]. До Дэвида Чейза сериалы были процедуралами, где каждая серия имела законченный сюжет. «Сопрано» превратило ТВ в «огромное кино» с глубокой проработкой персонажей.

Особое внимание они уделяют актерской игре:

*   Джеймс Гандольфини — вершина драматического мастерства [1:51:00].
*   Иди Фалько — Роган восхищается её способностью затмевать даже главных героев в сценах семейных конфликтов.
*   Сильвио Данте (Стивен Ван Зандт) — обсуждается его пугающая хладнокровность, особенно в сцене убийства Адрианы [1:55:11].

Роган вспоминает странный эпизод с использованием CGI для умершей актрисы Нэнси Маршан (мать Тони) в третьем сезоне. Несмотря на то, что технология тогда стоила миллионы и выглядела несовершенно, создатели пошли на это, чтобы закрыть сюжетную линию [1:52:13]. Хинчклифф подчеркивает, что шоу заставило зрителей сопереживать убийце и социопату, что было абсолютным новшеством для того времени [1:53:37].

Завершая главу, Роган отмечает, что уровень качества, заданный HBO, сегодня труднодостижим из-за давления корпоративных идеологий и «заметок от руководителей», которые часто портят оригинальное видение авторов [1:49:49].

## 📈 Рыночные игры и вечно молодые отцы-основатели
[[JUMP:2:05:22]]

В этой части беседы Джо Роган и Тони Хинчклифф переходят от обсуждения недавнего успеха Тони на прожарке Тома Брэди (о которой они подробно говорили ранее) к более глобальным и несправедливым аспектам устройства американской системы. Разговор плавно смещается от кулинарных изысков и «пастных ком» к финансовым махинациям, тюремным срокам знаменитостей и удивительным историческим фактам о тех, кто стоял у истоков США.

### Феномен Roaring Kitty и двойные стандарты Уолл-стрит
[[JUMP:2:11:00]]

Центральной темой обсуждения становится возвращение Кита Гилла, известного под псевдонимом Roaring Kitty. Тони отмечает, что этот человек снова всколыхнул рынок акций GameStop, просто опубликовав пост в социальных сетях [2:11:22]. Роган и Хинчклифф пытаются разобраться в абсурдности ситуации: Гилл превратил 53 тысячи долларов в более чем 300 миллионов, став героем для интернет-пользователей и мишенью для регуляторов [2:11:51].

Джо указывает на вопиющее лицемерие системы. Пока обычных трейдеров с Reddit пытаются ограничить или обвинить в манипуляциях, официальные лица в Вашингтоне занимаются тем же самым на законных основаниях. 

> «Они говорят об ограничении его доступа к приложениям или штрафах, но это не имеет смысла. Он просто публично показывает, что делает, в то время как Нэнси Пелоси занимается инсайдерской торговлей каждый божий день, и для неё это легально» [2:12:28], — подчеркивает Роган.

Собеседники вспоминают Джима Крамера и популярный в сети мем «Инверсивный Крамер» — стратегию, при которой нужно делать ровно противоположное тому, что советует этот финансовый эксперт с экрана ТВ [2:13:20]. Они обсуждают старый конфликт Крамера с Джоном Стюартом, когда последний в 2009 году вскрыл некомпетентность или даже ангажированность ведущего CNBC [2:14:50]. Роган предполагает, что подобные «эксперты» являются частью огромной машины, которая манипулирует рынком в интересах крупных банков вроде Bear Stearns, в то время как обычные люди теряют свои сбережения [2:15:42].

Особое внимание уделяется техническим аспектам:

*   Использование алгоритмов для совершения тысяч сделок в день ради минимальной маржи [2:18:48].
*   Блокировка торговли в приложении Robin Hood во время первого пампа GameStop, что Роган называет «опрокидыванием подноса» в игре, где простые люди начали побеждать [2:16:48].
*   Сложность системы опционов, где Кит Гилл теоретически мог бы владеть активами, превышающими капитализацию Morgan Stanley [2:17:57].

### Преступление и наказание: от Марты Стюарт до Нэнси Пелоси
[[JUMP:2:20:55]]

Разговор об инсайдерской торговле неизбежно приводит к фигуре Марты Стюарт. Тони вспоминает её как «настоящего гангстера», которая завоевала уважение аудитории после того, как отсидела срок в тюрьме [2:10:40]. Хинчклифф, писавший шутки для её выступления на прожарке Джастина Бибера, восхищается её бесстрашием [2:10:14].

Однако Джо анализирует юридическую подоплеку её дела. Выясняется, что Стюарт фактически отправилась за решетку не за саму торговлю акциями ImClone, а за препятствование правосудию и ложь следователям [2:25:19]. Поразительным фактом оказывается сумма, из-за которой разрушили репутацию и свободу миллиардерши: она избежала потери всего 45 тысяч долларов [2:22:28].

> «Они хотели сделать из неё пример. Ты можешь зарабатывать сотни миллионов на зарплате в 170 тысяч, если ты в Конгрессе и работаешь над законопроектом, который повлияет на акции. Но если ты Марта Стюарт и узнала что-то лишнее — ты идешь в тюрьму» [2:21:08], — иронизирует Роган.

Параллельно обсуждаются случаи жесткого преследования за неуплату налогов, такие как дела Уэсли Снайпса и Лорин Хилл [2:25:35]. Роган и Хинчклифф сходятся на том, что система не принимает простого возврата долга — ей нужно показательное наказание, чтобы держать остальных в узде. Несмотря на несправедливость распределения налоговых средств, Роган дает прагматичный совет: «Платите свои чертовы налоги, иначе они вас просто уничтожат» [2:26:23].

### 1776 год: Когда страной управляли двадцатилетние
[[JUMP:2:26:50]]

В финальной части главы Тони поднимает тему, которая шокирует многих современных американцев — возраст отцов-основателей в момент подписания Декларации независимости. В то время как нынешний Вашингтон напоминает дом престарелых, создатели США были невероятно молоды [2:26:58].

Тони зачитывает список возрастов на 4 июля 1776 года:

*   Джеймс Монро — 18 лет;
*   Аарон Берр — 20 лет;
*   Александр Гамильтон — 21 год;
*   Джеймс Мэдисон — 25 лет;
*   Томас Джефферсон — 33 года [2:27:16].

Самым «старым» из ключевых фигур казался Джордж Вашингтон, которому было всего 44 года [2:27:24]. Это вызывает у Рогана и Хинчклиффа горькое сравнение с современной политической сценой. Они отмечают, что любые молодые и энергичные кандидаты с новыми идеями, будь то Тулси Габбард, Вивек Рамасвами или Роберт Кеннеди-младший, немедленно вытесняются системой [2:27:58]. 

Джо считает, что истеблишмент намеренно держит у власти «архаичных и полностью скомпрометированных людей» до тех пор, пока управление окончательно не перейдет к искусственному интеллекту [2:28:11]. Это отсутствие дальновидности у политиков Роган сравнивает с тем, как индейцы Амазонии, о которых упоминалось в предыдущей главе, получили доступ к Starlink: никто не предвидел, что вместо образования они предпочтут порнографию и социальные сети [2:29:41]. По его мнению, человечество совершает ту же ошибку с интернетом и ИИ, не задумываясь о последствиях технического прогресса.

## 🤖 Закат биологического человечества и загадки прошлого
[[JUMP:2:30:36]]

Разговор Джо Рогана и Тони Хинчклиффа в финале подкаста переходит от обсуждения современных гаджетов к экзистенциальным вопросам будущего. Роган отмечает, что человечество уже находится в глубокой зависимости от технологий: среднестатистический пользователь тратит около шести часов в день, глядя в экран устройства, созданного буквально рабским трудом при добыче полезных ископаемых в беднейших регионах мира [2:31:05]. Джо вспоминает времена BlackBerry с физической клавиатурой, когда возможность отправить электронное письмо с телефона казалась пределом мечтаний, и никто не мог предсказать появление TikTok, Instagram или бесконечных споров в Twitter [2:31:42]. По его мнению, современная культура нарциссизма и арендованных для фото в соцсетях атрибутов «успеха» была непредсказуемым побочным эффектом прогресса.

### Угроза ИИ и конец «плотских обезьян»
[[JUMP:2:32:00]]

Джо Роган выдвигает тревожный прогноз: через пять лет мир изменится до неузнаваемости. Он считает, что мы находимся на пороге появления полноценного искусственного интеллекта (ИИ), который перехватит управление планетой [2:38:28]. В то время как нынешние алгоритмы лишь эксплуатируют человеческую дофаминовую систему и «взламывают» внимание, настоящий сверхразум начнет управлять ресурсами и энергетикой Земли [2:32:47].

Роган задается вопросом, как долго «этический ИИ» будет терпеть человечество, которое он иронично называет «плотскими обезьянами с пушками и самолетами» [2:33:29]. Биологическое тело с его ограничениями, болезнями и склонностью к хаосу может быть воспринято ИИ как критическая ошибка в системе.

*   ИИ может полностью искоренить войны и несправедливое распределение ресурсов.
*   Биологические пороки — преступность, насилие, инсайдерская торговля и уклонение от налогов — станут невозможны в новой структуре управления [2:37:50].
*   Человеческое предназначение, по мнению Рогана, заключалось именно в создании этого сверхразума; вся наша страсть к материализму и инновациям была лишь топливом для рождения искусственной жизни [2:38:55].

Тони Хинчклифф, в свою очередь, с юмором отмечает, что в таком будущем комикам придется шутить о том, как люди когда-то были высшими хищниками, пока «яйцеголовые на аддералле» не довели разработку ИИ до конца [2:40:25]. Ранее в разговоре они вскользь касались комедийного бума, но здесь Роган подчеркивает: когда ИИ возьмет верх, привычная нам индустрия развлечений может просто исчезнуть за ненадобностью.

### Охотники на людей: «теория горилл» и неандертальцев
[[JUMP:2:34:20]]

Пытаясь найти исторические параллели для будущего столкновения с ИИ, Роган вспоминает необычную теорию о неандертальцах. Несмотря на то что официальная антропология относится к ней скептически, Джо находит интересным предположение о том, что неандертальцы могли воспринимать кроманьонцев (предков современных людей) исключительно как добычу [2:34:21]. Согласно этой гипотезе, неандертальцы могли выглядеть гораздо более устрашающе — как массивные «люди-гориллы» с невероятно плотными костями и огромной физической силой [2:34:33].

Джо подчеркивает, что неандертальцы доминировали на планете около 500 000 лет — гораздо дольше, чем существует современная цивилизация [2:35:52]. Тот факт, что Homo Sapiens в итоге их истребили, свидетельствует о нашей врожденной жестокости по отношению к любым видам, представляющим угрозу [2:35:11]. Роган проводит аналогию: если мы уничтожили физически превосходящих нас существ, то ИИ может поступить так же с нами, посчитав биологическое человечество слишком деструктивным элементом.

### Загадки Гизе: реки и гигантские камни
[[JUMP:2:36:32]]

Обсуждая древние цивилизации, Роган упоминает недавние исследования, проливающие свет на строительство египетских пирамид. Ученые обнаружили следы высохших притоков Нила, которые в древности протекали в непосредственной близости от плато Гиза [2:36:32]. Это объясняет логистику: строители могли использовать водные пути для транспортировки массивных блоков. 

Тем не менее, Джо отмечает, что загадка остается нерешенной до конца. Некоторые камни, использованные в камере царя, весили десятки тонн и были доставлены из каменоломен, находящихся в 500 милях от стройплощадки [2:36:46]. Вспоминая недавнюю беседу с Билли Карсоном, экспертом по древним текстам, Роган признается, что если бы он мог отправиться в прошлое, то выбрал бы Египет в период его расцвета, чтобы своими глазами увидеть, как на самом деле выглядели эти сооружения и люди того времени [2:37:10].

Завершая подкаст, Тони Хинчклифф анонсирует свои ближайшие выступления, включая грандиозное шоу в Madison Square Garden, и упоминает успех своего проекта *Kill Tony* [2:40:49]. Роган с гордостью отмечает невероятный взлет Тони в Остине, упоминая, что даже такие звезды, как Дрейк и группа The Black Keys, стали фанатами его комедийного формата [2:41:30]. На прощание они обсуждают предстоящий тур Тони с Бертом Крайшером (Bert Kreischer), шутя о том, что на гастрольном автобусе будет стоять невыносимый храп [2:43:06].