В новом выпуске программы Mulligan Brothers Interviews бывший житель китайского монастыря Мэтт Джейн поделился уникальным опытом адаптации к суровым условиям обучения шаолиньских воинов. В беседе подробно раскрываются трудности, с которыми столкнулся молодой иностранец — от бюрократических преград при получении визы до глубокого культурного шока в быту. Этот рассказ демонстрирует, как преодоление жестких жизненных вызовов формирует подлинную внутреннюю силу вопреки поверхностной интернет-философии.
🏮 От лондонской школы к шаолиньским вершинам 0:00
Мэтт Джейн вспоминает, что его путь начался с резкой смены обстановки в начале 2000-х годов. В Лондоне он чувствовал себя чужим в обычной школе, где учителя не проявляли интереса к работе, а многие ученики прогуливали уроки и курили марихуану. Мечта стать воином Шаолиня заставила его использовать перерыв в учебе (gap year) для поездки в Китай.
По мнению Мэтта Джейна, понятия «мягкий», «жесткий», «простой» или «сложный» глубоко субъективны и зависят исключительно от восприятия человека. Для него изнурительные тренировки, начавшиеся сразу после приезда, казались не адом, а «небом на земле» и ожившим фильмом с Джеки Чаном.
Суровые будни монастыря
Распорядок дня шаолиньских послушников исключал любые поблажки. Гость программы описывает типичные элементы подготовки:
- Подъем ровно в 5:00 утра для пробежек по горам.
- Многочасовые стойки на голове на голом бетоне.
- Постоянные физические нагрузки до самого заката, длившиеся по 8–10 часов в день.
Мэтт Джейн подчеркивает, что без борьбы нет прогресса. Именно это осознание сбывшейся мечты приносило ему радость, несмотря на экстремальные нагрузки.
🗣️ Языковой барьер и метод живого погружения 2:25
В британской школе Мэтт Джейн учился неплохо, получая оценки «A» и «B», однако полностью провалил изучение французского языка. Окружающие полагали, что у него нет способностей к лингвистике. Вопреки этим ожиданиям, оказавшись в Китае, он заговорил на базовом уровне уже через 3 месяца, а через год полностью перестал испытывать трудности в общении.
Философия практического обучения
Мэтт Джейн утверждает, что реальный жизненный опыт — это единственный эффективный способ освоить иностранный язык. Он сравнивает свой метод с тем, как учатся говорить дети:
- Дети начинают говорить в кругу семьи и общины, а не по учебникам.
- Обучение происходит через участие в праздниках, повседневных делах и совместном преодолении трудностей.
- Практическое освоение (hands-on learning) всегда превосходит теоретическое заучивание книг.
Этот эмпирический подход Мэтт Джейн теперь использует в личной практике преподавания, работая со своим сыном, друзьями и местным сообществом.
Первые шаги с Lonely Planet
Готовясь к поездке, Мэтт вместе с матерью, которая сильно беспокоилась о вопросах коммуникации, отправился в крупный книжный магазин в центре Лондона. Там они приобрели путеводитель и разговорник бренда Lonely Planet. Мэтт Джейн признается, что изучение тонов китайского языка по книге давалось ему с трудом. Тем не менее, первая заученная фраза — «Ni hao ma» (Нихаома — «Как дела?» или «Привет») — впоследствии сыграла ключевую роль в его судьбе.
📄 Визовый кризис и спасительный факс из китайского ресторана 7:09
Поскольку на момент подготовки документов Мэтт Джейн был несовершеннолетним (младше 18 лет), процесс оформления туристической визы оказался крайне запутанным. Ему требовалось официальное приглашение от принимающей стороны в Китае.
Проблема с наставником
В Великобритании Мэтт занимался под руководством мастера кунг-фу, который позиционировал себя как монах из Шаолиня. Этот учитель изъяснялся на ломаном английском языке. Когда возникла необходимость в пригласительном письме, мастер проявил крайнюю необязательность. По воспоминаниям Мэтта, наставник постоянно уклонялся от помощи, ссылаясь на плохое знание английского.
В условиях отсутствия электронной почты процесс зашел в тупик. Мать Мэтта, видя бесперспективность ситуации, предложила сдать авиабилеты и отменить поездку. Мэтт Джейн категорически отказался сдаваться перед первым же препятствием.
Ночной визит в takeaway
Не желая смиряться с неудачей, Мэтт взял разговорник Lonely Planet, сел на велосипед и поехал в соседний район. Хронология его действий выглядела следующим образом:
- Он доехал до китайского ресторана (takeaway) в местечке Уормли (Wormley), расположенном в полутора милях от его дома в Тернфорде (Turnford).
- В дневное время сотрудники спали, но Мэтт настойчиво стучал в дверь, пока ему не открыл уставший работник.
- Используя ломаные фразы, Мэтт объяснил, что ему нужно отправить запрос в Китай, и оставил свои данные.
- Он указал номер факса колледжа Hartford Regional College, где его отчим работал мастером по техническому обслуживанию.
Несмотря на то, что ночные звонки в ресторан едва не сорвали коммуникацию из-за языковой путаницы с заказами еды, план сработал. На следующее утро отчим Мэтта договорился с охранником колледжа, и они обнаружили на факсимильном аппарате шесть писем — три на китайском и три на английском языках. Оплатив срочное оформление в тот же день, Мэтт получил визу и через два дня вылетел в Шанхай.
Мэтт Джейн утверждает, что так называемое «везение» — это лишь предвзятое мнение тех, кто верит в случайный успех. Он убежден, что его поездка состоялась исключительно благодаря упорству и борьбе, без которых невозможен прогресс.
🧼 Культурный шок: «Шизар» и традиции китайской бани 15:34
Вторая важнейшая фраза, которую Мэтту пришлось освоить в первые недели, звучала как «Шизар» (Xizao), что означает «принимать душ». Причиной такой острой необходимости стали экстремальные бытовые условия в провинциальном Китае.
Спартанский быт послушников
После привычной лондонской жизни, где ежедневный душ был нормой, Мэтт попал в среду, лишенную элементарных удобств. Условия проживания включали в себя:
- Тренировки на бетоне, грязи и в горах, из-за чего одежда и тело покрывались слоем пыли.
- Комнаты, рассчитанные на совместное проживание 30 человек.
- Узкие деревянные нары (около 60 см шириной) вместо полноценных кроватей.
- Одно ведро и пластиковая кружка на человека для умывания, чистки зубов и стирки вещей.
Доступа к стационарному душу в самом монастыре не было, и Мэтт постоянно повторял слово «шизар», пытаясь узнать, когда появится возможность помыться.
Коллективное омовение и «лаовай» в бане
Через три недели проживания раздалась команда «Цзихэ» (Jihe), означающая общий сбор и построение. Мэтт Джейн отмечает, что в Китае царит жесткая дисциплина — за опоздание на построение учеников сурово наказывали и били. Услышав долгожданное слово «шизар», класс из 50 человек отправился маршем в город.
По прибытии в городское банное здание Мэтт столкнулся с колоссальным культурным шоком. В комнате на четырех человек его одноклассники мгновенно разделись догола. Воспитание в Великобритании сформировало у Мэтта жесткие границы личного пространства, поэтому он остался в боксерах, испытывая сильное смущение. Друзья потащили его по коридору в огромный банный зал, превышающий размеры обычной комнаты минимум в четыре раза, где находилось около сотни полностью обнаженных китайцев.
Появление иностранца в провинциальной бане вызвало бурный ажиотаж. По словам Мэтта, возгласы «Лаовай! Лаовай!» сопровождали его повсюду, так как местные жители никогда не видели европейцев. В какой-то момент банщик бесцеремонно уложил Мэтта на массажный стол и начал жестко оттирать скопившуюся за три недели грязь. Несмотря на внутренний протест против нарушения интимной зоны, Мэтт признает, что глубокое очищение кожи было ему необходимо.
Впоследствии групповые душевые стали для него абсолютной нормой. Мэтт Джейн подчеркивает, что этот опыт не имел никакого сексуального подтекста и являлся естественной частью повседневного быта на Востоке, наглядно иллюстрируя ментальный разрыв между восточной и западной культурами.
В завершение беседы Мэтт Джейн выразил критическое отношение к популярным в соцсетях псевдофилософским цитатам вроде «будь как вода» или «опустоши свою чашу». По его мнению, без реального сурового опыта подобные изречения в Instagram выглядят дешево и фальшиво, искажая суть истинной духовной и физической практики.
