В новом эпизоде подкаста Modern Wisdom ведущий Крис Уильямсон и создатель популярного просветительского проекта The Cultural Tutor Шихан Квирк обсуждают глобальный эстетический кризис современности и засилье стандартизированного минимализма. Собеседники исследуют, почему архитектура и повседневный дизайн массово теряют свое очарование, а также как увлечение гипер-оптимизацией и иронией разрушает культуру искренней романтики и глубокого искусства. Квирк подробно делится своей удивительной историей пути от ночного сторожа и сотрудника McDonald’s до одного из самых влиятельных гуманитарных авторов в сети X.
🎨 Понятие красоты и кризис «скуки» в современном мире 0:00
В начале беседы Шихан Квирк предлагает переосмыслить само слово «красота», которое, по его мнению, в современном языке слишком переиспользовано и во многом утратило первоначальный смысл. Он утверждает, что наиболее точным синонимом красоты является любовь, проявленная в физическом мире. Тем не менее в повседневных дискуссиях гость предпочитает избегать громких слов и использовать три другие дефиниции: «интересное», «очаровательное» (charming) и «значимое» (meaningful).
По оценке Квирка, эти понятия гораздо эффективнее описывают материальную культуру:
- Интересное выступает прямой противоположностью скучного.
- Очаровательное содержит в себе элемент игры, легкости и искреннего внимания создателя к зрителю, когда вещь делается не ради прибыли, а ради мимолетной улыбки прохожего.
- Значимое отражает локальную историю, культуру и идентичность конкретного места, вырывая человека из стандартизированного и виртуального мира.
Собеседники сходятся во мнении, что замена категории «красивое/уродливое» на «интересное/скучное» снимает с дискуссии излишний градус агрессии, поскольку обвинение в уродстве часто воспринимается людьми как моральное суждение. Квирк заявляет, что главной проблемой современности является именно повсеместная скука. По его словам, человечество способно переносить страдания, нищету и уродство, но неспособно долго терпеть скуку, которая исторически нередко становилась главным двигателем революций и радикальных движений.
🛠️ От ночного сторожа до Культурного репетитора: история Шихана Квирка 16:01
Шихан Квирк подробно рассказал о своем жизненном пути, который предшествовал созданию блога The Cultural Tutor. После окончания юридического университета он оказался в состоянии затяжной complacency (самоуспокоенности), ожидая, что мир сам предложит ему писательский контракт. Не имея четкого плана, Квирк устроился работать ночным сторожем (портером) в своем бывшем университете в разгар пандемии COVID-19. На протяжении полутора лет он сочетал 12-часовые смены, включавшие прочистку туалетов и починку дверных ручек, с чтением книг и просмотром кино.
После увольнения Квирк столкнулся с серьезным финансовым кризисом, оставшись без денег на аренду жилья. Применив массу откликов на платформе Indeed, он получил отказ в Pizza Hut, но смог устроиться специалистом по техническому обслуживанию в McDonald’s. В его обязанности входил прием утренних поставок сырья и очистка парковки с помощью гидромонитора.
«Застывший томатный кетчуп в McDonald’s по прочности напоминает скалу. Чтобы отмыть его от стен, вам буквально необходима кипящая вода под огромным давлением», — вспоминает Квирк.
Переломным моментом в его жизни стал разговор с близким другом Гарри Драем (Harry Dry), создателем маркетингового проекта Marketing Examples. Драй прямо заявил Квирку: «Тебе не хватает дедлайнов, а не идей». Это подтолкнуло Квирка к радикальному шагу — увольнению из ресторана быстрого питания ради полной фокусировки на творчестве.
После неудачной попытки поступить в киношколу и отказа от предложенного места в военной академии Сандхерст, Квирк решил зарабатывать онлайн-репетиторством. Он планировал обучать детей из обеспеченных семей архитектуре, поэзии и искусству за £50 в час. Для привлечения трафика на свой сайт Квирк создал аккаунт под названием The Cultural Tutor, установив на аватар статую Платона.
В течение первых недель Квирк вручную искал в Twitter людей, лайкавших чужие посты про витражи церквей, и отправлял им личные сообщения с предложением прочесть его тексты. Спустя полтора месяца рутинной работы аккаунт набрал 100 000 подписчиков. Квирк отмечает, что уроки никто так и не купил, но людям невероятно понравился сам контент.
Важнейшей вехой стало появление американского предпринимателя Дэвида Перелла (David Perell), который увидел вирусные треды Квирка, связался с ним по FaceTime и предложил полноценное меценатство. Перелл стал выплачивать автору стабильную заработную плату, позволив ему не отвлекаться на монетизацию и писать ежедневно. Настоящий взлет аккаунту принес вирусный тред под названием «Опасность минималистичного дизайна и смерть деталей», начавшийся со сравнения старого викторианского и нового пластикового дорожного столбиков (боллардов). Этот тред набрал 440 000 лайков и принес проекту 90 000 подписчиков за одну ночь.
🏢 Форма, функция и консьюмеризм: почему мир стал одинаковым 7:16
Крис Уильямсон и Шихан Квирк подробно остановились на анализе феномена стандартизации городской среды, продемонстрировав фотографии обычных водосточных труб XIX века, которые за счет декоративных элементов и литья превращали серые стены в предмет локального шарма.
Обсуждая знаменитый модернистский постулат «форма следует за функцией», Квирк указывает на его искаженное понимание в XX и XXI веках. Автором этой фразы был выдающийся американский архитектор Луис Салливан, который в конце XIX века решал проблему внешнего вида первых небоскребов в Чикаго. По словам Квирка, Салливан вовсе не призывал отказываться от декора. Напротив, его здания были украшены богатейшими терракотовыми панелями и растительными орнаментами; суть манифеста Салливана заключалась в том, что декор должен органично соответствовать внутреннему назначению и духу здания, а не механически копировать античные образцы.
В ходе беседы Крис Уильямсон поделился личным опытом архитектурного лодочного тура по Чикаго, упомянув, как гиды демонстративно игнорировали знаменитую башню Трампа (Trump Tower) из-за политического контекста. Квирк отметил, что указы Дональда Трампа об обязательном традиционном стиле для федеральных зданий США имеют как позитивные, так и негативные стороны, но сама дискуссия об этом важна.
Главным врагом качественного дизайна Квирк называет не конкретные политические идеологии, а глобальный консьюмеризм и культуру запланированного устаревания. С точки зрения гостя:
- Современный рынок недвижимости ориентирован на извлечение максимальной прибыли в кратчайшие сроки.
- Застройщикам и планировщикам коммерчески невыгодно инвестировать в долговечность и красоту.
- Утверждения о том, что традиционный декор сегодня обходится слишком дорого, являются мифом, поскольку затраты на декоративные элементы составляют не более 1% от общего бюджета строительства, а современное массовое производство позволяет легко отливать любые формы из чугуна и теракоты.
В качестве яркого примера Квирк приводит викторианскую насосную станцию Кросснесс (Crossness Pumping Station), построенную в XIX веке как объект канализационной системы Лондона, но выглядящую изнутри как богато украшенный собор. По мнению просветителя, инвестиции в эстетику инфраструктуры всегда окупаются ростом человеческого счастья, увеличением срока службы зданий и колоссальными доходами от туризма в долгосрочной перспективе.
⚖️ Политизация архитектуры и защита модернизма 35:06
Шихан Квирк заявляет о необходимости разрушить ложные политические ассоциации, возникшие вокруг архитектурных стилей. Как отмечает гость, в современном обществе критика минимализма часто автоматически клеймится как проявление ультраправых взглядов или фашизма, в то время как защита модернизма со стороны консерваторов воспринимается как радикальный социализм. Квирк называет это абсолютным нонсенсом.
Автор считает важным открыто защищать модернизм от огульной критики традиционалистов. В качестве аргумента он демонстрирует архивную черно-белую фотографию 1930-х годов из Нидерландов, на которой запечатлена нищая крестьянская семья на фоне землянки, напоминающей кучу грязи.
[Исторический контекст модернизма]
Материальная нищета прошлого ——> Индустриальный прорыв XX века
(Землянки, скученность, сырость) (Бетон, сталь, массовое жилье)
По мнению Квирка, модернистская архитектура, использовавшая дешевый бетон, сталь и стекло, выполнила величайшую гуманитарную миссию — она буквально дала человечеству крышу над頭 головой, вытащив миллионы людей из вековой материальной нищеты и антисанитарии. Кроме того, Квирк признает удачными многие современные высотные доминанты Лондона, такие как небоскребы «Огурец» (The Gherkin) и «Осколок» (The Shard), поскольку вокруг них за счет народных прозвищ формируются живые городские смыслы.
В то же время Квирк приводит веские аргументы в пользу того, почему левые и прогрессивные силы должны поддерживать возврат к традиционному градостроительству:
- Экологическая устойчивость: красивые традиционные здания люди любят и оберегают, их не сносят через 20–30 лет ради новой застройки.
- Климатическая адаптация: историческая архитектура учитывала местную погоду (например, крутые скаты крыш в Северной Европе для схода снега, в отличие от современных плоских крыш, требующих дорогостоящего обогрева).
- Гуманизация труда: опираясь на идеи социалиста и дизайнера XIX века Уильяма Морриса, Квирк подчеркивает, что средневековые каменщики и кирпичники имели творческую свободу, выкладывая узоры на стенах, в то время как современный рабочий класс принуждается к монотонному и бездушному труду по возведению гладких коробок.
🌍 География эстетики и уроки живой природы 58:22
Участники подкаста обсудили географические локации, где, по их мнению, наиболее удачно сбалансированы визуальное разнообразие и исторический контекст. Крис Уильямсон признался, что в этом году впервые посетил Вену и остался в восторге от обилия барочных деталей, а также отметил неповторимый шарм Венеции с ее растрескавшимися мостовыми и покосившимися зданиями. Среди других фаворитов ведущего — шотландский Эдинбург и английский Харрогит.
Шихан Квирк выделил столицу Болгарии — Софию. По его словам, этот город прекрасен своим уникальным эклектичным наслоением пятисотлетней истории: на одной улице там могут соседствовать здания эпохи Османской империи, неовизантийские соборы XIX века с массивными куполами, постройки в стиле арт-нуво пастельных тонов и монументальные памятники советского брутализма.
Квирк подчеркивает, что секрет притягательности детализированной архитектуры кроется в ее подражании живой природе. Он цитирует знаменитого английского художника Джона Констебла, утверждавшего, что ни один лист в истории вселенной не был абсолютно идентичен другому. Человеческий вид эволюционировал в среде, лишенной идеальных прямых линий, наполненной фрактальной сложностью и микродеталями. Именно поэтому модернистские стерильные пространства считываются нашей психикой как чужеродные и вызывают подсознательный стресс.
🧱 Парадокс брутализма и ценность неудобного романтизма 1:02:51
Отдельное внимание собеседники уделили брутализму. Квирк признается в искренней любви к этому стилю, призывая разделять примитивные панельные коробки и истинный брутализм, зародившийся после Второй мировой войны. Настоящий брутализм — это смелая геометрия огромных масштабов (например, здание Национального театра в Лондоне), работающая с чистыми формами, неотличимыми по своей монументальности от Стоунхенджа или египетских пирамид.
По оценке гостя, брутализм не имеет очарования, он транслирует агрессию и угрозу, но он никогда не бывает скучным. На момент своего зарождения в разрушенной войной Европе он выглядел как невероятно оптимистичный, футуристический манифест нового мира. Однако сегодня брутализм утратил свою силу, поскольку он работал исключительно на контрасте со старой викторианской застройкой, а будучи окруженным современными стеклянными кубами, превратился в безликую серую массу.
Переходя к теме человеческих отношений, Квирк заявляет, что романтика в XXI веке — это «самая неудобная вещь в мире». В эпоху тотальной коммерциализации, приложений для знакомств и планирования жизни, подлинная страсть всегда разрушает оптимизированный график.
«Любовь не бывает удобной. Когда вы по-настоящему влюблены, вы совершаете иррациональные поступки, не спите ночами и рушите свои рабочие планы», — утверждает Квирк.
Крис Уильямсон поддержал этот тезис с точки зрения эволюционной психологии, напомнив о существовании двух систем привязанности: страстной (passionate) и компаньонской (companionate). Страстная система иррациональна, полна тревоги и одержимости, она не способствует стабильному функционированию социума, но именно она дарит человеку ощущение мистического «взрыва».
Уильямсон высказал гипотезу, что современная доминирующая культура ироничной, сардонической речи и нарочитой отстраненности (aloofness) служит для молодых людей своеобразной психологической профилактикой, броней против боли и страха быть отвергнутыми. Однако платой за эту безопасность становится полная невозможность пережить искренний романтический опыт, требующий уязвимости и мужества принимать свои эмоции всерьез. В качестве иллюстрации иррационального романтизма Уильямсон рассказал личную историю о том, как он однажды полностью отменил важную рабочую неделю в Лондоне, переехал из аэропорта Хитроу в Гатвик и улетел в Эдинбург всего на 20 часов ради спонтанной встречи с девушкой.
📚 Ментальная диета и спасительная сложность поэзии 1:20:34
В финальной части дискуссии собеседники затронули тему «ментальной диеты». Уильямсон процитировал популярный тезис из интернета: наше тело состоит из того, что мы помещаем в свой рот, а наш разум — из того, что мы пропускаем через свои глаза и уши. По мнению спикеров, бум селф-оптимизации последних 15 лет коснулся лишь материальной стороны жизни (сна, биомаркеров, фитнеса), оставив людей в состоянии духовного голода. Квирк сокрушается, что для большинства его сверстников вершиной художественного опыта за всю жизнь становятся сериалы «Игра престолов» или «Белый лотос». Они качественные, но, с точки зрения Квирка, не способны заменить глубокие пласты классической литературы.
Квирк зачитал из потрепанного сборника стихотворение Before Action («Перед боем») английского окопного поэта Уильяма Ноэля Ходжсона, написанное 29 июня 1916 года в окопах Первой мировой войны всего за два дня до гибели автора в битве на Сомме. Поразительным фактом гость называет то, что человек, находясь в нечеловеческих условиях среди грязи, крыс и удушливых газов, сохранил духовную глубину, чтобы просить Бога «помочь ему умереть как мужчина», воспевая красоту ускользающих закатов.
Крис Уильямсон признался, что для обывателя поэзия часто кажется элитарной и избыточно сложной (высокий «порог входа»), в отличие от телевидения, которое буквально разжевывает смыслы зрителю. В качестве примера понятной, но поверхностной поэзии он привел ироничные стихи Тима Бёртона из сборника «Унылая смерть Мальчика-Устрицы». Квирк в ответ призвал читателей не бояться классики и не обращать внимания на авторитеты критиков:
- Восприятие искусства глубоко субъективно и легитимно для каждого.
- Тот же Уильям Шекспир писал свои пьесы для простонародья, как аналог современных кассовых фильмов.
- Режиссер Дэвид Линч сознательно отказывается объяснять скрытые смыслы своих кинолент, оставляя зрителя наедине с собственными переживаниями.
Ссылаясь на тот факт, что в мире существует порядка 150 миллионов уникальных книг, Квирк напоминает о нашей смертности: даже читая по 1000 книг в год, человек за всю жизнь освоит лишь крошечную долю процента от общечеловеческого наследия. Лучшим фильтром качества в данном случае выступает время (эффект Линди): списки бестселлеров Amazon отражают лишь сиюминутную моду недели, тогда как книги, выжившие на протяжении столетий и тысячелетий, содержат в себе квинтэссенцию человеческой мудрости, способную навсегда раскрасить черно-белый мир современного человека в яркие цвета.
