# Гонка за вторым местом: почему Голливуд разучился смеяться Источник: https://www.youtube.com/watch?v=kKue3TkoFmY Канал: FLAGRANT Опубликовано: 10.01.2024 --- Голливуд превратился в гонку за вторым местом, где каждый зритель и продюсер испуганно оглядывается по сторонам в ожидании разрешения рассмеяться. От маркетингового триумфа Кэтта Уильямса до катастрофического провала Джо Коя на «Золотом глобусе», индустрия юмора сегодня балансирует между страхом отмены и поиском подлинных культурных кодов. ## 🕵️‍♂️ Тоннели Бруклина и «эффект Кэтта Уильямса» [[JUMP:25:12]] Обсуждение в студии FLAGRANT плавно перетекает от глобальных заговоров к локальным, но не менее абсурдным событиям в Нью-Йорке. Эндрю Шульц и команда анализируют недавний инцидент в Бруклине, где под синагогой Хабад-Любавич был обнаружен секретный тоннель. Шульц, в своей манере, сравнивает увиденное на кадрах новостей с кадрами из зомби-апокалипсиса, в шутку окрестив происходящее «World War J» [25:41]. Особое внимание участников подкаста привлекли детали задержания: активисты движения пытались защитить свои подземные ходы от полиции, что выглядело как сюрреалистичная сцена из кино. Группа обсуждает «экстремизм» строителей тоннеля, при этом Марк Ганьон и Алекс Медиа иронизируют над тем, что единственным реальным наказанием для участников могут стать не штрафы, а гнев их собственных жён [26:10]. Шульц задается вопросом, почему строительство частного тоннеля для молитв в заброшенной микве считается радикализмом, хотя и признает, что методы «защиты» объекта выглядели пугающе [26:37]. ### 🧠 Кэтт Уильямс: Гений маркетинга или разрушитель индустрии [[JUMP:33:14]] Центральной темой главы становится виральное интервью, которое Кэтт Уильямс дал на подкасте «Club Shay Shay». Эндрю Шульц безапелляционно заявляет, что Уильямс — не просто один из величайших комиков, но и «величайший маркетолог в истории комедии» [33:15]. Одно появление в эфире позволило ему фактически распродать весь предстоящий тур еще до его официального начала [33:28]. Шульц анализирует стратегию Уильямса, которую он называет «хип-хоп чертежом» (hip-hop blueprint) [35:41]. Суть метода проста: * Публичные «выстрелы» в коллег по цеху (Кевин Харт, Седрик Развлекатель и др.). * Смешивание шокирующей правды с очевидным вымыслом. * Создание мифологии вокруг собственной личности (чтение 8 книг в день в детстве, бег на 40 ярдов за 4.4 секунды) [34:21]. Команда подкаста отмечает феноменальные цифры: интервью набрало 38 миллионов просмотров всего за неделю [37:26]. Шульц выдвигает шуточную конспирологическую теорию: «эффект Кэтта Уильямса» был использован, чтобы перекрыть новости о списке Джеффри Эпштейна. Пока мир обсуждал откровения комика, новости о Стивене Хокинге и его предполагаемых пристрастиях отошли на второй план [37:14]. ### 🥊 Грязные приемы и «Кодекс комика» [[JUMP:38:32]] Обсуждение становится острее, когда речь заходит о границах допустимого в профессиональных конфликтах. Кэтт Уильямс не просто критикует Кевина Харта, он берет в свой тур его бывшую жену, Тори Харт [38:47]. Алекс Медиа называет это «грязным бизнесом» [39:52], в то время как Шульц видит в этом классический прием из арсенала рэп-бифов 90-х, сравнивая это с противостоянием Jay-Z и Nas [40:45]. Этот эпизод провоцирует дискуссию о том, как комики должны реагировать на выпады в свой адрес. В качестве антипримера приводится конфликт Джимми Киммела и Аарона Роджерса. Киммел пригрозил футболисту судом после шутки о списке Эпштейна, что Эндрю Шульц считает «невероятно позорным» для человека с комедийным прошлым [42:18]. > «Если ты комик, ты не можешь подавать в суд, когда другой комик (или даже спортсмен) высмеивает тебя. Ты должен закрыть этот вопрос шутками, а не юридическими исками» [41:53], — резюмирует Шульц. Участники приходят к выводу, что реакция Джо Рогана на выпады Уильямса (приглашение в эфир и отсутствие агрессии) — это единственно верный путь для сохранения репутации в индустрии [47:25]. Шульц отмечает, что Кэтт Уильямс, несмотря на свой образ «уличного комика», давно стал мейнстримной иконой, чей талант позволяет собирать арены без лишнего хайпа, хотя сам Кэтт, возможно, до сих пор видит себя аутсайдером [48:43]. ## 🏆 Золотые глобусы: Провал Джо Коя и «стандарт» Рики Джервейса [[JUMP:54:38]] Центральной темой обсуждения стало выступление Джо Коя в качестве ведущего премии «Золотой глобус». Эндрю Шульц и его коллеги отмечают, что комик оказался в «кошмарной ситуации», имея всего 10 дней на подготовку к выступлению перед самой сложной аудиторией в мире [55:08]. Ситуация усугублялась тем, что Кою пришлось выступать в тени Рики Джервейса, чьи перформансы на этой же сцене считаются эталонными. Участники подкаста подчеркивают, что зал на подобных премиях — это «худшая толпа», состоящая из самовлюбленных актеров и режиссеров, которые ежесекундно осознают присутствие камер [55:50]. Эндрю Шульц приводит в пример Тимоти Шаламе, Кайли Дженнер и Тейлор Свифт, которые, зная, что их снимают, превращают каждое свое движение в отрепетированный перформанс [56:18]. В такой атмосфере комику крайне сложно «выдернуть» зрителей из их собственных мыслей о карьере и имидже. Главное различие между провалом Джо Коя и триумфами прошлых лет кроется в отношении к индустрии. Рики Джервейс выходил на сцену с позицией «мне плевать на вас всех», демонстрируя бокал пива и открыто называя актеров «детьми» [57:35]. Его независимость и финансовый успех позволяли ему троллить Голливуд, что вызывало у аудитории парадоксальный восторг. В то же время Джо Кой, по мнению Акаша Сингха, слишком сильно хотел «победить» и понравиться залу [59:07]. Для него это был момент всей жизни, к которому он шел годами, и когда зал не ответил ему привычным по стадионным выступлениям ревом, комик заметно «поплыл». ### Анатомия комедийного удара: Тейлор Свифт и «гонка за вторым местом» [[JUMP:1:02:25]] Обсуждая динамику зала, Эндрю Шульц вводит понятие «гонка за вторым местом» в Голливуде [1:02:25]. Это психологический феномен, когда никто не хочет смеяться первым над острой шуткой, опасаясь реакции влиятельных коллег или потери контрактов. Зрители в зале смотрят на «альфа-фигур» вроде Тома Хэнкса или Кристофера Нолана, чтобы понять, легитимен ли смех в данный момент [1:05:05]. Особое внимание компания уделила шутке Джо Коя про Тейлор Свифт, которая стала виральной из-за ледяной реакции певицы. Шутка заключалась в сравнении количества кадров со Свифт на трансляциях NFL и на «Золотом глобусе» [1:10:08]. Эндрю Шульц анализирует этот момент, объясняя, почему он не сработал: * Шутка была недостаточно «кусачей» или, наоборот, недостаточно милой. * Тейлор Свифт просто сделала глоток из бокала, отказавшись подыгрывать, что в глазах публики мгновенно превратило комика в проигравшего [1:10:21]. * Для успеха в таком зале шутка должна ставить звезду перед выбором: либо ты смеешься над собой, либо выглядишь человеком без чувства юмора. Шульц приводит пример идеальной «острой» шутки Джервейса про Леонардо Ди Каприо и его молодых пассий, которая работает, потому что она умная, основана на общеизвестных фактах и заставляет зал чувствовать себя сопричастным к инсайду [1:06:52]. Ошибкой Джо Коя также называют его попытку переложить вину на сценаристов прямо во время монолога [1:08:35]. В комедийном сообществе это считается «смертным грехом» — зритель не должен чувствовать «пот» и неуверенность артиста. ### «Лунное лицо» Конора Макгрегора и туннели Нью-Йорка [[JUMP:1:13:13]] В завершение этого сегмента ведущие переключились на новости спорта и странные городские события. Обсуждая возвращение Конора Макгрегора в октагон, участники отметили его феноменальную, но подозрительную физическую форму [1:13:28]. Шульц иронизирует над изменившейся формой черепа бойца, используя термин «moon face» (лунное лицо), что в спортивных кругах часто связывают с побочными эффектами приема гормона роста (HGH) [1:14:34]. Разговор быстро свернул в русло абсурдного юмора, когда Алекс Медиа и Эндрю начали обсуждать недавний скандал с секретными туннелями в Нью-Йорке. Это привело к череде шуток о «китайских туннелях» в Чайна-тауне и о том, что полиция Нью-Йорка (NYPD) якобы боится туда заходить [1:15:02]. Юмор строится на стереотипах о скрытности различных сообществ и ироничном заявлении Алекса о том, что «чернокожие парни сразу бы выдали все секреты в песнях, чтобы заработать доллар» [1:15:28]. ## 💋 Тонкая грань близости и культурный код «чёрного кино» [[JUMP:2:05:53]] Заключительная часть беседы приняла неожиданно интимный и одновременно остросоциальный оборот. Начав с обсуждения личных границ в семье, участники подкаста перешли к масштабной дискуссии о том, что именно определяет жанровую и расовую принадлежность кинематографа в современной культуре. ### Поцелуи с родителями: проявление любви или повод для терапии? [[JUMP:2:05:53]] Разговор начался с провокационного признания **Эндрю Шульца** о том, что в его семье поцелуи между взрослыми детьми и родителями в губы не считаются чем-то из ряда вон выходящим [2:06:06]. Это вызвало бурную реакцию у остальных участников, особенно у **Акаша Сингха** и **Марка Ганьона**, которые сочли такую близость «странной» и даже «отвратительной» [2:07:41]. **Эндрю Шульц** попытался выстроить логическую защиту, утверждая, что кожа на губах технически мало чем отличается от кожи на щеке, и весь дискомфорт — лишь вопрос социального восприятия [2:06:20]. В качестве аргументов в дискуссии всплыли известные публичные примеры: * Том Брэди, чьи поцелуи с сыном в своё время вызвали шквал критики в соцсетях [2:07:41]. * Тренер Джим Харбо, чьи эмоциональные проявления близости с семьёй также становились предметом обсуждения [2:06:47]. Дискуссия быстро перешла в плоскость культурных различий. Участники отметили, что в латиноамериканских семьях границы близости часто размыты сильнее, чем в англосаксонских или индийских. **Алекс Медиа** иронично заметил, что латиноамериканские матери могут называть сыновей «папи» (papi), что для стороннего наблюдателя звучит двусмысленно и странно [2:10:30]. В итоге комики сошлись на том, что «белые люди — странные» в своих проявлениях нежности, хотя **Акаш Сингх** признал, что до определённого возраста (примерно до 6-7 лет) подобные проявления любви в любой культуре воспринимаются нормально [2:10:04]. ### Что делает фильм «чёрным»: режиссер, актеры или вайб? [[JUMP:2:11:10]] Вторая половина часа была посвящена глубокому анализу кинематографа. **Марк Ганьон** и **Эндрю Шульц** задались вопросом: по каким критериям фильм классифицируется как «чёрное кино»? Является ли определяющим фактором цвет кожи режиссера, актерский состав или целевая аудитория? [2:11:24]. Комики выдвинули теорию «культурной репрезентации», согласно которой фильм может считаться «чёрным», даже если его сняли белые люди с белыми актёрами. В качестве примера привели такие картины, как «Мег: Монстр глубины» или «Анаконда». По мнению **Марка Ганьона**, это «чёрные фильмы», потому что реакция персонажей на события (огромная акула или змея) и общая динамика сюжета находят прямой отклик у темнокожей аудитории, часто сопровождаясь эмоциональными комментариями в кинотеатрах [2:11:50]. В ходе обсуждения были классифицированы несколько категорий кино: * **Настоящее «чёрное кино»:** Фильмы, которые изначально нацелены на темнокожую аудиторию и не пытаются «заигрывать» с другими. Сюда отнесли работы Тайлера Перри, фильмы «Пятница» и «Парикмахерская» [2:12:53]. * **Универсальное кино с темнокожими актерами:** Фильмы Джордана Пила (например, «Прочь»). Несмотря на состав и проблематику, они сделаны для максимально широкой аудитории, включая белых зрителей [2:12:40]. Также к этой категории отнесли большинство работ Дензела Вашингтона [2:15:32]. * **Спорные случаи:** «Джанго освобожденный» Квентина Тарантино был признан «не чёрным» фильмом, так как он не отражает культурный код изнутри, а лишь использует его как сеттинг [2:13:31]. Фильм «Лунный свет» назвали скорее «белой историей любви», несмотря на актерский состав [2:15:20]. Самым «горячим» тейком стало утверждение о «Чёрной пантере». **Эндрю Шульц** заявил, что это не «чёрный» (в американском понимании), а «африканский» фильм [2:16:11]. Аналогично, картины вроде «12 лет рабства» были названы «белыми фильмами о рабстве», так как они зачастую снимаются для того, чтобы вызвать определённые чувства у белой аудитории [2:16:24]. Завершая подкаст, команда пришла к выводу, что истинное «чёрное кино» определяется отсутствием попыток «пересечь границу» и понравиться всем — оно говорит со своей аудиторией на понятном ей языке, как это делает Тайлер Перри [2:15:44].