В новом выпуске программы China Decode на канале Prof G ведущие Элис Хан и Джеймс Кинг вместе с приглашенным экономистом Хозой Суном анализируют тектонические сдвиги во внутренней и внешней политике Китая. Главными темами обсуждения стали беспрецедентная чистка в высшем военном руководстве КНР, принудительная реструктуризация TikTok в США и реальное экономическое положение Пекина на фоне рекордного торгового профицита. Эксперты разбираются, как эти события изменят баланс сил в мире и повлияют на геополитические амбиции Си Цзиньпина.
🎖️ Обезглавливание Центрального военного совета КНР 1:21
Пекин поместил под следствие Чжана Юйся (Jang Yosha), давнего доверенного лица Си Цзиньпина и вторую по значимости фигуру в Народно-освободительной армии Китая (НОАК). Вместе с ним под расследование попал еще один топ-генерал — Лю Чжэньли (General Leo Jan Lee). Чжан Юйся занимал пост вице-председателя Центрального военного совета (ЦВС) — ключевого государственного и партийного органа, который управляет всеми вооруженными силами Китая, включая армию, флот, авиацию, вооруженную полицию и ополчение. Почти полное обезглавливание этого органа оставляет Си Цзиньпина в абсолютном одиночестве на вершине военной вертикали.
Из семи прежних членов ЦВС на своих местах остались только двое: сам Си Цзиньпин и Чжун Шаомин (Jung Shangming), который, однако, является лишь офицером по борьбе с коррупцией и не имеет реального веса в чисто военных вопросах. Всего с момента прихода Си Цзиньпина к власти в 2012 году в НОАК было зачищено 17 генералов. Журналисты отмечают, что это масштабнейшая чистка в генеральском составе со времен председателя Мао Цзэдуна.
Для понимания масштабов: НОАК является крупнейшей армией в мире. Военный потенциал Китая включает следующие показатели:
- Личный состав: более 2 миллионов действующих солдат (и до 4 миллионов, включая военизированные формирования и резерв).
- Военно-морской флот: крупнейший в мире по численности, насчитывающий более 780 кораблей и судов.
- Ядерный арсенал: около 600 ядерных ракет наземного, морского и воздушного базирования, способных достичь всей территории США.
Официальной причиной расследования названа коррупция, однако в материалах дела присутствует крайне специфическая формулировка: обвиняемые «грубо растоптали и повредили систему ответственности председателя». По мнению Джеймса Кинга, это прямо указывает на политическое противостояние — от неповиновения до измены или заговора против Си Цзиньпина. Кинг подчеркивает, что китайская элитарная политика остается полным «черным ящиком» для западных медиа и разведок. За свои 35 лет работы в китайской журналистике он знал лишь одного западного репортера, имевшего надежные источники на самом верху КПК. По оценке Кинга, главная опасность ситуации кроется именно в абсолютной непрозрачности системы принятия решений в ЦВС.
Ведущая Элис Хан предлагает фракционную интерпретацию произошедшего. По ее мнению, зачищенные генералы были разделены между фуцзяньской фракцией и провинциальной фракцией Шэньси, лидером которой и являлся Чжан Юйся. Отец Чжана воевал в гражданской войне 1940-х годов вместе с отцом Си Цзиньпина, они были друзьями детства. Си Цзиньпин оставил Чжана на посту даже после достижения им пенсионного возраста в 72 года в 2022 году, так как нуждался в лояльном союзнике. Хан считает, что Си Цзиньпин сначала уничтожил конкурирующую фуцзяньскую фракцию, а затем осознал, что его старый друг Чжан стал слишком силен, и решил полностью зачистить ЦВС перед 21-м съездом партии в 2027 году. При этом Хан скептически относится к версии The Wall Street Journal о том, что причиной чистки могла стать утечка ядерных секретов в США.
В историческом контексте Хан проводит аналогию с Большим скачком и Культурной революцией, когда Мао Цзэдун уничтожил близких к себе маршалов Пэн Дэхуая и Линь Бяо (последний, как напоминает Кинг, пытался в начале 1970-х организовать покушение на Мао, устроив саботаж на его поезде). По мнению Хан, происходящее свидетельствует о глубокой неуверенности Си Цзиньпина в боеготовности и лояльности своего окружения, что является признаком слабости.
Что касается тайваньского вопроса, мнения ведущих разошлись:
- Элис Хан полагает, что потеря наиболее опытных военачальников подрывает боеготовность НОАК, что задержит потенциальную силовую операцию или блокаду Тайваня как минимум на пару лет. В то же время она опасается, что после 2027 года к власти в армии может прийти новое поколение генералов — агрессивных «волков-воинов».
- Джеймс Кинг, напротив, считает подобные выводы преждевременными. По его мнению, если Си Цзиньпин остался единственным лицом, принимающим решения, и он лично захочет начать военную авантюру против Тайваня, то теперь ему просто некому возразить.
📱 Сделка по TikTok: американские миллиардеры против национальной безопасности 20:34
После шести лет судебных разбирательств и геополитического противостояния ByteDance заключила сделку по выделению американского сегмента TikTok, чтобы избежать запрета со стороны Конгресса США. Создается новая структура — TikTok USDS Joint Venture LLC. Консорциум американских инвесторов во главе с Oracle, Silver Lake и MGX получает более 80% акций этого совместного предприятия. Китайская ByteDance сохраняет за собой долю в 19.9%.
Хотя Oracle берет на себя обязательства по хранению данных американских пользователей и переобучению рекомендательных алгоритмов на локальных источниках, ключевой элемент бизнеса — сам алгоритм — остается под контролем ByteDance. Китайская компания будет сдавать его в аренду американскому СП, получая роялти в размере около 20% от выручки TikTok в США. По мнению Джеймса Кинга, это означает, что «собственность на машину была передана американцам, но двигатель автомобиля остался в руках китайской компании». Кинг отмечает, что ByteDance сможет незаметно вносить изменения в алгоритм в любое время, сохраняя операционную связь с платформой, которой в США пользуются более 170 миллионов человек.
Ведущая Элис Хан дает этой сделке жесткую политическую оценку. По ее мнению, Дональд Трамп и его окружение из числа миллиардеров поставили свои экономические интересы выше национальной безопасности и конфиденциальности граждан. Изначально закон о принудительной продаже принимался из опасений, что ByteDance может использовать приложение для шпионажа или политического вмешательства. Хан утверждает, что текущая сделка не решает ни одной проблемы безопасности, но вознаграждает спонсоров-миллиардеров Трампа, получивших долю в прибыльном активе. Китайская сторона и ByteDance видят в этом победу, поскольку отстояли алгоритм, бывший для Пекина приоритетом национальной безопасности.
Данный прецедент, по мнению участников дискуссии, открывает «ящик Пандоры» для других китайских технологических гигантов, собирающих данные на Западе:
- Платформы электронной коммерции и соцсети: под угрозу аналогичного регулирования попадают приложения Temu, Shein и Xiaohongshu (Rednote).
- Технологии будущего: в скором времени на западные рынки придут китайские разработчики автономного транспорта, интернета вещей (IoT) и гуманоидных роботов, использующих пространственный интеллект, что вызовет еще более острую общественную дискуссию о безопасности данных.
Джеймс Кинг напоминает, что эта схема зеркально копирует историческую практику самого Китая, где западные компании (например, Apple в 2018 году) были вынуждены передавать данные местных пользователей (iCloud) китайским государственным совместным предприятиям вроде Guizhou Cloud Big Data. Кинг считает, что создание таких СП в конечном итоге может стать обязательным условием для работы в Европе и США для любых китайских корпораций, включая автопроизводителей уровня BYD или ритейлеров вроде Alibaba и AliExpress.
📉 Экономическая реальность Китая: иллюзия Давоса и производственный профицит 35:30
На Всемирном экономическом форуме в Давосе вице-премьер КНР Хэ Лифэн выступил с речью, в которой раскритиковал тарифную политику Запада, назвав ее «законом джунглей», и представил Китай как защитника либерального торгового порядка ВТО и МВФ. Однако экономист Хоза Сун указывает на глубокое противоречие между риторикой Пекина и его реальными действиями. По словам Суна, в 2018 году торговый профицит Китая составлял менее 1% от ВВП, будучи сбалансированным. В прошлом же году Китай зафиксировал рекордный профицит торгового баланса в размере 1.2 триллиона долларов. Это стало прямым результатом государственной стратегии «производство в первую очередь» на фоне крайне слабого внутреннего потребления.
Хоза Сун выделяет две причины хронической слабости китайского потребительского спроса:
- Секулярная (структурная): исторически доля национального дохода, приходящаяся на домохозяйства в Китае, значительно ниже, чем в других крупных экономиках.
- Циклическая: продолжающееся «жесткое приземление» сектора недвижимости, которое подрывает благосостояние граждан.
Сун объясняет нежелание центрального правительства стимулировать потребность населения изменением стратегических приоритетов Си Цзиньпина. Экономический рост больше не является главной целью Пекина; долгосрочные планы до 2035 года предполагают скромный средний рост на уровне 4% в год. Из-за затяжной напряженности в отношениях с США Китай бросает все ресурсы на достижение технологической независимости в сфере передового производства и робототехники, чтобы подготовиться к возможному долгосрочному конфликту.
Главным триггером падения потребительской уверенности Сун называет кризис на рынке труда. Около трети всего городского работающего населения КНР сейчас составляют так называемые «гиг-работники» (самозанятые и фрилансеры без стабильных контрактов), испытывающие острую неуверенность в завтрашнем дне. На рынок труда также давит рекордный выпуск выпускников вузов — 11 миллионов человек. При этом, по наблюдениям Суна, китайские власти при разработке политик в сфере ИИ и робототехники совершенно не учитывают фактор сокращения рабочих мест из-за автоматизации, отдавая безусловный приоритет национальной безопасности и международному престижу технологий.
В финансовом секторе Сун отмечает парадоксальное явление: с конца 2024 года китайские фондовые индексы (в частности, равновесные A-shares) выросли почти на 50%. При этом фундаментальные показатели и корпоративные доходы компаний практически не улучшились. По мнению экономиста, это привело к исторически высоким и неоправданно дорогим мультипликаторам P/E, отражающим чрезмерный оптимизм инвесторов, который может войти в жесткий клин с нежеланием Пекина проводить реальное фискальное или монетарное стимулирование.
🔮 Прогнозы на 2026 год: европейский заслон и «сингапурская прачечная» 47:46
В финале выпуска ведущие озвучили свои ключевые прогнозы на 2026 год. Джеймс Кинг предсказывает, что 2026 год станет переломным для Европейского союза в части борьбы с китайскими киберугрозами. По его мнению, Еврокомиссия начнет массово внедрять жесткие меры регулирования сбора данных против китайских электромобилей, сотовых модулей и компонентов для ветряных электростанций, копируя американскую модель защиты данных.
Элис Хан выступила со следующими прогнозами:
- «Сингапурская прачечная» (Singapore wash): китайские технологические компании продолжат массово переносить свои штаб-квартиры и юридические лица в Сингапур ради десенситизации своего бренда, привлечения глобальных инвесторов и выхода на международные рынки.
- Срыв сделки Meta и Manis: Хан предполагает, что Управление по вопросам киберпространства Китая (CAC) может заблокировать или существенно затянуть сделку по покупке корпорацией Meta компании Manis из-за жестких законов КНР о передаче технологий в сфере генеративного и агентного ИИ. Ведущая иронично добавила, что Пекин пойдет на это в том числе ради того, чтобы «сделать жизнь Марка Цукерберга немного хуже».
