# Почему разумные люди верят в теории заговора: разбор Майкла Шермера

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=Ggqe0Pa69d0
Канал: StarTalk
Опубликовано: 27.10.2022

---

В новом выпуске научно-популярного подкаста *StarTalk Cosmic Queries* известный астрофизик Нил Деграсс Тайсон и его неизменный соведущий, комик Чак Найс, вместе с историком науки Майклом Шермером попытались заглянуть в самые темные закоулки человеческой психики. Главной темой их дискуссии стал парадокс: почему миллионы критически мыслящих, образованных людей с готовностью принимают на веру самые абсурдные теории заговора. В основу беседы легла свежая книга Шермера «Конспирология: почему рациональные люди верят в иррациональное», предлагающая глубокий анализ когнитивных ловушек нашего разума.

## 🧠 Природа скептицизма: где заканчивается наука и начинается отрицание
[[JUMP:03:01]]

В самом начале беседы Нил Деграсс Тайсон поднял фундаментальный вопрос о границах научного скептицизма. В современном мире многие противники вакцинации или отрицатели климатических изменений называют себя «скептиками», утверждая, что они просто подвергают сомнению официальную информацию. По мнению Майкла Шермера, здесь кроется глубокое заблуждение: настоящий скептицизм заключается не в слепом отрицании, а в готовности следовать за неопровержимыми уликами. 

Гость программы подчеркнул, что никто и никогда не считает себя сторонником абсурда:

> «Ни один человек в истории мира не просыпался с мыслью: "Пойду-ка я в свою псевдолабораторию, чтобы собрать немного псевдофактов в защиту своей псевдотеории". Люди искренне убеждены, что они стоят на пороге великого открытия».

Шермер предлагает разделять слепую веру и принятие «условной истины» (truth with a small T). Наш разум устроен так, что мы вынуждены доверять научному консенсусу — будь то теория Большого взрыва, эволюция, микробная теория болезней или тот факт, что вакцины не вызывают аутизм. По словам историка науки, мы принимаем эти концепции не из-за авторитета ученых, а потому что сама научная система построена на жесткой взаимной конкуренции, где каждый исследователь стремится опровергнуть чужие выводы и повысить стандарты доказательств.

Тем не менее, заговоры в реальном мире существуют. Шермер определяет заговор как тайное соглашение двух или более лиц с целью получения незаконного, аморального или нечестного преимущества над кем-то другим. Поскольку корпорации действительно порой пытаются обойти регуляторные правила, а государственные органы скрывают информацию, у людей появляются вполне законные основания для подозрений.

## 🏢 Загадка 11 сентября и логика «секретных заговоров»
[[JUMP:07:03]]

Чак Найс озвучил классическую дилемму: если настоящий заговор устроен в строжайшем секрете, как можно доказать человеку, что этот секрет никогда не существовал или уже был полностью раскрыт? Шермер ответил, что главным критерием здесь выступает анализ утечек информации. К примеру, когда проект Wikileaks опубликовал миллионы секретных правительственных документов, там не нашлось ни единого упоминания о том, что теракты 11 сентября были «делом рук Белого дома» или что высадка на Луну снималась в Голливуде. При этом документы Пентагона открыто подтверждали, что правительство лгало о войне во Вьетнаме. Таким образом, если бы популярные масштабные заговоры были реальны, следы неизбежно проявились бы в подобных утечках.

Отдельное внимание собеседники уделили разбору знаменитого мифа об атаке на Всемирный торговый центр, который Шермер подробно анализировал в своей колонке для журнала *Scientific American*. Сторонники конспирологии часто используют аргумент о том, что авиационное топливо горит при температуре около 1800 градусов Фаренгейта, тогда как сталь плавится лишь при 2700 градусах, а значит, башни были подорваны изнутри. Шермер назвал это заблуждение «эффектом Фаренгейта 277». По его словам, кузнецу не нужно полностью плавить подкову, чтобы придать ей новую форму — достаточно сделать ее податливой. Стальные конструкции небоскребов просто потеряли несущую способность под весом верхних этажей.

Кроме того, Шермер и Тайсон указали на логическую несостоятельность идеи контролируемого сноса:

* Для минирования двух огромных зданий потребовались бы сотни агентов под видом ремонтников лифтов, которым пришлось бы ломать гипсокартон и оборачивать несущие балки взрывчаткой.
* Заговорщикам пришлось бы заранее угадать, в какие именно этажи врежутся самолеты, ведь обрушение началось именно с точек удара.
* Нил Деграсс Тайсон с иронией добавил, что конспирологи одновременно считают администрацию Джорджа Буша-младшего самой некомпетентной в истории и при этом приписывают ей проведение сложнейшей, идеально скоординированной тайной операции. При этом за долгие годы никто из гипотетических участников не проговорился журналистам ради многомиллионного контракта на книгу.

## 🎬 Голливуд, недоверие к власти и исторические корни конспирологии
[[JUMP:10:47]]

Отвечая на вопрос зрителей о том, что сильнее разжигает конспирологию — голливудские фильмы или базовое недоверие к правительству, Майкл Шермер заявил, что это мощный симбиоз. В качестве примера он привел картину Оливера Стоуна «Джон Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе» (1991), где сцена с Кевином Костнером и фразой «назад и влево» заставила миллионы поверить, что в Кеннеди стреляли спереди. Исследования показали, что после выхода фильма процент американцев, не верящих в версию об убийце-одиночке Ли Харви Освальде, резко подскочил, хотя он и так никогда не опускался ниже 50% со времён публикации доклада комиссии Уоррена.

Впрочем, Тайсон напомнил, что корни этого явления уходят гораздо глубже эпохи кинематографа: например, Первая мировая война началась с реального заговора и политического убийства. Шермер согласился, отметив, что конспирологические идеи процветали еще в Древнем Риме — взять хотя бы слухи о том, что Нерон сам поджег город или сознательно позволил ему сгореть. Подобные обвинения звучали и в адрес Франклина Рузвельта, которого упрекали в том, что он намеренно подставил флот под удар в Перл-Харборе, чтобы втянуть США в войну.

Чак Найс предложил удобную классификацию правительственных стратегий в условиях кризиса:

* **MIHOP** (*Made It Happen On Purpose*) — власть сама организовала катастрофу.
* **LIHOP** (*Let It Happen On Purpose*) — власть знала о катастрофе, но сознательно позволила ей случиться.
* **COHOP** (*Capitalized On What Happened On Purpose*) — власть не устраивала событие, но оперативно использовала его последствия для продвижения своей геополитической повестки.

Шермер согласился, что сценарий COHOP — это стандартная политическая практика. Реальные тайные операции прошлого, такие как проект ЦРУ *MK-Ultra* по испытанию ЛСД на гражданах из-за страха «отставания от СССР в технологиях контроля разума», лишь подливают масла в огонь. По словам гостя, спецслужбы порой сами поддерживают слухи об НЛО и пришельцах, используя дезинформацию, чтобы отвлечь общество от испытаний секретных военных технологий.

## 🧩 Три главных когнитивных искажения разумного человека
[[JUMP:14:58]]

Главный парадокс конспирологии, по мнению Шермера, заключается в том, что высокий интеллект не защищает от глупости. Напротив, умные люди просто гораздо лучше умеют рационализировать идеи, в которые они поверили по совершенно ненаучным причинам. Автор выделил три ключевых психологических механизма, отключающих критическое мышление.

### 🎯 Искажение подтверждения и ошибка ретроспекции

Первым в списке идет **предвзятость подтверждения** (*confirmation bias*), заставляющая человека искать исключительно те факты, которые подкрепляют его изначальную гипотезу, игнорируя любые опровержения. Вторым фактором выступает **ошибка ретроспекции** (*hindsight bias*): когда событие уже произошло, нам кажется, что оно было абсолютно предсказуемым. 

В качестве примера Шермер привел знаменитую записку Кондолизы Райс от 9 августа 2001 года о планах Аль-Каиды атаковать США. Постфактум кажется, что Белый дом проявил преступную халатность. Однако в реальности спецслужбы еженедельно получали до 10 тысяч аналогичных разрозненных отчетов, и вычленить среди них точную угрозу до трагедии было невозможно. Нил Деграсс Тайсон добавил, что аналогичная ситуация происходит после катастроф космических шаттлов: аналитики всегда находят доклад инженера, предупреждавшего о поломке, но никто не считает, сколько таких же предупреждений пишется перед каждым успешным запуском.

### ⚖️ Предубеждение пропорциональности

Третьим и самым мощным триггером конспирологического мышления Шермер назвал **предубеждение пропорциональности** (*proportionality bias*). Наш мозг подсознательно требует, чтобы масштаб причины соответствовал масштабу следствия. Спикер привел забавную психологическую аналогию: когда людей просят выбросить на костях маленькое число, они бросают кубики аккуратно и нежно, а если им нужна шестерка — они бьют ими по столу изо всей силы.

В геополитике этот механизм работает жестко:

* Если Рональд Рейган выжил после покушения Джона Хинкли, это воспринимается как будничный акт безумия одиночки, и вокруг него не возникает теорий заговора.
* Поскольку Джон Кеннеди был лидером свободного мира и погиб, разум отказывается верить, что его мог убить обычный психопат-неудачник Освальд. Чтобы восстановить «когнитивный баланс», конспирологи вынуждены раздувать масштаб причины, добавляя в схему КГБ, ЦРУ, ФБР и кубинцев.
* Такая же логика применима к Холокосту (масштабное злодеяние нацистского режима) или к гибели принцессы Дианы. Людям тяжело смириться с тем, что королевская особа погибла по банальной причине — из-за пьяного водителя, высокой скорости и непристегнутого ремня, как погибают тысячи обычных людей. Поэтому мозг охотнее изобретает заговор на уровне Букингемского дворца.

## 🗳️ Поиск аномалий: «украденные выборы» и кризис институтов
[[JUMP:22:20]]

Обсуждая современные политические заговоры, участники затронули тему заявлений о «сфальсифицированных выборах». Шермер пояснил, что в любой сложной избирательной системе при желании можно найти технические странности. Конспирологи занимаются так называемой **«охотой за аномалиями»** (*anomaly hunting*): они берут размытое видео с фургоном у избирательного участка в три часа ночи и строят на этом теорию о вбросе бюллетеней. При этом Тайсон напомнил, что сама идея не нова: даже в культовом фильме «Гражданин Кейн» (1941) главный герой после проигрыша на выборах мгновенно печатает в подконтрольной газете заголовки о том, что голосование было сфальсифицировано.

Проблема усугубляется тотальным кризисом доверия к общественным институтам. В нормально функционирующем обществе вердикт генерального прокурора Уильяма Барра (пожизненного республиканца, назначенного самим Трампом), который официально заявил об отсутствии масштабных фальсификаций, должен был поставить точку в спорах. Но сегодня люди больше не доверяют ни политикам, ни Центрам по контролю заболеваний (CDC), ни профессорам. 

Чак Найс отметил, что здесь ярко проявляется **«моя сторона»-предвзятость** (*my side bias*): болельщики яростно критикуют судей только тогда, когда те свистят против их любимой команды. По словам Шермера, именно поэтому проигравшая сторона теперь не переключается на подготовку к следующим выборам, а продолжает подпитывать миф об обмане, заменяя реальные факты абстрактной фигурой неких всемогущих врагов — «Их».

## 🔬 Как проверить себя: тест Уосона и борьба с собственными догмами
[[JUMP:30:55]]

Один из ключевых вопросов, волновавших аудиторию подкаста: как обычному человеку понять, что он сам не стал жертвой когнитивного искажения? Майкл Шермер признал, что самостоятельная проверка чрезвычайно трудна, так как наш мозг эволюционно заточен под поиск шаблонов, а не под их опровержение. Даже ученые подвержены предвзятости, но их спасает институт рецензирования, когда коллеги-конкуренты безжалостно ищут ошибки в их работах.

Чтобы проиллюстрировать, насколько сложно человеческому разуму искать опровержения, Шермер напомнил знаменитый психологический эксперимент — **тест Питера Уосона** (*Wason selection task*). Загадывается последовательность чисел, например, «2, 4, 6», и испытуемым предлагается угадать скрытое правило, называя свои варианты.

Большинство людей сразу предполагают, что правило звучит как «последовательность четных чисел, увеличивающихся на два». Чтобы подтвердить свою гипотезу, они начинают называть цепочки вроде «10, 12, 14» или «56, 58, 60». Экспериментатор говорит «да», и испытуемые считают, что разгадали загадку. Однако истинное правило Уосона было максимально простым: «любые три числа в порядке возрастания». Ошибка участников заключалась в том, что никто из них даже не попытался назвать последовательность вроде «1, 7, 13» или «5, 3, 1», чтобы попытаться *опровергнуть* (фальсифицировать) свою собственную гипотезу. Человеческий разум настроен исключительно на верификацию, но для поиска истины необходимо заставлять себя искать опровергающие факты.

## 🌌 Агентийность и «бог белых пятен»: почему нам нужны тайные правители
[[JUMP:35:24]]

Анализируя, почему люди с такой готовностью принимают мистику, паранормальные явления и теории заговора, одновременно отвергая строгую науку, Шермер обратился к истории человечества. На протяжении веков царила «ведьминская теория причинности»: любые болезни, засухи, неурожаи и несчастные случаи списывались на ведьм, демонов и богов. Наука заполнила многие пробелы, но там, где остаются слепые зоны, включается логика «бога белых пятен» (*god of the gaps*) или конспирология.

Шермер ввел два важных термина: **агентийность** (*agenticity*) и **интенциональность** (*intentionality*) — гипертрофированную склонность разума видеть умысел и чью-то злую волю за случайным шумом. Наш мозг не выносит хаоса и неопределенности. Мы смотрим на случайную россыпь звезд на небе и безошибочно конструируем из них Большую Медведицу, Скорпиона или Рыб.

В качестве яркой иллюстрации этого феномена Шермер привел историю создания первого плеера *iPod* от Apple. Когда Стив Джобс представил функцию случайного воспроизведения (*iPod Shuffle*), пользователи начали массово жаловаться, что алгоритм «недостаточно случаен», поскольку песни одного исполнителя или альбома часто шли друг за другом. Джобсу пришлось объяснить, что именно так и выглядит истинная математическая случайность — она полна кластеров и совпадений. Чтобы удовлетворить клиентов, инженерам Apple пришлось переписать код, сделав алгоритм *менее* случайным математически, дабы для человеческого восприятия он выглядел «честно».

Шермер резюмировал этот психологический парадокс глубокой мыслью:

> «Как бы ни было страшно думать, будто миром заправляет тайное правительство из 12 иллюминатов, которые к тому же отвратительно справляются со своей работой, подсознательно это пугает нас гораздо меньше, чем альтернатива. А альтернатива заключается в том, что миром не управляет вообще никто. Вокруг нас — лишь хаос, невероятная сложность и эмерджентные свойства систем».

## 🎓 Ловушка интеллекта: почему образование не спасает от мифов
[[JUMP:46:12]]

Один из слушателей подкаста спросил, существует ли прямая корреляция между уровнем образования человека и его способностью противостоять конспирологическому мышлению. Данные исследований, по словам Шермера, показывают, что образование действительно снижает уровень суеверий и иррациональности (наличие магистерской степени защищает лучше, чем диплом бакалавра, а тот, в свою очередь, лучше школьного аттестата). Однако этот эффект развит гораздо слабее, чем хотелось бы верить академическому сообществу. Высокообразованные люди точно так же уязвимы перед «моей стороной»-предвзятостью и другими искажениями.

Проблема кроется в том, *как именно* устроен современный образовательный процесс. Шермер и Тайсон сошлись во мнении, что школы и университеты пичкают студентов готовыми научными фактами, вместо того чтобы обучать их самому методу научного мышления.

Нил Деграсс Тайсон напомнил об известном документальном фильме «Частная вселенная» (*A Private Universe*, 1987). В нем создатели опрашивали только что выпустившихся студентов Гарвардского университета, которые стояли в мантиях на церемонии вручения дипломов. К изумлению авторов, подавляющее большинство выпускников престижнейшего вуза не смогли правильно объяснить, почему на Земле сменяются времена года. Они уверенно заявляли, будто летом Земля просто подлетает ближе к Солнцу по вытянутой орбите. 

Выпускники Гарварда даже не задумались о простейшем контраргументе: если бы дело было в расстоянии до Солнца, то лето наступало бы одновременно на всей планете. Однако в Южном полушарии в это время зима. Тайсон напомнил базовый астрономический факт: смена сезонов обусловлена исключительно наклоном земной оси по отношению к плоскости орбиты. Этот пример доказывает, что люди склонны выстраивать в голове собственную изолированную вселенную и игнорировать базовую логику ради сохранения комфортной внутренней картины мира.

## 🦃 Психология спора за праздничным столом: как не усугубить поляризацию
[[JUMP:49:33]]

В финальной части дискуссии собеседники затронули тему **неприятия потерь** (*loss aversion*) и концепции невозвратных затрат в человеческих убеждениях. Когда человек инвестировал годы жизни, репутацию или деньги в определенную идеологическую позицию, признать свою неправоту для него равносильно психологическому краху. Мозг ведет себя как азартный игрок в покер, который уже блефовал слишком долго и теперь вынужден идти ва-банк, лишь бы не признавать поражение. Люди держатся за деструктивные убеждения точно так же, как за несчастливый брак, прогорающий бизнес или падающие акции.

Майкл Шермер дал практический совет, как вести себя, если во время семейного ужина на День благодарения кто-то из родственников начинает активно продвигать антивакцинаторские теории или отрицать изменения климата:

1.  Категорически запрещено с порога заявлять собеседнику: «Ты идиот, раз веришь в это». После этой фразы человек моментально закроется, и любые рациональные аргументы перестанут для него существовать.
2.  Нельзя заставлять человека выбирать между его фундаментальной идентичностью и научным фактом. Если поставить верующего перед жестким выбором «Дарвин или Иисус», он никогда не выберет Дарвина, ведь тот не обещает ему вечную жизнь. Вместо этого нужно убрать религиозный аспект из уравнения и обсуждать эволюцию нейтрально, как механизм биологического разнообразия.
3.  Необходимо слушать оппонента с уважением, кивать и задавать уточняющие вопросы, помогая ему самому нащупать логические противоречия в своих словах.

Подводя итог встречи, Тайсон и Шермер отметили, что за каждым конспирологическим мифом почти всегда скрывается более глубокий страх или политический мотив. Человек, отрицающий глобальное потепление, чаще всего на самом деле беспокоится не об объемах углекислого газа в атмосфере, а о судьбе свободного рынка, капитализма и американского образа жизни, которым, по его мнению, угрожают новые экологические налоги. Только понимая эти скрытые психологические триггеры, общество сможет снизить уровень поляризации и вернуть доверие к научному знанию.