«Мы отдаем кубок Лии, а тебе ничего не дадим», — эта фраза спортивного чиновника после ничейного заплыва превратила элитную пловчиху Райли Гейнс в самого громкого критика гендерной политики США. Теперь она ведет открытую войну против институционального шантажа, раздевалок общего пользования и алгоритмов Google, которые старательно скрывают неудобную правду о защите женского спорта.
🏊♀️ Путь к пьедесталу и столкновение с новой реальностью 0:14
История Райли Гейнс — это путь, который начался с четырехлетнего возраста в семье профессиональных атлетов и должен был закончиться карьерой стоматолога. Ее отец играл в NFL, мать занималась софтболом в первом дивизионе (D1), и вся жизнь Райли была подчинена строгому спортивному режиму . Готовясь к выступлениям за Университет Кентукки в престижной конференции SEC, она проводила в воде по шесть часов ежедневно, проплывая около 10 миль (15 000 ярдов) в день .
Даже пандемия COVID-19 не остановила ее стремление к победе: когда бассейны закрылись, Райли тренировалась в озере в гидрокостюме, проплывая мили мимо змей и мертвой рыбы, лишь бы не потерять форму перед своим решающим сезоном . Ранее в разговоре Джо Роган и Гейнс вскользь упоминали, что этот период стал временем странных социальных ограничений, но для Райли он был прежде всего испытанием воли. К третьему курсу она стала чемпионкой SEC и заняла седьмое место в национальном рейтинге, поставив себе цель на выпускной год — стать первой в стране .
Превращение «посредственного пловца» в национального лидера 0:06:43
В середине выпускного сезона Райли Гейнс столкнулась с аномалией, которая изменила всё. Она шла на третьем месте в национальном зачете, отставая от лидера-женщины на сотые доли секунды. Однако на первой строчке внезапно закрепился спортсмен, о котором никто в мире женского плавания раньше не слышал. Лия Томас лидировала с отрывом в «несколько корпусов», что для спорта, где победа решается мгновениями, является пропастью .
Вскоре выяснилось, что Лия Томас — это бывший Уилл Томас, который три года выступал за мужскую команду Пенсильванского университета. Изучив статистику, Райли испытала шок от того, насколько несправедливой оказалась эта ситуация:
- В мужском дивизионе Томас занимал 462-е место в стране .
- После перехода в женскую категорию он мгновенно переместился на 1-е место.
- Томас доминировал на дистанциях от 100 ярдов до мили, что биологически практически невозможно для одного и того же атлета, так как это требует работы совершенно разных систем организма (спринт против марафона) .
Райли надеялась, что NCAA (Национальная ассоциация студенческого спорта) увидит очевидный абсурд ситуации. Однако организация заявила, что участие Томаса в женских соревнованиях не подлежит обсуждению . Правила NCAA на тот момент требовали лишь 12 месяцев гормональной терапии, причем, по словам Гейнс, реальный контроль уровня тестостерона или приема препаратов практически не проводился — достаточно было просто числиться в программе .
Институциональное давление и «перевоспитание» спортсменок 0:15:29
Атмосфера на национальном чемпионате была гнетущей. Гейнс описывает финал на 100 ярдов вольным стилем как «зону сумерек»: на стартовых тумбах стоял мужчина ростом 193 см (6'4) в женском купальнике, через который была отчетливо видна мужская анатомия, в то время как рядом готовились к старту лучшие пловчихи страны . Зрители реагировали тишиной или неодобрительным гулом, прерываемым лишь выкриками активисток, таких как Келли Джей Кин, которая во всеуслышание назвала происходящее обманом .
Вместо защиты прав женщин руководство университетов и NCAA использовало тактику запугивания и идеологической обработки:
- Угрозы карьере: Девушкам говорили, что если они выскажутся против, их сочтут трансфобами и они никогда не найдут работу .
- Тренинги по местоимениям: 21-летних спортсменок заставляли проходить обучение, где их учили использовать местоимения «она/ее» по отношению к биологическому мужчине .
- Газлайтинг в раздевалках: Когда 16 участниц команды Томаса выразили дискомфорт из-за присутствия мужчины в раздевалке, университет ответил, что им нужно «редактировать» (re-educate) свое восприятие и обратиться за психологической помощью, если вид мужских гениталий их беспокоит .
Единственный кубок и несправедливость в 200-метровке 0:22:36
Кульминация абсурда произошла на дистанции 200 ярдов вольным стилем. Проплыв восемь кругов, Райли Гейнс и Лия Томас коснулись бортика одновременно. На табло высветилось идентичное время — 1:43.40 . В плавании, где результат фиксируется до сотых долей секунды, такой результат означал официальную ничью за пятое место в стране.
За подиумом официальный представитель NCAA столкнулся с проблемой: в наличии был только один кубок. Игнорируя спортивный принцип, он заявил: «Вы показали одинаковое время, но кубок мы отдадим Лии. Райли, ты останешься с пустыми руками» . Когда Гейнс, чье сердце еще колотилось от адреналина после заплыва, прямо спросила «Почему?», чиновник не смог дать внятного ответа.
Сначала он сослался на «хронологический порядок», но Райли парировала, что по алфавиту буква G (Gaines) идет раньше T (Thomas). В итоге представитель признал, что кубок отдают Томасу исключительно ради «удачного фото» и медийной картинки, пообещав прислать Райли ее награду позже по почте . Именно в этот момент Гейнс поняла, что больше не готова лгать и молчать о происходящем.
🤐 Контроль и шантаж: цена молчания в университетской среде 25:02
Переломным моментом для Райли Гейнс (Riley Gaines) стало осознание того, что спортивные чиновники готовы пожертвовать достижениями женщин ради «красивой картинки». Вспоминая инцидент с награждением, о котором говорилось ранее, Райли отмечает, что именно в тот момент, стоя на подиуме и аплодируя собственному «стиранию», она поняла: никто не защитит женщин-спортсменок, если они не заговорят сами . Однако за право иметь голос в современной академической среде приходится платить высокую цену, которая включает в себя юридическое давление и психологический шантаж.
Подписание стипендии как отказ от прав 30:26
Когда Райли решила открыто заявить о несправедливости в студенческом спорте, она столкнулась с жесткой системой корпоративного и идеологического контроля внутри университета. Хотя спортивный отдел Университета Кентукки относился к ней с уважением, «академическая сторона» и отделы комплаенса заняли иную позицию .
Гейнс раскрывает шокирующие подробности того, как университеты ограничивают свободу слова студентов:
- Администрация прямо заявляла спортсменке: «Помни, ты подписала стипендию» .
- Ей внушали, что, принимая финансовую помощь, она фактически передала учебному заведению право выступать от её имени в личном качестве .
- Спортсменкам настойчиво напоминали, что имя на их груди и шапочке принадлежит университету, а не им самим, и вуз уже «выбрал позицию» за них .
По словам Гейнс, такая тактика затыкания ртов эффективна и объясняет, почему так мало девушек решаются на публичный протест: риск потерять образование и карьеру слишком велик.
Шантаж самоубийством: кейс колледжа Роанок 31:33
Одним из самых мрачных примеров манипуляции, который Райли обсуждает с Джо Роганом (Joe Rogan), стала ситуация в колледже Роанок (Вирджиния). Там биологический мужчина, три года выступавший за мужскую команду, решил сменить категорию на женскую, чтобы «бить рекорды» .
Когда 17 участниц женской команды выразили протест, руководство предложило провести голосование. Однако процедура превратилась в акт психологического насилия. Тренер привел этого человека на встречу и изменил правила: вместо анонимного голосования девушек заставили поднимать руки открыто . Перед этим биологический мужчина выступил с речью, заявив буквально следующее: «Если вы не проголосуете "за", я покончу с собой, и это будет ваша вина» .
В результате 13 из 17 девушек, напуганные обвинением в «потенциальном убийстве», изменили свое мнение . Гейнс подчеркивает, что эта тактика — приравнивание борьбы за честную конкуренцию к причинению физического вреда — стала стандартным инструментом давления в американских колледжах .
COVID-19 как полигон для социального контроля 34:00
Райли Гейнс проводит прямую параллель между навязыванием гендерной повестки и мерами по борьбе с пандемией COVID-19. Она утверждает, что именно в период карантина университеты научились беспрекословному управлению студентами .
Будучи капитаном команды, Райли столкнулась с давлением по поводу обязательной вакцинации. Несмотря на наличие естественного иммунитета после перенесенной болезни, администрация использовала эмоциональный шантаж: «Ты лидер, ты подводишь команду, если не колешься» .
Гейнс и Роган приходят к выводу, что COVID-19 стал «упражнением по контролю» :
- Студентов приучали подчиняться абсурдным или противоречивым требованиям.
- Логика и научные данные игнорировались в угоду мандатам и исполнительности .
- Если человека можно заставить принять ненужное ему медицинское вмешательство или согласиться с закрытием малых предприятий при открытых гипермаркетах, его можно заставить принять любую идеологическую концепцию .
Борьба за юридическое определение пола 39:36
Столкнувшись с тем, что даже судьи Верховного суда не могут дать определение слову «женщина», ссылаясь на отсутствие биологического образования , Райли Гейнс перешла к активным законодательным действиям. Она сотрудничает с «Независимым женским форумом» (Independent Women’s Forum) для продвижения законопроектов, закрепляющих биологические определения пола в статутах штатов .
На момент записи подкаста подобные законы или указы были приняты в четырех штатах:
Райли критикует современные термины вроде «биологическая женщина», считая их избыточными и опасными. По её мнению, добавление прилагательного «биологическая» подсознательно допускает существование «небиологической» альтернативы женщине, что является лингвистической ловушкой . Она настаивает на возвращении к объективной истине, сравнивая нынешнюю ситуацию с антиутопией Оруэлла «1984», где людей заставляли верить, что дважды два равно пяти .
В завершение этого блока беседы Гейнс отмечает, что отрицание пола — это не просто культурный каприз, а симптом более глубокой дестабилизации нации, аналогичный процессам, происходившим перед крахом великих цивилизаций прошлого .
🛡️ Утрата приватности: Мужская нагота в женских раздевалках 1:15:16
Обсуждая последствия инцидента в Сан-Франциско, о котором шла речь ранее, Райли Гейнс и Джо Роган переходят к анализу того, как государственные и образовательные институты реагируют на современные гендерные конфликты. Райли отмечает, что университет Сан-Франциско не только не осудил насилие в её адрес, но и разослал официальное письмо, в котором назвал протестующих студентов «храбрыми», а присутствие самой Гейнс на кампусе — «глубоко травмирующим» . По мнению Рогана, такая инверсия понятий, когда агрессоров поощряют, а жертву обвиняют, создаёт опасный прецедент для всей правовой системы страны.
Шокирующий опыт в раздевалке: 190-сантиметровый мужчина среди женщин 1:23:53
Центральной и наиболее эмоциональной темой беседы становится инцидент в раздевалке во время национального чемпионата. Райли Гейнс подробно описывает ситуацию, к которой спортсменок не готовили заранее. По её словам, девушки узнали о новых правилах размещения только тогда, когда оказались в одном помещении с Лией Томас — биологическим мужчиной ростом более 190 сантиметров (6'4") .
Гейнс подчеркивает унизительный характер происходящего: полностью интактный (не подвергавшийся операциям) мужчина раздевался догола всего в нескольких сантиметрах от обнажённых спортсменок. «Я даже не могу облечь в слова то чувство, когда ты стоишь раздетой, спиной к источнику звука, и вдруг слышишь за спиной мужской голос», — делится Райли . Она вспоминает, что реакция всех девушек в раздевалке была инстинктивной и мгновенной: они пытались прикрыться руками или полотенцами, чувствуя себя в глубокой опасности и дискомфорте .
Ситуация едва не переросла в открытый конфликт, когда Райли позвонила своему отцу, бывшему профессиональному футболисту. Тот был готов немедленно приехать и «разобраться во всём лично», однако Гейнс остановила его, понимая, что вмешательство отца приведёт лишь к его аресту . Этот опыт стал для неё поворотным моментом, укрепившим решимость бороться за право женщин на приватность и безопасность в их собственных пространствах.
Три столпа стойкости: Спорт, Семья и Вера 1:22:20
Джо Роган выражает восхищение тем, как Райли справляется с колоссальным общественным давлением и ненавистью, которая обрушилась на неё после выхода в публичное поле. Роган отмечает, что спорт — это не просто «мясо и мышцы», а школа самообладания и дисциплины . Плавание по шесть часов в день воспитывает решимость, которая теперь помогает Гейнс выдерживать политические атаки.
Сама Райли выделяет три ключевых фактора, которые не дали ей сломаться:
- Спортивная закалка: Опыт постановки и достижения целей в условиях экстремальной конкуренции .
- Семейный фундамент: Райли выросла в крепкой семье с любящими родителями и множеством братьев и сестёр, что дало ей психологическую устойчивость .
- Вера: По словам Гейнс, осознание того, что «битва уже выиграна» на духовном уровне, позволяет ей сохранять улыбку на лице даже в самые сложные моменты .
Она вспоминает, что в моменты агрессии в Сан-Франциско её первой реакцией была молитва за нападавших, поскольку их сердца были переполнены ненавистью .
Идеологический захват институтов и будущее здравого смысла 1:28:44
В ходе дискуссии собеседники касаются темы медийных атак. Райли упоминает конфликт с комментатором Китом Олберманном, который пытался высмеять её спортивные достижения. В ответ на его выпады Гейнс записала видео со своими многочисленными трофеями, включая титулы 12-кратной All-American и рекордсменки SEC . Роган и Гейнс сходятся во мнении, что современная социальная среда, подогреваемая алгоритмами соцсетей, усугубляет психические расстройства и создаёт «эхо-камеры», где люди теряют связь с реальностью .
Особое беспокойство у Гейнс вызывает то, как администрация назначает людей на ключевые посты исходя из их идентичности, а не компетенций. В качестве примеров приводятся Рэйчел Левин и Сэм Бринтон . Райли задаётся вопросом: если сегодня общество готово отрицать биологический пол, что помешает ему завтра отрицать возраст? Она приводит примеры из Канады и США, где взрослые мужчины начинают идентифицировать себя как несовершеннолетние девочки, чтобы проникать в детские пространства .
Завершая главу, Роган отмечает, что корень проблемы кроется в желании определенных людей контролировать других через манипуляцию языком и «добродетельную» риторику . Гейнс подчеркивает, что её позиция не является «антитрансгендерной»: она выступает за принцип «живи и давай жить другим», но настаивает на том, что личный выбор одних людей не должен оплачиваться за счёт прав, безопасности и честной конкуренции других .
🏛 «Олимпиада угнетения» и идеологические баталии в Конгрессе 1:40:43
В этой части беседы Джо Роган и Райли Гейнс переходят от обсуждения спортивных площадок к более широкому социальному и политическому контексту. Они анализируют, как современные идеологические установки меняют правовое поле, пенитенциарную систему и саму суть демократического диалога в высших эшелонах власти США.
Иерархия жертвенности: когда транс-идентичность становится «козырем» 1:40:43
Райли Гейнс вводит в дискуссию термин «Олимпиада угнетения» (Oppression Olympics), описывая социальную иерархию, в которой статус жертвы становится формой валюты . По её мнению, в этой системе транс-идентичность функционирует как «высшая карта» или туз, который перебивает права любых других групп, включая биологических женщин и этнические меньшинства.
В качестве примера Гейнс приводит недавний случай на региональных соревнованиях по легкой атлетике в Рочестерском технологическом институте (RIT). Победу там одержал биологический мужчина, выступавший за женскую команду, побив рекорд соревнований . Второе место заняла афроамериканка, однако, как отмечает Райли, СМИ и активисты хранили молчание, чтобы не нарушать идеологическую повестку.
«Это белый мужчина, стоящий на вершине пьедестала, и вокруг — полная тишина. Транс-статус сегодня — это вершина. Если ты белый мужчина, ты всегда считался "угнетателем", но теперь найден способ это обойти: просто скажи, что ты женщина, отрасти волосы, накрась губы — и ты снова можешь доминировать над женщинами», — заявляет Гейнс .
Джо Роган и Райли соглашаются, что современное общество создало странный стимул — стремление быть «маргинализированным», поскольку альтернативой является клеймо «угнетателя», которого в нынешней культуре боятся больше всего .
Биологические мужчины в женских тюрьмах: новая реальность Калифорнии 1:43:07
Обсуждение перемещается в сферу исполнения наказаний. Гейнс выражает глубокую озабоченность политикой штата Калифорния, где на данный момент в женских тюрьмах содержатся 47 биологических мужчин . Она отмечает, что подобные законы действуют или рассматриваются также в Нью-Джерси, Огайо и Канзасе.
Особое возмущение у активистки вызывает ситуация, произошедшая в калифорнийских тюрьмах во время празднования Супербоула. Пока внимание общественности было отвлечено, администрация тюрем ввела в женских блоках автоматы по выдаче презервативов и дентальных салфеток (dental dams) . Гейнс подчеркивает абсурдность ситуации: секс в тюрьмах официально запрещен, но установка таких автоматов в женских учреждениях фактически легализует и поощряет контакты с находящимися там мужчинами.
Это уже привело к конкретным последствиям:
- В тюрьмах Нью-Йорка начали вывешивать плакаты о предотвращении беременности в женских камерах .
- Зафиксированы случаи всплеска ВИЧ и СПИДа среди заключенных женщин .
- В законодательстве Калифорнии предпринимаются попытки заменить слово «женщина» на нейтральное «лицо» (person) во всех государственных статутах .
Райли отмечает, что такая дегуманизация языка (термины вроде «родитель №1», «менструирующее лицо» или «владелец шейки матки») направлена исключительно против женщин . Она уверена, что мужчины никогда не допустили бы, чтобы их называли «производителями спермы» или «обладателями эрекции» .
Словесная дуэль в Вашингтоне: Райли Гейнс против конгрессменов 1:47:30
Значительная часть главы посвящена участию Райли в слушаниях в Конгрессе США. Гейнс признается, что ей кажется сюрреалистичным тот факт, что 23-летняя выпускница колледжа должна объяснять законодателям в «сердце Американской республики», что мужчины и женщины биологически различны .
Райли вспоминает столкновение с представителем Демократической партии от Пенсильвании Саммер Ли (Summer Lee). В начале слушаний конгрессвумен Ли назвала показания Райли «трансфобным фанатизмом» . В ответ Гейнс, отступив от заготовленной речи, заявила:
«Член Конгресса Ли, если мои показания делают меня трансфобкой, то, согласно вашей собственной логике, ваш вступительный монолог делает вас мизогинисткой» .
Эта реплика вызвала хаос в зале заседаний. Ли потребовала удалить слова Гейнс из официального протокола, сославшись на «нарушение этикета» и переход на личности, однако протокольная запись была сохранена . Райли иронично замечает, что после этого случая пользователи интернета даже внесли правки в страницу Ли в Википедии, указав её как мизогинистку . Ранее в разговоре Райли упоминала о попытках администрации Байдена изменить Раздел IX, и на слушаниях она вновь подчеркнула, что защита прав женщин не может считаться дискриминацией других групп.
Дисциплина спорта против «идеологического бешенства» 1:53:08
Завершая главу, Джо Роган и Райли обсуждают, почему именно высококлассные атлеты чаще других становятся лидерами мнений в этом вопросе. Джо отмечает, что у тех, кто проводит по 6 часов в бассейне, нет места для «фейковых разговоров» и онлайн-абсурда — спорт приучает к реальности .
Гейнс подкрепляет это статистикой: исследование Ernst & Young показало, что 94% женщин, занимающих руководящие посты в компаниях (C-level executives), в прошлом были спортсменками . Спорт формирует характер, который позволяет противостоять социальному давлению и «нарциссическому активизму» тех, кто никогда не работал в команде ради осязаемой цели.
В то же время они признают, что современная университетская система «вскармливает» молодежь марксистскими идеями, которые Джо сравнивает с бешенством: «Оно убивает 99% зараженных, но всегда находится кто-то, кто говорит: "Просто до меня никто не готовил бешенство правильно"» .
🏁 Информационные фильтры и экономическое сопротивление 2:05:23
Заключительная часть беседы Джо Рогана (Joe Rogan) и Райли Гейнс (Riley Gaines) фокусируется на механизмах контроля общественного мнения и способах, которыми рядовые граждане могут противостоять идеологическому давлению. Обсуждение переходит от личного опыта столкновения с интернет-троллями к глобальным вопросам цензуры в поисковых системах и эффективности потребительских бойкотов.
Цифровой занавес: идеологическая цензура Google 2:12:47
Джо Роган поднимает вопрос о том, как современные технологии, предоставляя доступ к любым ответам, одновременно становятся инструментом манипуляции, если выдача информации жестко модерируется корпорациями. Он приводит в пример историю о биологическом мужчине из Канады, который с помощью медикаментов начал имитировать лактацию, чтобы кормить девятимесячного ребенка . Роган отмечает, что попытки найти подробности этого резонансного случая через Google не увенчались успехом: поисковик выдавал страницу за страницей нерелевантного контента. Однако при использовании альтернативного поисковика DuckDuckGo нужная статья оказалась второй в списке выдачи .
Ведущий подчеркивает, что это не случайная ошибка алгоритма, а осознанная курация контента. Ссылаясь на исследования Роберта Эпштейна, Роган указывает на опасность манипуляции поисковой выдачей в политических целях:
- Статистически доказано, что предвзятые результаты поиска могут изменить предпочтения неопределившихся избирателей на 10–13% .
- Если поисковик выдает только негатив об одном кандидате и исключительно позитивные достижения о другом, это эффективно «двигает иглу» общественного мнения .
- Недавний скандал с ИИ от Google, который отказывался генерировать изображения белых людей (даже в историческом контексте Отцов-основателей США), стал наглядным подтверждением глубокой идеологической предвзятости программистов из «либерального пузыря» Кремниевой долины .
Роган и Гейнс сходятся во мнении, что такие действия корпораций ведут к еще большему расколу в обществе под предлогом борьбы за «единство» . При этом Роган отмечает, что он сам уже достиг «второй космической скорости» медийности, когда нападки со стороны мейнстримных медиа или ИИ-алгоритмов только увеличивают его популярность, но для начинающих активистов такие барьеры могут стать непреодолимыми .
Экономический ответ: бойкот как инструмент здравого смысла 2:23:41
Райли Гейнс утверждает, что основным драйвером нынешней идеологической повестки являются деньги, а значит, единственным эффективным способом борьбы является «голосование кошельком». Она приводит в пример недавнюю рекламную кампанию бренда Dove во время Супербоула. Реклама была посвящена поддержке девочек-подростков в спорте и сохранению их ментального здоровья .
Изначально Райли восприняла это как позитивный сдвиг, но детальное изучение ситуации выявило лицемерие бренда. Гейнс обнаружила, что модераторы Dove в социальных сетях скрывали все комментарии, в которых упоминалась необходимость защиты женского спорта от участия биологических мужчин . Ранее этот же бренд активно сотрудничал с трансгендерным пауэрлифтером Лорелом Хаббардом, продвигая его как амбассадора .
В качестве альтернативы Гейнс предлагает поддерживать компании, которые открыто разделяют традиционные ценности и не пытаются манипулировать аудиторией:
- Вместо Dove и Target — использовать бренды вроде Nimi (уход за кожей), Yakam Apparel или Unitis .
- Вместо издательства Scholastic, которое, по словам Гейнс, наводняет школьные библиотеки книгами с сомнительным содержанием для детского возраста — выбирать Brave Books .
- Brave Books выпускает качественную детскую литературу, ориентированную на семейные ценности, веру и патриотизм, без политической ангажированности .
Собеседники вспоминают успех бойкота Bud Light как доказательство того, что коллективные действия потребителей способны нанести ощутимый финансовый урон корпорациям, игнорирующим мнение большинства . Рыночная капитализация Google также серьезно пострадала (потеря около 9 миллиардов долларов) после провального запуска их «идеологически заряженного» ИИ .
«Плывя против течения»: новая миссия Райли Гейнс 2:27:52
Завершая разговор, Райли подчеркивает, что её борьба за права женщин в спорте — о которой она подробно рассказывала в предыдущих частях интервью — переросла в нечто большее: защиту здравого смысла в мире, который, кажется, его утратил . Она анонсирует выход своей книги «Swimming Against the Current: Fighting for Common Sense in a World That’s Lost Its Mind» («Плывя против течения: Борьба за здравый смысл в мире, сошедшем с ума»), релиз которой намечен на май .
Помимо книги, Гейнс запустила собственный подкаст «Gains for Girls» на платформе OutKick, где она продолжает освещать проблемы женского спорта . Она благодарит Джо Рогана за возможность выступить перед аудиторией, которая выходит за рамки типичных зрителей консервативных СМИ, таких как Fox News, отмечая критическую важность диалога с людьми разных взглядов для достижения реальных перемен .
