Гибель бывшего министра и губернатора — событие, которое можно назвать этапным и знаковым для российской элитной бюрократии. Оно демонстрирует глубокий кризис безопасности внутри системы, где даже высокие посты больше не гарантируют ни свободы, ни имущества, ни жизни. Об этом в эфире «Телеканала Дождь» рассуждает политолог Екатерина Шульман.
⛓ Новая реальность элит: «заперты в банке» 0:25
Российская политико-бюрократическая элита после начала полномасштабной войны оказалась в принципиально новой ситуации. Если в 2022 году чиновники пытались справиться со стрессом с помощью алкоголя, а позже успокаивали себя отсутствием катастрофических последствий, то с 2024 года ситуация изменилась кардинально.
Началась новая волна внутриэлитных репрессий, которая лишь набирает обороты. По словам Екатерины Шульман, новости о задержаниях и арестах чиновников уровня региональных министров или директоров департаментов стали ежедневными. Приговоры по таким делам предусматривают длительные сроки заключения:
- Тимур Иванов получил 13 лет лишения свободы.
- Бывший министр правительства Московской области в апреле 2025 года был приговорен к 17 годам.
Эксперт подчеркивает, что это «хозяйственные» преступления, но масштаб системы таков, что чиновники оказались в своего рода «запертой банке». Раньше у них была возможность уехать, вывести активы и спрятать семьи в странах с работающим законом. Сейчас даже переезд в Турцию или Дубай не гарантирует безопасности: там нет защиты от выдачи, если последует соответствующий запрос из РФ.
🔫 Самоубийство как символ безысходности 1:58
Гибель бывшего министра и экс-губернатора Романа Старовойта (имя которого в транскрипте указано как «Старовойт») стала наглядной иллюстрацией того, что осознание тупика проникает даже в самые «закрытые» для рефлексии слои бюрократии. Как отмечает Екатерина Шульман, мы точно не можем знать, что именно напугало чиновника, но очевидно, что он решил не дожидаться ареста.
Внутриэлитные реакции на это событие ожидаемы:
- Чиновники будут строить версии, вплоть до конспирологических, подозревая убийство или опасаясь, что «тюрьма хуже смерти».
- Z-блогеры, по словам политолога, отреагировали на новость злорадством, назвав это «первым в истории правильным использованием наградного оружия чиновниками».
Екатерина Шульман полагает, что вся цепочка событий — отставка, назначение на новую должность и последующая гибель — выглядит как попытка системы избежать имиджевых потерь. Увольнение «задним числом» — это стандартная практика, позволяющая минимизировать скандал, представляя ситуацию так, будто чиновника уволили задолго до трагедии, чтобы «президентская немилость» не выглядела как причина для крайних мер.
📉 Отсутствие связной картины и сталинские практики 7:57
Несмотря на масштаб репрессий, система старательно избегает «компанейщины» сталинского образца. Нет официальных заявлений о «борьбе с вредителями» или «очищении от скверны». Напротив, каждый арест преподносится в государственных медиа как отдельный, удивительный случай, «как будто старушка выпала из окна».
По мнению Екатерины Шульман, при всей аккуратности в подаче информации, реальный уровень угрозы для жизни и свободы чиновников стремительно приближается к историческим аналогиям с 1930-ми годами. Политолог указывает на важный, но часто игнорируемый аспект: процедуру утверждения кандидатов. Тот же Старовойт утверждался Государственной Думой, причем получил рекордную поддержку. Однако никто не задает вопросов думскому большинству о том, «где были их глаза» при голосовании за человека, который впоследствии оказался либо коррупционером, либо психологически неустойчивым субъектом.
В финале обсуждения Екатерина Шульман выражает скепсис относительно способности нынешних элит к каким-либо коллективным действиям или осмысленному сопротивлению, пока жив национальный лидер. Сейчас они заняты лишь страхом, «суетой» и попытками выжить в системе, из которой им нет выхода.
