# Мэтью Тай и Уинстон Стерцел о КНР: «Китай строит цифровой Штази с помощью WeChat»

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=5sr8I_H77A8
Канал: The Jordan Harbinger Show
Опубликовано: 25.04.2023

---

В новом выпуске «The Jordan Harbinger Show» ведущий Джордан Харбинджер обсуждает с экспертами по Китаю Мэтью Таем (Laowhy86) и Уинстоном Стерцелом (SerpentZA) методы тотального контроля, применяемые КПК. Участники дискуссии анализируют механизмы цифровой слежки в Синьцзяне, экспорт репрессивных технологий и психологические уловки глобальных мошеннических сетей, известных как «убой свиней».

## 📱 Цифровой ГУЛАГ: как WeChat стал инструментом геноцида
[[JUMP:00:00]]

Жизнь в современном Синьцзяне, по словам экспертов, напоминает оруэлловскую антиутопию, где технологии используются для разрушения семейных связей. Один из гостей программы рассказал, что потерял контакт с родителями на три года [0:12]. После его назначения в Комиссию США по международной религиозной свободе он решился позвонить матери, понимая, что разговор прослушивается спецслужбами Китая [0:27].

Ключевые элементы системы контроля:

*   **IJOP (Интегрированная платформа совместных операций):** Система сбора данных, которая объединяет информацию с камер, блокпостов и смартфонов.
*   **Вездесущность WeChat:** Это приложение, совмещающее функции мессенджера, платежной системы и социальной сети, является обязательным для жизни в КНР [1:19]. Через него правительство мониторит звонки и сообщения в режиме реального времени.
*   **Случайное сканирование данных:** Полиция на улицах может в любой момент потребовать телефон для проверки через специальные сканеры на наличие «подозрительного» контента или истории вызовов [1:48].

По утверждению гостя, ситуация настолько критична, что уйгуры в диаспоре сознательно не связываются с родными в Китае, чтобы не подставить их под удар. Наличие следов контакта с заграницей в памяти телефона может стать прямым поводом для отправки в «лагерь переподготовки» [2:16]. Некоторые пытаются использовать кнопочные телефоны («dumb phones»), но это вызывает еще больше подозрений у властей: «Что вы пытаетесь скрыть?» [3:35].

## 🏗️ «Окончательное решение» синьцзянского вопроса
[[JUMP:04:28]]

Трансформация Синьцзяна не была внезапной; эксперты называют это «медленным закипанием». Позиция китайского руководства радикально изменилась после протестов 2009 года в Урумчи, спровоцированных инцидентом на фабрике в Гуандуне [4:53].

Основные этапы и идеологические вехи:

1.  **Приход Си Цзиньпина к власти (2012):** Начало жесткого курса на идеологическую чистоту [5:46].
2.  **«Документ №9» (2013):** Внутренняя директива о борьбе с западными ценностями и «идеологической безопасности» [5:59].
3.  **Курс на синизацию религии:** Переписывание священных текстов (Библии и Корана) и замена религиозных символов портретами Си Цзиньпина в храмах [7:33].

По мнению гостей, Си Цзиньпин рассматривает этно-религиозную идентичность как источник будущей нестабильности. В 2014–2015 годах его советники разработали план, который во внутренних документах назывался «окончательным решением проблемы Синьцзяна» — термин, вызывающий прямые ассоциации с нацистской Германией [08:47]. Регион превращен в максимально «безопасное» место с точки зрения отсутствия уличной преступности, однако цена этого — тотальное подавление политического инакомыслия [09:53].

## ⛓️ Жизнь внутри лагерей и психологическое насилие
[[JUMP:12:40]]

Система контроля в Синьцзяне включает использование ИИ для анализа речи. По словам экспертов, даже использование исламского приветствия «Ассаламу алейкум» может быть расценено системой как признак экстремизма [13:06].

Бывшие заключенные лагерей рассказывают о методах психологической ломки:

*   **Отречение от веры:** Заключенных заставляют осуждать своего Бога и называть «новым богом» Си Цзиньпина [14:39].
*   **Ежедневная индоктринация:** Многочасовое изучение «идей Си Цзиньпина» как единственно верного учения [15:07].
*   **Пытки и издевательства:** Выжившие сообщают о невыносимых физических и моральных истязаниях, доводящих людей до просьб о смерти [14:13].

Джордан Харбинджер и его гости подчеркивают, что этот метод «высокотехнологичного Штази» уже начинает экспортироваться [13:59]. Китайские технологии слежки за избирателями и оппозицией приняты уже в 86 странах мира [17:34].

## 🌍 Транснациональные репрессии и «Институты Конфуция»
[[JUMP:17:46]]

КПК активно преследует своих критиков за пределами Китая. Джордан Харбинджер привел пример из Университета Мичигана: китайские студенты, посещающие демократические митинги, подвергаются слежке. Их фотографии отправляются родителям в Китай с предупреждением «сосредоточиться на учебе», если они не хотят проблем для семьи [18:25].

Механизмы глобального влияния:

*   **«Институты Конфуция»:** Изначально позиционировавшиеся как культурные центры, они, по мнению Харбинджера, стали инструментами шпионажа за диаспорой [18:12].
*   **Вербовка западных специалистов:** Китайские спецслужбы используют бывших полицейских или частных детективов в США и Канаде для выслеживания диссидентов и богатых беглецов [20:10].
*   **«Белые обезьяны»:** Термин для иностранных блогеров, которым платят (иногда по $600 за видео) за продвижение тезисов китайской пропаганды под видом независимых расследований [22:36].

## 📉 Ловушка диктатора и экономический кризис
[[JUMP:25:50]]

Мэтью Тай отмечает, что Си Цзиньпин разрушил «негласный общественный договор», согласно которому граждане отказывались от свобод в обмен на ежегодный рост благосостояния [26:16]. Сейчас экономика КНР, по образному выражению Тая, идет в крутое пике [27:07].

Одной из причин системного кризиса является «ловушка диктатора»:

1.  **Отсутствие обратной связи:** Из-за страха наказания чиновники на всех уровнях фальсифицируют данные (о вакцинации, запасах ресурсов, настроениях масс) [28:37].
2.  **Уничтожение фракций:** Раньше внутри КПК существовали различные группы интересов («клики»), которые обеспечивали подобие системы сдержек и противовесов. Си Цзиньпин зачистил оппозицию, превратив систему в монолит, лишенный гибкости [30:17].

Ярким примером злоупотребления контролем стал инцидент с протестами вкладчиков в провинции Хэнань. Когда люди собрались протестовать против кражи их денег банками, власти дистанционно изменили их QR-коды здоровья на «красные», что автоматически сделало их передвижение незаконным и позволило принудительно отправить протестующих в карантинные лагеря [24:33].

## 🐷 «Убой свиней»: индустрия мошенничества Shajupan
[[JUMP:31:21]]

Вторая часть беседы посвящена схеме «Shajupan» (шацзюпань) — романтическому мошенничеству с крипто-инвестициями. Название происходит от метафоры «откармливания поросенка» перед забоем [32:45].

Особенности этой криминальной индустрии:

*   **География:** Колл-центры часто базируются в Камбодже или Лаосе, где нет жесткой цензуры интернета [34:28].
*   **Этика «чужого»:** Уинстон Стерцел объясняет, что в Китае существует негласное одобрение обмана иностранцев. Если мошенничество внутри страны жестко карается, то обман «лаоваев» (иностранцев) часто игнорируется властями из-за националистической риторики [36:17].
*   **Тактика «доверия»:** Мошенники (часто нанятые англоговорящие актеры) месяцами ведут переписку, присылают подарки и голосовые сообщения, создавая иллюзию глубокой эмоциональной связи, прежде чем предложить «выгодную сделку» в крипте [41:34].

Стерцел отмечает, что фотографии для фейковых аккаунтов часто крадутся из «Moments» в WeChat — закрытой системы, которую невозможно проверить через обратный поиск изображений Google [43:23]. Мошенники используют психологическую уязвимость одиноких людей, отключая их критическое мышление через «thirst trapping» (приманку сексуально привлекательными фото) [40:30].

---