# Допинг, абьюз и секреты Nike: откровения олимпийской бегуньи Кары Гучер Источник: https://www.youtube.com/watch?v=do4uhuW3B30 Канал: Rich Roll Опубликовано: 21.03.2024 --- В новом выпуске подкаста Рича Ролла двукратная олимпийская бегунья Кара Гучер раскрывает шокирующие подробности своей карьеры в проекте Nike Oregon Project. Её история, ставшая основой бестселлера «The Longest Race», — это предельно честный отчет о допинговых манипуляциях, психологическом насилии и корпоративном цинизме одного из самых влиятельных спортивных брендов в мире. ## 🏃‍♀️ Путь к мечте: Вступление в Nike Oregon Project [[JUMP:16:54]] В 2004 году Кара Гучер и её муж Адам Гучер переживали спад в карьере из-за хронических травм. Приглашение от Альберто Салазара присоединиться к Nike Oregon Project (NOP) выглядело как «мечта любого бегуна» [18:13]. Проект предлагал беспрецедентный уровень профессионализации: * Использование антигравитационных и подводных беговых дорожек [18:13]. * Проживание в специальных «высотных домах» (altitude houses) для имитации условий разреженного воздуха [18:26]. * Полное покрытие медицинских расходов, включая МРТ, операции и услуги физиотерапевтов [20:36]. На тот момент первый контракт Кары с Nike составлял 35 000 долларов в год [20:09]. По словам спортсменки, она чувствовала себя «второстепенным приобретением», так как Салазар изначально был заинтересован в тренировках её мужа, Адама [18:53]. Тем не менее, возможность тренироваться на базе кампуса Nike казалась билетом в высшую лигу мирового спорта. ## 🧠 Психологическая ловушка: Салазар как «отец» и контролер [[JUMP:21:42]] Кара Гучер утверждает, что отношения с тренером Альберто Салазаром быстро вышли за рамки профессиональных. Салазар внедрялся в личную жизнь атлетов, постоянно звонил им и приглашал к себе домой [21:29]. Гучер связывает свою готовность терпеть такое поведение с детской травмой: её отец погиб по вине пьяного водителя, когда она была маленькой, и она подсознательно искала сильную мужскую фигуру [23:59]. По мнению Кары, Салазар манипулировал этим состоянием: * Он называл её «дочерью» и утверждал, что она появилась в его жизни «по воле божьей» [25:41]. * Он использовал «спортивного психолога» Даррена Трежера для сбора конфиденциальной информации об атлетах [32:20]. * Как выяснилось позже, Трежер не имел психологического образования — его степень PhD была в области кинезиологии [34:20]. По словам гостьи, Трежер передавал Салазару детали их частных бесед, которые тренер затем использовал для «газлайтинга» и манипуляций [32:33]. Салазар намеренно стравливал Кару с её напарницей по команде Эми Бегли, заставляя их верить в то, что они ненавидят друг друга [35:28]. ## 💉 Тёмная медицина: Допинг под видом лечения [[JUMP:38:31]] Одной из самых спорных тем интервью стало обсуждение медицинских практик в NOP. Кара Гучер подробно описывает схему использования препаратов для лечения щитовидной железы. Основные факты и подозрения, озвученные в беседе: 1. **Эндокринолог Джеффри Браун:** Почти всем участникам команды ставили диагноз «гипотиреоз» и выписывали препарат L-voxyl (левотироксин) [39:49]. 2. **Манипуляции с анализами:** По мнению Кары, доктор Браун подгонял результаты тестов под нужные показатели [41:23]. Когда в 2016 году USADA получила медицинские записи Гучер, эксперты агентства заключили, что у неё никогда не было проблем с щитовидной железой [41:23]. 3. **Внутривенные инфузии:** Гучер утверждает, что видела, как её товарищам по команде ставили капельницы с физраствором перед крупными соревнованиями. По её мнению, это могло использоваться для сокрытия следов применения ЭПО (эритропоэтина), так как инфузии разбавляют концентрацию веществ в крови [43:38]. 4. **Случай Мо Фара:** Кара вспоминает, как в 2011 году была потрясена внезапным прогрессом британского бегуна Мо Фара, у которого неожиданно появился невероятный финишный рывок. Она признается, что именно тогда впервые вслух высказала подозрение в мошенничестве [48:33]. Гучер отмечает, что Альберто Салазар часто хвастался тем, что «свел всё к науке» и знает, как обходить правила допинг-контроля [44:05]. ## 🚫 Культура насилия и весовой контроль [[JUMP:36:58]] Тренировочный процесс в NOP сопровождался жестким давлением по поводу веса и физического состояния. По словам Кары, Салазар регулярно подвергал её и других атлетов публичному взвешиванию [37:36]. Особенно сильно от «фэтшейминга» страдала Эми Бегли. Кара утверждает, что Салазар заставлял Бегли подписать контракт, запрещающий ей дружить с кем-либо в команде, аргументируя это тем, что дружба мешает конкуренции [36:44]. Самым болезненным откровением Кары стал рассказ о сексуальных домогательствах. Она описывает два случая: 1. **Лиссабон, 2006 год:** Салазар начал делать ей неуместный массаж в состоянии алкогольного опьянения [51:22]. Гучер признается, что тогда она убедила себя, что это «случайность», так как боялась разрушить свою карьеру [51:48]. 2. **Перелет, 2011 год:** Ситуация повторилась в самолете. По словам Кары, Салазар часто смешивал алкоголь со снотворным (амбиеном) и терял контроль над поведением [52:15]. Она долго скрывала эти факты даже от мужа, чувствуя стыд и страх [53:07]. ## 🤰 Беременность как «нарушение контракта» [[JUMP:1:12:06]] Отношение Nike к беременным атлетам стало одним из ключевых скандалов, поднятых Карой Гучер совместно с Элисон Феликс. Кара подробно описала, как бренд использовал её образ матери для маркетинга, при этом лишив её средств к существованию. * **Маркетинговый цинизм:** Nike размещала Кару на билбордах и снимала в рекламе во время беременности, чтобы продвигать образ «про-женского» бренда [1:14:04]. Фотографии её живота при этом часто ретушировались [1:14:04]. * **Приостановка выплат:** В июле 2010 года, за два месяца до родов, Кара обнаружила, что Nike прекратила выплаты по контракту [1:15:48]. Руководство компании заявило, что её состояние является «медицинским случаем», из-за которого она не может выступать, а значит — не должна получать деньги [1:16:01]. * **Ультиматум:** Директор Nike по спортивному маркетингу Джон Каприотти, по словам Кары, игнорировал её запросы. В итоге ей предложили 12-месячную «подвеску» (suspension) без оплаты [1:16:54]. Чтобы вернуть финансирование, Кара была вынуждена выйти на старт Бостонского марафона всего через 6,5 месяцев после родов, продолжая кормить грудью и тренируясь по 120 миль в неделю [1:17:57]. ## 🤫 «Тефлоновый» бренд: Роль руководства Nike [[JUMP:1:09:00]] Кара Гучер выразила разочарование по поводу того, что высшее руководство Nike, включая бывшего CEO Марка Паркера, знало о методах Салазара. * Паркер был в копии электронных писем, обсуждавших эксперименты с тестостероновым гелем и другими медицинскими манипуляциями [1:09:13]. * Несмотря на это, Nike удалось избежать серьезных санкций. Кара и Рич Ролл сошлись во мнении, что Nike — это «тефлоновый» бренд, чьи маркетинговые бюджеты позволяют перекрывать любой негатив [1:10:17]. По словам Кары, единственное, чего она хотела бы получить от компании — это признание ответственности за нездоровую среду, но она понимает, что «будет ждать этого долго» [5:57]. ## 🩺 Жизнь после спорта: Неврологический диагноз [[JUMP:1:30:51]] Завершение карьеры Кары было омрачено редким заболеванием — дистонией бегуна (Runner's Dystonia). Это неврологическое расстройство, при котором мозг посылает мышцам неверные сигналы во время бега [1:31:04]. * **Симптомы:** Потеря контроля над левой ногой, ощущение «скольжения» по льду босиком даже на сухом асфальте [1:32:10]. * **Опасность:** Кара вспоминает, как падала под колеса машин и теряла сознание на беговой дорожке [1:33:33]. * **Лечение:** Сейчас она вынуждена делать инъекции ботокса в мышцы ноги, чтобы «отключать» ошибочные сигналы мозга, и принимать препараты от болезни Паркинсона [1:36:39]. В настоящее время Кара Гучер работает комментатором на NBC и активно выступает за реформу системы SafeSport [1:01:45]. Она призывает молодых атлетов доверять своей интуиции: «Если что-то кажется неправильным — скорее всего, так оно и есть» [1:51:25].