В интервью для Vanity Fair Билли Айлиш и Финнеас подробно рассказали о процессе создания своей знаменитой композиции «What Was I Made For», завоевавшей премию «Оскар». Музыканты раскрыли технические секреты продакшена, эмоциональные трудности записи вокала и то, как песня для фильма «Барби» неожиданно стала для Билли глубоко личным манифестом. Этот текст позволяет заглянуть за кулисы их творческого дуэта и понять, как рождаются современные шедевры.
⏱️ Полчаса на шедевр и вызов для вокала 0:00
Билли Айлиш и Финнеас вспоминают, что «What Was I Made For» стала одной из самых быстро написанных песен в их карьере. Как только родились первая строчка и куплет, основная часть была готова всего за полчаса. Музыканты создавали её как заявку для создателей фильма — это один из четырёх случаев в их практике, когда они писали материал для своеобразного «прослушивания», имея на руках лишь грубую аудиозапись на диктофон. Тем не менее, этот трек вошел в тройку самых сложных для записи за всю жизнь Билли.
Сложность заключалась не в высоте нот, хотя песня находится в верхнем регистре певицы, а в самой подаче. По словам Билли Айлиш, она сознательно сдерживала голос, выбрав очень мягкое фальцетное звучание, хотя могла бы спеть мощно или использовать хоровой стиль. Ей хотелось передать ощущение «разбитого сердца», будто человек только что плакал и сразу начал петь. Такой подход требовал идеальной дикции и четкого произношения слов, чтобы текст оставался понятным слушателю.
🛠️ Борьба за идеальный дубль и перфекционизм 3:05
Билли Айлиш признается, что гордится результатом и считает эту работу одним из лучших вокальных исполнений в своей карьере. Однако Финнеас отмечает, что во время работы сестра была крайне строга к себе: после сведения вокала она уходила домой, а на следующий день возвращалась с требованием перезаписать конкретные строчки. Билли объясняет это тем, что раньше умела петь только одним способом, а теперь воспринимает свой голос как полноценный инструмент с множеством возможностей для игры.
Особым испытанием стала строчка «I don’t know how to feel». Вокальный пассаж (ран) в этой части давался тяжело, так как исполнялся головным регистром, тогда как Билли привычнее делать такие переходы в среднем чест-войсе (грудном регистре). Изначально второй припев планировалось спеть мощно (белтингом), но такой вариант разрушал нужную атмосферу. Певице пришлось перезаписывать этот фрагмент «миллион раз», и она испытывает облегчение от того, что этот этап позади.
🎶 Магия дабл-треков и физика звука 5:16
Финнеас восхищается способностью Билли Айлиш идеально записывать дабл-треки. Её манера исполнения имеет джазовые корни, из-за чего вокал то слегка отстает от бита, то спешит. Такую сложную ритмику трудно повторить точь-в-точь, однако Билли удается безупречно синхронизировать микроритмы, дыхание и даже вибрато в трех разных дублях одновременно. Финнеас подчеркивает, что принципиально никогда не использует для её вокала популярный плагин VocALign, выравнивающий аудиоволны, полагаясь на её естественное мастерство.
Продюсер описывает свое восприятие звука через физические категории. Для него идеальный продакшен — это сбалансированные весы, где каждый элемент имеет свой вес. По мнению Финнеаса, его главная задача — сохранять это равновесие, деликатно добавляя новые детали. В его представлении идеалом является сильный вокал и всего один безупречный инструмент на фоне (например, гитара или пианино), как у Боба Дилана, а роль продюсера заключается исключительно в усилении эмоциональности.
🧸 Игрушечные синтезаторы и скрытый рок 8:08
В процессе создания музыки Финнеас любит экспериментировать, вручая Билли случайные инструменты из студии. По его словам, из-за меньшего опыта работы за клавишными на сцене идеи Билли получаются менее теоретическими и более живыми. Так в песне появился желто-красный игрушечный синтезатор, напоминающий товары из Toys "R" Us. Продюсер пропустил его через плагин Sketch Cassette для создания состаренного, «грязного» звука кассеты.
Помимо этого, композиция наполнена множеством едва заметных деталей:
- Тихие эдлибы (вставки), о которых, как замечает Билли, её никто никогда не спрашивает в интервью, хотя именно они делают песню особенной.
- Эйфорический выкрик «Woo» на моменте со словами «taking a drive», обработанный овердрайвом, эквалайзером и реверберацией.
- Арпеджио на органе, вызывающее у авторов ностальгию по приставке Nintendo DS.
- Патчи меллотрона, напоминающие саундтрек к игре The Sims, и общая атмосфера, вдохновленная эстетикой Animal Crossing.
- Оглушительно громко записанные рок-гитары, которые Финнеас намеренно спрятал глубоко на задний план микса исключительно ради придания песне скрытой энергии.
🎭 Маска персонажа как терапия 12:50
Авторы изначально создавали трек строго от лица персонажа (куклы Барби), отражая её взгляд на мир. Однако спустя два дня после написания Билли Айлиш осознала, что песня полностью отражает её собственные чувства и жизнь. По её мнению, написание текста от лица вымышленного героя дает автору больше смелости: «Это отличный повод быть немного храбрее, чем если бы ты писала что-то автобиографичное». Собеседники шутят, что гораздо проще сказать: «Это песня про Барби», чем признаться в автобиографичных строчках вроде «Мне снова грустно, не говори моему парню».
Импульсом для работы стала встреча с режиссером Гретой Гервиг, которая показала музыкантам первые 40 минут чернового монтажа фильма. В тот момент сцена, где Марго Робби плачет в белой комнате, еще не содержала трогательного лайф-монтажа из семейных кадров съемочной группы. Гервиг объяснила музыкантам, что картине не хватает «сердечной песни Барби». Финнеас отмечает, что в домашней студии они не чувствовали давления индустрии, развлекаясь игрой в пиклбол и поеданием пончиков, а весь внешний шум шёл от «людей в дорогих костюмах» (руководителей лейблов). Способом борьбы с этим шумом для Билли стало полное игнорирование медиапространства (на её телефоне скопился 1461 пропущенный текст).
🎻 Финальный аккорд и принятие взросления 16:13
Песня была готова настолько рано, что композиторы фильма Марк Ронсон и Эндрю Уайатт начали использовать её мелодические ходы в оркестровом саундтреке картины. Позже Финнеас попросил прислать оркестровые дорожки (стемы), чтобы интегрировать их в финальный микс песни. Среди присланных струнных, рожков и синтезатора CS80 его любимым элементом стала восходящая арфа, звучащая на переходах.
Для Билли Айлиш трек «What Was I Made For» имеет сакральное значение. «Что бы ни случилось с этой песней, она всегда будет моей», — заявляет Билли Айлиш. В финале музыканты размышляют о неизбежности личностных кризисов при взрослении. Финнеас формулирует это как непрерывный процесс метаморфозы: «Взросление — это просто жизненный опыт, который продолжает накатывать на тебя, как волны на пляж, пока тебя не оботрет до гладкости».
