В интервью Дмитрию Гордону известный российский журналист и телеведущий Леонид Парфенов делится воспоминаниями о ключевых этапах своей карьеры, размышляет о природе советского застоя и его пережитках в XXI веке. Рассказывая об уникальном стиле своих документальных проектов, гость раскрывает неизвестные детали общения с масштабными фигурами эпохи — от Муслима Магомаева и Михаила Жванецкого до Александра Солженицына и Михаила Горбачева. В основе беседы лежит попытка осмыслить, как личная память и бытовые детали формируют подлинную историю страны.
🌲 От вологодской глуши до московских окраин: география и психофизика 0:17
Леонид Парфенов родился в Череповце Вологодской области. Несмотря на многолетнюю жизнь в столице, журналист регулярно, по несколько раз в год, посещает родные места, которые считает важнейшей точкой опоры для понимания России. По словам Леонида Парфенова, северная идентичность глубоко укоренена в его характере. Он убежден, что психофизика и типы реакций жителей Севера кардинально отличаются от ментальности населения южных регионов — например, Ростова, Краснодара или Киева.
Экономический ландшафт современной Вологодчины, по оценке гостя, крайне неоднороден:
- Череповец сохраняет высокий уровень жизни благодаря работе крупных градообразующих предприятий — металлургического гиганта «Северсталь» и химического холдинга «Фосагро».
- Древние города региона с тысячелетней историей, такие как Белозерск или Великий Устюг, во многом утратили смысл своего экономического существования.
Журналист проводит историческую параллель со своими предками из деревни Улама Череповецкого района. Его прапрадед владел четырьмя кузницами и скобяной лавкой, поднимая на ноги восьмерых детей без каких-либо государственных трансфертов и субсидий благодаря личной инициативе и предприимчивости. Современная провинциальная жизнь, напротив, характеризуется высокой степенью пассивности и утратой былой мобильности.
При этом, как отмечает Леонид Парфенов, провинциальный уклад сохраняется и на окраинах столицы. В старых спальных районах Москвы замена советских универсамов на современные супермаркеты и обилие автомобилей лишь маскируют неизменную бытовую повседневность хрущевок и брежневок, где жители продолжают выносить мусор в старых фланелевых халатах.
📺 Рождение фирменной интонации и критика «старостей» 4:59
Визитной карточкой документальных проектов Леонида Парфенова стала его уникальная авторская интонация. Сам создатель определяет ее как «письменный текст для устного произнесения». Журналист полностью контролирует весь цикл производства своих продуктов: он самостоятельно пишет тексты, правит их, занимается дизайном и версткой книг.
Оглядываясь на свой сорокалетний стаж в профессии, Леонид Парфенов подвергает жесткой критике каноны советской и современной российской государственной прессы. По его мнению, вещание официальных СМИ состоит не из новостей, а из «старостей» — застывших ритуальных формул, транслирующих официоз. Журналист вспоминает типичные штампы советского телевидения о «стальных конях на пашне» и историю своего коллеги из газеты «Гудок», который каждый год первого марта без единой правки публиковал один и тот же текст о подсыпке гальки в рельсовые стыки, чего никто из читателей и руководства даже не замечал.
Стремление уйти от мертвых речевых стандартов сформировало стиль программы «Намедни». Леонид Парфенов вспоминает, что самый первый выпуск проекта в 1990 году открывался подчеркнуто нестандартным для советского ТВ порядком слов:
«Впервые со времен правителя древних афин Перикла грек вновь возглавил город, равный целому государству», — так сообщалось о победе Гавриила Попова на выборах мэра Москвы.
🎵 Портреты эпохи: Муслим Магомаев и его «ла-ла-ла-лай» 9:00
В начале 1990-х годов Леонид Парфенов создал цикл «Портрет на фоне», посвященный ярким политическим и культурным символам времени. В отличие от традиционных комплиментарных передач, журналист стремился поместить каждого героя в широкий социокультурный контекст. Одним из знаковых стал фильм о Муслиме Магомаеве, отразивший эстетику 1960-х годов.
Съемки и трансляция проекта сопровождались неожиданным закулисным взаимодействием. Муслим Магомаев оказался чрезвычайно внимательным и требовательным зрителем. Леонид Парфенов с иронией вспоминает, как певец мог позвонить ему рано утром после эфира, чтобы указать на технические нюансы звукозаписи:
- Муслим Магомаев детально разбирал, как ленинградская студия использовала систему шумоподавления Dolby.
- Исполнитель сетовал на повторное наложение этого фильтра при подготовке мастер-копии в Москве, что приводило к потере низких частот.
В рамках программы журналист позволил себе мягкую иронию над спецификой советской эстрады, где высокохудожественная поэзия Роберта Рождественского или Евгения Евтушенко часто соседствовала с банальными вокализами вроде «ла-ла-ла-лай» в припевах шлягеров. Несмотря на это, Муслим Магомаев отнесся к автору с уважением и выступил его защитником на дружеском банкете, когда окружение певца пыталось обвинить Парфенова в излишней дерзости.
💼 Весь Жванецкий: живой классик и «Серебряное копытце» 14:49
В 1998 году Леонид Парфенов реализовал масштабный проект «Весь Жванецкий». Сложность задачи заключалась в том, что до этого момента Михаил Жванецкий практически не исполнял самостоятельно свои главные ранние хиты, написанные для Аркадия Райкина. Считалось, что эти тексты невозможно отделить от уникальной райкинской интонации. Парфенову удалось доказать, что с уходом советской эпохи сатира Жванецкого превратилась в самостоятельное академическое литературное наследие, способное звучать в авторском исполнении.
Журналист вспоминает первое впечатление от выступления сатирика в Ленинградском государственном университете в конце 1970-х годов. В период тотального идеологического контроля появление человека с потертыми листками из портфеля, читающего о «начальнике мясо-молочного цеха», производило эффект разорвавшейся бомбы.
Особый масштаб дарования Михаила Жванецкого Леонид Парфенов иллюстрирует случаем на дне рождения Владимира Познера. Поднявшись для импровизированного тоста, сатирик без всякой подготовки выдал гениальный текст. Журналист сравнивает эту вспышку остроумия со сказкой Бажова «Серебряное копытце», из-под которого сыплются самоцветы. Именно тогда прозвучала знаменитая метафора Жванецкого, емко описывающая специфику отечественной цивилизации:
- «Стоишь на месте, и наша страна всегда тебя догонит сзади».
✍️ Встречи с Солженицыным и битва за букву «Ё» 20:01
Важной вехой в документалистике Леонида Парфенова стали съемки фильма к 80-летию Александра Солженицына. Журналист встречался с писателем сначала в московском офисе его фонда, а затем в подмосковной резиденции Троице-Лыково. Солженицын произвел на съемочную группу впечатление человека «решенных вопросов», чей статус напоминал положение Льва Толстого в Ясной Поляне.
Вне рамок официального интервью писатель много рассуждал о судьбе русского языка и тяжелых потерях, которые словесность понесла из-за перехода на упрощенную советскую орфографию. Александр Солженицын последовательно выступал за возвращение старых языковых норм и жестко настаивал на обязательном употреблении буквы «Ё».
Чтобы вовлечь Леонида Парфенова в число своих единомышленников, писатель подготовил персональный, психологически точный аргумент. Он обратился к телеведущему с вопросом:
- «Ведь вам не должно быть приятно, что везде пишется Леня Парфенов?»
Этот аргумент, апеллирующий к правильному произношению собственного имени журналиста, заставил Парфенова оценить глубокую вовлеченность писателя в филологические детали.
☭ Наследие застоя и «гонка на лафетах» 23:51
Создание фильма о Леониде Брежневе потребовало от Леонида Парфенова исключительных физических усилий: из-за тяжелого перелома ноги ему приходилось стоять в кадре на одной конечности, опираясь на ассистента, в то время как костыли убирались на время дубля, а задний план впоследствии заменялся с помощью хромакея.
Анализируя феномен советской стабильности, Леонид Парфенов признается, что не ожидал столкнуться с проявлениями ментальности застоя в XXI веке. По его мнению, поразительная живучесть этой эпохи кроется в психологии людей, ориентированных на установку «так легче и проще жить». Гость считает глубокой ошибкой нежелание общества проводить «работу над ошибками» после распада СССР. Он подчеркивает, что в брежневский период страна фактически пропустила переход к постиндустриальной эпохе, продолжая экстенсивно наращивать выплавку чугуна и стали.
Сам Парфенов вырос в условиях стихийного бытового антикоммунизма Вологодской области, где любые официальные лозунги воспринимались населением с глубоким скепсисом и иронией. Атмосферу позднего застоя журналист описывает как абсолютное безвременье, когда казалось, что «воздух можно резать на куски».
Ситуация изменилась в январе 1982 года со смертью Михаила Суслова, положившей начало эпохе, которую в народном фольклоре окрестили «гонкой на лафетах». Парфенов наизусть воспроизводит официальный список Политбюро тех лет (Андропов, Гришин, Громыко, Кириленко, Мазуров, Подгорный, Полянский, Щербицкий и другие), подчеркивая, насколько несменяемой казалась эта властная вертикаль. Период стремительного ухода престарелых вождей породил устойчивый черный юмор. Журналист вспоминает популярный тогда анекдот про диктора Игоря Кириллова:
- «Товарищи, вы, конечно, будете смеяться, но Черненко тоже умер».
🕊️ Шанс Горбачева и философия проекта «Намедни» 30:25
Появление Михаила Горбачева на советском политическом олимпе Леонид Парфенов оценивает как «луч света в темном царстве». Журналист выражает глубокую личную благодарность первому президенту СССР за то, что тот предоставил стране исторический шанс и свободу, даже если сам в полной мере не осознавал всех последствий начатых реформ. В качестве переломного момента гость вспоминает выступление Горбачева в Ленинграде 15 мая 1985 года, когда живая, незапланированная реакция генсека в общении с толпой мгновенно разрушила многолетний лед партийного официоза.
Идея главного телевизионного проекта Леонида Парфенова «Намедни. Наша эра» зародилась еще во время его учебы на третьем курсе университета. Импульсом послушал юбилейный разворот американского журнала America, где ключевые события прошлых лет были представлены в виде хронологической мозаики.
Суть концепции Парфенова заключалась в объединении «быта и бытия». Внутри каждого выпуска на равных правах соседствовали глобальные политические потрясения и мелкие приметы повседневности:
- Ввод советских танков в Чехословакию и появление моды на мини-юбки.
- Обострение конфликта вокруг острова Даманский и специфика работы автоматов с газированной водой.
Леонид Парфенов категорически не согласен с трактовкой проекта «Намедни» как классического учебника истории. По его убеждению, официальные учебники всегда искажены политической конъюнктурой. Своей главной задачей он считает фиксацию «духа времени» через эмоциональную память поколений — звуки песен, шорох плащей «болонья» и те бытовые детали, которые заставляют зрителя заново пережить ушедшую эпоху.
