# Расследователь Микки Ауди о шоколаде: «Это пример современного рабства»

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=ldo0TqvPMeU
Канал: The Jordan Harbinger Show
Опубликовано: 30.11.2022

---

В новом выпуске подкаста «The Jordan Harbinger Show» ведущий Джордан Харбингер обсуждает теневую сторону шоколадной индустрии с датским журналистом-расследователем Микки Ауди. Гость рассказывает, как крупнейшие мировые бренды используют какао-бобы, добытые с применением рабского детского труда в Западной Африке. Материал подробно разбирает устройство цепочек поставок, корпоративный гринвошинг и юридические баталии вокруг этой глобальной гуманитарной проблемы.

## 🍫 Шоколад ценой в детство
[[JUMP:0:00]]

Ежегодно в мире потребляется около 3 миллионов тонн шоколада. Однако большая часть какао-бобов, необходимых для этого производства, выращивается детьми, находящимися в условиях, близких к рабским. Датский документалист Микки Ауди признается, что изначально был самым обычным потребителем. Примерно 15 лет назад в местном супермаркете он заметил, что из семи представленных шоколадных плиток только одна имела маркировку Fair Trade (Справедливая торговля). Это заставило его задуматься о происхождении остальных шести брендов.

В ходе последующих поисков Ауди наткнулся на статью в американском журнале Fortune, посвященную детскому рабству и торговле людьми в Западной Африке. Журналист связался с фотографом — автором этого материала, пригласил его к себе в Копенгаген, где тот несколько дней спал на его диване, после чего они вместе отправились в Кот-д’Ивуар. Увиденное на месте шокировало расследователя: огромное количество несовершеннолетних работало прямо у дорог на местных плантациях.

## 📦 Устройство глобального рынка какао
[[JUMP:2:18]]

Основными производителями сырья для шоколадной промышленности выступают две соседствующие западноафриканские страны: Кот-д’Ивуар обеспечивает около 40% мировых поставок, а Гана — еще 25%. Этот регион называют «поясом какао». При этом львиную долю собранного урожая скупают три крупнейших международных трейдера: американская семейная корпорация Cargill, швейцарская Barry Callebaut и сингапурская Olam.

Эти три гиганта фактически контролируют оптовый рынок сырья. В дальнейшем они перепродают какао-бобы или полуфабрикаты конечным производителям кондитерских изделий, среди которых:

* Nestle
* Mars
* Ferrero Rocher
* Mondelez

Таким образом, цепочка поставок выглядит относительно простой и понятной, однако на каждом ее этапе присутствуют посредники, забирающие свою долю прибыли.

## 🚸 Контрабанда людей и зачистка деревень
[[JUMP:3:12]]

Чтобы зафиксировать процесс трафика рабочей силы, Микки Ауди пришлось работать под прикрытием в Мали — крайне бедной стране, где активны джихадистские группировки. Передвигаться белокожему журналисту с открытой камерой в отдаленных районах было невозможно, поэтому он использовал скрытое оборудование. По словам Ауди, вывоз несовершеннолетних из Мали в Кот-д’Ивуар носит характер рутинного ежедневного процесса. Журналист лично наблюдал на автобусной остановке в южной части Мали, как торговцы людьми (трафикеры) открыто забирали детей в возрасте 6, 8 и 10 лет для отправки на плантации.

Подобная практика оборачивается демографическими катастрофами для местных общин. Джордан Харбингер привел в пример упомянутую в расследовании деревню, где из 430 жителей бесследно исчезло более 130 детей — то есть более 20% населения. Трафикеры караулят детей на деревенских рынках и уводят их, даже не ставя в известность родителей. Микки Ауди подчеркивает, что это явление представляет собой пример современного рабства. По его мнению, развитые страны (США и члены ЕС) бездействуют исключительно из-за равнодушия, так как у детей нет политического голоса и рычагов влияния.

## 💼 Корпоративное «незнание» и Протокол Харкина — Энгеля
[[JUMP:6:28]]

Корпорация Cargill присутствует в Кот-д’Ивуаре более 40 лет и имеет там тысячи сотрудников. Представители компании имеют полную информацию о географии плантаций и конкретных производителях. Микки Ауди утверждает, что заявления топ-менеджеров о неосведомленности являются ложью. По словам журналиста, если в 2008 году корпорации заявляли, что не знали о проблеме, то теперь они сменили риторику на «мы знаем и делаем всё возможное, чтобы это остановить», что, по мнению Ауди, не соответствует действительности.

Попытки урегулировать кризис на законодательном уровне предпринимались в США еще в 2001 году, когда был подписан Протокол Харкина — Энгеля (Harkin-Engel Protocol). Документ, инициированный членом Палаты представителей и сенатором, обязывал индустрию полностью искоренить детский труд на плантациях и ввести специальную маркировку для «чистого» шоколада. Однако, как отмечает ведущий, под давлением лоббистов сроки систематически переносились:

* Первоначальный дедлайн в 2005 году был сорван.
* Цели 2010 года также не были достигнуты.
* Позже индустрия снизила планку, пообещав сократить детский труд на 70% к 2020 году, но и это обязательство было провалено.

На сегодняшний день единого плана по маркировке шоколада, произведенного без использования рабского труда, так и не существует.

## 🚜 На плантациях Cocoa Life: 12-часовой рабочий день и пестициды
[[JUMP:20:01]]

После срыва общих программ крупные бренды перешли на индивидуальные проекты устойчивого развития. Например, компания Mondelez (базирующаяся в Чикаго и владеющая брендом Cadbury) запустила собственную программу под названием Cocoa Life. В январе текущего года Микки Ауди посетил плантации в Гане, сертифицированные по этой программе как «экологически и социально устойчивые». Журналист обнаружил, что они по-прежнему заполнены работающими детьми. В частности, он зафиксировал случай с 12-летней девочкой, которую удерживали на плантации против ее воли и которая больше всего мечтает ходить в школу.

Условия труда несовершеннолетних на африканских плантациях характеризуются следующими фактами:

* Рабочий день длится до 12 часов — с раннего утра до 6 часов вечера под палящим солнцем.
* Дети спят в изолированных деревянных хижинах прямо в полях, которые на ночь запираются надзирателями.
* Основные орудия труда — тяжелые мачете, которыми дети вскрывают крупные плоды какао размером с американский футбол.
* Дети регулярно (от 4 до 6 раз в год) распыляют токсичные химикаты и пестициды без масок и защитной одежды.

Микки Ауди отмечает, что используемые на этих фермах пестициды официально запрещены к продаже и применению на территории Европейского союза из-за их высокой токсичности.

## ⚠️ Смертельные риски расследования
[[JUMP:22:15]]

Сбор информации в данном секторе сопряжен с прямой угрозой для жизни, поскольку речь идет о многомиллиардном бизнесе. За несколько лет до первой поездки Ауди в Кот-д’Ивуар там бесследно исчез канадский журналист Ги-Андре Киффер (в транскрипте искажено как Джулиан Рекифа), расследовавший коррупцию в какао-индустрии; его тело так и не нашли.

Сам Микки Ауди неоднократно попадал в опасные ситуации:

* В Мали его группу заблокировали вооруженные местные ополченцы (милиция). По совету местного фиксера журналисту пришлось отдать боевикам всю имеющуюся наличную валюту под прицелом автоматов АК-47.
* В Кот-д’Ивуаре Ауди и его американский фотограф были арестованы местными властями. Их удалось освободить только благодаря прямому вмешательству посольства США в Абиджане — финансовой столице страны.

Ауди подтверждает, что многие районы выращивания какао полностью контролируются повстанцами и военизированными группировками. Там полностью отсутствует государственная власть и полиция, а лидеры боевиков находятся в доле с владельцами плантаций.

## 💰 Экономика нищеты: почему фермеры покупают рабов
[[JUMP:28:06]]

Микки Ауди призывает не демонизировать мелких африканских фермеров, указывая на системный характер проблемы. Большинство плантаций — это крошечные семейные хозяйства площадью от 4 до 6 акров (около 1,6–2,4 гектара). Закупочные цены на какао-бобы, устанавливаемые транснациональными корпорациями, находятся на экстремально низком уровне. В результате фермер просто не может позволить себе нанять оплачиваемых рабочих и вынужден покупать ребенка у трафикеров, выплачивая деньги посреднику, а не самому работнику.

Средний доход такой семьи в Гане или Кот-д’Ивуаре составляет около 1000 евро в год, на которые нужно прокормить жену и нескольких детей. При этом в Кот-д’Ивуаре реальные доходы крестьян бывают на 30% ниже, чем в Гане. В розничной цене готовой шоколадной плитки доля, доходящая до непосредственного фермера, составляет всего 6–7%. Один евро, выплаченный фермеру за килограмм какао-бобов, в конечном итоге превращается в 40 плиток шоколада, приносящих колоссальную маржу розничным сетям и корпорациям.

## ⚖️ Судебные баталии: два юриста против корпоративных гигантов
[[JUMP:36:42]]

Официальные представители экспортеров какао публично отрицают причастность к торговле людьми. Однако их поведение в судах в корне отличается от маркетинговых заявлений. Микки Ауди лично присутствовал на судебных заседаниях в США по искам бежавших с плантаций бывших детей-рабов. Адвокаты Nestle и Cargill доказывали судьям, что они являются «всего лишь кондитерскими компаниями», которые не владеют плантациями напрямую и не несут ответственности за методы найма рабочей силы на независимых фермах.

Джордан Харбингер, в прошлом практикующий юрист, обращает внимание на колоссальный дисбаланс сил в этих процессах. Interests пострадавших детей представляет адвокат Терри Косгроув (Terry Cosgrove), возглавляющий юридическую фирму всего из двух человек и работающий pro bono (бесплатно). Против него корпорации выставили крупнейшие американские юридические фирмы:

* Gibson Dunn (штат более 1200 адвокатов)
* Mayer Brown (более 1600 адвокатов)

По оценке Харбингера, юристы с почасовой ставкой в $1000 намеренно затягивают рассмотрение дел на десятилетия, используя финансовое превосходство для истощения ресурсов истцов.

## 🟢 Гринвошинг и фикция сертификации
[[JUMP:46:48]]

В ответ на обвинения бренды активно используют механизмы так называемого «зеленого камуфляжа» (гринвошинга). В течение двух лет Ауди запрашивал у компаний списки школ, которые те якобы построили в Африке для борьбы с детским трудом. Получив отказ, он отправился на поиски самостоятельно и обнаружил лишь бетонные коробки без крыш и полов. Местные строители подтвердили, что представители корпораций заложили первый фундамент, сделали фотографии для отчетов и буклетов, после чего исчезли.

Аналогичная ситуация складывается с независимыми аудиторами. Организация Source Trust заявляла, что способна отследить путь каждого мешка какао до конкретной фермы с помощью специальных кодов. Однако во время визита Ауди в их офис сотрудники не смогли по его просьбе верифицировать случайно выбранные мешки со склада. Проверки кооперативов, объединяющих до 1000 ферм, проводятся в лучшем случае раз в три года. Инспекторы физически осматривают менее 10% хозяйств, причем фермеры успевают увести детей с полей до начала проверки. В результате сертифицированное «экологичное» какао смешивается на складах с обычным.

## 🌍 Альтернатива для потребителя и новые законы ЕС
[[JUMP:56:08]]

В качестве практического решения для потребителей Микки Ауди рекомендует полностью отказаться от покупки шоколада без указания конкретного географического происхождения бобов. По его словам, если на плитке не указан регион, это со стопроцентной вероятностью сырье из Кот-д’Ивуара. Журналист советует покупать шоколад, произведенный в странах Южной и Центральной Америки — Эквадоре, Перу или Мексике. В этих регионах выращивание какао является частью многовековой культуры (восходящей к ацтекам и майя), а плантации не сталкиваются с системным кризисом детского рабства. Исторически в Африку какао было завезено колонизаторами только в середине XIX века исключительно как товарная культура.

Главным поводом для оптимизма эксперты называют недавнее решение Европейского союза о полном запрете импорта товаров, произведенных с использованием принудительного труда. Этот закон обяжет компании, поставляющие продукцию на рынок 27 стран ЕС, предоставлять юридически подтвержденную и прозрачную карту всей цепочки поставок. Несмотря на то, что механизмы контроля на уровне отдельных государств еще предстоит отладить, Микки Ауди считает этот шаг самым позитивным регуляторным сдвигом за последние 15 лет его работы.