Дискуссия между известным клиническим психологом Джорданом Питерсоном и писательницей Мэри Харрингтон посвящена глубинному переосмыслению женской идентичности сквозь призму мифологии, христианства и современного феминизма. Собеседники исследуют, почему классический «путь героя» традиционно ориентирован на мужчин и как современное общество, стремясь превратить женщину в вечного профессионала, разрушает социальную ткань и обрекает молодых матерей на изоляцию. В качестве альтернативы предлагается трехчастная модель женского жизненного пути, возвращающая ценность материнству и общественному служению.
🐉 Мифология «пути героя» и женская идентичность 0:00
Джордан Питерсон, опираясь на свой многолетний преподавательский опыт в Торонтском и Гарвардском университетах, отмечает, что в основе человеческой мотивации лежат фундаментальные мифы. Главным из них является миф о герое, который отправляется в опасное путешествие, побеждает дракона, добывает сокровище и разделяет его со своим сообществом. Однако, как указывает философ, в классической мифологии героями почти всегда выступают мужчины, из-за чего студентки на его лекциях часто задавались вопросом о месте женщины в этой структуре.
В христианской традиции, по мнению Питерсона, Христос выступает спасителем как для мужчин, так и для женщин, а история Его страстей представляет собой экстремальный вариант мифа о герое. На глубинном уровне западной культуры закрепилось представление, что путь искупления для женщины лежит через принятие героического модуса поведения перед лицом жизненных трудностей.
Тем не менее, Питерсон считает женскую мифологическую ориентацию многомерной и комплексной. Он выделяет несколько ключевых вариантов, существующих параллельно с классическим мужским мифом о герое:
-
Сюжет «Красавицы и Чудовища»: женщина находит мужчину, который изначально может казаться опасным и хищным, но имеет позитивную внутреннюю природу, и «укрощает» его. По словам Питерсона, эта история отражает стремление женщины найти сексуально привлекательного, но в то же время продуктивного, ответственного и полезного партнера, что он называет самой распространенной женской эротической фантазией.
-
Христианский образ единства: в отличие от индивидуального мужского героизма, христианство предлагает образ, где фундаментальной единицей идентичности выступает не одиночная женщина, а неразрывная пара «женщина и младенец».
👶 Разрушение сакрального союза: материнство в изоляции 2:02
Современное западное общество, как заявляет Джордан Питерсон, больше не считает священным союз матери и ребенка как базовый элемент женской идентичности. С этим феноменом Питерсон сталкивался лично, наблюдая за своей женой в период воспитания маленьких детей, и предполагает, что именно разрушение этого сакрального статуса заставляет женщин чувствовать себя изолированными.
Психолог приводит биологические аргументы, утверждая, что нервная система женщины эволюционно откалибрована не для ее личного счастья, а для совместного выживания и успеха пары «мать и младенец». Это выражается в следующих психологических особенностях женщин:
-
Повышенное дружелюбие (agreeableness): делает женщин более эмпатичными и ориентированными на людей, что необходимо для заботы о младенце, но одновременно повышает риск их эксплуатации со стороны мужчин с психопатическими чертами характера.
-
Высокий уровень негативных эмоций: функционирует как чувствительная система тревоги, позволяющая вовремя замечать угрозы для уязвимого ребенка, хотя это же свойство делает женщин предрасположенными к депрессии и тревожным расстройствам.
🏛️ Кризис социализации и британский опыт декрета 3:34
Мэри Харрингтон, комментируя собственный опыт одиночества при прогулках с детской коляской в небольшом британском городке, предлагает социально-экономическое объяснение этой проблеме. По ее словам, в Великобритании существует развитая система декретных отпусков: государством гарантированы 6 месяцев оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком, после чего женщина может взять еще 6 месяцев неоплачиваемого отпуска. Большинство британок используют этот год полностью.
Харрингтон противопоставляет эту ситуацию американской модели. Писательница утверждает, что в США примерно каждая третья мать вынуждена возвращаться к работе практически сразу после родов, что она открыто называет «варварством».
Причиной своего одиночества в провинции Харрингтон считает тотальную занятость сверстниц: в Великобритании около 75% женщин с зависимыми детьми официально трудоустроены. По ее мнению, этот феномен тесно связан с историческим развитием «феминизма свободы». Массовый уход женщин в сферу наемного труда привел к важным социальным последствиям:
-
Опустошение гражданского общества: Харрингтон отмечает, что уход женщин на оплачиваемую работу привел к постепенному вымыванию и ослаблению локальной социальной ткани.
-
Дефицит общения: молодые матери оказываются в изоляции, так как в дневное время в городах просто не с кем поговорить.
-
Кризис координации: возникает замкнутый порочный круг — женщины не хотят оставаться дома из-за отсутствия социального окружения, а окружение не формируется, так как все работают.
В результате, по наблюдениям Харрингтон, поддержание дееспособной социальной инфраструктуры в малых городах сегодня ложится исключительно на плечи пенсионеров и немногочисленных социально активных представителей поколения бэби-бумеров. Сама писательница признается, что в свое время смогла вернуться к нормальной жизни лишь благодаря интеграции в группы молодых матерей, организованные пожилыми женщинами при местных церквях.
🌟 Три лика женского пути: Дева, Мать и Матриарх 5:41
Мэри Харрингтон предлагает альтернативный взгляд на «путь героя» для женщин, который она подробно изложила в одном из своих эссе. Она утверждает, что женский героический цикл существует, но принципиально отличается от мужского и базируется на древнем архетипе Тройственной богини, включающем три фазы жизни женщины: Деву, Мать и Матриарха.
По мнению Харрингтон, эти три ипостаси сменяют друг друга и точно описывают биографический трек большинства обычных женщин:
- Дева (Maiden): период молодости (около 20 лет), характеризующийся свободой и «воинственным» аспектом. На этом этапе женщина полностью сфокусирована на амбициозных профессиональных проектах и карьере.
- Мать (Mother): наступает чаще всего после 30 лет. Харрингтон делится наблюдением, что даже самые успешные и высокопоставленные карьеристки, родив ребенка, резко теряют интерес к корпоративным дедлайнам и электронным таблицам. Жизнь переориентируется на дом и внутренний круг семьи.
- Матриарх (Matriarch): фаза, наступающая в возрасте 50–60 лет, когда дети вырастают и уезжают в университеты. Писательница сознательно избегает классического языческого термина «Старуха» (Crone), подчеркивая, что современные женщины этого возраста полны энергии, жизненных сил и богатых социальных связей.
В качестве примера Харрингтон приводит свой опыт прохождения обучения психотерапии в конце 2000-х — начале 2010-х годов. Она обнаружила, что огромную часть студентов составляли именно женщины в возрасте 50–60 лет, которые завершили активную фазу материнства и искали новые способы реализации.
По оценке гостьи, у многих современных женщин фактически складываются три последовательные карьеры: интенсивная профессиональная деятельность в 20 лет, частичная занятость в период от 30 до 50 лет и масштабная переквалификация после 50 лет. В этот зрелый период женщины массово уходят в психотерапию, религиозное служение, духовное консультирование или иную общественную деятельность.
🛑 Слепое пятно либерального феминизма 9:00
Основная проблема современной идеологии, по мнению Мэри Харрингтон, заключается в том, что либеральный феминизм делает ипостась Девы абсолютным и единственным эталоном. Женщинам транслируют установку, что их «путь героя» должен состоять исключительно из бесконечного пребывания в роли независимой карьеристки.
В рамках этого нарратива, как считает Харрингтон, другие важнейшие этапы женской жизни обесцениваются: материнство воспринимается в лучшем случае как досадная «проблема, требующая решения», а фигура Матриарха полностью игнорируется. В худшем случае, по словам писательницы, пожилых женщин, сохраняющих традиционные взгляды, подвергают публичному остракизму, объявляя их устаревшими элементами или подвергая нападкам со стороны радикальных активистов.
Собеседники сходятся во мнении, что такое отношение глубоко несправедливо. Харрингтон подчеркивает, что именно зрелые женщины-матриархи являются подлинным костяком локального социума и общественной взаимопомощи:
- Они бесплатно организуют детские и скаутские группы по средам просто из желания помочь обществу.
- Они бесплатно переквалифицируются в консультантов, чтобы оказывать психологическую помощь людям, пережившим травму.
- Они наливают некрепкий чай молодым, растерянным матерям, оказывая им неоценимую эмоциональную поддержку.
Поскольку либеральная доктрина полностью слепа к этому вкладу, Мэри Харрингтон настаивает на необходимости легитимизации более широкого, трехчастного понимания женского «пути героя», которое бы адекватно отражало реальную динамику и потребности женской жизни при рождении детей.
