# Как нейросети заменяют людей: исторический анализ Сергея Минаева Источник: https://www.youtube.com/watch?v=yK2DGAzEoLU Канал: МИНАЕВ LIVE Опубликовано: 21.12.2023 --- Разговоры об искусственном интеллекте ведутся уже более полувека, однако появление новейших нейросетей превратило теоретические дискуссии в острую социальную проблему. В специальном выпуске программы «Точка отсчета» на канале «МИНАЕВ LIVE» журналист и ведущий Сергей Минаев анализирует масштабные тектонические сдвиги на рынке труда, вызванные развитием технологий. Автор задается главным вопросом современности: действительно ли генеративные модели готовы полностью заменить человека, или человечество столкнулось с очередным витком промышленной революции, угрожающей стабильности общества. ## 🤖 Четвертая промышленная революция и корпоративная «эффективность» [[JUMP:02:52]] Новую волну технологического прогресса сегодня все чаще называют четвертой промышленной революцией. Ее фундамент был заложен около двадцати лет назад, когда экспоненциальный рост мощностей для обработки и хранения данных привел к формированию феномена Big Data. Получив доступ к огромным массивам информации о пользователях, алгоритмы научились строить точные прогнозы относительно человеческого поведения и привычек. Настоящий перелом, по словам ведущего, произошел с появлением генеративных моделей вроде ChatGPT, способных создавать принципиально новый контент — от текстов и музыки до изображений и полноценных видеороликов. Сегодня все крупнейшие технологические гиганты, включая Google, Microsoft, Amazon и Apple, инвестируют в сферу машинного обучения колоссальные средства. Согласно цитируемым Сергеем Минаевым прогнозам, к 2025 году суммарные мировые инвестиции в искусственный интеллект составят около 200 миллиардов долларов, причем половина этой суммы была вложена непосредственно после релиза ChatGPT. Экономический оптимизм корпораций подкрепляется оценками аналитиков, которые предполагают, что к 2030 году ИИ принесет в мировую экономику 15,5 триллиона долларов. Эта цифра превышает совокупный объем текущего производства таких индустриальных гигантов, как Китай и Индия. Однако за обещаниями скорого и светлого будущего скрывается иная реальность. Крупнейшие технологические компании начали масштабную оптимизацию штатов, фактически заменяя людей алгоритмами: * Компания Amazon сократила более 20 тысяч сотрудников, преимущественно из отделов кадров (HR), планируя полностью переложить их задачи на искусственный интеллект. * Корпорация Microsoft объявила об увольнении 10 тысяч рабочих мест, одновременно увеличивая финансовые вливания в машинное обучение. * Материнская компания Google (Alphabet) сократила около 12 тысяч человек. * Компания Meta (признана экстремистской и запрещена в РФ) сначала уволила 11 тысяч сотрудников, а затем ее глава Марк Цукерберг объявил 2023 год «годом эффективности», сократив еще 10 тысяч специалистов. Сергей Минаев напоминает о примечательной исторической иронии. В 2014 году Марк Цукерберг в своей колонке для Washington Post провозгласил переход к «экономике знаний» и запустил знаменитый мем «Learn to code» («Учитесь программировать»), предлагая уволенным шахтерам и мигрантам переквалифицироваться в IT-специалистов. В 2019 году с аналогичным призывом к рабочим закрытых угольных шахт в Нью-Гэмпшире обратился и президент США Джо байден. Государственные программы переобучения, как отмечает ведущий, полностью провалились: наплыва программистов из рабочей среды не случилось, а люди были вынуждены перейти на еще более низкооплачиваемые должности или остались без средств к существованию. Сегодня же под угрозой сокращения оказались те самые программисты и офисные сотрудники, к чьей сфере деятельности призывали примкнуть рабочих. ## ⚙️ Уроки истории: от восстания луддитов до «тягловой лошади» Леонтьева [[JUMP:09:31]] Сергей Минаев подчеркивает, что развитие любой технологии не происходит само по себе — это всегда осознанный экономический, социальный и политический выбор правящих элит и бизнеса. Страх человека перед автоматизацией уходит корнями в самое начало индустриализации. В качестве примера ведущий приводит движение луддитов в английской текстильной промышленности в период с 1811 по 1816 год. Вопреки расхожему мифу о том, что луддиты были слепыми противниками прогресса, многие из них имели высокую квалификацию и умели работать на новых станках. Однако из-за затяжного экономического кризиса, роста безработицы и удорожания продовольствия люди оказались на граника выживания. 11 марта 1811 года в Ноттингеме правительственные войска разогнали мирную демонстрацию рабочих, требовавших рабочих мест и достойной оплаты труда. В ответ на насилие текстильщики начали массово уничтожать станки. Власть отреагировала жестко: на фабрики были направлены тысячи солдат, а британский парламент принял закон, каравший за разрушение машин смертной казнью через повешение. Единственное, чего безуспешно пытались добиться луддиты, — это организация обучения работе на новом оборудовании и установление справедливых тарифов оплаты. Динамика изменения взглядов академического сообщества на автоматизацию также показательна. Сергей Минаев цитирует экономиста Давида Рикардо: 1. В 1819 году, выступая в палате общин, Рикардо утверждал, что новые технологии неизбежно повысят уровень жизни рабочих и не снизят спрос на человеческий труд. 2. Всего два года спустя, в 1821 году, экономист радикально изменил мнение, зафиксировав, что если бы машины могли выполнять всю работу, то спрос на реальных рабочих исчез бы вовсе. В середине XIX века редактор влиятельной американской газеты New York Tribune Хорас Грили после посещения Всемирной выставки в Лондоне восторженно писал, что строгальная машина превосходно заменяет 200 человек, требуя оплаты труда лишь трех-четырех операторов, а швейная машина экономит издержки на сорок швей. В XX веке этот страх перед поглощением человека машиной стал сквозным сюжетом массовой культуры. В 1920 году чешский писатель Карел Чапек в пьесе «R.U.R.» впервые ввел в оборот слово «робот», описав их восстание против создателей. Год спустя газета New York Times опубликовала пугающую рецензию на книгу Роберта Остина Фримана с говорящей иллюстрацией, где человека затягивало в гигантскую промышленную мясорубку. В 1930-е годы экономист Джон Мейнард Кейнс официально ввел в научный оборот термин «технологическая безработица». Суть теории Кейнса сводилась к тому, что человечество научилось экономить на издержках труда гораздо быстрее, чем находить уволенным людям новые сферы применения. К 1980-м годам западные корпорации практически полностью отказались от сотрудников без высшего образования в промышленном производстве, заменив ручной труд автоматизированными линиями и алгоритмами. Наиболее емко этот процесс, по мнению Сергея Минаева, описал советский эмигрант, лауреат Нобелевской премии по экономике Василий Леонтьев. Он констатировал, что в условиях технического прогресса человека-работника ждет ровно та же судьба, которая постигла тягловую лошадь после изобретения трактора, — она просто стала не нужна. ## 📦 Реальность за фасадом обещаний: роботы Amazon и дешевый труд [[JUMP:16:22]] Современные корпорации продолжают щедро раздавать обещания, которые далеко не всегда соотносятся с реальностью. В 2015 году руководитель подразделения беспилотных автомобилей Google уверял общественность, что его сыну уже не придется получать водительские права. В 2019 году Илон Маск заявлял, что в течение года на дорогах США появится миллион беспилотных такси. Ни один из этих прогнозов так и не сбылся в полной мере, а сам Маск позже признал, что недооценил значимость и гибкость живого человеческого труда. Классическим примером трансформации рабочих процессов под воздействием автоматизации служат логистические центры Amazon. Если десять лет назад автоматизация помогала сотрудникам быстрее перемещаться по огромным складам, то сегодня ситуация изменилась кардинально. Более 200 тысяч роботов-укладчиков и сортировщиков полностью выполняют динамическую работу, в то время как люди зафиксированы на одном месте, выполняя монотонные операции по финальной сборке или отладке. Параллельно с этим Amazon внедрил системы мониторинга на базе больших данных, которые поминутно отслеживают активность персонала, длительность перерывов и перекуров. Сами увольнения за несоответствие жестким алгоритмическим нормативам нередко выписываются автоматически, хотя менеджмент компании этот факт официально оспаривает. Подобные тенденции заставляют социологов и экономистов всерьез обсуждать неизбежность введения безусловного базового дохода (минимального оклада). В мире стремительно формируется класс людей, которые физически не могут быть востребованы на рынке неквалифицированного труда, поскольку роботы обходятся бизнесу дешевле. Характерна реакция топ-менеджмента на общественное недовольство. В марте генеральный директор IBM Арвинд Кришна в интервью Bloomberg заявил о приостановке найма на должности, которые в ближайшие годы заменит ИИ. После волны критики он поспешил объявить, что его слова вырвали из контекста, и добавил, что ИИ создаст больше рабочих мест, чем ликвидирует. Сергей Минаев подвергает этот тезис жесткому сомнению: если низкооплачиваемая рутинная работа передается машинам ради сокращения издержек, то механизмы создания сопоставимого количества новых вакансий для уволенных людей остаются абсолютно неясными. Пандемия COVID-19 лишь ускорила этот циничный процесс. Стремясь застраховать себя от простоев из-за болезней персонала, бизнес начал массово внедрять робототехнику: * Британские фермеры заменили сезонных рабочих на полях сельскохозяйственными роботами. * Американские ресторанные сети переложили операции по обжарке картофеля фри и приему заказов на автоматизированные терминалы. * В индустрии колл-центров ИИ стал жестко контролировать операторов, анализируя их речь на предмет эмпатии и рекомендуя снижать зарплату при падении метрик. Кроме того, Сергей Минаев срывает покров технологического «волшебства» с современных генеративных моделей. Обучение ChatGPT и других нейросетей от OpenAI (где главным инвестором выступает Microsoft) опирается на классическую схему эксплуатации слаборазвитых стран. С ноября 2021 по февраль 2022 года через аутсорсинговую компанию Sama десятки тысяч жителей Кении, Уганды и Индии вручную отсматривали и фильтровали гигантские массивы токсичного контента, включая описания насилия и жестокости, получая за этот изнурительный труд всего 1,5 доллара в час [27:53 - 28:18]. Без этой дешевой человеческой рабочей силы существование «высокотехнологичного» ИИ было бы невозможным. Параллельно технологии активно берутся на вооружение государственными машинами для контроля над гражданами. Так, по разным данным, правительство Китая ежегодно тратит около 6,5 миллиарда долларов на системы ИИ для тотального мониторинга, онлайн-цензуры и функционирования национальной системы социального кредита [28:44 - 29:10]. ## 🎨 Ловушка для креативного класса: конец цифровой безопасности [[JUMP:30:02]] Еще несколько лет назад доминировал оптимистичный сценарий, согласно которому автоматизация угрожает исключительно предсказуемому физическому или рутинному интеллектуальному труду. Считалось, что люди творческих профессий, журналисты, учителя и специалисты, чья деятельность завязана на сложном человеческом взаимодействии, находятся в полной безопасности. В 2018 году доклад Международного валютного фонда (МВФ) открывался ироничной цитатой американского ученого Уоррена Бенниса о том, что на фабриках будущего будут работать лишь человек и собака: человек — чтобы кормить собаку, а собака — чтобы не подпускать человека к сложной технике. МВФ прогнозировал, что доходы высококлассных профессионалов благодаря ИИ вырастут на 150%, в то время как заработок низкоквалифицированных слоев упадет наполовину. Выход на рынок ChatGPT полностью перевернул эти представления. Выяснилось, что умственную и креативную работу среднего уровня машина способна забирать гораздо эффективнее и быстрее, поскольку для этого не требуется создавать дорогостоящих роботов, имитирующих человеческую ловкость и моторику. Под ударом оказался именно креативный класс. Нейросети уже собирают и анализируют информацию на уровне профессиональных репортеров. Крупнейшие мировые медиахолдинги используют алгоритмы для генерации новостных лент, так как человек физически не способен выдавать тысячи заметок в сутки. Результатом стали массовые увольнения: * Американский развлекательный портал BuzzFeed сократил 12% штата, полностью заменив уволенных авторов инструментами от OpenAI. * Глава авторитетного немецкого издательского дома Axel Springer объявил о грядущих сокращениях, признав, что ИИ без труда заменяет выпускающих редакторов, корректоров и фоторедакторов. * Популярный медиапроект Vice, оценивавшийся пять лет назад в 5 миллиардов долларов, летом оказался на грани банкротства, поскольку генеративные модели создают развлекательный контент быстрее и дешевле. * Всего за первые шесть месяцев года американские новостные редакции суммарно сократили более 17 тысяч сотрудников. Аналогичный процесс идет в блогосфере. Бренды все чаще отказываются от сотрудничества с капризными живыми инфлюенсерами в пользу виртуальных аватаров. Например, цифровая модель Лил Микела имеет более 3 миллионов подписчиков, выпускает треки и снимается в кампаниях ведущих модных домов, а в 2018 году журнал Time включил нарисованного персонажа в список самых влиятельных людей интернета [35:10 - 35:39]. Китайский гигант Huawei пошел еще дальше, представив виртуального сотрудника по имени Юнжинь (Юнна), которая способна самостоятельно вести социальные сети и общаться с аудиторией без участия человека. Для корпораций это идеальный инструмент: цифровой блогер доступен 24/7, мгновенно вносит любые правки, знает все языки мира и застрахован от репутационных скандалов, связанных с алкоголем или вождением автомобиля [36:42 - 37:22]. Музыкальная индустрия также содрогнулась, когда весной трек «Heart on My Sleeve», полностью сгенерированный ИИ с использованием неотличимых цифровых голосов рэперов Дрейка и The Weeknd, набрал миллионы прослушиваний, прежде чем юристы звукозаписывающих лейблов добились его удаления. ## 🎬 Голливуд на баррикадах и экзистенциальный выбор OpenAI [[JUMP:38:17]] Единственной индустрией, сумевшей дать организованный отпор экспансии машин, стал Голливуд. С мая по сентябрь длилась беспрецедентная забастовка, в которой объединились более 11 тысяч авторов из Гильдии сценаристов США и около 150 тысяч членов профсоюза киноактеров [38:17 - 38:33]. Это были первые совместные протесты двух гильдий с 1960 года. Топовые звезды уровня Мэрил Стрип и Дженнифер Лоуренс подписали открытые письма, требуя защитить их права от несанкционированного использования цифровых копий их внешности и голосов стриминговыми платформами. Сценаристы, в свою очередь, протестовали против попыток студий низвести их до роли дешевых редакторов текстов, первично написанных нейросетями за копейки. В разгар забастовки, парализовавшей кинопроизводство, стриминговый гигант Netflix демонстрировал откровенное пренебрежение к требованиям бастующих. Компания выпустила серию «Черного зеркала» о цифровых двойниках актеров и испанское реалити-шоу «Deep Fake Love», где сюжет и реплики персонажей создавались искусственным интеллектом [40:32 - 40:58]. Более того, на пике протестов Netflix открыл вакансию менеджера по продуктам машинного обучения с фантастическим окладом до 900 тысяч долларов в год, притом что 87% реальных американских актеров зарабатывают менее 26 тысяч долларов в год [41:12 - 41:28]. Глава корпорации Disney Боб Айгер публично назвал требования сценаристов нереалистичными и подчеркнул, что его компания продолжит внедрять ИИ ради повышения эффективности. В то же время культовый режиссер Кристофер Нолан поддержал бастующих, напрямую сравнив безответственное развитие технологий искусственного интеллекта с созданием атомной бомбы в эпоху Роберта Оппенгеймера. Спустя 148 дней жесткого противостояния Гильдия сценаристов все же добилась победы, зафиксировав в новых контрактах жесткие барьеры, гарантирующие, что ИИ останется лишь вспомогательным инструментом под контролем живого автора. В финале выпуска Сергей Минаев обращается к недавней громкой драме внутри самой компании OpenAI. Внезапное увольнение советом директоров основателя Сэма Альтмана, его мгновенный переход в Microsoft и последующее триумфальное возвращение обнажили глубокий раскол среди создателей технологии [43:42 - 44:10]. В прессу просочились данные, что накануне увольнения Альтмана исследователи компании направили совету директоров секретное письмо, предупреждающее о фундаментальном научном открытии, которое потенциально несет прямую угрозу существованию человеческой цивилизации [44:10 - 45:02]. Сам Сэм Альтман на одной из конференций задал экзистенциальный вопрос, достойный научно-фантастического хоррора: «Мы создали инструмент или мы создали живое существо?». Подводя итог, ведущий приводит пророческие слова музыканта Дэвида Боуи, сказанные им в далеком 1999 году на заре интернет-бума. Боуи утверждал, что человечество не видит даже верхушки айсберга, а потенциал новой технологии невообразим и способен принести обществу как колоссальное благо, так и небывалый вред. Человечество, констатирует Сергей Минаев, сегодня вновь стоит на пороге чего-то одновременно волнующего и ужасающего.