«Я наносил ей удары, четко понимая — главное не задеть важные органы», — так экс-министр экономики Казахстана Куандык Бишимбаев описывал в суде восемь часов истязаний своей жены Салтанат Нукеновой. Эта история о превращении харизматичного политика в жестокого тирана стала катализатором общенационального взрыва и заставила целую страну криминализовать домашнее насилие.
🎥 Улики в телефоне и «Золотой мальчик» политики 25:08
12 видеозаписей: хроника истязаний и абсурдная защита 25:37
Спустя шесть месяцев после гибели Султанат, 23 апреля 2024 года, зал суда содрогнулся от звуков, зафиксированных на мобильный телефон Куандыка Бишимбаева. В его смартфоне было обнаружено 12 видеозаписей, сделанных в ночь убийства. Хотя сами кадры из-за их графичности не были представлены широкой публике, аудиозаписи прозвучали в суде. На них запечатлён момент, когда Айтбек (Aitbek), старший брат Султанат, впервые слышит и видит то, что происходило с его сестрой в те роковые часы .
На видео Султанат, избитая до неузнаваемости, вынуждена сидеть на унитазе в одной лишь черной куртке, пока муж хватает её за волосы и кричит, требуя признаний . Голос Бишимбаева на записях звучит властно и четко — «типичный голос политика», — в то время как голос Султанат едва слышен и полон смирения . Он заставлял её искать телефон, ползая на коленях, и отказывал в элементарной просьбе воспользоваться туалетом . Основной целью истязаний было выбить из неё признание в измене с неким Раимбеком Баталовым. Султанат, находясь в состоянии крайнего истощения, соглашалась на любые обвинения, лишь бы прекратить боль .
Цинизм Бишимбаева проявился и в суде, когда на вопрос о происхождении этих видео он выдвинул версию о «дипфейках». Экс-министр утверждал, что его телефон был взломан, а голос и видео сфабрикованы политическими оппонентами, чтобы подставить его . Однако следствие подтвердило подлинность записей: пока Султанат умирала в соседней комнате, Бишимбаев продолжал переписываться по работе, встречаться с другими женщинами и звонить своей ясновидящей вместо скорой помощи .
Султанат Нукенова: путь к успеху и « screenshot неба» 31:51
Стефани Су (Stephanie Soo) подчеркивает, что Султанат была не просто «женой министра», а яркой и самостоятельной личностью. До встречи с будущим убийцей она была одним из самых востребованных астрологов в Казахстане. Айтбек вспоминает, как поначалу скептически относился к увлечению сестры, считая астрологию «ерундой», пока предсказания Султанат не начали сбываться с пугающей точностью . Она называла натальные карты «скриншотами неба в момент рождения» и могла часами готовиться к одной консультации, помня данные своих клиентов наизусть даже спустя годы [33:26, 34:20].
Семья Нукеновых была обеспеченной и уважаемой, но их богатство было результатом честного бизнеса, а не политических интриг. Дед Султанат воспитал десять детей, каждый из которых добился успеха . Сама Султанат получила образование в Великобритании и, вернувшись в Казахстан, превратила свое хобби в карьеру. Интересно, что со временем она ввела строгое правило: принимать только женщин . Это решение было продиктовано неприятным опытом общения с клиентами-мужчинами, которые воспринимали консультации как повод для свиданий. В одном из таких случаев, когда мужчина обвинил её в том, что феминизм означает «любовь к девушкам», Султанат и Айтбек долго смеялись над этим абсурдным заявлением во время семейного ужина .
«Сталкер Пушкин» и начало конца 40:40
Отношения с Бишимбаевым начались со лжи. Увидев Султанат в соцсетях, Куандык пытался записаться на прием, но получил отказ из-за своего пола. Тогда он использовал общую знакомую, которая обманом привела Султанат на встречу . Несмотря на 12-летнюю разницу в возрасте, Бишимбаев казался Султанат интеллектуально стимулирующим партнером. Он был «золотым мальчиком» казахстанской политики: в 15 лет окончил школу, получил степень MBA в Университете Джорджа Вашингтона в США и был помощником первого президента Казахстана [43:26, 44:05].
Их брак, заключенный в декабре 2022 года, не был зарегистрирован официально, но Султанат поначалу казалась счастливой, называя его в соцсетях «самым золотым мужем» . Однако Айтбек отмечает, что тревожные звонки появились почти сразу. Он в шутку называл Бишимбаева «сталкером Пушкиным» за его манеру писать длинные, навязчивые любовные поэмы, которые на самом деле были формой контроля . Еще более странным было то, что уже через несколько недель знакомства Бишимбаев начал полностью копировать мимику, жесты и речевые обороты Султанат, что выглядело неестественно и пугающе .
Первый серьезный акт физического насилия стал известен семье за восемь месяцев до трагедии. В марте 2023 года Айтбек получил от сестры фотографию с двумя ужасающими черными синяками под глазами и лаконичным сообщением: «Ни о чем не спрашивай, я объясню позже» . В тот вечер Бишимбаев пригласил брата Султанат «поговорить как мужчины», пытаясь замять инцидент, который стал лишь прелюдией к последующим восьми часам истязаний.
🚩 Тень тирана: «Обезьяна с гранатой» и первый побег 50:12
За внешним лоском успешного политика Бишимбаева всегда скрывалась натура, которую коллеги описывали не иначе как «тираническую». По словам Стефани Су (Stephanie Soo), те, кто работал с ним, вспоминали его как агрессивного и крайне волатильного руководителя . Однако Бишимбаев виртуозно владел искусством мимикрии: он подстраивался под язык тела собеседника, заставляя людей подсознательно доверять себе. Когда Айтбек (Aitbek) пытался предупредить сестру о дурной славе её избранника, Салтанат отвечала, что уже обсуждала это с мужем. Тот убедил её, что его былая агрессия — лишь следствие колоссального давления, под которым он находился, будучи совсем молодым министром .
Даже криминальное прошлое Бишимбаев сумел превратить в историю о политическом мученичестве. Его осуждение за взятку в 2 миллиона долларов в 2017 году он преподносил Салтанат и её семье как «подставу» со стороны оппонентов . То, что он отсидел всего два года из десяти и получил президентское помилование, служило для него «доказательством» его невиновности. Вскоре после начала отношений Салтанат ушла с работы. Хотя она объясняла это желанием заняться семьей, Айтбек (Aitbek) запомнил, как Бишимбаев презрительно называл её страсть к астрологии «глупой девичьей наукой», при этом сам постоянно консультировался с личной гадалкой по вопросам управления экономикой страны .
Конфликт из-за флакона духов и перевёрнутый стол 53:16
Первый серьёзный тревожный сигнал прозвучал в канун Нового 2023 года, всего через несколько недель после свадьбы. В Казахстане Новый год — главный семейный праздник, сопровождающийся масштабным обменом подарками . Айтбек (Aitbek) приехал в квартиру новобрачных и застал сестру в состоянии крайнего стресса: она панически переживала, правильно ли накрыт стол, словно от этого зависела её жизнь.
Ситуация накалилась, когда в гости без приглашения зашёл дальний родственник Бишимбаева с женой. Чтобы не казаться невежливой, Салтанат быстро нашла подарок для нежданной гостьи — нераспечатанный флакон духов, который ранее ей подарил муж . Увидев это, «лицо политика» Бишимбаева мгновенно исчезло. Он побагровел от ярости. Для него это не было мелкой оплошностью — он воспринял передаривание как личное оскорбление и предательство.
Знакомые описывали Бишимбаева в гневе как «обезьяну с гранатой»: непредсказуемого, неуправляемого и опасного . На глазах у детей, родителей и брата он начал орать на Салтанат:
Когда отец попытался вмешаться, Бишимбаев сорвался и на него, заявив, что тот всю жизнь «рушил его судьбу». Праздник был окончательно испорчен. Позже Салтанат рассказала брату, что за пять минут до полуночи муж ушёл из дома, а когда вернулся и увидел, что дети уже открыли подарки без него, он буквально перевернул обеденный стол со всей посудой и едой, которую Салтанат так старательно готовила . Айтбек (Aitbek) тогда счёл это поведением «избалованного ребенка», не осознавая, что это были первые признаки системного насилия .
«Торнадо» в элитном жилом комплексе 1:03:35
В марте 2023 года, спустя три месяца после «инцидента с духами», Айтбек (Aitbek) получил то самое фото сестры с двумя огромными синяками под глазами. В ярости он помчался к ней домой. Его встретил Бишимбаев, чей вид был «раздражающе спокойным» . Он делал вид, что не знает, где находится его жена, хотя локация её телефона показывала, что она в здании.
Спокойствие тирана испарилось только тогда, когда Айтбек (Aitbek) позвонил матери Бишимбаева и прямо назвал её сына преступником. Для Куандыка существовало лишь две вещи, которые имели значение: общественное мнение и мнение его матери . Между мужчинами завязалась жестокая драка, которую очевидцы сравнили с «торнадо»: они крушили мебель, выбивали стеклянные двери и швыряли друг друга о стены .
Вырвавшись, Айтбек (Aitbek) начал обыскивать здание. Он знал, что мать Бишимбаева живет двумя этажами ниже. В элитном ЖК с мощной звукоизоляцией криков не было слышно, но брат чувствовал, что сестра где-то рядом . Он буквально выломал ручку двери в квартиру матери и увидел Салтанат.
Исчезновение «Девочки в оранжевом комбинезоне» 1:06:47
Салтанат, которую знали близкие, всегда была воплощением жизни. В детстве она обожала ярко-оранжевый комбинезон из шумного шуршащего материала и такие же рыжие челки — ей было плевать, что над ней смеются, она была независимой и упрямой . В семье Нукеновых детей учили: «Ты сам принимаешь решения и сам несешь за них ответственность» . Именно эта философия — «я всё исправлю сама» — в итоге стала для неё ловушкой.
Стоя в дверях квартиры свекрови, Салтанат выглядела тенью самой себя. Её взгляд был пустым, плечи опущены . Синяки на лице уже начали желтеть — оказалось, фото, которое она прислала брату, было сделано неделю назад. Несмотря на мольбы брата уйти прямо сейчас, Салтанат отказалась:
«Пожалуйста, не вмешивайся. Я не уйду. Это моя жизнь, мой брак, и я смогу его спасти» .
Её преданность подпитывалась моделью отношений родителей. Её отец когда-то провел три года в тюрьме за участие в протестах, и мать верно ждала его всё это время . Салтанат верила, что любовь — это когда ты не сдаешься, даже в самые темные времена .
Однако была и другая, более мрачная причина её нерешительности. Бишимбаев знал, что она отправила брату фото побоев. В отместку он заставил её сняться обнаженной в унизительных видео, которыми впоследствии шантажировал её, обещая разрушить её репутацию, если она уйдет . С марта по ноябрь 2023 года Салтанат уходила от него восемь раз, но каждый раз он находил способ затащить её обратно, используя манипуляции и обещания измениться .
🌑 Глава 5: Последнее письмо и война за репутацию 1:40:34
Пророческое письмо и «дружеский» арест 1:40:34
За месяц до трагедии у Салтанат произошло кровоизлияние в мозг (субдуральная гематома), что само по себе является опасным для жизни состоянием . Именно в тот период, около 10 октября, она написала Айтбеку и Бишимбаеву письмо, которое надеялась сделать последним. В нем Салтанат говорила об окончательном уходе, упоминая измену мужа (использованные презервативы в туалете и следы косметики на их постели) и постоянное психологическое давление . Она писала, что Бишимбаев предпочитает верить «видениям» своей ясновидящей и словам матери, а не собственной жене . В ответ на это эмоциональное признание Бишимбаев позже заявит в суде, что Салтанат просто «забила себе голову книгами о нарциссизме» .
Сам момент ареста экс-министра 9 ноября 2023 года стал отдельным скандалом. На кадрах с нагрудных камер полицейских видно, как сотрудники почти сразу снимают с него наручники . На видео запечатлено, как офицеры стоят и курят с ним под луной, словно со старым приятелем, а один из них даже сочувственно предполагает, что жена, вероятно, «сама его спровоцировала» или «пилила» .
Кошмар Айтбека: звонок, который изменил всё 1:43:57
Айтбек узнал о трагедии случайно. Он болел гриппом и собирался ужинать, когда ему позвонила общая знакомая в состоянии истерики . Она кричала в трубку, спрашивая, правда ли то, что пишут в WhatsApp. В мессенджерах уже распространялась утечка из полиции о том, что в ресторане BAU в ходе драки погибла женщина . Когда Айтбек позвонил в диспетчерскую службу, его прервали на полуслове и сказали: «Езжайте в ресторан, нам очень жаль» .
До последнего момента семья надеялась, что Салтанат просто ранена. Отец Айтбека велел ему срочно забирать сестру и везти в больницу . Приехав на место, Айтбек пытался прорваться внутрь, но полицейские остановили его. Когда он закричал, что он её брат, офицеры замолчали и просто повторили: «Приносим соболезнования» . Самым тяжелым моментом стал звонок родителям. Айтбек вспоминает, что когда он подтвердил отцу гибель сестры, он услышал на заднем фоне душераздирающий крик матери . Той ночью, вернувшись домой, он чувствовал, будто матрас «пожирает его заживо», а мир вокруг просто распадается на части .
Осада квартиры и гнилое мясо 1:47:58
Сразу после смерти Салтанат её близкие столкнулись с открытой агрессией со стороны семьи Бишимбаева. Когда Айтбек и подруги Салтанат пришли за её вещами, сестра Бишимбаева устроила безобразную сцену. Она швыряла одежду погибшей на пол, выкрикивая, что её брат всё это оплатил, и угрожала подбросить в квартиру наркотики, чтобы обвинить Салтанат в зависимости .
Мать Бишимбаева постоянно жаловалась на свое высокое давление, игнорируя тот факт, что родители Салтанат в этот момент находились в больнице с сердечными приступами . Кульминацией этого визита стал инцидент на кухне. Мать экс-министра достала из кастрюли кусок гнилого мяса (еда простояла в опечатанной квартире несколько недель) и ткнула им в лицо Айтбеку со словами: «Посмотри, какой хозяйкой была твоя сестра!» . На выходе сестра Бишимбаева кричала им вслед: «Вы никогда не докажете, что он её убил! Она сама себя била о стены!» .
Грязная игра: педофилия и голос второй жены 1:53:53
Семья Бишимбаевых задействовала все ресурсы — связи и деньги — для полномасштабной кампании по очернению жертвы и её брата. В прессе начали появляться сфабрикованные статьи, в которых Айтбека обвиняли в педофилии по отношению к 10-летней дочери Бишимбаева . Айтбек признается, что в тот момент он просто рассмеялся от абсурдности и низости этого обвинения .
Однако эту ложь внезапно пресекла Назым — вторая жена Бишимбаева и мать той самой девочки. Она публично выступила в Instagram, заявив, что это «демоническое шоу» и попытка бросить её ребенка в топку ради спасения убийцы . Назым, которая когда-то защищала Бишимбаева в суде по делу о коррупции «как тигрица», теперь встала на сторону Салтанат . Она опубликовала сообщение своей дочери, написанное уже после смерти мачехи в апреле 2024 года: «Я очень скучаю. Папа — ужасный человек. Это позорно — бить женщин» . Назым также рассказала о собственном опыте жизни с Бишимбаевым: он вырывал унитазные сиденья и швырял в неё, прятал телефон и держал в состоянии постоянного дефицита сна .
Судебная ложь против фактов вскрытия 2:01:00
В зале суда Бишимбаев продолжал настаивать на том, что Салтанат была «неуравновешенной алкоголичкой» с «наследственным нервным заболеванием» от отца . Он утверждал, что она сама билась головой об унитаз и стены, будучи в состоянии сильного опьянения . Однако результаты экспертизы полностью опровергли эти слова: содержание алкоголя в её крови было минимальным и не могло вызвать дезориентацию .
Бишимбаев также пытался выставить Салтанат «ленивой содержанкой», заявляя, что давал ей 11 000 долларов в месяц на карманные расходы (при средней годовой зарплате в Казахстане в 9 000 долларов) . Проверить это невозможно, так как он утверждал, что давал деньги только наличными. Близкие же Салтанат свидетельствовали об обратном: она часто занимала деньги, а муж покупал ей вещи только для того, чтобы она «соответствовала его статусу», фактически держа её под полным финансовым контролем и отказываясь официально регистрировать брак .
⚖️ Лицемерная защита и наследие Салтанат: борьба за справедливость в суде 2:05:44
Очернение жертвы и «гуманное» избиение 2:05:44
В ходе судебного процесса защита Бишимбаева развернула масштабную кампанию по дискредитации погибшей, пытаясь выставить её корыстной «разрушительницей семей» . Сторона обвиняемого распространяла ложные нарративы о том, что Салтанат якобы изменяла мужу и была беременна от другого, однако результаты аутопсии полностью опровергли факт беременности . Когда видеозаписи с камер наблюдения сделали невозможным отрицание самого факта насилия, Бишимбаев резко сменил версию: от «она сама упала и ударилась о унитаз» он перешёл к признанию избиений, но с важной оговоркой — якобы в его действиях не было «особой жестокости» .
Бишимбаев утверждал, что в течение восьми часов подвергался «психологическому насилию» со стороны жены, которая якобы изводила его придирками . Свои действия он описывал как попытку успокоить «нестабильную» супругу. Даже следы ногтей на шее Салтанат он объяснил тем, что «отчаянно пытался найти пульс» и, возможно, слишком сильно давил . Абсурдность его показаний доходила до того, что он заявлял об «внутренней сдержанности» во время ударов:
«Когда я наносил ей удары, я четко понимал — главное не нанести вред, не задеть важные органы. У меня было чувство некоего внутреннего ограничения, осторожности. Я держал себя в руках» .
Стефани Су (Stephanie Soo) отмечает характерную тактику Бишимбаева: он проецировал на Салтанат собственные пороки. Все рассказы о её якобы «вспышках гнева» из-за потерянных ключей или требованиях показывать по видеосвязи каждый угол комнаты, скорее всего, были описанием его собственного патологического поведения .
Абсурд в зале суда: гадалки, фейки и улыбки 2:12:33
Судебное разбирательство сопровождалось чередой шокирующих и порой нелепых моментов. Адвокаты Бишимбаева задавали Айтбеку (Aitbek) вопросы о том, не любила ли его сестра «доминирование» в отношениях, фактически пытаясь переложить вину на жертву . Защита пыталась приобщить к делу фотографии VIP-кабинки, якобы доказывающие, что мебель не была сломана, но быстро выяснилось, что снимки были сделаны в марте 2024 года, а не в день убийства .
Одним из самых странных эпизодов стали показания «ясновидящей», которой Бишимбаев звонил вместо скорой помощи. Женщина заявила в суде, что «вошла в состояние» Салтанат и почувствовала, что та просто спит, хотя на самом деле девушка уже умирала . Не менее возмутительной была попытка защиты представить суду записку, якобы написанную Салтанат в блокноте матери Бишимбаева. В тексте Салтанат «обещала» быть покорной, восстановить доверие и посещать психолога . Судья отказалась приобщать этот документ, заметив, что никогда не видела, чтобы жены давали мужьям подобные письменные обязательства .
На протяжении процесса Бишимбаев часто улыбался и даже смеялся, что его адвокаты называли «улыбкой при воспоминании о счастливых моментах» . В это же время обвинение зачитывало список травм Салтанат в течение 40 минут — повреждения покрывали практически всё тело .
Голос матери и «Закон Салтанат» 2:19:06
Борьба семьи Нукеновых за справедливость стала возможной благодаря огромному общественному резонансу, который поднял Айтбек (Aitbek) . В декабре 2023 года отец Салтанат написал эмоциональное письмо президенту Казахстана, умоляя не дать высокопоставленному чиновнику избежать наказания благодаря связям .
Одним из самых эмоциональных моментов процесса стал крик матери Салтанат. Не выдержав многочасовой лжи Бишимбаева о «гуманном» избиении, она выкрикнула из зала:
«Я не видела свою дочь, я не смогла её похоронить! Как ты можешь говорить, что бил её без особой жестокости? Ты убивал её восемь часов!» .
Трагедия Салтанат привела к тектоническим сдвигам в законодательстве страны. В апреле 2024 года президент Казахстана подписал документ, получивший неофициальное название «Закон Салтанат» . Этот закон:
- Криминализирует побои и нанесение легкого вреда здоровью (ранее за это полагался лишь штраф) .
- Ужесточает наказание за домашнее насилие и насилие над несовершеннолетними .
- Усиливает защиту женщин и детей от буллинга .
Айтбек (Aitbek) продолжает дело сестры, помогая другим женщинам, оказавшимся в абьюзивных отношениях. Он создал систему помощи, через которую пострадавшие могут связаться с группой людей, способных безопасно вывезти их из опасной среды . На вопрос о том, что бы Салтанат сказала ему сейчас, Айтбек ответил: «Я просто надеюсь, что она сказала бы: "Ты всё делаешь правильно"» .
