# Мэри Харрингтон: «Мужской феминизм часто скрывает тактику сексуального хищника»

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=zW2WIE_LSuY
Канал: Chris Williamson (Modern Wisdom)
Опубликовано: 12.11.2025

---

В новом выпуске подкаста Modern Wisdom Крис Уильямсон вместе с писательницами Луиз Перри и Мэри Харрингтон обсуждают появление нового мужского архетипа — «перформативного мужчины». Собеседники анализируют, как современная культура, экономика знаний и последствия движения MeToo сформировали тип мужчины, который намеренно отказывается от традиционной маскулинности в пользу эстетики мягкости и безопасности.

## 🧸 Архетип «перформативного мужчины»: Лабубу и матча
[[JUMP:0:00]]

Обсуждение начинается с попытки дать определение новому социальному типажу, который быстро стал объектом сатиры. По словам Луиз Перри, термин «перформативный мужчина» (performative male) описывает парня с мягкими чертами: у него часто небрежная причёска с «флоппи-эффектом», он носит широкие джинсы, сумку-шопер и читает интеллектуальную художественную литературу [0:12]. 

Крис Уильямсон проводит параллель с термином «soy boy» (соевый мальчик) или «soft boy», отмечая, что этот образ лишён какой-либо агрессии или доминирования [0:38]. Луиз Перри уточняет, что сегодня этот типаж можно назвать «Labubu-мужчиной» (Lubu male) [3:39].

Характерные атрибуты этого архетипа:

*   **Аксессуары:** Игрушки-брелоки Labubu на сумке.
*   **Напитки:** Неизменный чай матча в руках [3:26].
*   **Чтение:** Популярные романы Сары Дж. Маас или сложная литература, демонстрирующая «глубину» [3:52].
*   **Поведение:** Демонстративная мягкость и отсутствие угрозы.

Мэри Харрингтон добавляет, что этот образ напоминает 1970-е годы, когда мужчины отращивали длинные волосы и проповедовали идеи «свободной любви», уклоняясь от призыва в армию [3:01]. Однако современная версия дополнена слоем потребительства, характерным для 2025 года [3:26].

## 🐍 «Хитрая стратегия» и мужской феминизм
[[JUMP:1:04]]

Крис Уильямсон предполагает, что за этим мягким образом может скрываться то, что в эволюционной психологии называют «хитрой стратегией спаривания» (sneaky mating strategy) [1:04]. Это метод, при котором самец мимикрирует под непредставительного или безопасного индивида, чтобы получить доступ к самкам в обход альфа-самцов.

Мэри Харрингтон отмечает подозрительно высокую корреляцию между мужчинами, называющими себя феминистами, и последующими обвинениями их в сексуальных домогательствах в рамках MeToo [1:29]. 

Основные тезисы участников об этом явлении:

*   **Маскировка:** По мнению Харрингтон, за феминизированной презентацией часто скрываются «плохо спрятанные тактики спаривания» [1:17].
*   **Репутационные риски:** Писательницы отмечают, что многие статьи о «мужчинах-феминистах» подвергались жесткой редактуре, так как обвинения часто основывались на слухах, но сама закономерность их поведения кажется им очевидной [1:42].
*   **Эстетика против сути:** Луиз Перри считает, что «перформативный мужчина» — это скорее эстетическая переработка всё той же стратегии «скрытого хищника», адаптированная под современные реалии [2:21].

## 💼 Эволюционная адаптация к офисной среде
[[JUMP:4:18]]

Мэри Харрингтон выдвигает провокационную гипотезу: возможно, такие «мягкие» мужчины более приспособлены к современной экономике знаний с точки зрения эволюции [4:18]. В мире, где работа происходит в опенспейсах, а социальное взаимодействие жестко регулируется нормами HR, традиционная маскулинность с высоким уровнем тестостерона становится помехой.

Аргументы Харрингтон и Перри:

*   **Патологизация маскулинности:** Мужчины с высокой агрессией и нежеланием «сидеть смирно» сегодня часто подвергаются медикаментозному лечению или социальному осуждению [4:45].
*   **HR-дружелюбность:** Образ с шопером и матча — это максимально «безопасный» имидж, который не заставляет женщин чувствовать угрозу [5:25].
*   **Социальный статус:** Поскольку женщины получили значительные преимущества в образовании и на рабочем месте, мужчины адаптируются к их ожиданиям, становясь менее напористыми [5:12].

## 📖 Парадокс привлекательности и «экономика Золушки»
[[JUMP:5:52]]

Мэри Харрингтон упоминает книгу экологического экономиста о «экономике Золушки» (Cinderella economy), где автор рассуждает о патриархате [6:05]. Она обращает внимание на то, как современные либеральные мужчины пытаются осмыслить женскую уязвимость.

Особое внимание Харрингтон уделяет анализу романов Дафны дю Морье (например, «Ребекка»). Она отмечает интересное наблюдение автора книги: женские персонажи дю Морье одновременно боятся мужского насилия и испытывают к нему влечение [7:11]. По мнению Харрингтон, современный «интернализованный» мужчина-феминист не знает, как реагировать на эту амбивалентность [7:23].

Логика «нового мужчины», по мнению собеседников:

1.  Быть открыто агрессивным или «патриархальным» — значит быть в одном ряду с Эндрю Тейтом и другими «плохими» персонажами [7:48].
2.  Следовательно, нужно быть «мягким», «консенсуальным» и максимально «лабубу-подобным» [8:01].

В завершение дискуссии Луиз Перри задаётся вопросом: не является ли повальное увлечение мужчин образом «Лабубу» одной из причин снижения сексуальной активности в обществе из-за потери «полярности» между полами [8:18]?