В 2020 году вес созданных человеком объектов официально превысил массу всей живой природы на планете. Чтобы исправить этот критический дисбаланс, человечеству необходимо перейти от механического проектирования к молекулярному соавторству с Землей. Дизайнер и ученый Нери Оксман объясняет, как создавать этичные симбиотические системы с помощью пчел и бактерий, почему истинное творчество невозможно без уязвимости и как технологии способны прикоснуться к высшей мудрости природы.
🌿 Дизайн на языке жизни: от антропогенной массы к выращиванию будущего 0:00
Превышение антропогенной массы над биомассой: переломный момент истории 3:48
В 2020 году человечество прошло невидимую, но пугающую точку невозврата. Согласно данным профессора Рона Мило из Института Вейцмана, именно этот год стал моментом «кроссовера», когда антропогенная масса — суммарный вес всех созданных людьми объектов — официально превысила общую биомассу Земли . Все наши города, дороги из асфальта и бетона, пластиковые бутылки, одежда и гаджеты теперь весят больше, чем все деревья, грибы, бактерии и животные планеты вместе взятые.
Нери Оксман описывает это как момент глубокого системного дисбаланса. Мы живем в эпоху «больше телефонов, чем костей» , где техносфера начинает физически вытеснять биосферу. Для Нери осознание этого факта стало катализатором для изменения курса всей её профессиональной деятельности. Если раньше дизайн отделял нас от природы в течение последних 200 000 лет, то теперь перед учеными стоит фундаментальный вопрос: как перепроектировать техносферу так, чтобы она функционировала как часть биосферы?
Материальная экология: выращивание вместо строительства 5:34
Концепция «материальной экологии», сформулированная Нери Оксман еще в 2005 году, предлагает радикальный сдвиг парадигмы: переход от сборки объектов к их выращиванию . Она ставит перед дизайном своеобразный «тест Тюринга»: может ли искусственно созданный объект быть прочитан и воспринят как часть живой природы?
В рамках её новой компании Oxman команда стремится стереть границу между «сделанным» и «выращенным». Это подразумевает создание продуктов, которые не просто биоразлагаемы, а биологически активны и полезны для экосистемы.
Работа ведется в трех масштабах:
- Молекулярный масштаб: поиск универсального языка природы.
- Масштаб продукта: создание вещей (например, из переработанного углерода), которые после использования превращаются в питательную среду для растений.
- Масштаб архитектуры и фабрик: переосмысление производства как процесса, где вместо конвейерной сборки используются роботы и микробы.
Цель такого подхода — достичь синергии, при которой существование городов и продуктов человеческого труда не разрушает, а исцеляет природу . Нери мечтает о мире, где вождение автомобиля или строительство здания будет приносить экосистеме больше пользы, чем их отсутствие.
Язык природы: большие молекулярные модели (LMM) 9:22
Современные технологии достигли невероятных показателей: вычислительная мощность выросла в триллион раз со времен первых компьютеров, а объем памяти — в квинтиллионы раз . Лекс Фридман и Нери Оксман обсуждают, что будет, если предоставить этот колоссальный ресурс самой природе.
Нери вводит понятие «больших молекулярных моделей» (Large Molecule Models) по аналогии с языковыми моделями (LLM). Идея заключается в том, чтобы использовать ИИ для расшифровки коммуникации между всеми пятью царствами жизни . Если мы поймем этот универсальный язык, мы сможем создать «интерфейс» для природы.
Это не попытка жесткого управления (top-down), а способ наделить природу инструментами для самовосстановления. Например:
- Растения могли бы получать сигнал о приближении дымового облака и заранее увеличивать интенсивность фотосинтеза .
- Животные могли бы использовать данные из «облака», чтобы вовремя узнавать о лесных пожарах.
С точки зрения вычислений, природа стремится к увеличению сложности информации при одновременном снижении энтропии . Задача ученых сегодня — устранить «размерное несоответствие» между человеческим дизайном (ограниченным осями X, Y, Z) и биологическим проектированием, обладающим бесконечной сложностью.
Шёлковый павильон: сотрудничество с 17 532 шелкопрядами 17:53
Одним из самых известных воплощений философии Нери Оксман стал «Шёлковый павильон», созданный в MIT. Это архитектурное сооружение высотой 6 метров было «построено» не людьми, а живыми организмами.
В процессе работы Нери использовала понятие «герой-организм» . Для этого проекта «героями» стали 17 532 шелкопряда. Ученые обнаружили, что если поместить гусеницу на плоскую горизонтальную поверхность, она не сможет построить кокон и начнет плести плоское шёлковое полотно, постоянно ища вертикальную опору для закрепления нити .
Используя это биологическое свойство, команда создала уникальный метод «вычислительного шаблонирования»:
- Роботизированное управление: шестиосевой робот Kuka манипулировал светом и теплом на поверхности сетчатого купола, направляя движение гусениц .
- Биологический материал: шелкопряды выделяли два типа белков — серицин (клей) и фиброин (волокно), создавая структуру с переменной жесткостью .
Нери отмечает важное различие в социальном поведении видов. В отличие от термитов, которые обладают примитивными материалами, но феноменальной способностью к коммуникации, шелкопряды — это «эгоцентричные» существа . Они не общаются друг с другом, но благодаря технологическому вмешательству их индивидуальные усилия были объединены в масштабный архитектурный объект. Этот проект доказал, что человек может не эксплуатировать природу, а выступать в роли дирижера в «симфонии» биологических процессов.
🐝 Симбиоз на орбите и живая архитектура посмертия 25:01
Синтетическая пасека: пчелы, изменившие космонавтику 31:27
Переходя от концепции управления природой к сотрудничеству с ней, Нери Оксман описывает работу своей команды с пчелами как переход от «шаблонирования» (templating) к обеспечению условий для возникновения агентности у живых организмов. Ранее в разговоре они касались Шёлкового павильона, где технологии помогали гусеницам действовать сообща, но проект «Синтетическая пасека» (Synthetic Apiary) вывел эту идею на новый уровень .
Изначально проект задумывался как решение экологической проблемы: в Массачусетсе во время зимовки гибнет до 80% пчелиных семей. Команда Оксман создала контролируемую среду — «вечную весну» с идеальной температурой, влажностью и освещением . Этот эксперимент доказал, что пчелы могут оставаться активными и репродуктивными круглый год, что открывает путь к созданию новых городских архитектурных типологий, основанных на симбиозе человека и опылителей .
Кульминацией исследования стал запуск пчел в космос в рамках миссии Blue Origin (Blue Shepherd). Нери Оксман поставила амбициозную цель: превзойти эксперимент NASA 1982 года, когда пчелы вернулись на Землю, потеряв способность к размножению . Команда разработала миниатюрную биолабораторию — систему жизнеобеспечения для матки и её свиты, где использовались синтетические феромоны для навигации насекомых в условиях микрогравитации . Результат стал сенсацией: пчелы вернулись живыми, здоровыми и продолжили строить соты.
В ходе этого исследования ученые также сделали фундаментальное открытие в биологии. Скормив пчелам наночастицы золота и серебра, команда смогла доказать, что пчелы способны перерабатывать воск — факт, который ранее отрицался в науке . Для Оксман это идеальный пример того, как дизайн и высокая наука должны идти рука об руку: объект может одновременно экспонироваться в MoMA и быть темой статьи на обложке Nature .
Vespers: посмертные маски как интерфейс жизни 38:06
Философия Нери Оксман тесно связана с идеей «реинкарнации» материалов, когда один объект становится основой для жизни другого . Это нашло отражение в проекте Vespers («Вечерня») — серии из 15 посмертных масок, которые исследуют переход от смерти к жизни через биологическое программирование .
В отличие от исторических масок Бетховена или Агамемнона, маски Оксман не просто копируют геометрию лица, а хранят биологическое наследие владельца. Проект разделен на три серии: прошлое, настоящее и будущее .
- Маски прошлого сосредоточены на поверхности и украшены природными минералами.
- Маски настоящего исследуют объем: внутри 3D-печатных структур созданы сложнейшие каналы и полости.
- Маски будущего становятся домом для живых микроорганизмов.
Используя бактерию E. coli (кишечная палочка), команда Оксман научилась создавать живые пигменты внутри масок. В смолу для 3D-печати добавлялись химические сигналы, которые взаимодействовали с бактериями на поверхности с разрешением в 20 микрон на воксель . Это позволило буквально вычислять и программировать узоры, которые создают живые организмы. Подобные исследования привели к созданию нового класса материалов — гибридных живых материалов (HLMs), которые могут производить не только пигменты, но и антибиотики или меланин .
Этика биодизайна: почему Нери Оксман сказала «нет» светящемуся шелку 45:17
Работа с живыми системами ставит перед дизайнером острые этические вопросы. Нери Оксман придерживается жесткого принципа: любое технологическое вмешательство должно приносить пользу самому организму, а не только человеку .
Она приводит в пример предложение японского профессора создать трансгенных шелкопрядов, которые пряли бы светящийся в темноте шелк (с использованием генов пауков). Оксман категорически отказалась . По её мнению, современная индустрия шелка, где для производства одной рубашки истребляется около тысячи коконов, — это пример эксплуатации, которую пора оставить в прошлом .
Её подход — это «win-win» стратегия. Дизайн должен способствовать процветанию организма. Если в случае с бактериями Оксман допускает генетическую модификацию для создания полезных материалов, то в отношении более сложных существ, таких как шелкопряды, она выступает против превращения их в «биологические заводы» для нужд антропоцентричного мира .
Капсулы биоразнообразия: заводы будущего 49:03
Будущее производства Нери Оксман видит в «направленной эволюции» (directed evolution) микробов. В её новой лаборатории разрабатываются специальные капсулы — высокотехнологичные камеры роста, которые могут стать альтернативой традиционным заводам .
Эти капсулы представляют собой физическую реализацию идеи «программируемой природы»:
- Сверху вниз: тотальный контроль среды (свет, влажность, температура, состав газов — кислород, азот, CO2) .
- Снизу вверх: генетическая регуляция и модуляция организмов.
В одной такой капсуле можно выращивать прозрачную древесину для архитектурных нужд, в другой — биополимерную обувь, в третьей — терапевтические препараты . Оксман описывает это как «биологическую макетную плату» (breadboard), где компьютерный код напрямую переходит в рост материальных объектов. Этот метод позволяет уйти от массового производства к «выращиванию» вещей с заданными свойствами, объединяя синтетическую биологию и экологию в единый созидательный процесс .
🌿 Молекулярный диалог: от языка растений к философии любви 50:06
Развитие биодизайна неизбежно приводит к необходимости переосмыслить то, как мы общаемся с живым миром. Если в предыдущих разделах обсуждались технические аспекты создания био-капсул как «заводов будущего», то здесь Нери Оксман (Neri Oxman) раскрывает их истинное предназначение: стать пространством для налаживания связи между видами. По её мнению, мы стоим на пороге создания «мокрых лабораторий» (wet labs), где робототехника и биология объединяются, чтобы расширить пропускную способность коммуникации, которой природа лишена в силу своих физических ограничений .
Язык растений и молекулярная коммуникация 56:00
Человечество привыкло полагаться на большие языковые модели (LLM), но у природы есть своя альтернатива — молекулярные модели . Нери Оксман объясняет, что растения постоянно ведут диалог, используя химические сигналы. Например, всеми любимый запах свежескошенной травы — это на самом деле сигнал бедствия . Листья выделяют так называемые летучие вещества (GLVs), предупреждая соседей: «Будь осторожен, тебя скоро срежут» .
Главный барьер в общении человека и растения — это разница временных шкал. Интеллект растений работает в очень медленном темпе . Чтобы синхронизироваться с ним, Оксман предлагает использовать специальные био-капсулы (о которых шла речь ранее), где программируемая среда позволяет «декодировать» молекулярные отпечатки стресса.
Это понимание способно радикально изменить сельское хозяйство:
- Превентивная диагностика: Сегодня мы используем дроны, чтобы фотографировать уже засыхающие посевы, но когда проблема видна на фото — уже слишком поздно .
- Молекулярный мониторинг: Понимая «язык стресса», мы сможем предсказывать состояние урожая задолго до появления внешних признаков болезни .
- Смирение в дизайне: Понимание того, что дерево растет сотни и тысячи лет, требует от дизайнера и капитализма отказа от спешки .
Функциональные ароматы как интерфейс связи 1:03:12
Современная парфюмерия глубоко антропоцентрична: она создана для человеческого удовольствия, роскоши или привлечения внимания . Нери Оксман предлагает концепцию «функционализированных ароматов», которые служат молекулярным интерфейсом между человеком и экосистемой. Это «послание в бутылке», которое позволяет не просто пахнуть розой, а взаимодействовать с розовым садом на его языке .
Оксман критикует современную «био-парфюмерию»: чтобы получить 5 мл натурального масла, часто уничтожается 10 тысяч розовых кустов, что требует огромных затрат воды и энергии . В качестве альтернативы её команда использует системный подход. Вспоминается создание «Шёлкового павильона» (упомянутого в начале интервью): при его проектировании учитывались не только материалы, но и «встроенные калории» (около 40 000 калорий в структуре) и общие затраты энергии на производство (emergy) . Цель — создавать продукты, которые не просто имитируют природу, а дают ей «право выбора» .
Сила, формирующая Вселенную: Любовь и письмо Эйнштейна 1:09:02
В поисках ответа на вопрос о том, что связывает все живые системы, Нери Оксман обращается к философии. Она цитирует трогательное письмо Альберта Эйнштейна к его дочери Лизерль, которое он просил обнародовать лишь через десятилетия после своей смерти . В этом письме великий физик называет любовь «универсальной силой», которую наука до сих пор не смогла формально объяснить .
Эйнштейн описывает любовь как силу, подобную гравитации (она притягивает людей друг к другу) и свету (она делает жизнь видимой) . Он выражает глубокое сожаление о том, что всю жизнь фокусировался на теории относительности, не уделяя достаточно времени простому выражению чувств . Для Оксман этот текст — напоминание о том, что в основе любого научного или дизайнерского поиска лежит стремление к связи, которое выходит за рамки биологии и превращается в магию .
Красота как наличие внутренней агентности 1:12:35
Обсуждая знаменитую фразу Достоевского «Красота спасет мир», Нери Оксман дает своё, глубоко научное определение этого понятия. Для неё красота — это агентность (agency), то есть способность системы обладать собственной волей и принимать решения .
Она вспоминает принцип Бакминстера Фуллера: «Когда я работаю над задачей, я никогда не думаю о красоте. Но когда я заканчиваю и вижу, что результат некрасив, я знаю, что решение было неверным» . В этом контексте Оксман разделяет два важных понятия:
- Эмерджентность (Emergence): Это спонтанное возникновение порядка, которое часто бывает разнонаправленным и лишено централизованного контроля .
- Расширение прав (Empowerment): Это сила, имеющая четкое направление. По мнению Нери, красота рождается там, где расширение прав и возможностей вдохновляет эмерджентность .
Для дизайнера будущего потеря контроля над формой (когда материал начинает «решать» сам за себя) является высшим проявлением контроля и гармонии с природой .
🎭 Приостановка недоверия: архитектура внутреннего обновления 1:15:17
В мире промышленного производства всё подчинено строгому контролю и функции, но природа предлагает иной путь — путь «мягкого контроля» и избыточного разнообразия . По мнению Нери Оксман, этот переход от жестких структур к природной пластичности требует от творца особого состояния — способности отпускать контроль. Творчество для неё неразрывно связано с готовностью начинать всё сначала, снова и снова, ведь без этого «отпускания» невозможно найти подлинную новизну .
Основой такого подхода становится философское понимание судьбы. Ссылаясь на определение своего близкого друга, Нери Оксман описывает судьбу как соотношение того, кто вы есть, к тому, кем вы хотите быть . Этот вектор определяет направление движения энергии, информации и материи в жизни человека. Чтобы реализовать это видение, необходимо то, что в искусстве называют «приостановкой недоверия».
Искусство творческой перезагрузки 1:19:41
Для Нери Оксман «приостановка недоверия» — это не просто фигура речи, а рабочий инструмент. Она часто призывает свою команду: «Забудьте, что это невозможно. Представим, что это реально — куда это нас приведет?» . Такой подход позволяет преодолеть когнитивные фильтры, которые блокируют инновации ещё на стадии идеи.
Этот принцип сопровождал её всю жизнь:
- Уход из медицины: Она оставила медицинский факультет Еврейского университета ради архитектуры в день смерти своей бабушки, отказавшись от стабильного будущего ради неясного призвания .
- Академический путь в MIT: Там, где ценность профессора традиционно измеряется индексом цитируемости, Нери Оксман сосредоточилась на создании выставок, патентов и «праздника вокруг работы», не видя разницы между научным исследованием и художественным актом .
- Постоянный ребут: Раньше она считала, что творческому человеку нужно «перезагружаться» каждые 10 лет, но теперь уверена, что делать это нужно с каждым вдохом .
Нери Оксман сравнивает свою жизнь не с конкретной сказкой, а с мюзиклом «В лес» (Into the Woods), где герои перемещаются между разными магическими мирами, соединяя разрозненные сюжеты в единое целое . Она признает, что каждое утро может просыпаться с вопросом «что я творю?», но именно в этом сомнении и разочаровании она находит стимул для дальнейшего роста .
Уязвимость как «площадь поверхности» для связи 1:27:52
Разговор о красоте неизбежно приводит к теме несовершенства. Ссылаясь на японскую эстетику ваби-саби, Нери Оксман подчеркивает, что ничто не вечно, ничто не закончено и ничто не идеально . В природе несовершенство — это не ошибка, а сигнал движения и поиска смысла через борьбу.
В человеческих отношениях недостатки играют ещё более глубокую роль. Нери Оксман спорит со своим мужем Биллом Экманом: если он считает, что человеческим поведением движут стимулы, то для неё главной движущей силой является любовь . Любовь же невозможна без уязвимости.
Она предлагает оригинальную метафору: уязвимость и недостатки — это «увеличенная площадь поверхности» человеческой души .
«Если представить нас как кирпичи, то изъян в кирпиче — это дополнительная грань, увеличивающая площадь контакта. Именно это позволяет раствору лучше схватиться и построить из отдельных элементов целый дом» .
Эти «изъяны» становятся клеем, который объединяет индивидов в сообщество. Без уязвимости невозможно создать цивилизацию . Этот принцип прослеживается от первой технологии человечества — огня, который возник из базовой уязвимости перед холодом и необходимости греться вместе, — до современных попыток найти духовное единение .
Творческое одиночество и периферийное зрение 1:35:36
Нери Оксман проводит четкую грань между одиночеством как изоляцией и творческим уединением. В то время как некоторые люди не выносят пребывания наедине с собой, она активно ищет «карманы тишины», чтобы восстановить внутренний баланс и синхронизировать то самое соотношение «кто я есть» и «кем хочу быть» .
Её творческий процесс в моменты одиночества строится на работе с «периферийным зрением» культуры:
- Синхронизация смыслов: Она может одновременно изучать научную статью из Nature, слушать лекции Леонарда Бернстайна и перечитывать «Войну и мир» .
- Связь времен: Идея проекта часто рождается на стыке «вневременных» проблем человечества и «своевременных» технологий . Например, работа над павильоном из меланина (выросшим из её прошлых исследований посмертных масок) вдохновлялась размышлениями о «белизне кита» из «Моби Дика» .
- Смена линз: Творец должен уметь смотреть на мир глазами бактерии, робота или материала (как это было в её проектах по 3D-печати стеклом, раскрывших новую физику биомеханики расплавленной массы) , .
Для Нери Оксман запуск нового проекта подобен режиссуре фильма: нужно собрать героев (технологии синтетической биологии, робототехнику, материаловедение) и выстроить из них нарратив . Главным условием успеха она считает «одновременную сложность»: проект должен приносить нечто радикально новое сразу в нескольких дисциплинах, объединяя их общей историей и любовью к познанию .
🧬 Команды будущего, мудрость вымирания и дух «Космической одиссеи» 1:40:25
Для реализации масштабных проектов на стыке биологии и технологий Нери Оксман сформировала уникальный подход к подбору людей. Она убеждена, что истинная новизна рождается только в «трещинах» между дисциплинами . Чтобы создать нечто по-настоящему революционное, необходимо объединить передовые достижения в вычислительном дизайне, аддитивном производстве, материаловедении и синтетической биологии.
Междисциплинарный подход: в поисках «алмазов в грубом» 1:40:13
Нери Оксман ищет людей, которые чувствуют себя комфортно в состоянии трения между «высокой фантазией» и глубочайшей дисциплинарной экспертизой . В её понимании идеальный кандидат — это «мечтатель, зависимый от реальности», а не реалист, зависимый от мечты. Часто это люди с докторской степенью (PhD) и опытом работы в индустрии, либо обладатели двойных специальностей, сочетание которых на первый взгляд кажется абсурдным .
В процессе интервью Нери часто спрашивает о детских воспоминаниях и музыке, считая, что через прошлое человека можно разглядеть его будущее . Она выделяет несколько ключевых качеств, необходимых её сотрудникам:
- Смирение и «блеск в глазах»: готовность быть «голодным и безрассудным», следуя заветам Стива Джобса .
- Универсальность: современный архитектор в её команде — это своего рода «хиппи 60-х», мастер на все руки, который хочет созидать, не разрушая .
- Способность к трансляционному дизайну: умение смотреть на проблему через призму другой дисциплины. Оксман верит: если пересмотреть один и тот же вопрос через 200 разных сценариев, в итоге можно добраться до истины .
Такие специалисты используют существующие системы как «троянских коней», чтобы внедрять новые ценности в мир, где антропогенная масса уже начинает доминировать над природной .
Цикличность жизни: как смерть первых растений создала наш мир 1:47:15
Размышляя о том, что такое жизнь, Нери Оксман обращается к истории планеты. Около 440 миллионов лет назад, в ордовикский период, Земля пережила одно из первых массовых вымираний, которое парадоксальным образом подготовило почву для расцвета биосферы . Первые споровые растения, цепляясь за скалы, выделяли в 60 раз больше фосфора, чем было доступно до них. Этот избыток фосфора попал в океаны, вызвал их охлаждение и аноксию (дефицит кислорода), что привело к гибели самих растений .
Однако именно эта массовая гибель обогатила почву питательными веществами, создав среду для появления более сложных форм — сосудистых и семенных растений . В этом контексте смерть рассматривается как неотъемлемая часть жизни.
«В масштабе сотен миллионов лет жизнь предстает в совершенно ином свете. Мы здесь только благодаря тем растениям», — отмечает Оксман .
Определение жизни зависит от временной шкалы наблюдателя: для бактерии это миллисекунда, для секвойи — десятки поколений, а для Искусственного Общего Интеллекта (AGI) жизнью может считаться вся человеческая цивилизация в целом .
Искусственный интеллект как мост к сознанию природы 1:50:50
Обсуждая будущее ИИ, Нери Оксман признается, что одновременно напугана и вдохновлена. Она упоминает интервью Элиезера Юдковского Лексу Фридману, отмечая трезвость его суждений о возможной гибели человечества, хотя как мать она не может полностью принять этот фатализм .
Оксман предлагает иную перспективу: возможно, AGI станет не концом, а новым началом для природы. Она выстраивает иерархию развития: Данные → Информация → Знание → Интеллект → Мудрость → Духовное осознание . Если современный ИИ — это пока лишь «рекурсивная стиральная машина», использующая человеческий язык для создания нового языка, то в будущем он может обрести агентность .
Нери выдвигает смелую гипотезу: если человеческая агентность и сознание будут «загружены» в природные системы через большие модели, это может наделить природу тем голосом, которого у неё никогда не было. «Конец человеческой власти может стать началом власти природы», — говорит она, представляя образ «разумной плакучей ивы», хранящей в себе человеческий опыт . В таком мире на вопрос, заданный ChatGPT, ответ может формироваться в течение 10 000 лет, что соответствует масштабам планетарной мудрости, а не мгновенного потребления .
Кинематограф и архитектура духа: от Копполы до Кубрика 2:03:20
Для Оксман музыка и кино являются высшими формами творчества. Музыка для неё — это «универсальный язык волн», способный мгновенно вызывать эмоциональный отклик, на который часто не способны архитектура или живопись . Она признается в любви к игре пианиста Евгения Кисина, что перекликается с её собственным глубоко личным отношением к игре на фортепиано .
В кинематографе её главными вдохновителями остаются Фрэнсис Форд Коппола и Стэнли Кубрик. Оксман даже сотрудничала с Копполой над его проектом «Мегалополис», работая над видением городов будущего, где природа и культура едины .
- «Крестный отец»: восхищает Нери тем, как Коппола празднует человеческий дух, верность и ценности через простые жесты и актерскую игру .
- «2001: Космическая одиссея»: Оксман считает финал этого фильма воплощением амбивалентности — это одновременно конец и начало человечества, смерть и реинкарнация .
Эти шедевры формируют её архитектурное мышление: от идеальной выверенности и контроля Кубрика до глубокого гуманизма Копполы. Лекс Фридман добавляет, что изучение жизни на Земле с такой междисциплинарной страстью в конечном итоге поможет нам понять, что такое сознание, любовь и есть ли «чужая» жизнь среди нас .
🌿 Призвание вместо карьеры: уроки бабушки и философия «вечного детства» 2:08:07
Завершая масштабную беседу, Лекс Фридман просит свою гостью дать совет молодым людям, которые только ищут свой путь в жизни и науке. Ответ Нери Оксман оказывается далек от стандартных рекомендаций по тайм-менеджменту или сетевому маркетингу. Вместо этого она обращается к глубоко личным историям, цитируя роман Пола Боулза «Под покровом небес»: сколько раз в жизни вы по-настоящему осознанно смотрели на полную луну, впитывая её свет и размышляя о ней? . Для Нери секрет осмысленной жизни кроется в умении обращать внимание на «маленькие вещи», смену сезонов и простые явления природы, которые большинство из нас привыкло игнорировать.
Уроки «сада Эдема» и вечное детство 2:09:53
Фундамент мировоззрения Нери Оксман был заложен в детстве, проведённом в саду её бабушки. Ранее в разговоре она уже упоминала, что её эстетика и научный поиск неразрывно связаны с природными циклами, но именно в финале интервью становится ясно, насколько важную роль в этом сыграла преемственность поколений. Бабушка Нери создала для неё пространство, которое девочке казалось «гигантским садом Эдема» . Там росли инжир и оливы, там были грибы и старое одеяло, на котором Нери делала уроки. Спустя годы она обнаружила, что этот сад был крошечным пятачком земли, на месте которого теперь стоит высокая башня, но в её памяти он остался бесконечным миром чудес.
Бабушка научила Нери двум критически важным вещам:
- Сохранение чувства удивления. Оксман называет это состоянием «вечного детства» — способностью проживать взрослую жизнь с тем же любопытством и открытостью, с которыми ребёнок смотрит на проплывающие облака .
- Прямота и истина. Умение открыто говорить свою правду и сохранять позитивный настрой стало наследием не только бабушки, но и матери Нери.
Распределяя роли своих наставников, Нери Оксман говорит поэтично: «Отец научил меня всему, что я знаю. Мама научила всему, что я чувствую. А бабушка научила меня проницательности и интуиции» . Именно этот синтез знаний и чувств позволяет ей создавать проекты, которые одновременно являются и сложными инженерными конструкциями, и произведениями искусства.
Рост через дискомфорт: почему важно быть «самым глупым в комнате» 2:12:09
Путь Нери Оксман к успеху не был прямой линией; он состоял из резких «прыжков» в неизвестность, которые всегда сопровождались чувством неудобства. Она вспоминает момент из своей юности, когда её отец, американец по происхождению, сказал ей решающую фразу: «Убирайся отсюда, детка» . Он почувствовал, что она переросла своё окружение в Израиле, и ей необходимо двигаться дальше — в Лондон, в Архитектурную ассоциацию.
Нери убеждена: любой рост болезнен по своей природе, будь то биологическое рождение или интеллектуальное развитие . Она сознательно ищет ситуации, в которых чувствует себя наиболее уязвимой и «недостаточно умной».
«Мне нравится находиться в комнате, где каждый человек на порядок умнее меня. Это состояние интеллектуального дискомфорта — то, чем я питаюсь», — признаётся она .
Этот принцип распространяется и на формирование её команд: она окружает себя людьми, чьи способности в их областях знаний многократно превосходят её собственные. По мнению Оксман, физическое напряжение и интеллектуальный вызов — это необходимые условия для того, чтобы в конечном итоге обрести истинный комфорт и самореализацию.
Призвание против карьеры: поиск внутреннего голоса 2:14:50
Ключевым советом Оксман для нового поколения становится отказ от самого понятия «карьера». Для неё это слово подразумевает нечто внешнее, навязанное обществом или обстоятельствами. Вместо этого она предлагает искать «призвание» (calling) — то, что движет человеком изнутри и обладает вектором, направленным за пределы личного успеха .
В её собственной жизни работа, любовь, материнство и научный поиск никогда не были разделены на отдельные корзины. Это «запутанное» состояние (entanglement) — естественный способ её бытия . Оксман проводит чёткую границу между внешними атрибутами успеха и внутренними ценностями:
- Образование vs Обучение: Образование часто навязывается извне (top-down), в то время как истинное обучение — это процесс, идущий изнутри.
- Счастье vs Радость: Можно чувствовать глубокую грусть и при этом оставаться в состоянии радости (joyous), если ты следуешь своему предназначению .
Завершая интервью на эмоциональной ноте, Нери благодарит Лекса Фридмана за его эмпатию и умение «замечать» человека, а Лекс в шутку справляется о своей «заявке на работу» в её новую компанию, на что получает мгновенное: «Ты принят» . Финальным аккордом звучит цитата Льва Толстого: «Все, что я знаю, я знаю только потому, что люблю» . Этот принцип любви и глубокого внимания к миру остается главным наследием Нери Оксман, объединяющим её биологические исследования и философию жизни.
