# Бессмертие за копейки, кодекс мафии и лимонная вода

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=U0j-MrgiWs8
Канал: Theo Von
Опубликовано: 28.03.2023

---

Пока Сэм Альтман тратит миллионы на омоложение кровью «мышей-франкенштейнов», старая гвардия комедии чинит бензобаки скотчем и обсуждает, почему киллеры превратились в подкастеров. Это разговор о том, как выжить в мире, где дегидратация опаснее мафии, а Нэшвилл внезапно стал новой столицей юмора, вытеснив суетливый Нью-Йорк.

## 💧 Водный баланс и дорожные лайфхаки: от лимонного фреша до голубиного помета
[[JUMP:03:38]]

### Битва с дегидратацией: лимоны, глубокое дыхание и халатность водоканалов
[[JUMP:03:38]]

Обсуждение здорового образа жизни комики начинают с самого базового ресурса — питьевой воды [03:38]. Майк Веккьоне и Нейт Баргатзе делятся своими целями по потреблению жидкости: они оба стремятся выпивать около галлона (почти 3,7 литра) в день [03:38], хотя это дается им непросто. Нейт рассказывает о своем утреннем ритуале очищения организма: он берет целый очищенный лимон, измельчает его в блендере NutriBullet с водой и выпивает залпом, чтобы мгновенно восполнить баланс электролитов [04:02]. По мнению Майка, подавляющее большинство людей — возможно, до 85% — постоянно находятся в состоянии дегидратации, даже не осознавая этого [04:29]. Комики предполагают, что обезвоживание может быть напрямую связано с неправильным, поверхностным дыханием [04:55]. В ответ на это Тео Вон отмечает, что его гости практикуют специальные дыхательные техники для улучшения самочувствия [05:20].

Согласно медицинским стандартам, взрослому мужчине требуется выпивать около 15,5 чашек (3,7 литра) воды в день [06:39]. Однако комики выделили несколько главных трудностей на пути к правильному водному балансу:

* Обезвоживающее действие кофе и популярной диетической газировки, которые многие пьют вместо чистой воды [07:05].

* Сильная химическая обработка водопроводной воды в крупных мегаполисах вроде Нью-Йорка, из-за чего она кажется неприятной на вкус [07:20].

* Собственные вредные привычки, такие как неконтролируемый расход воды при умывании или чистке зубов [09:27].

Тео Вон вспоминает свой личный курьезный опыт работы по судебному предписанию на водоочистной станции в Луизиане [07:43]. По его словам, сотрудники там часто спали прямо на рабочем месте [07:56], игнорируя проплывающий мимо мусор. Тео приходилось вылавливать грязь специальным сачком, но порой крупные предметы просто уплывали дальше в водопровод к ничего не подозревающим гражданам [08:10]. Однажды в резервуаре с уже очищенной водой он даже обнаружил детские заколки для волос [08:37]. 

Майк Веккьоне делится воспоминаниями о своей прежней работе контролером счетчиков воды [08:49]. По его наблюдениям, больше всего воды расходуют женщины [09:02]. Нейт Баргатзе соглашается и признается в собственной неэкологичной привычке: он часто оставляет воду включенной, когда уходит в туалет во время чистки зубов [09:27]. Нейт в шутку добавляет, что любые экологические призывы вызывают у него лишь желание делать все наоборот [09:54]. Он вспоминает, как в эпоху появления первых электрокаров демонстративно выливал бензин из канистры прямо на дорогу из окна своего автомобиля [10:07].

### Дорожные авантюры: маскировка дизельного бака и пернатый автосервис
[[JUMP:10:34]]

От экологических вопросов беседа плавно переходит к курьезным случаям на дороге. Нейт Баргатзе вспоминает свою молодость в Нэшвилле, когда он в возрасте 18–20 лет занимался доставкой матрасов и бытовой техники [10:34]. Однажды, управляя 26-футовым грузовиком, они с напарником пробили дизельный топливный бак на трассе I-24 [10:48]. Заметив утечку только после полной заправки, они решили устранить проблему самым простым способом — заклеили дыру черным армированным скотчем и закрасили сверху черной краской из баллончика [11:16].

Настоящая паника началась, когда им пришлось проезжать весовой контроль Министерства транспорта (DOT) [11:16]. За рулем находился его друг Джейми, у которого не было прав и имелись проблемы с законом [11:43]. Парням пришлось на ходу меняться местами прямо на оживленном шоссе [11:43]. Чтобы скрыть следы кустарного ремонта от женщины-инспектора, Нейт встал на подножку грузовика, физически загораживая бак своим телом [12:10]. К их удивлению, инспектор ничего не заметила [12:10].

Тео Вон делится еще более безумной дорожной историей [13:54]. Повредив арендованный автомобиль, они с друзьями не придумали ничего лучше, кроме как поймать голубя и силой заставить его испражниться прямо на вмятину, надеясь скрыть дефект перед возвратом машины в прокат [13:54]. Это порождает комичную дискуссию о здоровье городских птиц. Комики сходятся во мнении, что голуби в Нью-Йорке выглядят крайне болезненно из-за неправильного питания и нехватки чистой воды [14:31], в отличие от более здоровых южных собратьев. Тео также цитирует шутку комика Тодда Гласса о том, как голубь с расстройством желудка полностью уничтожил внешний вид его автомобиля [15:10]. 

В завершение темы выживания диких животных Тео Вон сравнивает голубей с морскими обитателями, такими как креветки и устрицы [15:23]. Он иронизирует над тем, что люди с удовольствием едят устриц, которые по сути выполняют роль природных фильтров, пропуская через себя всю океаническую грязь [15:23], и при этом верят, что эти моллюски являются сильным афродизиаком [15:49].

В ходе этой беседы комики также вскользь упоминают совместную работу над выпуском комедийного спешла Майка Веккьоне «The Attractives» [02:57], продюсером которого выступил Нейт Баргатзе [02:57]. Этот релиз, запланированный на 24 марта на YouTube-канале Нейта [16:30], представляет собой образец чистой телевизионной комедии [17:50]. Развитие карьеры стендап-комиков в эпоху стримингов и особенности записи подобных чистых выступлений будут подробно рассмотрены во второй главе нашего материала.

## 🎤 Новая эра комедии: от клубной закалки к алгоритмам соцсетей
[[JUMP:32:46]]

### Чистый юмор и продюсирование: как Нейт Баргатзе меняет индустрию спешлов
[[JUMP:32:46]]

Нейт Баргатзе [34:46] активно развивает собственное направление в дистрибуции комедийного контента, выступая продюсером сольных концертов для своих коллег по цеху. В рамках этой инициативы он помогает выпустить спешлы сразу трем опытным артистам [34:46]: Майку Веккьоне [34:46], Грегу Уоррену [32:46] и Джо Зиммерману [32:58]. Все релизы запланированы к выходу на личном YouTube-канале Нейта [35:00] с интервалом примерно в один месяц, начиная с конца марта [34:58].

Баргатзе делает ставку на проверенных мастеров, которые провели на сцене более двух десятилетий [37:11]. Например, Майк Веккьоне [34:46] и Грег Уоррен [32:46] — это ветераны комедии, которые в совершенстве владеют искусством живого выступления. Для Нейта принципиально важно дать платформу именно тем, кто прошел жесткую школу традиционного стендапа. В отличие от современных стриминговых гигантов, которые часто ориентируются на сиюминутные тренды, этот продюсерский проект сфокусирован на классическом, «чистом» юморе без пошлости и агрессии. Майк Веккьоне отмечает, что такая поддержка со стороны коллеги неоценима [34:46], а сам формат размещения на YouTube позволяет дотянуться до огромной аудитории напрямую [35:00], минуя жесткие рамки традиционных телесетей.

### Разрушение традиционного пути: от Live at Gotham до TikTok
[[JUMP:35:13]]

Индустрия стендапа претерпела фундаментальные изменения, полностью переписав правила карьерного роста для новичков [35:13]. В прошлые годы существовала строгая, проверенная временем лестница профессионального признания [36:05]. Комики начинали с коротких восьмиминутных выступлений на телевизионных шоу вроде *Live at Gotham* [35:39], затем пробивались к получасовым спешлам на *Comedy Central* [36:05], и лишь после многих лет упорного труда получали возможность записать полноценный часовой концерт для крупных платформ или Netflix [36:05]. Тео Вон [35:50], Нейт Баргатзе [34:46] и Майк Веккьоне [34:46] сами прошли этот путь, снимая свои первые получасовые программы примерно в одно время — в период с 2008 по 2010 годы [35:50].

Сегодня эта система практически разрушена [36:18]. Современные начинающие комики ориентируются не на клубную работу, а на вирусные алгоритмы TikTok и Instagram [36:44]. Нейт Баргатзе подчеркивает, что теперь первым же крупным релизом молодого артиста часто становится часовой спешл [36:58], выпущенный сразу после того, как несколько коротких роликов набрали просмотры в сети [37:24]. По мнению Майка Веккьоне, это лишает молодых комиков важнейшей школы — многолетней «шлифовки» материала в клубах [37:51]. Отсутствие этой закалки приводит к тому, что артистам бывает крайне тяжело удерживать внимание зала на протяжении целого часа живого выступления [37:24]. Раньше клубы были обязательным фильтром [37:51], а сейчас его отсутствие создает иллюзию легкого успеха, которая быстро разбивается при первой же встрече с реальной, а не виртуальной аудиторией.

### Феномен подкастов: искренность, которая заменяет идеальный материал
[[JUMP:43:58]]

Важнейшим фактором изменения комедийной сцены стало развитие подкаст-индустрии [44:12]. Современный зритель идет на живое выступление не просто ради заготовленных шуток, а ради возможности вживую увидеть личность, которую он успел узнать и полюбить через аудио- и видеоподкасты [44:12]. Традиционная, строго выверенная система шоу-бизнеса долгое время навязывала жесткие форматы [44:25], но сейчас люди ищут более искренней и неформальной связи с артистами [44:38].

Нейт Баргатзе делится наблюдением: когда зрители приходят на концерт любимого подкастера, в зале чувствуется особая атмосфера тепла и дружеского общения [45:27], где качество самого комедийного материала порой отходит на второй план по сравнению с радостью личного присутствия [45:27]. В то же время Тео Вон напоминает, что такое доверие публики налагает на комика огромную ответственность [45:41]. Билеты на живые выступления стоят дорого [45:55], и артист обязан искренне ценить каждого пришедшего [45:41], демонстрируя взаимное уважение на сцене [45:55].

Этот запрос на искренность и простоту противостоит оторванности современного Голливуда от реального зрителя [46:24]. Нейт приводит в пример феноменальный успех фильма «Топ Ган: Мэверик» с Томом Крузом [46:38]. Эта картина стала кассовым хитом именно потому, что подарила людям два часа чистого, качественного развлечения без тяжелой морализаторской повестки [46:51]. В отличие от многих современных номинантов на «Оскар», которые кажутся широкой аудитории бесконечно далекими и непонятными [47:17], классические комедии и простые душевные истории возвращают зрителям чувство сопричастности [48:09] — то самое ощущение, которое когда-то дарили культовые сериалы вроде «Красавцев» (Entourage) [48:34] или легендарная драма «Прослушка» (The Wire) [49:41].

## 🕵️‍♂️ Законы Коза Ностра и атомная борьба со слабостями
[[JUMP:57:10]]

### Кодексы, подкасты и тайны американской мафии
[[JUMP:57:10]]

Майк Веккьоне признается в своей давней страсти к истории организованной преступности, которую он активно изучал с самого детства [57:10]. В эпоху цифровых медиа многие бывшие гангстеры начали открыто вести собственные YouTube-шоу и подкасты [57:22]. Самым авторитетным из них Майк считает Сэмми «Быка» Гравано [57:48] — бывшего андербосса могущественного преступного клана Гамбино [58:02]. В начале 1990-х годов Гравано пошел на сделку с правосудием [58:16]. Благодаря сотрудничеству с ФБР он отсидел всего пять лет, однако позже организовал сеть по продаже экстази в Аризоне и вернулся за решетку еще на 20 лет [58:16]. Другим популярным инфлюенсером из криминального прошлого стал Майкл Франчезе, бывший капо семьи Коломбо [58:41].

Правила вступления в Коза Ностра со временем претерпели изменения. Если на заре мафии требовалось быть сицилийцем с обеих сторон [59:10], то в современной реальности достаточно иметь отца-итальянца [59:23]. Майк Веккьоне также детально описывает устройство «Комиссии» — национального руководящего органа, состоящего из боссов пяти семей Нью-Йорка и лидеров группировок из других штатов [59:35]. Тео Вон шутливо сравнивает эти сходки с заседаниями благотворительных орденов вроде «Рыцарей Колумба» [59:48].

Сегодня в мафии действует строгий негласный мораторий на мокрые дела [1:00:02]. Причина кроется в прагматичном расчете: за незаконные азартные игры или рэкет гангстеры получают от 5 до 10 лет [1:00:27], что для них считается пустяком. Однако любое обвинение в заговоре с целью убийства автоматически увеличивает срок до 30 лет без права на досрочное освобождение [1:00:40]. Чтобы избежать этого, провинившихся членов семьи теперь просто «отправляют на полку» (putting on a shelf) — пожизненно отстраняют от любых криминальных схем и запрещают общаться с коллегами [1:00:52]. Основные доходы мафия по-прежнему извлекает из нелегального букмекерства, контроля над профсоюзами и мусорного бизнеса [1:02:12].

Майк Веккьоне делится версией о причастности боссов мафии к убийству Джона Ф. Кеннеди [1:04:12]. По его мнению, Карлос Марчелло, босс из Нового Орлеана, стоял за организацией этого покушения [1:04:12]. Косвенным доказательством служит фигура Джека Руби, который владел ночными клубами в Техасе, был тесно связан с чикагским синдикатом [1:04:51] и застрелил Ли Харви Освальда в прямом эфире [1:04:38]. В те годы боссы Коза Ностра руководствовались правилом «отруби голову лошади, и тело умрет» [1:05:56], стремясь нейтрализовать давление со стороны генерального прокурора Роберта Кеннеди через устранение его брата-президента.

Другой нераскрытой тайной остается исчезновение профсоюзного лидера Джимми Хоффы [1:07:15]. После выхода из тюрьмы Хоффа отчаянно пытался вернуть себе контроль над Международным братством водителей грузовиков [1:07:28]. Однако мафии было гораздо удобнее работать с его преемником Фрэнком Фитцсиммонсом, который беспрекословно выполнял их требования [1:07:42]. Хоффу неоднократно предупреждали о последствиях, но из-за его упрямства боссы приняли решение об устранении [1:07:55]. Майк предполагает, что тело Хоффы было кремировано в подконтрольном мафии похоронном бюро [1:08:31], а сама операция проводилась двумя независимыми группами — стрелками и ликвидаторами тела, что исключало возможность утечки информации [1:09:10]. По классификации Майка, все гангстеры делились на три типа: талантливые «добытчики» денег (money guys), хладнокровные киллеры и редкие лидеры, совмещавшие оба качества, такие как Сэмми Гравано [1:10:01].

### Борьба с пищевой зависимостью и «Атомные привычки»
[[JUMP:1:11:20]]

Разговор о жесткой дисциплине мафии наталкивает Нейта Баргатзе на рассуждения о собственных проблемах с самоконтролем. Комик признается, что пытается перестроить свой образ жизни с помощью известного бестселлера Джеймса Клира «Атомные привычки» [1:11:20]. В феврале прошлого года Нейт обнаружил, что его вес вплотную приблизился к критической отметке в 200 фунтов (около 90 кг) [1:11:33], что для его телосложения было настоящей катастрофой, вызванной привычкой питаться вредным фастфудом [1:11:46].

Нейту удалось взять себя в руки и сбросить вес до 160 фунтов (72 кг) ради съемок своего комедийного спешла «Hello World» [1:12:00]. Он даже устроил мотивационную фотосессию на фоне знаменитой концертной площадки Ред-Рокс в Денвере, пообещав себе сохранить спортивную форму до момента своего сольного выступления там [1:12:13]. Однако после завершения работы над спешлом жесткая самодисциплина дала сбой. Вес Нейта снова вырос до 180 фунтов [1:13:06], что погрузило его в состояние депрессии и разочарования [1:12:39].

Ранее в разговоре комики мимоходом затрагивали тему дегидратации и важности питья чистой воды, но Нейт с грустной иронией констатирует, что знать правила здорового образа жизни и следовать им на практике — две совершенно разные вещи [1:13:19]. Специфика карьеры в стендап-комедии лишь усугубляет ситуацию: отсутствие начальников, дедлайнов и внешнего контроля расслабляет [1:13:45]. В отличие от Нейта, его коллега Майк Веккьоне придерживается строгой утренней рутины и структуры [1:13:32].

Майк делится своим опытом: ключом к победе над зависимостью для него стал полный отказ от сахара [1:14:38]. Потребовалось около двух недель тяжелой ломки, чтобы организм очистился, после чего чувство неконтролируемого голода наконец отступило [1:14:52]. Для Нейта же главным искушением остаются чипсы Pringles, которые он покупает маленькими тубами [1:15:04]. Он с юмором рассказывает, что открывая пачку, чувствует себя великаном, заглядывающим в спальню к маленьким спящим картофельным чипсинам [1:15:17], но в итоге съедает их все, отправляя в рот сразу по две штуки за раз [1:15:30].

## 🧪 В поисках вечной молодости: инъекции крови и миллионы Сэма Альтмана
[[JUMP:1:16:08]]

### Цена бессмертия: почему 180 миллионов долларов кажутся комикам «мелочью»
[[JUMP:1:16:08]]

После короткого обмена репликами о вредных пищевых привычках [1:15:42], Тео Вон [1:16:08] переводит беседу на футуристическую тему борьбы со старением. Он зачитывает новость о крупном технологическом инвесторе [1:16:21], который вложил 180 миллионов долларов в стартапы по продлению человеческой жизни. Реагируя на эту цифру, Нейт Баргатзе замечает [1:16:34], что в эпоху, когда технологические гиганты оперируют миллиардами, 180 миллионов выглядят на удивление скромным бюджетом для разгадки секрета бессмертия. В качестве примера комик приводит покупку социальной сети Twitter Илоном Маском за 44 миллиарда долларов [1:17:13]. Майк Веккьоне и Тео шутят о распределении столь скромного бюджета в лабораториях [1:17:27], представляя комичную ситуацию, где руководителям проекта приходится выбирать между закупкой достаточного количества подопытных мышей и наймом хороших ученых [1:17:41]. 

В процессе обсуждения комики выясняют [1:17:54], что загадочным инвестором является глава OpenAI Сэм Альтман, которого они сначала путают со скандальным основателем криптобиржи FTX Сэмом Бэнкманом-Фридом [1:17:54]. Тео Вон поясняет [1:18:06], что Альтман буквально опустошил свои банковские счета ради финансирования двух глобальных технологических вызовов: неиссякаемого источника энергии через термоядерный стартап Helion Energy [1:18:06] и продления человеческой жизни как минимум на 10 лет [1:18:19]. Нейт Баргатзе относится к идее искусственного продления жизни со скепсисом [1:18:31], утверждая, что гораздо правильнее полноценно и качественно проживать то время, которое нам уже отпущено, нежели пытаться выторговать лишнее десятилетие [1:18:31]. Он также с юмором представляет фантастический сценарий [1:18:44], в котором Сэм Альтман превращается в своеобразное «божество долголетия», раздающее дополнительные месяцы жизни прохожим на улице, словно гранты [1:18:44].

### Эффект Франкенштейна: сшивание мышей и терапия молодой кровью
[[JUMP:1:18:57]]

Наибольший резонанс и бурное обсуждение у комиков вызывает конкретный научный метод, который и пробудил интерес Сэма Альтмана к биохакингу [1:18:57]. Тео Вон зачитывает пугающие подробности эксперимента [1:19:09], в рамках которого кровеносные системы старой и молодой мышей были хирургически соединены воедино (метод парабиоза) для создания общего кровотока. В результате этого слияния организм старого грызуна продемонстрировал признаки частичного омоложения и восстановления функций [1:19:09]. Воодушевившись этим успехом, Альтман немедленно поручил своим сотрудникам тщательно отслеживать любые прорывы в исследованиях антивозрастных технологий [1:19:23]. 

Комики моментально находят в этой процедуре повод для черного юмора: Тео называет подобные эксперименты «идишским Франкенштейном» [1:17:41], намекая на происхождение Альтмана, а Нейт Баргатзе фантазирует о том [1:19:39], насколько жестоким должно быть осознание подопытного грызуна, когда он понимает, что в этой паре ему отведена незавидная роль «старой мыши» [1:19:39]. Нейт сравнивает это с жестокими законами Голливуда, где статус стареющей звезды означает постепенное забвение [1:19:39]. Несмотря на комичные аналогии, собеседники сходятся во мнении, что идея использования молодой крови для омоложения выглядит пугающе перспективно [1:19:23].

### Феномен Мэджика Джонсона и биохакинг через донорство
[[JUMP:1:19:52]]

Размышления о переливании крови наводят Тео Вона на мысль о знаменитом баскетболисте Мэджике Джонсоне [1:19:52]. Ведущий в шутку предполагает, что невероятная бодрость и цветущий вид спортсмена, много лет живущего с ВИЧ-инфекцией, могут объясняться регулярными процедурами омоложения плазмы [1:19:52]. Майк Веккьоне подхватывает тему здоровья и делится интересным фактом, который он слышал от знакомых в контексте гормональной терапии [1:20:06]. Согласно этому утверждению, мужчинам, принимающим тестостерон, настоятельно рекомендуют регулярно выступать в роли доноров крови [1:20:06]. 

Подобная регулярная сдача крови якобы стимулирует костный мозг активно вырабатывать свежие эритроциты [1:20:19], что приводит к естественному обновлению всей кровеносной системы и оказывает мощный омолаживающий эффект на организм [1:20:19]. Хотя Майк честно признается [1:20:32], что не является медицинским экспертом и транслирует лишь услышанные разговоры, сама идея обновления плазмы кажется комикам логичной [1:20:32]. Тео шутит, что само словосочетание «молодая кровь» (young blood) звучит как классическое сленговое обращение в американских уличных бандах [1:20:32].

Эта лингвистическая аналогия плавно переводит разговор на тему криминального бизнеса уличных банд [1:20:46] и их отличие от классической итальянской мафии. Напомним, что историю американской мафии, её внутренний кодекс [1:22:42] и судьбы легендарных боссов вроде Карло Гамбино [1:27:05] и Тони Аккардо [1:28:13] комики детально обсуждали в предыдущих разделах беседы. В завершение этого блока Тео и его гости также коротко затрагивают вопросы службы ЛГБТ-представителей в армии [1:38:02] и рассуждают о вымышленных бойцовских лигах для геев [1:39:21] — эти темы станут ключевыми в последующих частях их долгого диалога.

## 🎭 От мафиозной толерантности до комедийного бума в Нэшвилле
[[JUMP:1:40:54]]

### Толерантность по-итальянски: ЛГБТ-сообщество в рядах современной мафии
[[JUMP:1:40:54]]

В начале сегмента Тео Вон задается вопросом, существовали ли когда-либо открытые геи в мафии [1:40:54]. Майк Веккьоне вспоминает реальную историю из Нью-Джерси, ставшую основой для сюжета в сериале «Клан Сопрано» [1:41:07]. Там высокопоставленного члена преступного синдиката жестоко убили лишь за подозрение в гомосексуальности [1:41:07]. Однако современные реалии сильно изменились. Ведущие обсуждают сенсационную новость: итальянский прокурор по борьбе с мафией Никола Граттери в интервью газете The Times раскрыл, что «Ндрангета» теперь открыто принимает в свои ряды геев и даже дрэг-квин [1:42:01]. По словам Граттери, ЛГБТ-представители могут служить «солдатами» мафии, если не афишируют свою ориентацию публично [1:42:01]. Следователи даже перехватили страстную переписку между одним из влиятельных боссов и его молодым лейтенантом [1:42:27].

Ранее в разговоре комики уже касались истории американской мафии, но новые веяния вызывают у них искренний смех. Нейт Баргатзе шутит о том, как легко раньше можно было навлечь на себя смертельные подозрения: достаточно было надеть яркий галстук в цветочек [1:42:40] или аккуратно положить салфетку на колени перед едой в ресторане [1:43:31]. Обсуждая суровые мафиозные правила, Майк вспоминает фильм «Донни Браско» и реального гангстера Доминика «Сонни Блэка» Наполитано, который оставил ящик с драгоценностями открытым, зная, что идет на встречу, с которой не вернется [1:44:22]. По правилам коза ностры, на такие встречи запрещено приходить с оружием [1:45:27], что превращает явку в добровольное принятие казни. Тео иронизирует, что идеальный способ усыпить бдительность жертвы перед расправой — пригласить её на обычную встречу с ведерком курицы Popeyes в руках [1:46:06].

### Последний ужин перед электрическим стулом: вредный фастфуд против высокой кухни
[[JUMP:1:46:20]]

Разговор о ведерке Popeyes плавно перетекает в кулинарные фантазии [1:46:20]. Комики задумываются над тем, каким должен быть идеальный последний ужин перед смертной казнью [1:46:58]. Нейт Баргатзе признается, что изысканный стейк на убой — это слишком банально [1:46:32]. Вместо этого он предпочел бы максимально вредный фастфуд, который раздует его до невероятных размеров перед электрическим стулом: сэндвичи от Chick-fil-A или сытные наборы от Raising Cane's [1:46:46]. В качестве десерта Нейт выбирает обычное шоколадное мороженое от бренда Hershey's, отвергая излишне пафосный бельгийский шоколад [1:47:24]. Майк Веккьоне, недавно выступавший с концертами в Брюсселе, подтверждает, что европейские сладости хороши, но американские рецепторы привыкли к обработанным продуктам [1:47:39]. Тео Вон поддерживает эту мысль и шутит о качестве еды в Нью-Йорке: живя в районе Алфабет-Сити на Манхэттене, трудно рассуждать о свежих фермерских продуктах [1:48:06], а местная запеканка, кажется, на добрую треть «разбавлена детской присыпкой» [1:48:20].

### Комедийная децентрализация: почему Нэшвилл становится новой столицей стендапа
[[JUMP:1:48:34]]

Обсуждая жизнь в Нью-Йорке [1:48:20], Майк признается, что скучает по мегаполису, хотя Джо Роган активно зовет его переехать в Остин [1:48:34]. Нейт Баргатзе, страстный фанат футбольной команды Вандербильта [1:48:34], выступает главным амбассадором Нэшвилла. Он уверен: молодым комикам больше не нужно стремиться в Нью-Йорк, как это было на заре его собственной карьеры [1:49:15]. Сегодня заявить о себе можно в любой точке США. Отличный пример — стендап-комик Лаура Пик, которая долгое время жила в Нэшвилле, выступала на разогреве у Луи Си Кея и Нейта, а теперь пишет сценарии для Saturday Night Live [1:49:56]. Нэшвилл растет невероятными темпами [1:50:34], привлекая таких звезд, как Дэвид Спейд и Карлос Миллер, на местный комедийный фестиваль [1:51:02]. В городе процветает клуб Zanies, собирающий аншлаги даже на вечерах проверки нового материала [1:51:27], а также площадки вроде Third Coast [1:52:07]. Сюда уже перебрались Стив Бирн и Джош Вульф [1:51:55].

Нейт вспоминает времена, когда комикам приходилось проводить в дороге по 40 недель в году, чтобы заработать авторитет [1:52:34]. Нынешнее поколение вынуждено искать новые пути продвижения через интернет, хотя по-прежнему важно уметь держать часовой зал. В качестве примера невероятного таланта Нейт приводит Шейна Гиллиса, чья манера выступления сразу поразила его своей самобытностью [1:53:15]. Баргатзе со смехом пересказывает историю Гиллиса о том, как кто-то громко испортил воздух на церковной службе в пустом храме [1:53:57], и предлагает шутливый конкурс в знаменитом концертном зале Райман-Аудиториум [1:54:23], после чего Тео показывает вирусное видео с аналогичным инцидентом в церкви [1:54:50]. В завершение темы Нейт подчеркивает, что интернет-слава не заменит полноценного живого выступления, хваля Майка Веккьоне за его новый спешл [1:55:57]. По его словам, участники шоу вроде America's Got Talent часто получают контракты в Лас-Вегасе [1:56:48], но терпят крах, так как не способны отыграть качественный часовой концерт, в отличие от опытных артистов вроде чревовещателя Терри Фейтора [1:57:00].

### Первая ночь в Нью-Йорке: кокаин, дрэг-квин, секс-игрушки и курьез в бодеге
[[JUMP:1:58:43]]

Тема Нью-Йорка рождает в памяти Тео Вона невероятное воспоминание о его первой ночи в этом городе [1:58:43]. Все началось с прохождения шуточного теста на «уровень вибраций» от саентологов на вокзале [1:58:03], после чего Тео оказался в одном такси с двумя девушками-лесбиянками, пригласившими его в гости [1:58:43]. В квартире началась вечеринка с употреблением кокаина [1:59:11]. Хозяйки начали страстно целоваться на глазах у напуганного парня из провинции [1:59:24]. От избытка чувств, наркотиков и паранойи у Тео случилась осечка с эрекцией [1:59:37]. Решив сбежать из подозрительной квартиры, он прихватил из мешка с интимными принадлежностями сувенир на память — гигантскую фиолетовую секс-игрушку [2:00:02], спрятав её за пояс джинсов [2:00:16]. По пути домой Тео зашел в местную бодегу за кокосовой водой и апельсином [2:00:28]. На выходе он обнаружил, что трофей вывалился из штанов, а пятилетний ребенок прямо посреди магазина весело размахивает фаллоимитатором на глазах у изумленной публики [2:00:41].

Этот курьез наводит комиков на размышления о детях, которых родители берут с собой на поздние прогулки. Тео вспоминает толпы нарядно одетых младенцев в полночь в торговых центрах калифорнийского Эрвайна [2:01:19], а Нейт удивляется родителям, приходящим с грудными младенцами на ночные матчи студенческого баскетбольного турнира «Мартовское безумие» [2:01:59]. Размышляя о будущем материнства, Тео высказывает теорию о том, что вскоре естественная беременность уйдет в прошлое, уступив место искусственным инкубаторам [2:03:32]. Нейт Баргатзе возражает, считая, что уникальная связь матери и ребенка во время вынашивания — это настоящее чудо [2:04:11]. Завершая выпуск на абсурдной ноте, комики разыгрывают сценку о забытом в таком государственном «детском инкубаторе» ребенке, которого родителям приходится забирать с огромным опозданием, словно просроченную книгу из библиотеки [2:04:50].

## 📱 Иллюзия связи, бремя богатства и закулисье комедийного монтажа
[[JUMP:2:05:56]]

### Клиповое безумие: как социальные сети убивают детское воображение
[[JUMP:2:05:56]]

Современное общество сталкивается с незаметной, но глубокой проблемой — постепенным угасанием человеческого воображения [2:05:56]. Тео Вон отмечает, что бесконечный поток готового контента в смартфонах лишает людей необходимости придумывать что-то свое [2:06:09]. Это приводит к абсурдным социальным паттернам: подростки устраивают жестокие драки в школах не из-за реальных конфликтов, а просто ради того, чтобы в точности воспроизвести вирусные видео из интернета, собрать просмотры и почитать комментарии под ними [2:06:22]. 

Главный катализатор творческого мышления — это скука, но именно её социальные сети пытаются полностью уничтожить [2:06:48]. Когда человек ничем не занят, его мозг вынужден активировать внутренние ресурсы и фантазию [2:07:00]. Однако сегодня любой намек на скуку воспринимается как проблема, требующая немедленной стимуляции гаджетом, из-за чего «мускул» воображения постепенно атрофируется [2:07:14].

Майк Веккьоне добавляет, что от этого цифрового давления не застрахованы и взрослые [2:07:27]. Даже профессиональные комики, листая ленту и наблюдая за успехами коллег на телевидении, начинают испытывать зависть и депрессию [2:07:41]. Веккьоне подчеркивает, что за красивой картинкой чужих достижений часто скрывается иллюзия, а в реальности каждый просто пытается справиться со своими трудностями [2:08:06]. Приложения вроде Instagram, изначально создававшиеся Кевином Систромом и Майком Кригером в октябре 2010 года как простые платформы для обмена семейными фото [2:09:14], превратились в агрессивные коммерческие площадки с бесконечными аналогами TikTok — Reels и Snapchat-подобными историями [2:09:27].

Тео Вон иронизирует, что в этих реалиях родители, способные вырастить ребенка без смартфона и привить ему любовь к чтению, создают настоящих «суперлюдей» [2:09:40]. В этом контексте комики в шутку приводят в пример общины амишей, которые полностью отказались от цифровых благ ради тяжелого физического труда [2:09:54]. Майк Веккьоне вспоминает, как до переезда в Нью-Йорк занимался установкой мрамора в роскошном особняке и был поражен невероятным качеством работы плотников-амишей [2:10:34]. Нейт Баргатзе связывает это с силой культурных традиций [2:11:16]. По мнению Нейта, США как очень молодая страна [2:11:43] быстро потеряла крепкие семейные устои, которые до сих пор сильны в Европе, а также в латиноамериканских и еврейских общинах иммигрантов [2:12:36].

### Золотая клетка: почему богатство мешает закалять характер
[[JUMP:2:13:56]]

Переход от тяжелого труда к сытой жизни часто разрушает те самые ценности, которые к этому успеху привели. Первое поколение иммигрантов живет ради «американской мечты», берется за любую работу и требует от детей отличной учебы [2:13:27]. Но уже через два-три поколения заработанное богатство порождает у наследников чувство вседозволенности, а былая трудовая этика бесследно исчезает [2:13:56].

Тео Вон вспоминает визит на подкаст рэпера Lil Boosie (Бози), выросшего в бедности на улицах Батон-Ружа [2:14:24]. Музыкант признался, что при всем желании не способен передать своим детям тот же жесткий характер и волю к победе, ведь они растут в роскоши и не знают лишений [2:14:37]. Майк Веккьоне соглашается, что родительский инстинкт облегчить жизнь своему ребенку в корне неверен [2:15:16]. Именно преодоление сопротивления и неудач делает человека сильным [2:17:02]. Нейт Баргатзе переводит тему в шутку, рассказывая, что каждое утро прячет завтрак от своей дочери, заставляя её искать еду, как пасхальные яйца [2:15:41]. При этом Нейт иронизирует, что у девочки на счету уже лежит около 50 тысяч долларов, так что она в любом случае будет в порядке [2:15:55].

Майк Веккьоне делится своим прошлым опытом работы преподавателем для детей с эмоциональными и поведенческими расстройствами (BD/LD) [2:18:04]. Он успел поработать в интернатах Филадельфии, обычных городских школах и элитных учебных заведениях для детей обеспеченных родителей [2:18:17]. Последние оказались самыми сложными. Майк вспоминает случай, когда отец одного из трудных подростков — профессиональный психолог — наотрез отказывался применять к сыну банальные меры дисциплины [2:18:44]. Вместо прямых запретов и рамок авторитетные специалисты устраивали многочасовые заседания, пытаясь интеллектуализировать проблему и составить сложные «поведенческие планы» [2:19:10]. По мнению Веккьоне, ребенку с СДВГ, который просто нагло нарушал правила из-за отсутствия границ, требовалось простое и понятное отцовское воспитание, а не бесконечный психологический анализ [2:19:23].

### В монтажной будке: как создать идеальный комедийный спешл
[[JUMP:2:21:06]]

Разговор заходит о профессиональных аспектах комедии, в частности о выпуске дебютного сольного видео-спешла Майка Веккьоне, в котором Нейт Баргатзе выступил в роли режиссера и продюсера [2:24:40]. Майк рассказывает, что процесс монтажа потребовал от него колоссальных усилий и внимания к деталям [2:21:19].

В работе над проектом Майку помогал его коллега, комик Бен Розенфельд (Ben Rosenfeld) [2:21:32]. Нейт Баргатзе отмечает, что при монтаже собственного материала автору жизненно необходим взгляд со стороны [2:21:47]. Когда пересматриваешь свои выступления сотни раз, полностью теряется объективность [2:22:15], а шутки начинают вызывать лишь раздражение и усталость [2:22:27]. Именно поэтому сам Нейт перед отправкой черновых версий своих спешлов на Netflix всегда показывает их близким друзьям-комикам Джастину Смиту (Justin Smith) и Брайану Бейтсу (Brian Bates) [2:22:02].

Спешл Майка Веккьоне создавался при поддержке лейбла 800 Pound Gorilla [2:22:53]. Итоговый хронометраж составил 53 минуты [2:23:34]. Комики сходятся во мнении, что удерживать спешл в пределах часа — оптимальное решение для современной аудитории с ее клиповым восприятием [2:23:47]. Продукт жесткой «нью-йоркской школы» стендапа, Майк делает ставку на плотный текстовый юмор и обилие сарказма [2:26:51]. На своих концертах он сразу предупреждает зрителей, чтобы они привыкали к его ироничной подаче [2:27:04]. Его коронная шутка отлично раскрывает этот образ: 

«Стендап — это моя работа и страсть, а цель моих поездок по стране — спорить о вакцинации с малоимущими белыми» [2:27:30]. 

Этот дерзкий интерактив моментально задает нужный тон в зале [2:27:58]. Ранее в разговоре они вскользь касались темы организационных сложностей, с которыми сталкиваются артисты во время записи шоу, вроде внезапных санитарных требований на выступлениях Тео Вона [2:28:49].

## 🎪 Закулисные игры пандемии и финальные аккорды подкаста
[[JUMP:2:30:55]]

### Давление площадок и перекладывание ответственности
[[JUMP:2:31:09]]

Пандемийные ограничения наложили глубокий отпечаток на индустрию живых выступлений, породив множество скрытых конфликтов между артистами и концертными площадками [2:31:09]. Вспоминая этот непростой период, Тео Вон делится наболевшим: менеджеры клубов и залов часто пытались переложить ответственность за непопулярные санитарные меры на самих комиков [2:31:22]. Вместо того чтобы честно признать, что требования о наличии вакцинных карт исходят от городских властей или администрации заведения, площадки формулировали анонсы так, будто это было личным капризом артиста [2:31:35]. 

Тео Вон признается, что такое лицемерие вызывало у него крайнее возмущение, ведь никто не хотел без вины прослыть «плохим парнем» в глазах своей же аудитории [2:31:09]. Ему не раз приходилось вмешиваться лично и буквально требовать от организаторов изменить формулировки в рассылках и билетах [2:31:47]. Позиция ведущего была предельно честной: если площадка вынуждена вводить жесткие правила, она должна открыто заявлять об этом от своего имени, а не прятаться за спину выступающего комика [2:31:59]. Подобный саботаж со стороны организаторов лишь усиливал социальное напряжение, превращая планирование туров в бесконечную борьбу за репутацию [2:31:35].

### Абсурдность ограничений и комедийный гротеск
[[JUMP:2:31:59]]

Пытаясь осмыслить абсурдность некоторых ковидных требований, комики быстро переходят на язык сатиры. Тео Вон шутит, что с таким же успехом площадки могли бы требовать от зрителей справку об обязательном обрезании — причем как от мужчин, так и от женщин [2:31:59]. Градус абсурда нарастает, когда Тео предлагает альтернативный сценарий: пускать на шоу только тех, у кого вообще нет никаких прививок, включая даже стандартную сезонную вакцину от гриппа [2:32:13]. 

Ранее в разговоре они детально касались истории американской мафии, и этот мотив вновь всплывает в виде шутливого сравнения: Тео объявляет о создании «новой мафии», члены которой гордятся полным отсутствием искусственного иммунитета в крови [2:32:26]. В этой гротескной реальности суровые мафиози должны панически бояться банальной свинки или кори [2:32:39]. Ведущий рисует комичную картину того, как он сам, подобно приговоренному к общественным работам, стоит на «границе кровотока» с веслом в руках, пытаясь защитить этих уязвимых бандитов [2:32:51]. Комики приходят к выводу, что такую «антипрививочную банду» мог бы мгновенно уничтожить обычный насморк, ветрянка или любая экзотическая болезнь из культовой старой игры Oregon Trail [2:33:05].

### Финал беседы: планы Майка Веккьоне и завершение эфира
[[JUMP:2:33:05]]

После волны искрометного юмора разговор плавно переходит к финалу. Тео Вон подводит итоги встречи, отмечая, что они отлично провели время и успели обсудить множество важных тем [2:33:05]. Он тепло поздравляет Майка Веккьоне с успешной записью его нового комедийного проекта [2:33:18]. Нейт Баргатзе искренне благодарит Тео за приглашение, подчеркивая, что был рад снова оказаться в студии [2:33:18]. 

Поскольку этот эпизод выходит уже после релиза нового спешла Майка Веккьоне (о создании чистых комедийных программ комики рассуждали в начале интервью), Тео интересуется его ближайшими гастрольными планами [2:33:31]. Майк признается, что сейчас его главная задача — максимально распространить информацию о своей работе, поэтому он соглашается на любые доступные даты и площадки [2:33:44]. Он приглашает зрителей на свои грядущие выступления в знаменитом клубе Comedy on State в Мадисоне, штат Висконсин, а также в Side Splitters в Тампе [2:33:56]. 

Майк Веккьоне активно призывает подписываться на его аккаунт @ComicMikeV во всех социальных сетях [2:34:12]. В завершение он рекламирует свой авторский подкаст под названием «Mike Vecchione Investigates» (также известный под шутливым рабочим названием «Take It Out in Post») [2:34:25]. Майк с юмором описывает шоу как псевдорасследование, в котором он намеренно общается со своими слушателями свысока [2:34:37]. Тео Вон благодарит Нейта Баргатзе и Майка Веккьоне за отличный разговор, после чего выпуск завершается традиционным музыкальным аутро [2:34:50].