# Алексей Левинсон: «У нас сейчас не общество страха, а общество восторга»

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=x22tb6dDuLc
Канал: Скажи Гордеевой
Опубликовано: 21.02.2023

---

Социолог Алексей Левинсон в большом интервью Катерине Гордеевой для YouTube-канала «Скажи Гордеевой» анализирует состояние современного российского общества, объясняя причины его поразительной однородности и лояльности власти. В центре беседы — феномен «общества восторга», кризис индивидуального достоинства и исторический путь «Левада-Центра» от советских семинаров до статуса иностранного агента.

## 🔮 Будущее в тумане: три сценария российского сознания
[[JUMP:0:18]]

По мнению Алексея Левинсона, современная ситуация характеризуется высшей степенью неопределенности, где открыты все варианты будущего — от катастрофических до оптимистических [0:32]. Социологические опросы показывают, что большинство россиян не могут четко сформулировать образ завтрашнего дня, что является болезненным симптомом после десятилетий советской «устремленности в будущее» [6:29].

В отношении специальной военной операции (СВО) Левинсон выделяет три доминирующих типа восприятия будущего среди сторонников действий власти:

*   **Апокалиптический:** Ожидание ядерной войны, гражданского конфликта или распада России [7:53].
*   **Иррациональный оптимизм:** Убежденность в победе просто потому, что «мы не можем не победить» [8:17].
*   **Инерционный:** Позиция «раз связались, надо доводить до конца», при полном отсутствии понимания, где этот конец находится [8:30].

Социолог отмечает, что сторонников мирных переговоров становится больше, особенно среди женщин, однако это часто совпадает с риторикой самой власти о готовности к диалогу [10:19]. По словам Левинсона, неопределенность ощущается не только внизу, но и на «высоких верхах», что мешает серьезному осмыслению судеб страны [11:44].

## 📊 Социология как зеркало: зачем нужны опросы в закрытом обществе
[[JUMP:1:19]]

Левинсон критикует теорию о том, что социология — это лишь инструмент манипуляции. Он утверждает, что рейтинги важны прежде всего для ближайшего окружения Владимира Путина, а не для простых людей, чьими ответами они формируются [2:26]. В СССР опросы были фактически запрещены, так как власть хотела обладать монополией на право говорить от имени всего народа [2:53].

В работе «Левада-Центра» социологи используют как массовые опросы, так и фокус-группы. Алексей Левинсон подробно описывает механику фокус-групп:

*   Участникам платят за время, они представляют конкретные целевые аудитории (например, мамы, автовладельцы или сторонники определенных партий) [38:07].
*   Дискуссии проходят в специальном зале с прозрачным зеркалом, за которым может сидеть заказчик [38:56].
*   Наблюдение за реакциями (мимикой, жестами) часто дает больше информации, чем сухой отчет [40:44].

Левинсон подчеркивает, что статус «иностранного агента», присвоенный организации, парадоксален: на самом деле центр не находится под влиянием извне, а сам влияет на иностранцев, объясняя им, какая Россия на самом деле [20:14]. Он также отмечает, что в Украине социологическая школа развита лучше из-за реальной рыночной конкуренции нескольких агентств [21:09].

## 🤩 «Общество восторга» вместо общества страха
[[JUMP:23:43]]

Один из ключевых тезисов Алексея Левинсона заключается в том, что в России сейчас установилось не «общество страха», а «общество восторга» [23:43]. По мнению гостя, люди не боятся быть такими, какие они есть, и демонстрировать это миру. Происходит «заражение толпы», когда индивидуальные сомнения подавляются общим эмоциональным фоном, транслируемым через телевидение [25:02].

Социолог объясняет феномен высокой поддержки власти следующими факторами:

1.  **Связывание общества:** Через фигуру Путина люди ощущают себя единым целым после развала СССР [29:40].
2.  **Приоритет «Мы»:** Любые действия власти (например, присоединение Крыма) одобряются, потому что это воспринимается как коллективное достижение («нам это нужно») [30:22].
3.  **Отказ от индивидуальности:** По мнению Левинсона, люди сознательно выбирают быть «как все», чтобы не выделяться из шаблонов [36:42].

Левинсон утверждает, что опрос фиксирует фактическое поведение: если человек говорит интервьюеру, что поддерживает СВО, то и в военкомате он скажет то же самое [26:59]. То, что человек думает «на кухне», не имеет значения для социального действия.

## 🚜 «Выглаженное утюгом» общество: корни тоталитаризма снизу
[[JUMP:30:39]]

Левинсон считает, что российское общество страдает от низкой структурной дифференциации. За 70 лет советской власти народ был «выглажен утюгом»: все читали одну газету, пили одну водку и учились по одним учебникам [31:06]. Исчезли даже региональные говоры — жителя Владивостока теперь не отличить по речи от жителя Смоленска [31:31].

Социолог выделяет две исторические программы организации в России:

*   **Авторитарная (мафиозная):** Иерархия, строящаяся на силе, подобно обезьяньему стаду [1:23:51].
*   **Демократическая:** Объединение людей ради общего дела на принципах договора [1:24:16].

По мнению Левинсона, нынешняя власть не любит ни самоорганизующиеся общества (волонтеров заставляют получать удостоверения), ни конкурентную мафию, стремясь к тотальной бюрократизации [1:26:36]. Утрата «людей самостоятельных» (термин Натальи Зубаревич) — главная потеря страны, так как именно разнообразие интересов и профессий создает социальное богатство [34:37].

## 👩‍🦳 Гендерный аспект: почему «вдовы» поддерживают «большого мужчину»
[[JUMP:1:16:12]]

Алексей Левинсон приводит статистические данные: наивысший процент поддержки действий власти наблюдается в старших возрастных группах, где доминируют женщины (из-за низкой продолжительности жизни мужчин) [1:18:59].

Основные характеристики этой группы по мнению социолога:

*   Единственный источник дохода — пенсия; единственный источник информации — телевизор [1:17:49].
*   Психологическая зависимость от государства как от «главы семьи» [1:20:04].
*   Трансляция мужских ценностей насилия: именно женщины часто воспитывают мальчиков в духе «ты должен дать сдачи» и «не плачь» [1:21:36].

Левинсон считает трагедией ситуацию, когда 65-летние женщины, никогда не видевшие американцев, желают «показать им» на Украине вместо того, чтобы заботиться о благоустройстве собственного подъезда [1:15:47]. При этом он отмечает, что пенсионеры продолжали поддерживать Путина даже после повышения пенсионного возраста, так как их лично это уже не касалось [1:18:46].

## 🏛 Наследие Юрия Левады и «Кварцевая лампа» личности
[[JUMP:47:30]]

Значительная часть интервью посвящена Юрию Александровичу Леваде. Левинсон называет годы работы с ним (1966–2006) главным счастьем своей жизни [47:56]. Он сравнивает присутствие Левады в коллективе с «кварцевой лампой», которая заставляла даже плохих людей поворачиваться их лучшей стороной [48:23].

Ключевые факты истории «Левада-Центра»:

*   **1960-е:** Социология в СССР была под полузапретом; для чтения книг требовался допуск КГБ («шестигранник») [51:54].
*   **Лекции на Моховой:** Левада стал сенсацией, предложив аудитории смотреть на вещи без идеологических масок [54:12].
*   **Опала:** В 1969 году Леваду лишили звания профессора (беспрецедентный случай), а институт подвергли чистке [56:28].
*   **2003 год:** Разгром «старого» ВЦИОМ. Власть попыталась сменить руководство перед выборами 2004 года. В знак протеста 81 сотрудник из 82 подал заявление об уходе [1:33:06].

Левинсон подчеркивает, что «Левада-Центр» был создан вопреки желанию самого Юрия Александровича называть организацию своим именем — это была инициатива коллег [1:34:21].

## 🪖 Дедовщина и фабрика «зверья»
[[JUMP:1:42:57]]

Обсуждая природу человека, Левинсон вспоминает свои исследования армейской дедовщины в постсоветский период. Он называет её «автоматически самодействующей системой», которая за короткое время превращает обычных парней в «зверьё» [1:42:57].

По словам социолога, дедовщина работает по принципу: сначала тебя бьют, потом бьешь ты. Навык насилия остается в человеке навсегда, даже если он хочет его забыть. Тех, кто не вписывался в систему, она «отбраковывала» — это приводило к самоубийствам или расстрелам сослуживцев [1:44:04]. Левинсон считает, что по такой же аналогии можно создать как «страну хороших людей», так и «страну плохих» — всё зависит от социальных заготовок [1:44:43].

## 🔚 Смысл оставаться и «хроническая война»
[[JUMP:1:38:22]]

Алексей Левинсон объясняет, почему он не уехал из России: он считает понимание происходящего здесь своим профессиональным долгом и человеческим интересом [1:40:34]. Для него уезд стал новой «нормой», а он предпочитает оставаться в рамках старой — жить в своей стране [1:42:13].

Прогнозы социолога на будущее:

*   Война может перейти в хроническую фазу (по аналогии с Афганистаном или Чечней), что выгодно определенным бизнес-интересам и политическим группам [1:45:59].
*   Затяжной конфликт крайне вреден для «социального здоровья» как России, так и Украины [1:47:05].

В завершение Левинсон цитирует Григория Голосова: «Сохранение принципов необходимо вне зависимости от того, есть у вас надежда или нет» [1:47:57].