# Хасан Пайкер: почему США — это десять корпораций в одном плаще Источник: https://www.youtube.com/watch?v=Zy7GQVW35EE Канал: FLAGRANT Опубликовано: 20.09.2022 --- «США — это не демократия, а десять транснациональных корпораций в одном плаще», — заявляет популярный левый стример Хасан Пайкер. Зарабатывая миллионы на Twitch и одновременно жестко критикуя капиталистический культ бедности, он развенчивает мифы о британской короне, «глубинном государстве» и американской налоговой системе. Это честный разговор о том, как транснациональные гиганты подчинили себе всё — от глобальной серверной инфраструктуры до повседневной культуры чаевых. ## 🐺 Османское величие, турецкий призыв и свобода нравов [[JUMP:00:00]] В самом начале разговора Хасан Пайкер (Hasan Piker) мимоходом упомянул о своих дебатах с Эндрю Тейтом (Andrew Tate) [0:00] и критике его манипулятивных MLM-схем в интернете [0:25] (подробнее это будет раскрыто в следующей главе), после чего беседа быстро перешла к обсуждению турецких корней стримера и богатого исторического наследия его родины. ### Величие Османской империи и евроцентризм образования [[JUMP:05:20]] Хасан Пайкер родился в США [04:27], но вырос в Турции, что наложило огромный отпечаток на его мировоззрение. Одним из ключевых моментов турецкой национальной гордости он называет 1453 год — дату падения Константинополя [06:01]. Хасан с восхищением описывает военную хитрость Мехмеда Завоевателя, который перетащил военные корабли по суше на смазанных маслом бревнах прямо в залив Золотой Рог [06:17]. Это позволило обойти массивную оборонительную цепь в проливе Босфор, сдерживавшую любые вражеские флоты [06:30], и окончательно уничтожить остатки Византийской (Римской) империи [06:44]. На примере этих событий Хасан критикует современную западную систему образования за ее глубокий евроцентризм [07:26]. В американских и европейских школах подробно изучают Грецию и Рим только потому, что они считаются частью «западного мира» [07:39]. В то же время гигантские восточные цивилизации полностью игнорируются: * Династии и империи Китая практически не упоминаются в школьных программах [07:51]. * Завоевания Чингисхана и Монгольская империя остаются на периферии внимания [07:51]. * Великая империя Моголов в Индии полностью вычеркнута из массового сознания на Западе [08:05]. Хасан подчеркивает, что Османская империя была одной из величайших в истории, но о ней сознательно не принято говорить в положительном ключе [07:26]. При этом исторически она отличалась высокой степенью инклюзивности — например, еврейские общины процветали под властью османов на Ближнем Востоке и в Северной Африке, спасаясь от преследований в средневековой Европе [09:12]. Ситуация начала меняться лишь к моменту зарождения сионизма, когда Теодор Герцль безуспешно просил у османского султана земли Палестины [09:26]. Затрагивая тему современного турецкого общества, Хасан также иронично демонстрирует жест «серых волков» [10:45] — символ ультранационалистической партии MHP [10:57], уходящий корнями в древнетюркскую мифологию о происхождении их народа от волков [10:57]. ### Парадоксы турецкой маскулинности и декриминализация гомосексуальности [[JUMP:16:51]] Анализируя культурные особенности Турции, Хасан указывает на разительное сходство между турецкой и латиноамериканской культурами [16:51]. С одной стороны, турецкие мужчины традиционно демонстрируют выраженную метросексуальность: они тщательно ухаживают за собой, оформляют брови [17:44] и не боятся тактильной близости с друзьями, включая приветственные поцелуи [17:58]. С другой стороны, это парадоксально уживается с высоким уровнем бытовой гомофобии в современном обществе [17:58]. Однако с исторической точки зрения отношение к однополым связям на этих землях было удивительно либеральным. В Османской империи гомосексуальность никогда не считалась абсолютным табу [18:10]. Более того, в эпоху Танзимата в XVIII–XIX веках она была официально декриминализована [19:15]. В архивах сохранилось множество исторических свидетельств, миниатюр и документов той эпохи с откровенными изображениями мужских союзов [19:15]. Хасан выдвигает гипотезу, что жесткая общественная гомофобия в ее нынешнем виде — это относительно недавнее изобретение, во многом связанное с религиозным влиянием [19:43]. В древности институты традиционного брака продвигались властями не из абстрактного целомудрия, а из сугубо демографических и экономических соображений [20:09]. В условиях колоссальной детской смертности обществам требовался постоянный прирост рабочей силы — крестьян, слуг и солдат [20:21]. Борьба с бездетными союзами была способом предотвратить депопуляцию, аналогично современным призывам Илона Маска рожать больше детей [20:21]. В качестве забавной параллели собеседники вспоминают слухи о бисексуальности Авраама Линкольна (которого Хасан шутливо называет турецким именем Ибрагим [14:55]), основываясь на исторических свидетельствах о том, что президент часто спал в одной комнате со своим телохранителем [15:57]. ### Армейский призыв в Турции: откуп, «розовые билеты» и отцовский запрет [[JUMP:21:01]] Еще одним важным аспектом жизни в Турции является жесткая система обязательной воинской повинности [21:01]. Каждый трудоспособный мужчина обязан пройти службу в армии либо сразу после школы, либо по окончании университета [21:13]. Для выпускников вузов предусмотрены офицерские звания и сокращенный срок службы [21:13]. Для граждан, постоянно проживающих или работающих за границей, существует специальный режим «иностранной службы» [21:26]. Он длится всего 28 дней и предполагает возможность легального финансового откупа [21:26]. Именно этой опцией и воспользовался Хасан, благодаря своему двойному гражданству и регулярным государственным амнистиям («аф») [23:07]. Интересно, что в турецком призывном законодательстве до сих пор существует весьма специфический способ освобождения от службы, известный как получение «розового билета» [21:13]. Освобождение по причине гомосексуальности выдается только тем призывникам, которые докажут, что они являются «принимающей стороной» (пассивными партнерами) в сексуальных отношениях [22:06]. При этом активная роль («топ») не считается медицинским основанием для освобождения от призыва [22:06]. Для получения такого освобождения призывникам буквально приходится предоставлять военным врачам интимные фотографии в качестве доказательства [22:32]. Сам Хасан изначально хотел пройти короткую 28-дневную службу, воспринимая это как своего рода спортивный лагерь [23:22]. Однако его отец категорически воспрепятствовал этому шагу и пригрозил лишить сына наследства [23:34]. Отец заявил, что потратил слишком много денег на элитное образование Хасана за рубежом [24:02], чтобы тот «глупо погиб под пулей курдского снайпера на какой-нибудь горной вершине» [24:15]. Ближе к концу первой четверти интервью разговор плавно сместился в сторону недавних новостей из Великобритании и кончины королевы Елизаветы II в шотландском замке Балморал [24:28], детальный разбор которых авторы проведут уже в следующей части дискуссии. ## 👑 Тень короны, падение Тейта и социализм для богатых [[JUMP:25:21]] ### Имперский фасад: деколонизация и грехи британской короны [[JUMP:25:21]] Смерть Елизаветы II вызвала волну показной скорби, однако Хасан Пайкер (Hasan Piker) категорически отказывается идеализировать британскую монархию. Обсуждая похоронную процессию в Эдинбурге [25:21], Хасан отмечает абсурдность происходящего: полиция жестко задерживала протестующих, осмелившихся выступить против монархии [26:33]. Стример выражает глубокое презрение к тем, кто слепо поддерживает институт короны, называя их «куколдами» [27:26], ведь исторически королевская семья лишь забирала ресурсы у собственного населения. Пайкер подробно разбирает аргументы защитников монархии, для которых корона является своеобразным «патриотическим расширением флага» и символом былого величия империи [34:46]. Однако реальная цена этого величия ужасает: * Систематические колониальные зверства [35:38]; * Масштабный геноцид и насилие на подконтрольных территориях [35:38]; * Жесткое подавление любых попыток самоопределения. Пока американские СМИ тиражировали миф о том, что Елизавета II лично курировала мирную деколонизацию [36:05], британские войска жестоко подавляли национально-освободительные движения. В частности, это происходило во время восстания Мау-Мау в Кении и в ходе конфликта в Малайзии [36:19]. В то время как на местах совершались пытки, сама королева выступала в роли безупречного PR-щита империи [36:19]. Хасан также не упускает возможности высмеять нелепый внешний вид имперских солдат тех лет, воевавших в шортах [36:33]. Ранее в разговоре участники подкаста уже вскользь касались эстетики исторических нарядов Османской империи [25:49]. ### Развенчание мифа о Диане и генетические проблемы Виндзоров [[JUMP:28:11]] Внезапная смерть принцессы Дианы в 1997 году до сих пор окружена теориями заговора [28:11]. Хасан разделяет мнение о том, что автокатастрофа могла быть подстроена королевской семьей из-за романа Дианы с Доди аль-Файедом [28:50]. Корона не могла допустить её союза с мусульманином. Диана завоевала народную любовь своей искренней благотворительностью: она без страха общалась с больными СПИДом в эпоху жесточайшей стигматизации этой болезни [30:17] и активно боролась против использования противопехотных мин [30:30]. При этом Пайкер развенчивает популярный миф о Диане как о «принцессе из народа» [31:08]. Она вовсе не была простой учительницей: * Её семья принадлежала к древней аристократической династии Спенсеров [32:04]; * Она выросла в огромном замке-поместье [31:50]; * В ней текла более знатная кровь, чем во многих других членах королевской семьи. Хасан и ведущие подчеркивают парадокс: в самой британской королевской семье практически нет английской крови [32:45]. Елизавета II и принц Филипп имели преимущественно немецкие и греческие корни [32:45]. Многовековое кровосмешение внутри европейских монархий привело к очевидным генетическим отклонениям [33:09]. Самым ярким примером этого Пайкер называет неестественно опухшие «пальцы-сосиски» нынешнего короля Карла III, из-за которых тот с трудом может писать [33:50]. ### Дебаты с Эндрю Тейтом: наука против «личного опыта» [[JUMP:39:51]] Одним из ключевых моментов стримерской карьеры Хасана стали его дебаты с Эндрю Тейтом (Andrew Tate) [39:51]. Тейт, ставший невероятно популярным в TikTok и на Twitch, активно продвигал среди подростковой аудитории свою схему многоуровневого маркетинга под названием «Университет Хастлеров» (Hustlers University) [40:24]. Пайкер был возмущен тем, что молодые стримеры бесплатно рекламировали этот сомнительный продукт [40:37], и с радостью принял предложение поучаствовать в совместном эфире [41:18]. В ходе дебатов Тейт попытался транслировать свои радикальные сексистские взгляды, утверждая, что женщины в принципе не умеют водить машины [41:31]. Хасан легко разрушил эту демагогию, указав на недопустимость подмены научной статистики личными суждениями [41:57]. Чтобы наглядно показать несостоятельность логики Тейта, Пайкер задал ему вопрос о форме Земли [42:25]. Тейт признал, что Земля круглая, но когда Хасан спросил, почему он верит в это, ведь его личный повседневный опыт говорит об обратном, Тейт выдал абсурдный аргумент: он заявил, что лично летал в космос и видел форму планеты своими глазами [42:51]. Оказавшись в интеллектуальном тупике и не выдержав критики, Тейт просто снял наушники во время трансляции [43:04]. ### Что такое социализм: борьба с бедностью или автономия рабочих? [[JUMP:46:09]] Хасана Пайкера часто критикуют за его высокий доход и любовь к дорогим вещам, обвиняя в лицемерии. Сам стример не отрицает, что любит качественные товары и комфорт [46:09]. Однако он категорически не согласен с тем, что социалист обязан жить в нищете [46:34]. По мнению Хасана, социализм в американском представлении ошибочно приравнивают к религиозному культу бедности и аскезы [46:47]. Пайкер дает свое четкое определение этой идеологии: * Социализм — это прежде всего борьба за автономию и власть рабочего класса [46:57]; * Это предоставление людям контроля над условиями их труда [46:57]; * Это справедливое распределение прибыли. В качестве примера социалистического подхода в реальной жизни Хасан приводит свой подкаст «Fear &» [47:39]. Проект создается командой из трех человек, включая продюсера, и весь доход, а также ключевые решения по рекламе и графику делятся строго поровну [47:52]. Хасан признает, что при масштабировании бизнеса до сотен сотрудников прямая демократия усложняется [48:55], но настаивает: любой бизнес должен уважать права работников и давать им реальную свободу [49:34]. ## 💸 Культура выживания: от американских чаевых до налоговых войн и свободы стриминга [[JUMP:50:11]] ### Выживание, а не сервис: американская драма чаевых [[JUMP:50:25]] Разговор в студии начинается с обсуждения уникального феномена американской культуры — чаевых, которые для многих иностранцев кажутся избыточными, но для жителей США стали негласным общественным договором. Один из ведущих иронизирует над расовыми и культурными стереотипами, отмечая, что как белый американец он оставляет чаевые всегда [50:38], хотя с ростом доходов некоторые люди, напротив, начинают скупиться [50:38]. Хасан Пайкер выражает жесткую позицию: в современных американских реалиях 20% — это абсолютный и неоспоримый минимум [51:38][53:16]. Собеседники спорят, стоит ли снижать планку, если качество сервиса было откровенно плохим [51:38][53:29], однако Хасан непреклонен. Для Хасана Пайкера чаевые давно перестали быть оценкой качества работы персонала. Он рассматривает эту систему как прямую форму материальной поддержки и выживания низкооплачиваемых сотрудников [53:42][53:56]. Официанты и курьеры зачастую получают минимальную ставку, которая не покрывает базовые жизненные потребности [53:56]. Хасан вспоминает, что в молодости, когда он сам едва сводил концы с концами, он не оставлял на чай при самовывозе из заведений вроде Chipotle [54:08][54:21]. Однако сегодня, пользуясь доставкой UberEats, он всегда выбирает максимальный процент или оставляет фиксированную крупную сумму [54:35][54:47]. Ведущие поддерживают эту логику, напоминая, что курьеры буквально рискуют жизнью на дорогах, используют личные автомобили, платят за бензин и получают штрафы за парковку ради доставки еды клиенту [55:12][55:25]. В ходе дискуссии участники затрагивают и другие сферы применения чаевых: * Стрип-клубы, где демонстративное «осыпание долларами» является частью обязательного ритуала [56:15]. Ведущие со смехом вспоминают легендарный клуб Claremont Lounge в Атланте, известный своими пожилыми танцовщицами [57:44][57:58]. * Покупка кофе навынос. Даже здесь Хасан Пайкер предпочитает оставлять чаевые [59:10], хотя некоторые знакомые критикуют его за это, утверждая, что излишняя щедрость богатых клиентов лишь портит рынок для остальных [59:25]. * Обслуживание у фанатов. Если Хасана узнает работник заведения, стример чувствует дополнительную ответственность и обязательно оставляет крупные чаевые [59:54]. ### Куда уходят доллары: абсурд американской налоговой системы [[JUMP:1:00:06]] Разговор о личных финансах плавно перетекает в критику государственной фискальной политики. Участники подкаста сходятся во мнении, что налоговое законодательство США излишне запутанно [1:00:19], из-за чего практически каждый американец так или иначе вовлечен в те или иные схемы оптимизации или уклонения от налогов [1:00:32]. Хасан Пайкер подчеркивает, что граждане должны платить налоги [1:00:19], но главная проблема кроется в том, как именно распределяется федеральный бюджет. По мнению Хасана, американцы испытывают глубокое разочарование, поскольку колоссальная часть их налоговых отчислений уходит на оборонный сектор и финансирование зарубежных военных конфликтов — как выразился стример, на «убийство смуглых детей в Йемене» [1:00:46]. В то же время на внутренние нужды общества — строительство дорог и содержание государственных школ — выделяются лишь скромные крохи [1:01:11]. Ситуация усугубляется наследием экономической политики времен Рональда Рейгана. С тех пор в американском истеблишменте доминирует концепция «удушения зверя» (starve the beast), направленная на максимальное сокращение социальных расходов государства [1:01:24][1:01:36]. В результате: * Счета за медицинские услуги и страхование продолжают стремительно расти, оставляя граждан без доступного здравоохранения [1:01:36][1:01:50]. * Качество государственного школьного образования падает [1:01:50]. * Как демократы, так и республиканцы лоббируют вывод бюджетных средств в частные чартерные школы, которые не несут должной отчетности перед обществом [1:01:50]. На этом фоне Хасан отмечает парадоксальную популярность прямых социальных выплат в период пандемии COVID-19 (так называемых «стими» или «долларов Трампа») [1:02:02][1:02:15]. Тогда простые американцы впервые почувствовали, что государство напрямую помогает им выжить [1:02:15]. И хотя крупные финансовые СМИ вроде CNBC и Fox Business обвинили эти выплаты в разгоне инфляции [1:02:15][1:02:28], Хасан напоминает, что львиная доля напечатанных триллионов пошла вовсе не беднякам, а на прямую поддержку фондового рынка [1:02:28] и через серые схемы льготных PPP-кредитов для бизнеса, которые массово и бесконтрольно расхищались предпринимателями [1:02:41]. ### Свободный микрофон: почему Twitch побеждает кабельные гиганты [[JUMP:1:06:17]] Когда речь заходит о будущем, Хасан Пайкер категорически отвергает любые идеи о политической карьере или баллотировании в президенты США, заявляя о своей искренней нелюбви к практической политике [1:06:17][1:06:31]. Его истинная страсть — это стриминг [1:06:31]. Хасан признается, что мечтает достичь масштабов аудитории легендарного телеведущего Уолтера Кронкайта, но при этом сохранить привычный формат свободного вещания [1:06:31][1:06:44]. Он наотрез отказывается от предложений перейти на кабельные каналы вроде CNN [1:06:56]. Во-первых, традиционное телевидение сегодня физически не способно платить независимым топ-стримерам те деньги, которые они зарабатывают самостоятельно на интернет-платформах [1:07:09]. Во-вторых, прайм-тайм на ТВ жестко ограничен по времени, в то время как Хасан транслирует свои эфиры по 10 часов в день, начиная в 11 часов утра по тихоокеанскому времени [1:07:35][1:07:50]. Такой сверхдлинный формат позволяет подключаться зрителям со всех часовых поясов планеты, создавая глобальный охват [1:08:02]. Хасан вспоминает свои первые шаги в медиа на проекте The Young Turks [1:08:27]. В те годы на YouTube доминировала агрессивная правая пропаганда, а авторы многочисленных видеоэссе строили карьеру на высмеивании «повестки» [1:08:27][1:08:42][1:08:55]. Пайкер сознательно решил создать альтернативу этому тренду [1:09:09]. Он хотел показать, что левый активист может быть нормальным человеком, который не ищет во всем микроагрессии, ценит хороший юмор и ведет обычный образ жизни [1:09:09]. (Ранее в разговоре собеседники уже подробно обсуждали богатство Хасана и суть его социалистических взглядов [1:10:30]). Хасан с иронией отмечает, что любые попытки его «отмены» в сети строятся на одном и том же банальном аргументе: «Ты называешь себя социалистом, но при этом ты богат и купил дорогой дом» [1:10:15][1:10:30]. Оппоненты ошибочно воспринимают социализм как культ нищеты [1:10:43]. В реальности весь контент Хасана находится в абсолютно бесплатном доступе без обязательных платных подписок [1:10:43][1:10:55]. Более того, он разрешает сторонним фанатским каналам свободно нарезать его эфиры на клипы и зарабатывать на монетизации, рассматривая это как отличный взаимный маркетинг [1:11:08][1:11:22][1:11:35]. Его личный доход формируется исключительно за счет добровольных подписок благодарных зрителей [1:12:02]. В завершение главы Хасан призывает общество отказаться от токсичной культуры поиска чужого лицемерия и копания в старых твитах десятилетней давности [1:13:08][1:13:59][1:14:26]. Люди склонны учиться, развиваться и менять свои взгляды со временем, и это абсолютно естественный процесс взросления любой личности [1:14:40]. ## 🛠️ Цифровой паноптикум: авторитаризм в чате, субсидии Маска и тиски Amazon [[JUMP:1:15:20]] ### 🏛️ Диктатура стримера: публичные казни в прямом эфире [[JUMP:1:15:20]] Хасан Пайкер откровенно описывает свои жесткие методы взаимодействия с аудиторией во время трансляций [1:15:47]. На его стримах одновременно присутствуют по 30–40 тысяч активных зрителей [1:16:25], и уследить за таким хаотичным потоком сообщений крайне сложно. Вместо того чтобы ограничивать доступ и вводить режим «только для платных подписчиков», стример сознательно оставляет чат максимально открытым и демократичным [1:16:41]. Однако подобная свобода неизбежно привлекает провокаторов, которые целенаправленно пытаются вывести его из себя [1:16:54]. В подобных случаях Хасан применяет авторитарную тактику: он выбирает нарушителя границ и устраивает ему «публичную казнь» на глазах у всех остальных зрителей [1:16:54]. Он сравнивает такой подход с практикой режиссера Орсона Уэллса, который увольнял сотрудника в первый же съемочный день исключительно ради демонстрации авторитета [1:17:06]. Хасан Пайкер подчеркивает, что хотя в масштабах общества мы стремимся к демократии, в управлении крупными сообществами и медийным контентом необходимы жесткие поведенческие границы, иначе деструктивное поведение единиц испортит продукт для десятков тысяч людей [1:17:20]. В качестве примера типичного провокатора он приводит пользователей, которые спекулируют на теме его финансового успеха (ранее в разговоре участники уже детально обсуждали богатство Хасана и суть социализма) и задают ехидные вопросы о покупке дорогого жилья [1:18:40]. Таких комментаторов стример безжалостно выносит на «публичную площадь» чата и блокирует в прямом эфире [1:19:06]. ### 🚗 Илон Маск: величайший рыночный иллюзионист [[JUMP:1:20:38]] Переходя к глобальной экономике, Хасан Пайкер называет Илона Маска классическим рыночным мошенником и «диким капиталистом» [1:21:03]. По его мнению, деятельность миллиардера в сфере возобновляемой энергетики и освоения космоса держится исключительно на государственных субсидиях и продаже углеродных кредитов [1:21:16]. Стример детально объясняет механизм этой схемы: правительство США стимулирует автопроизводителей снижать углеродные выбросы, начисляя налоговые льготы и энергетические кредиты [1:21:42]. Поскольку весь флот автомобилей Tesla состоит из электромобилей, у Маска образуется огромный избыток этих кредитов, которые он затем за сотни миллионов долларов продает классическим автогигантам вроде General Motors [1:22:46]. Именно продажа регуляторных кредитов, а не производство машин, делает Tesla прибыльной компанией [1:22:58]. При этом рыночная капитализация Tesla раздута до масштабов технологического гиганта (с оценкой «десять к одному» по сравнению с классическими автопроизводителями) исключительно благодаря обещаниям революционных технологий, таких как быстрая замена батарей, которые часто так и остаются нереализованными [1:23:11]. Хасан утверждает, что подобные корпорации превращаются в систему «слишком больших, чтобы лопнуть» [1:23:23]. Ситуация усугубляется тем, что через пенсионные программы 401k миллионы обычных граждан оказываются привязаны к котировкам акций [1:23:48], однако 90% богатства на фондовом рынке по-прежнему принадлежит верхним 10% населения [1:24:15]. Ведущие вспоминают принцип Парето (соотношение 80/20) [1:24:40], но Хасан парирует: проблема не в самом неравенстве талантов, а в том, что реальные производители ценностей лишены права голоса и достойной оплаты труда [1:24:54]. ### 🖥️ Борьба за автономию: от «великого увольнения» к корпоративному шпионажу [[JUMP:1:27:05]] Пандемия и развитие удаленной работы временно изменили баланс сил на рынке труда в пользу рабочего класса [1:27:05]. Хасан отмечает феномены «великого увольнения» и «тихого ухода» (quiet quitting) как естественную реакцию на многолетнюю эксплуатацию [1:27:30]. Термин «тихий уход», вызывающий возмущение у работодателей, на самом деле означает лишь то, что сотрудники отказываются перерабатывать и выполнять задачи сверх своих прямых обязанностей бесплатно [1:27:43]. В условиях дефицита кадров на рынке труда рабочие впервые за долгое время получили реальные рычаги давления и возможность торговаться [1:28:09]. В ответ на обретение рабочими силы корпорации начали массово внедрять цифровой шпионаж [1:29:43]. Хасан обсуждает появление программного обеспечения для отслеживания нажатий клавиш (keystroke tracking) и движений мыши на рабочих ноутбуках [1:29:43]. В этой технологической гонке вооружений сотрудники создают специальные устройства-симуляторы активности мыши («mouse jigglers») [1:30:08], но это доступно далеко не всем. Хасан указывает, что этот виток тотального контроля предсказал еще Карл Маркс [1:30:47], писавший в «Манифесте коммунистической партии», что при капитализме любые технологические инновации лишь сильнее порабощают пролетариат и увеличивают доходы буржуазии [1:32:06]. Единственным эффективным способом противодействия этой системе стример считает профсоюзное движение [1:33:28], которое позволяет рабочим коллективно отстаивать свои права перед миллиардерами [1:34:05]. ### 📦 В тисках Джеффа Безоса: почему этичный капитализм невозможен [[JUMP:1:35:39]] Особое внимание в дискуссии уделяется внутреннему конфликту самого Хасана Пайкера. Будучи левым социалистическим блогером, он имеет эксклюзивный контракт со стриминговой платформой Twitch, принадлежащей мегакорпорации Amazon [1:35:52]. Этот контракт обязывает его стримить фиксированное количество часов в месяц [1:36:04]. Хасан открыто признает парадоксальность ситуации: он регулярно критикует Джеффа Безоса и приглашает на свои эфиры Криса Смоллса [1:36:32], лидера первого успешного профсоюза на складе Amazon в Статен-Айленде (ведущие вскользь шутят про участие конгрессвумен AOC в этой кампании [1:36:46]). Эта дилемма подводит участников беседы к классическому тезису: «При капитализме невозможно абсолютно этичное потребление» [1:37:51]. По мнению стримера, тотальное доминирование корпорации держится на трех столпах: * Инфраструктура AWS (Amazon Web Services), обеспечивающая работу около 80% всего современного интернета [1:37:13]; * Монопольный контроль над гигантским сегментом e-commerce [1:37:26]; * Эксклюзивные контракты с ключевыми независимыми контент-мейкерами [1:35:52]. Любой веб-сайт или онлайн-бизнес так или иначе платит Amazon за хостинг, что делает индивидуальный бойкот компании бессмысленным [1:37:26]. Создать альтернативного конкурента силами отдельного кооператива в текущих условиях невозможно без радикального изменения государственной политики в пользу рабочего класса [1:38:17]. Подводя итог, стример отмечает, что все западное общество в той или иной степени живет за счет эксплуатации стран третьего мира [1:39:49], приводя в пример то, как транснациональные бренды одежды используют дешевый азиатский труд [1:40:01]. ## 🌍 Глобальный госкапитализм, тайны Давоса и будущее распределения благ [[JUMP:1:44:33]] ### Госкапитализм Поднебесной: уроки китайского экономического чуда [[JUMP:1:44:33]] Разговор плавно переходит к глобальным геополитическим игрокам, когда Хасан Пайкер иронично реагирует на конспирологические теории о климатических изменениях [1:44:33] и открыто выражает симпатию к лидеру КНР Си Цзиньпину [1:44:45]. Стример восхищается китайскими инфраструктурными успехами, особо отмечая развитие сети высокоскоростных железных дорог и масштабную инициативу «Один пояс — один путь» [1:44:57]. При этом он признает остроту уйгурского вопроса, указывая на то, что это тюркский народ со своей самобытной культурой [1:45:10]. Анализируя экономическую траекторию Китая, Хасан дает глубокую оценку его модели авторитарного госкапитализма. Он соглашается, что одно-два десятилетия жесткой и агрессивной эксплуатации рабочей силы привели к колоссальным экономическим результатам [1:45:36]. В то время как КНР стремительно доминирует на мировой арене [1:46:01], Пайкер подчеркивает, что не считает эту систему идеальным переходным социалистическим государством [1:46:13]. По словам Пайкера, китайская экономическая стратегия держится на нескольких столпах: * Концепция «общего процветания» (Chinese Prosperity) [1:46:40], где приоритетом ставится экономическая стабильность миллиардного населения. * Готовность к распределению накопленного богатства по всей территории страны [1:47:44] во избежание крестьянских восстаний и социальных взрывов [1:47:18]. * Прагматичное использование иностранного капитала для развития собственной производственной и научной базы [1:49:30]. Пайкер демистифицирует миф о том, что Китай развился исключительно за счет копирования западных технологий [1:47:58]. Он напоминает, что американские бизнес-элиты сами сознательно шли на передачу технологий и игнорировали кражу интеллектуальной собственности ради доступа к дешевому производству [1:48:23]. Теперь, когда благосостояние китайских рабочих выросло, сама КНР вынуждена переносить простейшие производства в другие страны [1:49:02]. Хасан резюмирует, что смешанная экономика Китая оказалась гораздо эффективнее американской модели [1:49:30], иллюстрируя это известной формулой Дэн Сяопина о том, что «быть богатым — это славно» [1:50:11]. ### Демистификация «глубинного государства» и корпоративный диктат [[JUMP:1:51:04]] После краткого обсуждения феномена Нэнси Пелоси [1:51:04], её выдающихся способностей к партийной дисциплине в Конгрессе [1:51:16] (в сравнении с менее решительным Чаком Шумером [1:51:29]) и успешных биржевых сделок её супруга Пола Пелоси [1:51:43], ведущие затрагивают тему «глубинного государства» [1:52:09]. Собеседники задаются вопросом, существует ли скрытая группа элит, которая тайно планирует курс развития США на десятилетия вперед [1:52:23]. Хасан Пайкер решительно демистифицирует эту концепцию. По его мнению, для координации действий элитам не нужны темные подвалы или тайные заговоры — все происходит абсолютно открыто под эгидой капитализма [1:52:36]. Представители транснациональных корпораций и правительств встречаются на виду у всех, например, на Всемирном экономическом форуме в Давосе [1:52:36], координируя действия ради максимизации личной прибыли. Он высмеивает антисемитские теории заговора, указывая, что в США костяк этой элиты составляют вполне традиционные протестанты [1:52:50]. В качестве примера корпоративного лоббизма Хасан приводит подписание соглашения NAFTA, которое уничтожило промышленный сектор США ради сверхприбылей за рубежом [1:53:30]. Это доказывает, что у транснационального капитала нет патриотизма [1:53:44]. В погоне за маржой капитал неизбежно либо создает новый поджатый класс в бедных странах, либо грабит собственных рабочих, подрывая их покупательскую способность [1:54:09]. Пайкер обращается к Карлу Марксу, который предсказывал гибель капитализма из-за его внутренних противоречий [1:54:48], однако признает, что современное социальное государство научилось временно накладывать «пластыри» на систему, из-за чего кризисы повторяются каждые восемь лет [1:55:02]. Проявлением этого тупика становится слияние корпоративного интереса с иностранным лобби — например, покупка Саудовской Аравией долей в New York Times или Twitter [1:55:15], что позволяет им манипулировать общественным дискурсом [1:55:29]. Хасан жестко описывает американскую систему власти: «США — это не демократия, а десять транснациональных корпораций в одном плаще» [1:56:34]. Воля большинства американцев часто игнорируется элитами: так, несмотря на то, что большинство граждан поддерживают право на аборт [1:56:48], правые лоббисты в таких штатах, как Канзас или Мичиган, пытаются обойти результаты референдумов [1:57:16] из страха перед народным волеизъявлением [1:57:57]. ### Неизбежность UBI и несправедливость банковских спасений [[JUMP:1:59:15]] Отвечая на вопрос о безусловном базовом доходе (UBI) [1:59:15], Хасан напоминает, что эту идею поддерживали самые разные мыслители — от либертарианца Милтона Фридмана до современного политика Эндрю Янга [1:59:28]. В эпоху тотальной автоматизации и концентрации прибылей на самом верху UBI становится физической необходимостью: у людей просто должны быть деньги, чтобы покупать товары [1:59:55], иначе сама капиталистическая машина остановится [2:00:09]. Стример сравнивает это с логикой Генри Форда, который создавал «Модель Т» с расчетом на то, что его собственные рабочие смогут ее купить [2:00:22]. В противном случае наступает классическое марксистское отчуждение труда (alienation) [2:00:35], когда условный индонезийский рабочий производит дорогие кроссовки, но не имеет финансовой возможности их приобрести [2:00:48]. Пайкер резко осуждает то, как государство реагирует на системные сбои. Во время финансового кризиса 2008 года администрация Барака Обамы предпочла спасти частные банки, обеспечив их руководство золотыми парашютами [2:01:14], вместо того чтобы закрыть ипотечные долги простых граждан [2:01:27]. Финансовые элиты оправдывают это концепцией «моральной угрозы» (moral hazard) [2:01:27]. По их логике, раздача денег бедным вредна, так как они потратят их на глупости [2:01:40], а вливания в пользу богатых якобы эффективны [2:02:20] — хотя на деле элиты выводят эти средства в офшоры (что доказали Панамские документы) [2:01:52] или пускают на обратный выкуп акций для искусственного раздувания капитализации [2:02:34]. Хасан заключает, что стратегия «слишком большой, чтобы рухнуть» (too big to fail), как в случае с Boeing, превратилась в легальный шантаж государства крупным бизнесом [2:02:47]. Ранее в разговоре собеседники подробно касались темы богатства Хасана и сути социализма, и здесь Пайкер вновь отмечает, что его позиция абсолютно логична для любого непредвзятого слушателя [2:03:24]. Он подчеркивает, что все обвинения в его адрес как «социалиста-лицемера» и «грифтера» [2:03:37] несостоятельны: если бы он действительно хотел зарабатывать на политическом конформизме, ему было бы гораздо проще и выгоднее уйти в правый лагерь, как это сделали Бен Шапиро, заработавший десятки миллионов долларов [2:04:15], или Кэндис Оуэнс [2:04:29]. В завершение беседы Хасан в шутливой форме отвечает на блиц-вопрос о Томи Ларен [2:04:55] и делится своими контактами, упоминая стримы на Twitch [2:05:09], аккаунты в социальных сетях [2:05:22] и подчеркивая, что многочисленные каналы с нарезками его лучших моментов ведутся фанатами абсолютно независимо от него самого [2:05:34].