# Тарифные войны США: как инвесторам защитить капитал от рыночных шоков?

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=Lqd-izlxHz0
Канал: Wealthion
Опубликовано: 28.03.2025

---

В условиях нарастающей рыночной волатильности и угрозы введения масштабных импортных тарифов инвесторы сталкиваются с острой необходимостью пересмотра своих стратегий. В эфире программы Rise UP! на канале Wealthion финансовые эксперты из бостонской компании Grimes & Company обсудили влияние торговых войн на американские рынки, специфику рисков последовательности доходности для будущих пенсионеров, а также дали глубокий анализ перспектив золота, нефти и кредитных рынков.

## 📉 Риск последовательности доходности (SORR) и стратегии защиты капитала
[[JUMP:04:02]]

Для долгосрочных инвесторов с горизонтом планирования более 30 лет текущие рыночные колебания не представляют критической угрозы, однако для людей, находящихся на пороге выхода на пенсию, ситуация выглядит иначе [04:02]. Финансовый советник Тодд Херман обращает внимание на так называемый риск последовательности доходности (Sequence of Returns Risk — SORR) [04:15]. Этот риск связан с порядком и таймингом рыночных результатов по годам и их влиянием на портфель, из которого начинают активно изыматься средства [04:42]. 

По словам Хермана, математика инвестиций работает так, что убытки наносят портфелю гораздо больший ущерб, чем помогают эквивалентные выигрыши: для восстановления после 50-процентного падения требуется стопроцентный рост активов [05:08]. Спикер приводит расчеты на примере портфеля объемом $1 млн с умеренным ежегодным изъятием средств в размере 5% [05:22]:

*   Если инвестор начал выводить средства в 2000 году при среднегодовой доходности рынка 8,2% в течение 20 лет, к концу периода на его счету останется около $400 000 [05:35].
*   Если переставить года местами и перенести высокую доходность 2020 года на начало периода (сделав ее фронтальной), то при той же средней доходности в 8,2% итоговый капитал составит $2,4 млн [05:47].

Использование стандартных линейных расчетов средней доходности, как утверждает Херман, является неэффективным методом планирования [06:17]. Вместо этого он рекомендует проводить стресс-тестирование портфелей на устойчивость к рыночным шокам [06:17]. Для минимизации рисков при выходе на пенсию эксперт выделяет три ключевых шага:

1.  Создание и увеличение резервов наличности (cash reserves) [06:33].
2.  Поддержание строго диверсифицированного портфеля [06:33].
3.  Внедрение динамической инвестиционной стратегии [06:33].

Участники дискуссии отмечают психологическую сложность управления капиталом в периоды турбулентности. По мнению Бенджамина Уоллеса, инвесторы постоянно балансируют между эмоциями FOMO (страх упущенной выгоды) и SOLO (страх потерять имеющееся) [07:24]. Три месяца назад на рынке доминировал FOMO — клиенты требовали агрессивного наращивания позиций в акциях США, тогда как сейчас превалирует страх потерь [07:37]. Ведущий Терри Коулсон напоминает о концепции неприятия потерь (loss aversion) Даниэля Канемана, согласно которой психологическая боль от убытков переживается человеком вдвое сильнее, чем радость от соразмерной прибыли [08:30]. В качестве инструмента борьбы с эмоциями Коулсон предлагает использовать метод усреднения долларовой стоимости (dollar cost averaging), позволяющий входить в рынок постепенно [08:59].

## ⚡ Ротация секторов и сигналы кредитного рынка
[[JUMP:09:25]]

На американском фондовом рынке наблюдаются признаки масштабной ротации секторов: защитные отрасли, такие как энергетика, здравоохранение и финансы, начинают опережать технологический сектор [09:38]. Бенджамин Уоллес рассказывает, что в конце прошлого года ему приходилось детально объяснять клиентам необходимость покупки акций фармацевтических и энергетических компаний вопреки высоким регуляторным рискам и угрозе снижения цен на нефть [09:50]. Сегодня эти активы показывают опережающую динамику [10:03]. Одновременно с этим, после недавнего отката рынка на 10%, эксперты Grimes & Company начинают находить новые привлекательные идеи внутри пострадавшего технологического сектора [10:16].

На кредитном рынке также происходят важные изменения. Доходность 10-летних казначейских облигаций США снизилась на 2,3 базисных пункта, закрывшись на отметке 4,36% по состоянию на 27 марта [11:08]. Данное снижение во многом обусловлено покупками для хеджирования выпуклости (convexity purchases), компенсирующими эффекты рефинансирования ипотечных кредитов [11:21]. Американские заемщики также начали активно выходить на европейский рынок облигаций в преддверии дедлайна по новым пошлинам [11:21].

Анализируя кредитный сектор, Уоллес указывает на ключевые индикаторы:

*   Важнейшим психологическим порогом для рынка является уровень доходности 10-летних гособлигаций в 4% [12:01]. Во время паники на рынке труда в августе прошлого года доходность временно падала до 3,8% [12:01].
*   Текущий уровень доходности (выше 4,3%) свидетельствует о том, что долговой рынок пока не верит в сценарий немедленной рецессии в США [12:15].
*   Рынки высокодоходных (high yield) и инвестиционных облигаций демонстрируют относительную стабильность, просев всего на 2-3% от своих пиковых значений и оставаясь в нейтральной зоне с начала года [12:42]. 

Тодд Херман добавляет, что при формировании портфелей с фиксированной доходностью они комбинируют кредитный риск и риск длительности (duration risk) [13:49]. Это позволяет сбалансировать результаты: когда один сегмент отстает, другой компенсирует просадку за счет изменившихся макроэкономических условий [14:15].

## 🪙 Золото против S&P 500: защитный актив или спекулятивный инструмент?
[[JUMP:14:55]]

На фоне рыночной нестабильности инвесторы проявляют повышенный интерес к драгоценным металлам. Все сектора золота опережают индекс S&P 500: спотовое золото (bullion) выросло на 15% с начала года, обновив исторические максимумы [15:23]. Соотношение индекса S&P 500 к цене золота упало до самых низких значений со времен пандемии, что подтверждает статус металла как безопасного убежища [15:38]. Рост также демонстрируют серебро, платина, палладий и медь [15:51].

Тодд Херман подчеркивает важность географического контекста: отношение клиентов к драгметаллам в США сильно варьируется в зависимости от региона [16:17]. По его мнению, в XXI веке золото перестало быть исключительно защитой от инфляции, как во времена наших дедушек [16:57]. Сегодня металлы критически важны для производства электромобилей, полупроводников и новой электроники [17:09]. 

Тем не менее, Херман рекомендует ограничивать совокупную долю металлов в портфеле скромными 5% [17:23]. Эксперт предостерегает от чрезмерного увлечения физическими слитками, напоминая об историческом прецеденте конца 1970-х годов (период президентства Джимми Картера) [18:03]:

*   При процентных ставках на уровне 16–17% золото показало взрывной рост [18:03].
*   Однако инвесторы, владевшие физическим металлом, столкнулись с кризисом ликвидности и не смогли оперативно зафиксировать прибыль [18:17].
*   В итоге им пришлось удерживать позиции около двух десятилетий, чтобы просто выйти в безубыток [18:30].
*   Современные инструменты, такие как ETF (например, GLD), предоставляют гораздо более гибкие возможности для выхода из активов [18:03].

Бенджамин Уоллес обращает внимание на фундаментальный недостаток золота — отсутствие купонного или дивидендного дохода [19:36]. Покупатель золота всегда рассчитывает лишь на то, что кто-то другой согласится заплатить за него более высокую цену в будущем [19:49]. 

Уоллес приводит детальное сравнение динамики индекса S&P 500 и золота [20:27]:

*   В августе 2020 года индекс S&P 500 находился на уровне 3500 пунктов, золото стоило около $2000 за унцию, соотношение составляло 1,75 [20:40].
*   На текущий момент индекс вырос до 5700 пунктов, золото поднялось до $3000, а их соотношение равно 1,85 [20:53].
*   С августа 2020 года S&P 500 прибавил 60%, в то время как золото выросло на 50% [20:53].

Прогнозы некоторых аналитиков о росте стоимости золота до $8000 за унцию Уоллес считает маловероятными в среднесрочной перспективе [19:24]. При текущем уровне S&P 500 в 5700 пунктов это потребовало бы снижения коэффициента до экстремального уровня 0,7 (или 7 в обратном исчислении), что исторически случалось крайне редко [21:20]. Более реалистичным сценарием достижения этой планки эксперт называет синхронный рост индекса S&P 500 до 8000 пунктов, при котором соотношение активов вернется к балансу 1:1 [21:34].

## 🚗 Тарифный шок: автомобильный сектор и глобальные цепочки поставок
[[JUMP:23:09]]

Тема импортных пошлин становится главным фактором неопределенности на финансовых рынках. Для понимания масштаба проблемы эксперты предлагают взглянуть на хронологию тарифных мер [23:09]:

*   **12 марта**: вступили в силу 25-процентные пошлины США на импорт стали и алюминия [23:23]. Европейский союз ответил подготовкой контр-тарифов на американские товары объемом $28 млрд, отложив их введение до середины апреля [23:36].
*   **4 марта**: введены 25-процентные тарифы Дональда Трампа в отношении Мексики и Канады, действие которых приостановлено до 2 апреля для продукции, соответствующей нормам торгового соглашения USMCA [23:49]. В ответ Канада ввела пошлины на импорт из США на сумму $20 млрд [24:02].
*   **Китайское направление**: к существующим тарифам первого президентского срока Трампа в 10% добавлены новые базовые пошлины в размере 20% [24:16]. Китай отреагировал введением тарифов до 15% на свинину и курицу из США [24:29]. Президент США публично допустил снижение пошлин для КНР в обмен на одобрение сделки по продаже сервиса коротких видео TikTok [24:42].
*   **Венесуэльский вектор**: заявлено о подготовке вторичных санкций. Любая страна, покупающая нефть или газ у Венесуэлы, столкнется с 25-процентным тарифом при торговле с США [25:08].

Отвечая на вопрос инвестора Рича из Уичито (Канзас) о том, как защитить портфель в таких условиях, Тодд Херман напоминает старое правило: «у хорошего портфеля всегда должно быть несколько способов выиграть» [25:33, 26:28]. Попытки угадать действия регуляторов и движения рынка на основе новостных заголовков неэффективны [26:43]. Вместо этого Херман советует использовать активное управление рисками, позволяющее переводить часть портфеля в кэш во время сильной турбулентности [26:55]. Дополнительным преимуществом текущего момента является высокая доходность облигаций на уровне 7-8%, что избавляет инвесторов от необходимости брать на себя чрезмерный риск акций ради достижения целевых показателей [28:01].

Особую тревогу вызывает ситуация в автомобильной отрасли. Инвесторы, имеющие позиции в европейских автоконцернах (например, BMW с ее гигантским заводом в Спартанбурге, Южная Каролина), обеспокоены возможными потерями [30:02]. 

Бенджамин Уоллес предупреждает, что введение 25-процентных автотарифов приведет к удорожанию среднего американского автомобиля на $5 000 – $10 000 [30:55]. По его мнению, тарифы представляют собой худший сценарий экономической политики, так как являются «одновременно налогом и регулированием в одном флаконе» [31:20]. 

Проблема усугубляется глубокой интеграцией производственных цепочек в Северной Америке: автомобильные запчасти могут пересекать границу между канадским Онтарио и американским Детройтом по мосту Амбассадор до 5–6 раз в процессе сборки одной машины [32:13]. Обложение пошлиной каждого такого перехода приведет к лавинообразному росту конечной стоимости продукции [32:27]. С другой стороны, Уоллес полагает, что текущее падение котировок автогигантов (таких как GM) начинает открывать интересные возможности для долгосрочных покупок, если рынок переоценит реальную вероятность введения этих тарифов на постоянной основе [33:32].

## 🛢️ Вторичные тарифы США и нефтяной рынок Венесуэлы
[[JUMP:34:36]]

Угроза введения вторичных пошлин на покупку венесуэльской нефти способна вызвать опасения у участников энергетических рынков, учитывая, что американская корпорация Chevron является крупнейшим импортером сырья из этой южноамериканской страны [34:36, 34:51]. Ситуация осложняется тем, что дедлайн по введению ограничений (через два месяца) совпадает с пиком летнего автомобильного сезона в США, когда спрос на топливо традиционно максимален [35:16].

Однако Бенджамин Уоллес призывает не драматизировать ситуацию вокруг Венесуэлы [35:31]. Он указывает на важную рыночную статистику:

*   Венесуэла действительно обладает колоссальными запасами нефти — около 17% от общемировых разведанных резервов [35:43].
*   Однако из-за многолетних политических кризисов, санкций и деградации инфраструктуры реальный объем добычи в стране составляет менее 1% от общемирового производства (чуть менее 1 млн баррелей в сутки) [35:43, 35:56].
*   Даже полное прекращение поставок венесуэльской нефти не окажет существенного влияния на мировой баланс предложения, в отличие от шока 2022 года, вызванного началом конфликта между Россией и Украиной [35:56].

По мнению Уоллеса, динамика цен на нефть (удерживающаяся в диапазоне $68–$70 за баррель) сейчас определяется не геополитическими угрозами предложения, а перспективами глобального спроса, который напрямую зависит от темпов роста мировой экономики [36:48, 37:04].

## 📈 Экономические опережающие индикаторы: PMI и ISM против ВВП
[[JUMP:38:21]]

В оценке будущих перспектив экономики эксперты Grimes & Company рекомендуют ориентироваться на опережающие индикаторы деловой активности, такие как PMI (Purchasing Managers' Index) и ISM (Institute for Supply Management), публикации которых ожидаются на следующей неделе [38:21, 38:34]. 

Уоллес объясняет несовершенство классической статистики на примере недавнего отчета по заказам на товары длительного пользования (durable goods) [39:00]. Формально общий показатель оказался сильным, однако базовая часть (core) продемонстрировала слабость [39:13]. Причина этого расхождения кроется в том, что автопроизводители спешно наращивали заказы на импортные комплектующие, стремясь ввезти их в США до вступления тарифов в силу [39:26]. 

Экономические отчеты о ВВП за прошедший квартал Уоллес называет бесполезными для практического анализа («их можно сразу выбросить в корзину»), поскольку они отражают прошлые события, в то время как инвесторам необходимо смотреть вперед [40:43]. Индексы PMI и ISM, строящиеся на опросах менеджеров по закупкам и сфокусированные вокруг нейтральной отметки 50 пунктов, служат более точным барометром состояния бизнеса [40:06].

Спикер проводит историческую аналогию с торговой войной 2018 года [41:10]:

*   В 2017 году на фоне принятия закона о снижении налогов индекс ISM подскочил с 50 до 60 пунктов, вызвав оптимизм на рынках [41:10, 41:25].
*   Однако в четвертом квартале 2018 года, в разгар тарифных споров с Китаем и пересмотра соглашения NAFTA, показатель рухнул обратно к 50 пунктам [41:38].
*   Следствием этого стало падение индекса S&P 500 на 18% в конце 2018 года [41:38].

По мнению Уоллеса, если новые данные по индексам PMI продемонстрируют резкие колебания, это станет прямым сигналом того, что импортные пошлины начали оказывать разрушительное воздействие на реальный сектор экономики США [42:41].