# Оружейные бароны из Майами: как подростки обманули Пентагон

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=QDXDrgsGGXk
Канал: The Jordan Harbinger Show
Опубликовано: 28.06.2023

---

В 18 лет можно играть в видеоигры, а можно — мимоходом показывать партнерам счет в банке на 1,8 миллиона долларов, заработанных на торговле оружием. Подростки из Майами создали компанию AEY Inc, выиграли 300-миллионный контракт Пентагона для Афганистана и ввязались в опасную сделку с албанской мафией. Это история о головокружительном взлете, подделке документов ради экономии и неизбежном крахе оружейной империи из-за запредельной жадности.

## 💼 От торговца SD-картами до оружейного барона: начало пути

[[JUMP:01:59]]

История Эфраима Дивероли и его делового партнера — это классический пример того, как предприимчивость, граничащая с авантюризмом, может привести к созданию многомиллионной империи из практически «ничего». В отличие от драматизированных образов из кино, реальный путь к успеху был куда более прозаичным и связанным с поиском неочевидных рыночных ниш.

### Первые шаги в бизнесе и случайная встреча
[[JUMP:01:59]]

До того как погрузиться в мир международных поставок оружия, Дэвид искал способы заработка, используя свои навыки поиска поставщиков. Его первым успешным опытом стала перепродажа SD-карт из Китая через eBay — товар был крайне востребован, компактен и удобен в логистике. Однако бизнес-хватка позволила ему увидеть новые возможности там, где другие видели лишь скучные бытовые товары.

Однажды, благодаря знакомству в Израиле, Дэвид вышел на рынок поставок для домов престарелых. Он быстро осознал, что может предложить более выгодные цены, чем американские дистрибьюторы. Проведя небольшое исследование, он обнаружил, что лучшие условия на постельное белье и полотенца предлагает Пакистан. Дэвид выступал в роли брокера: он находил крупного покупателя, договаривался о цене и соединял его с поставщиком, не вкладывая собственные средства и не складируя товар в своей квартире. Параллельно, в возрасте 23 лет, Дэвид подрабатывал массажистом, что стало еще одним из его многочисленных источников дохода в тот период.

Именно в этот период жизни он воссоединился с Эфраимом Дивероли. Их знакомство состоялось еще в синагоге, когда Дэвиду было 16, а Эфраиму — 12 лет; оба они, мягко говоря, не любили долгие молитвы и предпочитали сбегать с них вместе с другими детьми.

### Путь Эфраима: от ломбарда до тендеров
[[JUMP:05:28]]

Судьба Эфраима сложилась иначе. После инцидента с употреблением марихуаны его отправили в Лос-Анджелес к дяде, который владел крупным ломбардом в Южном Централе. Именно там, среди оружия и снаряжения, Эфраим нашел свое призвание. Он начал продавать товары из ломбарда, а затем, используя имя дяди из-за своего юного возраста, стал совершать сделки на специализированных оружейных форумах.

Дядя научил его критически важному навыку: работе с государственными тендерами. Эфраим освоил искусство предлагать государственным структурам — от местной полиции до штатных органов — полный спектр товаров: от пистолетов и боеприпасов до бронежилетов и спецобуви. Отработав пару лет, Эфраим вернулся в Майами, где в 2004 году, вскоре после вторжения США в Ирак, взял под контроль полузабытую отцовскую компанию AEY Inc. Воспользовавшись огромным спросом на военное оснащение для иракской армии и полиции, он начал активно участвовать в федеральных тендерах, быстро добившись впечатляющих финансовых успехов. Когда он показал Дэвиду свой банковский счет с 1,8 млн долларов, тот понял: это партнерство сулит огромные возможности.

### Как устроены государственные контракты США
[[JUMP:12:45]]

Многие ошибочно полагают, что правительство США платит любые суммы, которые запросит поставщик, или что на этих контрактах всегда можно заработать сверхприбыль. В реальности система работает иначе. Существует принципиальная разница между контрактами формата «Cost Plus» и стандартными тендерами.

*   **Cost Plus (затраты плюс процент):** Применяются для высокотехнологичных проектов с ограниченной конкуренцией (например, истребители F-35 или атомные подлодки). В этом случае компания открывает свои финансовые отчеты, и государство оплачивает фактические расходы плюс небольшой согласованный процент прибыли. Такая система, к сожалению, часто стимулирует необоснованное завышение расходов.
*   **Стандартные конкурентные тендеры:** Именно в этой нише работали Дэвид и Эфраим. Правительство объявляет список необходимых товаров (боеприпасы, бронежилеты), и компании подают свои предложения до определенной даты. Цены предложений являются строжайшим секретом, поэтому каждый участник обязан предложить минимально возможную цену, чтобы победить.

Государство оценивает «лучшую стоимость», учитывая не только цену, но и надежность поставщика, сроки и качество. После поставки и прохождения инспекции выдается сертификат соответствия (COC), и через 30 дней компания получает оплату. Подобная прозрачность системы «лучшей цены» позволила Эфраиму и Дэвиду, начав с мелких контрактов, постепенно наработать «прошлый опыт» (past performance) и получить доступ к заказам на сотни миллионов долларов. Ранее в разговоре они кратко упоминали, что подобная логистическая прозрачность и конкуренция — это те механизмы, которых остро не хватает в коррумпированных системах, что подтверждается текущими проблемами в оснащении российской армии.

## 🔫 Специфика вооружения и геополитика «серого» рынка

[[JUMP:29:35]]

### Разница инженерных философий: НАТО против Востока
[[JUMP:29:35]]

Обсуждая текущие реалии поставок вооружений, спикеры отмечают фундаментальный разрыв в подходе к разработке техники между Западом и бывшим соцлагерем. Современное натовское оружие — это высокотехнологичный продукт, требующий квалифицированного обслуживания, которое Эфраим Дивероли сравнивает с «Феррари». Это системы с компьютерными компонентами и сложной электроникой, где каждый элемент требует специализированного подхода.

В противовес этому, советские и варшавские разработки — это своего рода «Toyota Corolla» мира вооружений: предельно простые, невероятно надежные и «прощающие» ошибки эксплуатации. По словам спикеров, эта философия зародилась из необходимости использовать менее обученный личный состав, поэтому оборудование изначально проектировалось так, чтобы его можно было починить буквально ударом молотка. Хрестоматийный пример — легендарный АК-47: его можно зарыть в грязь на десятилетие, но он все равно будет стрелять. Это не означает, что советское оружие лучше по точности или характеристикам — напротив, западные образцы зачастую превосходят их по эффективности — но именно простота и дешевизна позволяют производить советское оружие в колоссальных масштабах.

### Сорвавшаяся «золотая жила»: Сделка с Xbox
[[JUMP:36:30]]

Одной из самых амбициозных, но провальных попыток быстрого заработка для партнеров стала операция по перепродаже дефицитных игровых консолей Xbox. В то время приставка была настолько популярным товаром, что продавалась на eBay с тройной наценкой. Изначально возникшая как мелкая идея, эта сделка превратилась в многоуровневую логистическую цепочку из пяти слоев посредников, которая вела к крупному многомиллиардному оптовику электроники.

Партнеры подозревали, что речь шла о «сером» рынке — возможно, о производственных излишках («overruns»), которые китайские заводы выпускали без ведома Microsoft, чтобы увеличить прибыль. Объем партии составлял 100 000 единиц, а общая стоимость сделки — порядка 20 миллионов долларов. Примечательно, что крупные ритейлеры, такие как Walmart и Target, были готовы выкупить весь объем по полной розничной цене, используя консоли как «убыточный товар-лидер» для привлечения покупателей. Однако сделка не прошла «тест на запах» у инвесторов, опасавшихся юридических рисков и вмешательства властей, и, несмотря на наличие покупателя, партнеры так и не смогли собрать необходимые для закупки средства.

### Моральный выбор: Оружие для короля Непала
[[JUMP:46:56]]

В начале совместной работы Эфраим Дивероли пытался втянуть своего партнера в сделку по поставке вооружений монарху Непала. В стране тогда разгорались массовые протесты, и король нуждался в ударных вертолетах, тяжелых пулеметах и средствах подавления беспорядков, чтобы удержать власть. Эфраим, обладавший талантом убеждения и циничным подходом к бизнесу, планировал собрать для монарха специальный «пакет спасения».

Для его партнера эта ситуация стала первым серьезным моральным испытанием. Несмотря на то что до этого момента они успешно занимались другими госзаказами (включая поставки пропана для ВВС США), предложение вооружать режим, подавляющий демократическое движение, вызвало у него резкие сомнения. Спикеры подчеркивают, что сам Эфраим был одержим деньгами и часто смешивал бизнес с личными делами, иногда совершая рабочие звонки в самые неподходящие моменты, что подчеркивало его специфическое отношение к работе и жизни.

## 🔫 Швейцарский связной и афганский куш: как мелкие брокеры обошли оборонных гигантов
[[JUMP:51:13]]

### Анатомия теневого рынка и знакомство с Генри Тометом
[[JUMP:51:13]]

Ранее в разговоре они касались неудавшейся попытки поставки оружия королю Непала, однако этот инцидент быстро сменился обсуждением куда более масштабных механизмов теневого рынка. В международной торговле оружием не существует единого «военного Амазона» или открытой базы данных. Весь этот бизнес полностью завязан на кумовстве, личных связях и скрытом патронаже, где длинные цепочки из десятков посредников раздувают цену для конечного покупателя. Именно в этой мутной воде молодая компания AEY смогла найти своего ключевого проводника в мир по-настоящему дешевого оружия — Генри Томета. 

Генри Томет был авторитетным швейцарским дилером, которого в голливудской экранизации «Парни со стволами» сыграл Брэдли Купер. В реальности его образ кардинально отличался от киношного прототипа. Если на экране Томет предстает кричащим безумцем, распугивающим окружающих, то в жизни он обладал манерами и внешностью классического швейцарского банкира. Он всегда носил дорогие костюмы, идеально укладывал волосы и говорил исключительно тихим, спокойным голосом. К торговле смертоносными арсеналами он относился без лишних эмоций — для него это было рутинной работой, сопоставимой с продажей картофеля. 

Эфраим Дивероли вышел на Томета через своего главного инвестора Ральфа. Здесь кинематографисты тоже переписали историю: в фильме Ральф показан скромным владельцем сети прачечных, тогда как на самом деле он был мормоном и владел полноценным заводом по производству пулеметов в штате Юта. Ральф сотрудничал со швейцарцем еще с 1990-х годов. В свое время они провернули гениальную схему в обход жесткого американского эмбарго на поставки оружия из ЮАР времен апартеида. Генри полностью разбирал автоматы на запчасти и продавал Ральфу всё, кроме ствольных коробок. Поскольку по законам США только ствольная коробка юридически считалась оружием, Ральф легально ввозил детали, а затем воссоздавал недостающие элементы на своем заводе, заработав на этом огромные деньги.

Связи Генри Томета простирались по всей Европе, но его главной цитаделью были Балканы. Благодаря личным выходам на местных политиков и военных чиновников, он обеспечивал AEY беспрецедентно низкие цены на закупку советского оружия и патронов, которые американцы затем поставляли в Ирак и Афганистан. Разумеется, фигура Томета была токсичной: позже партнеры узнали, что он попал в отчеты Amnesty International по подозрению в снабжении африканских полевых командиров. И хотя швейцарец находился в международных стоп-листах, сотрудничество с ним оставалось легальным для американских подрядчиков, хоть и балансировало на грани этики. Сам Генри предпочитал не светиться перед Пентагоном напрямую из-за отсутствия официальной истории чистых контрактов, используя амбициозных американских парней как удобный инструмент для реализации своих гигантских запасов.

### Афганский гамбит: как черный список Пентагона открыл контракт века
[[JUMP:1:01:46]]

Главный куш, который в итоге и привел компанию к краху, был связан с масштабным переустройством Афганистана. После свержения режима талибов правительство США пыталось построить в стране дружественную демократию. Местную армию и полицию необходимо было срочно вооружить для борьбы с повстанцами. Поскольку афганские бойцы исторически умели обращаться только с оружием Варшавского договора, Пентагон принял прагматичное решение снабжать их именно советскими калибрами — это избавляло от необходимости долгого переобучения и обходилось бюджету в пять раз дешевле натовских стандартов. Однако оборонная промышленность самих США такие боеприпасы не выпускала.

В 2006 году администрация Джорджа Буша столкнулась с катастрофическим падением рейтингов. Белый дом был уверен, что грядущие выборы выиграют демократы, которые сразу же свернут миссию. Чтобы афганские союзники не остались беззащитными, Пентагон решил за один раз закупить патроны в таком количестве, чтобы их хватило на 30 лет вперед. Изначально американские военные обратились напрямую к России. Российская сторона даже засомневалась в адекватности запроса из-за запредельных объемов, но подтвердила готовность. Однако перед самым финалом сделки разразился скандал: выяснилось, что Москва поставляет ядерные технологии Ирану. Разгневанный Вашингтон моментально внес Россию в черный список, сделав любые закупки у нее незаконными.

Поскольку ни одна другая страна Восточной Европы не могла потянуть этот контракт в одиночку, Пентагон был вынужден открыть колоссальный тендер для частных брокеров. Заявка включала более 30 типов различных наименований боеприпасов в промышленных масштабах. Небольшая фирма Эфраима Дивероли, уже имевшая за плечами скромный опыт успешных поставок в Ирак, формально подходила под требования технического отбора. Объемы контракта были буквально в 20 раз больше всего, что AEY делала за свою историю. Большинство игроков посчитали бы безумием конкурировать с такими монстрами, как Lockheed Martin или Raytheon, но партнеры решили попытать удачу.

### Сверхмарафоны в Google и безумная гонка на почту: анатомия победы
[[JUMP:1:09:00]]

Подготовка документов превратилась в изнурительную рутину. Пока Эфраим Дивероли выжимал скидки из старых партнеров, его коллега занимался поиском новых каналов снабжения. Для этого приходилось буквально сутками просиживать в интернете, уходя на 50 страниц вглубь поисковой выдачи Google. Результатом стал огромный массив данных из восточноевропейских заводов, половина из которых уже обанкротилась, а оставшиеся сотрудники не владели английским языком, не имели электронной почты и общались исключительно по факсу. Спустя месяцы адской работы пробелы в логистике удалось закрыть. Весомый вклад внес Генри Томет, предложивший аномально дешевые патроны для АК-47. Партнеры радовались низкой цене, еще не подозревая, какие проблемы это им принесет в будущем.

Правительство требовало фиксированную стоимость, включающую доставку до места назначения — по аналогии с условиями Amazon Prime. Чтобы минимизировать расходы, Эфраим Дивероли включил режим профессионального манипулятора. Он мог звонить на один и тот же завод по флеш-методу по пять раз в день, измором заставляя директоров снижать цену хотя бы на цент. Одно из его любимых правил гласило: «Переговоры — это состязание двух людей за то, кто сможет предложить лучшую причину, почему все должно пойти по его сценарию». 

Когда все цифры сошлись, встал вопрос о собственной марже. Эфраим колебался между 8% и 9%. Он панически боялся, что конкуренты заложат стандартные 10%, а если кто-то окажется хитрее, то опустится до 9%. Дивероли тянул с решением до последнего, пока до жесткого дедлайна не осталось 30 минут. Этот специфический тендер требовал предоставления документов исключительно в распечатанном бумажном виде. Партнер буквально силой заставил Эфраима прекратить метания и выставить маржу в 9%. 

Тут же началась производственная драма: прямо во время распечатки сотен страниц сломался принтер, заставив партнеров в панике менять картриджи. Они выбежали из офиса за 10 минут до закрытия почтового отделения. Эфраим вел машину как сумасшедший, выжимая 70 миль в час по жилым улицам с ограничением в 25 миль. Машина со свистом затормозила у почты, когда сотрудники уже закрывали двери на замок. Эфраим ворвался внутрь, буквально оттолкнув клерка. Из-за его агрессивного поведения работники почты едва не аннулировали отправку, но в итоге приняли заветную коробку за секунды до конца рабочего дня. Безумная ставка сыграла, и маленький брокер неожиданно для всех забрал контракт века.

## ✈️ Логистические вызовы и маневры вокруг поставок

[[JUMP:1:16:32]]

После того как Джордан Харбингер (Jordan Harbinger) и Эфраим Дивероли (Efraim Diveroli) выиграли контракт на поставку боеприпасов в Афганистан, перед ними встала острая проблема: как доставить огромный объем груза в страну, не имеющую выхода к морю. Рассматривались наземные маршруты через Пакистан, что было признано крайне рискованным из-за нестабильной обстановки и высокой вероятности захвата груза полевыми командирами. Другой вариант — путь через Центральную Азию и Россию — также был затруднен: Россия, недовольная тем, что ее исключили из контракта, чинила препятствия, пытаясь убедить страны региона отказывать партнерам в разрешениях на перелет.

В итоге единственным надежным, хоть и крайне дорогим способом, стала авиаперевозка. Эфраим Дивероли (Efraim Diveroli) столкнулся с финансовым кризисом, когда цены на топливо резко выросли, а сам он, в отличие от более осмотрительных компаний, решил не использовать хеджирование рисков. Расходы на логистику начали съедать всю прибыль, и партнеры были вынуждены искать способы сократить издержки.

### 📦 Переупаковка груза и «китайский след»

[[JUMP:1:16:32]]

Основной объем АК-47, который поставлял их швейцарский партнер Генри, хранился в тяжелых деревянных ящиках. Чтобы снизить вес груза и расходы на авиафрахт, Эфраим Дивероли (Efraim Дивероли) отправил в Албанию своего доверенного помощника Алекса Падрески для оценки веса и организации переупаковки. 

На месте выяснилось критическое обстоятельство: на ящиках с боеприпасами обнаружилась китайская маркировка. Это создавало юридическую коллизию: контракт прямо запрещал поставку китайских боеприпасов из-за эмбарго, наложенного США после событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Хотя боеприпасы были произведены в 70-х годах и формально не подпадали под запрет на владение, формулировка контракта «не поставлять напрямую или косвенно» была крайне жесткой. Понимая, что раскрытие этой информации приведет к аннулированию контракта на 300 миллионов долларов, Эфраим Дивероли (Efraim Diveroli) принял решение скрыть происхождение товара.

Процесс переупаковки превратился в операцию по «зачистке» улик: рабочим было дано строгое указание удалить любые упоминания Китая, включая документацию, что впоследствии стало ключевым доказательством против них. Позже выяснилось, что наличие «китайского следа» исторически объяснялось альянсом албанского диктатора Энвера Ходжи с КНР в период холодной войны, когда Китай снабжал Албанию оборудованием и целыми заводами для производства боеприпасов.

### ⚖️ Аудиты и «творческий подход» к документации

[[JUMP:1:28:49]]

Несмотря на скепсис вокруг их компании, партнеры успешно прошли через серию государственных аудитов перед получением контракта. Поскольку Эфраим Дивероли (Efraim Diveroli) до этого момента вел дела «на коленке», им пришлось нанять форензик-бухгалтера, чтобы в спешке создать фиктивный бумажный след за последние пару лет работы.

Позже, в попытке выбить более выгодные цены у албанской стороны, Дивероли приказал партнерам подделать коммерческие предложения от других поставщиков из Казахстана и Украины. Эта попытка была разоблачена албанским чиновником Или Пинари при первой же проверке документов, однако это не остановило процесс поставок: в пиковые моменты партнеры организовывали до трех-четырех авиарейсов в неделю, доставив в итоге более 70 полных самолетов боеприпасов. Ранее в разговоре они касались механики получения правительственных контрактов в США.

## 💥 Албанский капкан и крах оружейной империи
[[JUMP:1:40:29]]

### Албанский след и встреча с криминальным боссом
[[JUMP:1:40:56]]
Жажда наживы и нежелание делиться прибылью с посредниками часто становятся началом конца для амбициозных оружейных стартапов. Именно это произошло, когда Эфраим Дивероли (Efraim Diveroli) решил радикально оптимизировать расходы по афганскому контракту. Поставщик упаковочных материалов Коста Требичка, имевший связи в министерстве обороны Албании, раскрыл Эфраиму шокирующую изнанку сделки: албанское правительство продавало патроны для АК-47 всего по два цента за штуку. В то же время компания AEY закупала их через швейцарского посредника Анри по четыре цента. 

Узнав об этом, Эфраим пришел в ярость, посчитав, что швейцарец их цинично обдирает. Напарник пытался охладить его пыл, указывая на то, что с учетом дорогостоящего авиафрахта их чистая маржа примерно сопоставима с доходами Анри. Однако Эфраима было не остановить: движимый идеей максимизировать прибыль, он немедленно вылетел в Албанию, чтобы заключить прямой контракт с местными чиновниками.

Албанская реальность оказалась куда более зловещей. На переговорах чиновник по имени Пинари привел Эфраима на встречу с неким Дели Йорги. Как выяснилось позже, этот человек был ключевой фигурой в албанской организованной преступности. В Майами Эфраим славился своим вызывающим поведением: он мог спровоцировать драку в любом ночном клубе, нагло подойдя к спутнице какого-нибудь громилы со словами, что с ним ей будет лучше. Но стоило ему переступить порог офиса Дели Йорги, как вся его спесь мгновенно испарилась.

Офис располагался в недостроенной, покрытой строительной пылью высотке, но внутри скрывался роскошный зал заседаний, напоминавший кабинеты топ-менеджеров с Уолл-стрит. Понимая, с кем имеет дело, обычно болтливый Эфраим вел себя на удивление тихо. Мафиозный босс сразу обозначил правила игры: снизить цену на боеприпасы напрямую они не могут, но готовы предложить «компромисс». Мафия забирает себе контракт на переупаковку патронов, зарабатывает на этом, а взамен предоставляет AEY небольшую скидку на боеприпасы. Эфраим, не задумываясь о последствиях, согласился на эти условия, мгновенно вычеркнув Косту Требичку из цепочки.

### Смертельное разоблачение Косты Требички
[[JUMP:1:44:42]]
Предательство Эфраима обернулось финансовой катастрофой для Косты Требички, который уже успел закупить картонные коробки для упаковки на сумму 20 000 долларов. Коста в отчаянии звонил партнеру Эфраима, умоляя хотя бы выкупить эти материалы, чтобы покрыть убытки. Ему пообещали уладить этот вопрос, но Эфраиму было глубоко плевать на партнера по бизнесу, и он просто проигнорировал эту просьбу.

Разъяренный и доведенный до отчаяния албанец решил отомстить. Коста обратился с разоблачениями в газету *New York Times*, передал информацию в ФБР, а главное — открыто выступил в албанской прессе. Он во всеуслышание заявил, что албанские высокопоставленные политики получают огромные откаты, а сам контракт контролируется местной мафией через швейцарского посредника. 

Эта публичная пощечина коррумпированной верхушке стоила Косте жизни. Спустя всего несколько недель Требичка погиб при крайне подозрительных обстоятельствах: его автомобиль перевернулся на абсолютно ровной и пустой дороге посреди поля. На месте аварии не было других машин, но сила удара была такой, что Косту выбросило из салона на 30 футов, и он скончался на месте. 

Циничное отношение к людям было осознанной философией Эфраима Дивероли (Efraim Diveroli). Позже его сокамерник и личный гострайтер Мэттью Кокс вспоминал, что Эфраим кидал абсолютно каждого, с кем вел дела. Когда Кокс однажды заметил ему: «Эфраим, нельзя же постоянно сжигать за собой мосты», тот лишь высокомерно отмахнулся: 
> «В мире полно других мостов, бро».

---

Ранее в разговоре собеседники касались сложнейших логистических проблем и получения разрешений на перелеты над Центральной Азией, но как только эти процессы стабилизировались, внутри компании назрел фатальный раскол.

### Корпоративный раскол и визит федералов
[[JUMP:1:57:51]]
Когда регулярные поставки в Афганистан были наконец отлажены и в Кабул стабильно летали по 3–4 самолета с боеприпасами в неделю, операционная нагрузка на второго партнера резко снизилась. Основные процессы функционировали как часы, и ему оставалось лишь контролировать логистические компании и следить за тем, чтобы афганские офицеры вовремя подписывали акты приемки. Из-за этого он стал реже появляться в офисе, что вызвало приступ паранойи и жадности у Эфраима.

Поздним вечером, когда сотрудники уже разошлись, Эфраим зашел в кабинет к напарнику и заявил, что «ребята в офисе жалуются, будто ты не вносишь свой вклад в общее дело». К тому моменту штат компании разросся до 15 человек, а сама фирма переехала в престижное помещение за 2000 долларов в месяц, напоминая своеобразный WeWork, торгующий автоматами АК-47 и ракетами. 

Эфраим требовал, чтобы партнер бесплатно помогал ему вести другие, мелкие контракты на суммы от полумиллиона до двух миллионов долларов, за которыми Дивероли лихорадочно гнался. Напарник резонно возразил, что их сотрудничество строится строго поконтрактно: он отвечает за афганский мегаконтракт на 300 миллионов долларов и получает свои законные 25% от его прибыли. Тратить время на сторонние авантюры Эфраима, которые только отвлекали ресурсы, он не собирался.

В ответ Эфраим включил режим ультиматума, предложив вместо 25% от прибыли ключевой сделки жалкий 1% от общей доли в компании. Осознавая, что 95% всех доходов фирмы генерирует именно Афганистан, партнер отверг это грабительское предложение. Эфраим обвинил его в нарушении контракта и заявил: «Это мое последнее слово, соглашайся или уходи». Напарник ответил, что они увидятся в суде, и навсегда покинул офис AEY.

Развязка наступила стремительно. Всего через два месяца, пока ушедший партнер со своим адвокатом готовил судебный иск против Дивероли, в офис AEY нагрянули федеральные агенты. Секретарь, сохранившая отличные отношения с бывшим руководителем (которого все считали «милым парнем» на фоне деспотичного Эфраима), тайно позвонила ему прямо во время рейда. Она взволнованно сообщила, что агенты ФБР приказали всем отойти от компьютеров, зачищают картотеки и конфискуют всю технику и документы.

Узнав об обыске, бывший партнер немедленно связался с Алексом, который все еще находился в Албании и координировал переупаковку патронов. Алекс решил прощупать почву и набрал номер офиса в Майами. Трубку взял Дэнни — новый парень, которым Эфраим заменил своего ушедшего соратника (и которого, к слову, впоследствии тоже цинично кинул на деньги). Когда Алекс попросил выслать документы для сегодняшней авиаотгрузки в Афганистан, Дэнни в панике прикрыл трубку рукой и спросил Эфраима, что отвечать. Алекс отчетливо услышал, как на заднем плане Дивероли крикнул своему новому помощнику:
> «Ничего ему не говори! Скажи, что у нас угроза взрыва бомбы, мы все срочно эвакуируемся из здания!».

Оружейная империя двадцатилетних авантюристов начала стремительно рушиться под весом собственной лжи, жадности и федерального расследования.

## 📰 Разоблачение, которое изменило всё

[[JUMP:02:09:27]]

Поворотным моментом в истории компании стала публикация в *The New York Times*. Спустя полгода после того, как Эфраим Дивероли и его команда начали работать над контрактом, издание выпустило разгромную статью на первой полосе. Материал сопровождался фотографиями двух главных героев, Эфраима и его партнера, сделанными далеко не в лучших ракурсах, а рядом красовались снимки ржавых, некачественных боеприпасов.

Газета утверждала, что компания поставляла афганским силам старые, дефектные патроны, тем самым подвергая солдат смертельной опасности. В статье подчеркивалось, что всё это стало возможным из-за некомпетентности администрации Джорджа Буша, доверившей контракт на 300 миллионов долларов «двум идиотам-наркоманам».

История появления этого снимка оказалась прозаичной и отчасти манипулятивной. Эфраим Дивероли приобрел небольшую партию болгарских боеприпасов (около 30 000 штук) по крайне низкой цене — они достались ему практически бесплатно. Однако при доставке в Афганистан правительственная комиссия забраковала эту партию как непригодную, и боеприпасы были просто оставлены на краю взлетной полосы под открытым небом. Именно эти ящики, месяцами гнившие под дождем и солнцем, стали «главным доказательством» в репортаже журналистов, которые экстраполировали состояние этой конкретной партии на всю деятельность поставщиков.

Публикация вызвала грандиозный политический скандал. Конгресс инициировал слушания, на которых имя компании обсуждалось на самом высоком уровне. Армия, ранее игнорировавшая сигналы о сомнительном происхождении патронов, немедленно аннулировала контракт и начала делать вид, будто была шокирована подобными откровениями. Хотя позже в суде выяснилось, что Министерство юстиции знало о нарушениях (в частности, о подмене китайских боеприпасов) еще на этапе обысков в офисе, чиновники предпочли закрыть на это глаза до тех пор, пока скандал не стал публичным.

### ⚖️ Судебное преследование и сделка

[[JUMP:02:16:07]]

После того как история попала в прессу, правоохранительные органы резко изменили тактику. Если изначально обвинители заверяли партнеров Эфраима, что те не являются целью расследования, то после «громкого» материала в *The New York Times* ситуация кардинально поменялась.

Обвинение строилось на множественных эпизодах мошенничества. Каждый из 71 авиарейса с китайскими боеприпасами сопровождался поддельными документами, где в графе «страна происхождения» значилась Албания, а не Китай. Прокуроры математически обосновали потенциальный приговор: 71 случай подлога, каждый из которых мог обернуться пятью годами тюрьмы. Таким образом, совокупный срок мог достичь 355 лет.

Перед обвиняемыми поставили жесткий ультиматум: либо длительный судебный процесс, требующий сотен тысяч долларов на адвокатов (которых у большинства просто не было), либо сделка со следствием. В итоге был выбран второй вариант. Соглашение предполагало объединение всех эпизодов в одно дело с рекомендацией прокуратуры на мягкий приговор.

Ранее в разговоре они касались логистических сложностей и работы с поставщиками из других стран, но в этот момент вся энергия была сосредоточена исключительно на юридическом выживании. Большинство фигурантов дела пошли на сотрудничество, и лишь один из партнеров, решив бороться в суде, в конечном счете проиграл, потратив миллион долларов на защиту и получив четыре года заключения.

### 🚨 Повторный арест Эфраима

[[JUMP:02:23:35]]

Будучи под залогом в ожидании приговора, Эфраим Дивероли не смог полностью отойти от дел. Несмотря на строгий запрет заниматься оружейным бизнесом, он продолжал попытки проворачивать сделки через подставные фирмы.

В конечном итоге его подвела собственная натура. Эфраим не мог доверить переговоры подчиненным и решил лично вмешаться в сделку по продаже магазинов для оружия в Орландо. Оружейный дилер, с которым он связался, заподозрил неладное, пробил информацию о «консультанте» в интернете и, осознав, с кем имеет дело, обратился в Бюро алкоголя, табака, огнестрельного оружия и взрывчатых веществ (ATF).

Агенты ATF быстро оценили ситуацию и устроили «контрольную закупку». Под видом партнеров они предложили Эфраиму личную встречу в Орландо. Нарушив условия освобождения под залог, которые ограничивали его передвижение пределами округа Майами-Дейд, Эфраим прибыл на встречу. Там, во время демонстрации огнестрельного оружия, агенты арестовали его. Как уже признанный виновным по делу о мошенничестве, он официально стал «фелоном» (преступником), а нахождение с оружием в руках добавило к его проблемам еще одно серьезное обвинение.

В итоге, несмотря на привлечение элитных адвокатов и многомиллионные траты на защиту, судья учел совокупность преступлений, и в конечном счете Эфраим получил четырехлетний тюремный срок.

## 🎸 От оружейных контрактов к музыкальным инновациям и технологическим стартапам
[[JUMP:2:31:15]]

### 💸 Истинная цена контрактов: тридцать тысяч долларов и домашний арест
[[JUMP:2:31:15]]
В массовой культуре закрепился стойкий образ торговцев оружием как мультимиллионеров, купающихся в роскоши. Джордан Харбингер поинтересовался, смог бы его гость вовремя остановиться, если бы заработал на сделках десятки миллионов долларов. Дэвид признался, что его первоначальный план заключался в том, чтобы накопить от 5 до 10 миллионов долларов — сумму, которой вполне хватило бы на запуск музыкальной карьеры. Однако, размышляя о психологии больших денег, он отметил, что жадность затягивает: заработав 10 миллионов, сложно не остаться в бизнесе еще на год ради 50 миллионов, а затем и ради 100 миллионов. Тем не менее реальность оказалась куда более суровой. На вопрос ведущего о реальном заработке Дэвид со смущением ответил, что чистыми за всё время он смог вытащить всего около 30 тысяч долларов.

Причина столь скромного итога крылась в действиях его партнера. Ранее в разговоре они подробно касались темы раскола в компании и обысков ФБР, но финансовый крах назревал изнутри: Эфраим Дивероли категорически отказывался выплачивать Дэвиду его долю наличными. Вместо этого Эфраим постоянно настаивал на реинвестировании всех заработанных средств в следующий госконтракт. В ретроспективе Дэвид понимает, что это был очевидный тревожный звонок, свидетельствовавший о том, что партнер никогда и не собирался с ним расплачиваться.

После того как масштабный скандал привел к судебному преследованию, Дэвид получил относительно мягкое наказание — семь месяцев домашнего ареста. Ему пришлось круглосуточно носить на ноге массивный электронный браслет из резины и пластика со встроенным металлическим проводом. Любая попытка выйти за пределы квартиры или повредить устройство мгновенно отправляла сигнал офицеру по надзору, провоцируя гневный телефонный звонок.

### 🥁 Изобретение BeatBuddy: как вынужденное заточение возродило мечту
[[JUMP:2:36:21]]
Оказавшись запертым в четырех стенах на семь месяцев, Дэвид откровенно скучал и всё свободное время посвящал игре на гитаре. Ему катастрофически не хватало живого драйва, который музыке дают ударные, но позвать знакомых барабанщиков в тесную квартиру было невозможно: громоздкая установка заняла бы всё пространство и подняла бы на ноги весь квартал. Тогда Дэвид приобрел стандартную драм-машину — настольный прибор с кнопками для зацикливания битов. Однако в процессе игры вскрылся серьезный технический недостаток: каждый раз, когда композиция переходила от куплета к припеву, Дэвиду приходилось прерывать игру на гитаре и вручную нажимать кнопку на приборе.

Это полностью разрушало музыкальный поток. Тогда ему в голову пришла идея объединить функционал драм-машины и стандартной гитарной педали, управляемой ногой. Разработка рабочего прототипа заняла три года. Устройство получило название BeatBuddy, а авторитетное издание Gizmodo позже назвело его «гениальной идеей». Педаль позволяла музыканту буквально одним нажатием ноги запускать барабанные сбивки и переходы.

Продукт, вышедший на рынок в 2014 году, мгновенно стал огромным успехом в музыкальном мире. Настоящим триумфом для Дэвида стала встреча на выставке с Майком Айнезом, басистом легендарной группы Alice in Chains, который признался, что купил BeatBuddy и пишет под нее весь свой новый материал. Для Дэвида, который учился играть на гитаре под песни этой группы, это было высшей точкой признания.

### 🦷 Проект InstaFloss: автоматизация, которая изменит ежедневную рутину
[[JUMP:2:41:28]]
Успех в индустрии подтолкнул Дэвида к созданию еще шести специализированных музыкальных продуктов, включая продвинутую лупер-педаль с тачскрином и Wi-Fi. Однако его главным и самым амбициозным проектом за пределами музыки стал стартап InstaFloss, разработанный совместно с братом. Идея родилась спонтанно, когда братья ели манго и долго мучились, пытаясь вычистить застрявшие волокна фрукта обычной нитью. Существующие на рынке водяные ирригаторы имеют недостаток: они выпускают лишь одну струю, которую нужно вручную и под строгим углом вести вдоль всей линии десен. Технология InstaFloss принципиально иная:

* Устройство использует уникальную H-образную насадку, охватывающую зубы со всех сторон одновременно.
* Вместо одной струи в системе задействованы 12 автоматических перекрестных водяных струй, очищающих зубы под идеальным углом.
* Пользователю достаточно просто прикусить насадку и плавно провести ей по челюсти, очищая зубы всего за 10 секунд.

Джордан Харбингер пришел в полный восторг от демонстрации устройства, признавшись, что из-за лени часто пропускает утреннюю гигиену и ненавидит лезть пальцами в рот. На официальном сайте instafloss.com уже размещено демонстрационное видео, показывающее принцип работы прибора. На момент записи интервью первая производственная партия готовилась к отгрузке клиентам в июне. Дэвид с юмором пообещал внести ведущего подкаста в приоритетный VIP-список ожидания.