Баклава против системы: честный диалог Ставроса Халкиаса и Тео Вона

«Весь смысл фильма — что если бы парень был настолько раздражающим, что его культ совершил суицид без него?» Комик Ставрос Халкиас препарирует абсурд современной жизни, от съемок независимой комедии с бюджетом в $750 000 до системного кризиса американского здравоохранения. Это честный разговор о том, как сохранить рассудок и остаться «структурно устойчивым, как баклава», когда мир вокруг колеблется между угрозой ИИ и политическим популизмом.

🎬 Секты, презервативы и скотч на интимных местах 0:00

В новом выпуске подкаста Тео Вон приветствует одного из самых востребованных комиков современной Америки — Ставроса Халкиаса. Разговор начинается с обсуждения внешнего облика гостя: Тео отмечает его «аэродинамичную» прическу и крепкое телосложение, в шутку сравнивая греческие корни Ставроса с непоколебимой архитектурной надежностью. Ставрос, в свою очередь, иронично замечает, что он «структурно устойчив, как баклава», и его невозможно пошатнуть . Однако главной темой стартового отрезка становится выход его амбициозного независимого кинопроекта.

«Let's Start a Cult»: комедия без лишнего подтекста 3:06

Ставрос Халкиас представляет свою новую работу — малобюджетную комедию «Let's Start a Cult» (в переводе — «Давайте создадим культ»), в которой он выступил и как соавтор сценария, и как исполнитель главной роли. По словам Ставроса, вдохновением для фильма послужили классические «глупые» комедии 90-х и нулевых, на которых выросло его поколение: работы Адама Сэндлера, Дэвида Спейда, Криса Фарли и Уилла Феррелла .

Сюжет строится вокруг крайне назойливого персонажа (в исполнении Халкиаса), который настолько раздражает окружающих, что члены его культа совершают ритуальное самоубийство, намеренно «забыв» пригласить его на финальный обряд . Оставшись в одиночестве, герой решает основать собственный новый культ. Ставрос подчеркивает, что сознательно избегал любых социальных высказываний или морализаторства.

Основные характеристики фильма:

• Это 89 минут чистого юмора, предназначенного для того, чтобы зритель мог «отключить мозг» .
• В фильме снялись известные комики, такие как Бобби Келли и Том Папа .
• Проект является полностью независимым — Ставрос предпочел использовать свою интернет-аудиторию для продвижения, вместо того чтобы годами ждать одобрения от крупных студий .

Комик отмечает, что современная индустрия позволяет артистам создавать контент напрямую для своих фанатов. В качестве примера успешного независимого подхода он вскользь упоминает сериал «Tires» своего коллеги Шейна Гиллиса, который доказал жизнеспособность такой модели . Фильм «Let's Start a Cult» уже доступен на VOD-платформах (Amazon, Apple) по доступной цене, сопоставимой со стоимостью набора наггетсов в McDonald's .

История контрацепции: от овечьих кишок до церковных запретов 15:53

Обсуждение старых телешоу о Бэтмене 60-х годов и бурной сексуальной жизни актера Адама Уэста плавно перетекает в экскурс по истории средств защиты. Тео и Ставрос задаются вопросом, как обстояли дела с контрацепцией в прошлые века.

Ставрос вспоминает, что презервативы использовались на протяжении столетий, но их популярность и доступность менялись. В XVIII веке рынок средств защиты начал расти, несмотря на жесткое сопротивление церкви . Религиозные институты выступали против любых препятствий прокреации, считая, что единственная цель близости — деторождение .

Ситуация в XIX веке характеризовалась классовым разрывом:

1. Резиновые презервативы стали популярны, но их использование ограничивалось высшим обществом .
2. Рабочий класс страдал от отсутствия сексуального образования, что, по мнению Ставроса, было выгодно промышленным баронам того времени .
3. Многодетность удерживала рабочих в бедности, создавая избыток дешевой рабочей силы для фабрик .

Только к середине XX века (1955–1965 гг.) презервативы стали массовым методом контроля рождаемости — ими пользовались уже около 42% американцев репродуктивного возраста .

За кулисами: интимный координатор и «резиновый нагрудник» 23:55

Возвращаясь к теме съемок «Let's Start a Cult», Ставрос делится неловким опытом работы над своей первой в карьере эротической сценой. Поскольку фильм независимый, комик сам вписал этот эпизод в сценарий, иронизируя над тем, что в актерских школах он всегда выбирал сцены с поцелуями .

На съемочной площадке присутствовал координатор интимных сцен — специалист, следящий за комфортом и безопасностью актеров. Ставрос описывает этот процесс как максимально далекий от романтики. Для съемок в обнаженном виде на его гениталии приклеивали специальную защитную накладку — «пластиковый треугольник», который он сравнил с нагрудником для поедания крабов в ресторанах .

Весь процесс выглядел следующим образом:

• Интимному координатору приходилось буквально приклеивать достоинство комика скотчем к накладке .
• Это делалось для того, чтобы актер выглядел в кадре голым, но при этом съемочной группе не приходилось видеть его гениталии весь день .
• Ставрос с юмором сочувствует женщине-координатору, которой приходилось поправлять конструкцию каждый раз, когда она сползала.

🎨 Визуальная комедия и бизнес на «обнажёнке» 25:05

Работа над независимым кино (ранее в разговоре они касались съёмок комедии «Let's Start a Cult») стала для Ставроса Халкиаса настоящим испытанием на прочность. При бюджете в 750 000 долларов съёмочный процесс превратился в гонку со временем. Ставрос вспоминает, что в Голливуде всё завязано на жёстких правилах: если бюджет превышает определённую планку, расходы на актёров и персонал моментально взлетают из-за профсоюзных требований . В условиях такой экономии у команды часто оставалось всего 12 минут на съёмку ключевой сцены фильма . Несмотря на финансовые риски и отмену гастрольных дат ради съёмок, Халкиас уверен, что создание чего-то по-настоящему авторского и дикого стоит любых денежных потерь .

Комедия как визуальное искусство 35:29

Одним из главных открытий для Ставроса в процессе работы над фильмом стало осознание того, что кино — это прежде всего визуальный медиум. Будучи стендап-комиком, он привык полагаться исключительно на текст, структуру шутки и подачу . Однако на съёмочной площадке он понял, что зритель воспринимает информацию иначе.

Тео Вон замечает, что современные фильмы часто страдают от «слишком тесных» планов, когда камера фокусируется только на лицах, убивая воображение зрителя и лишая его контекста декораций . Ставрос соглашается с этим и добавляет, что комедия в кино рождается не только из диалогов:

• Визуальный ряд: иногда просто «смешной бег» или нелепая мимика вызывают более мощную реакцию, чем прописанная шутка .
• Работа оператора: Халкиас тесно сотрудничал с оператором, чтобы сделать даже простые разговорные сцены визуально интересными — например, добавляя взаимодействие с предметами или необычные позы персонажей .
• Язык тела: комик осознал, что в кино его физическая форма и манера двигаться становятся самостоятельными инструментами юмора, которые он раньше недооценивал .

Календарь «Dreamboat» и мужская бодипозитивность 39:57

Обсуждение физической формы плавно переходит к одному из самых успешных бизнес-проектов Ставроса — его ежегодному календарю «Dreamboat» . Это ироничный проект с обнажённой натурой, где комик предстаёт в образе «секс-символа» для людей с нестандартной фигурой.

В календаре на 2025 год Ставрос демонстрирует свои «выдающиеся икры и яйца» — то, что он называет своим фундаментом . Над визуальной частью проекта работает продюсер Бен О’Брайен (известный как «Benny Buttcheeks»), который ранее режиссировал сольный концерт Ставроса . Снимки варьируются от абсурдных фото на фоне Эвереста до домашних кадров с пасхалками на книжных полках . Тео и Ставрос шутят о создании целого движения для «рубенсовских» мужчин — рабочих профсоюзов, которым стоило бы тоже позировать с виноградом на груди в стиле античных греков .

Начало карьеры: торговля из багажника 41:15

Успех календаря сегодня кажется закономерным, но Ставрос вспоминает, что этот проект был его первой успешной попыткой заработать деньги в комедии ещё девять лет назад . В те времена он выступал на разогреве у Бобби Келли и не имел никаких контрактов или менеджеров.

История его успеха началась с настоящей низовой инициативы:

1. Личное производство: Халкиас сам распечатывал календари и подписывал их .
2. Продажи с рук: Он продавал их буквально из багажника своего старого Honda Civic на парковках после выступлений в захолустных ресторанах Мэриленда .
3. Самостоятельная логистика: Ставрос лично упаковывал заказы из Instagram и относил их на почту .

Для молодого комика доход в пару тысяч долларов с таких продаж казался «невероятным богатством» , хотя хедлайнеры иногда с недоумением смотрели на парня, который делает бизнес на своих «нюдсах» прямо у входа в клуб.

Здоровье и бесконечная борьба с весом 48:13

Несмотря на внешнюю уверенность и иронию над своим телом, Ставрос откровенно говорит о проблемах со здоровьем. Он признаётся, что борьба с лишним весом — это одна из немногих вещей, которую он всё ещё пытается «победить» . В начале года ему удалось добиться впечатляющих результатов: он взял перерыв в карьере и сбросил около 20 килограммов (45 фунтов) .

Однако плотный график последних месяцев — съёмки сериала «Tires» (о котором подробнее пойдёт речь в следующих главах), продвижение фильма и возвращение к стендапу — привели к тому, что 5 килограммов уже вернулись . Ставрос сравнивает своё тело с «заброшенным складом»: если раньше при снятии футболки никто не знал, какой хаос там обнаружится, то теперь это склад с «ржавыми полками», где хотя бы видна какая-то структура . Чтобы поддерживать форму, он старается больше двигаться: например, на интервью к Тео в Нью-Йорке он приехал на городском велосипеде из Куинса, обливаясь потом под музыку Sexy Redd .

🇬🇷 Простые радости, греческие корни и выживание на грани абсурда 50:08

В середине беседы комики переходят от обсуждения основ физической комедии в духе «Трех балбесов» (Three Stooges) к более приземленным и личным темам. Ставрос Халкиас делится опытом долгожданной паузы в карьере, а Тео Вон вспоминает времена, когда его жилищные условия граничили с абсурдом.

Жизнь без стендапа: роскошь супермаркетов и прогулок 51:43

Ставрос Халкиас признается, что недавно позволил себе то, что для востребованного комика кажется почти невозможным — полугодовой перерыв от выступлений и туров. С февраля по август он практически не выходил на сцену . По его словам, это было время абсолютного ментального спокойствия, которое он в шутку называет «состоянием безработного».

Вместо бесконечных перелетов и отелей Ставрос наслаждался простыми вещами:

• Длительные прогулки в Балтиморе вдоль набережной .
• Вдумчивые походы в супермаркеты Safeway, где он мог часами изучать ценники и скидки дня .
• Приготовление еды дома: простой кусок мяса на гриле с овощами стал для него символом «прекрасной и простой жизни» .

Главный урок, который Ставрос извлек из этого затишья — вред многозадачности. Он признал ошибкой попытку одновременно заниматься стендапом, подкастом и съемками в кино (ранее они вскользь упоминали его работу над независимым фильмом и сериалом «Tires»). Теперь Халкиас планирует разделять эти активности: «Если я еду в тур, я не занимаюсь ничем другим» . Впереди у него масштабный тур «Dreamboat», название которого отсылает к его ироничному календарю, обсуждавшемуся ранее.

Культурный код: греки как «светлокожие арабы» 54:12

Разговор принимает неожиданный оборот, когда Тео Вон провокационно спрашивает, не являются ли греки «чернокожими Европы» . Ставрос, смеясь, выдвигает свою теорию: на самом деле греки — это скорее «светлокожие арабы» . Он подчеркивает поразительное культурное сходство между греками и народами Ближнего Востока.

Основные черты этого сходства по мнению Халкиаса:

1. Экспрессивность: оба народа очень громкие, эмоциональные и любят тактильный контакт при общении .
2. Эстетика: страсть к золотым украшениям и броским вещам .
3. Гастрономия: общая любовь к таким продуктам, как виноград, финики и специфические сладости .

Ставрос иронизирует, что британцы в свое время настолько полюбили Древнюю Грецию, что решили «отбелить» её историю в глазах мира, хотя реальный средиземноморский вайб гораздо ближе к восточному . Комик с гордостью принимает это сравнение, отмечая, что греки — «теплые и напряженные люди» .

Мужская тревожность и «аптечная» романтика 58:55

Обсуждение греческого темперамента приводит к откровенному разговору о мужском здоровье и тревожности. Ставрос и Тео вспоминают эпоху, когда препараты для потенции покупались не по рецепту, а в сомнительных придорожных аптеках и на заправках под названиями вроде «Rhino» или «Street Overlord» .

Тео вспоминает случай из молодости во Флориде, когда после приема таких таблеток у него началось носовое кровотечение прямо во время свидания с девушкой . Ставрос же признается, что долгое время страдал от тревожности, мешавшей личной жизни . Чтобы получить заветный рецепт на Сиалис, ему даже пришлось убеждать своего старого итальянского врача, что у него проблемы с простатой . Врач, понимая истинную причину, всё же провел осмотр, прежде чем выдать пробный набор таблеток, ставший для молодого комика «священным граалем» .

Бытовой сюрреализм: лофт, виагра и вечный двигатель Mitsubishi 1:00:17

Тео Вон делится воспоминаниями о самом странном периоде своей жизни, когда в студенческие годы он в течение семестра снимал комнату (точнее, спал на диване в лофте) вместе с отцом своего друга . Это сожительство породило цепочку абсурдных ситуаций:

• Кража таблеток: У отца друга был рецепт на Виагру (всего 8 таблеток в месяц). Тео признается, что иногда воровал их, аккуратно разрезая пополам, чтобы пропажа была менее заметна .
• Музыкальное сопровождение: Пока отец друга развлекался с женщинами в спальне наверху, Тео внизу учился играть на гитаре. По иронии судьбы, его репертуар состоял из максимально депрессивных песен, таких как «Tears in Heaven» Эрика Клэптона .
• Автомобиль, который нельзя глушить: У них был Mitsubishi Eclipse, который было настолько сложно завести, что они просто оставляли его работать на холостом ходу часами, пока Тео сидел на парах в университете . Они даже держали запасные канистры с бензином в подземном гараже, чтобы поддерживать этот «вечный двигатель» в рабочем состоянии .

Завершая тему тяжелого быта, комики вспоминают и другие эпизоды: Ставрос жил в Балтиморе за 300 долларов в месяц, питаясь фасолью и яйцами прямо с противня, чтобы не мыть посуду . Тео же в начале карьеры в Лос-Анджелесе умудрялся спать в кухонном шкафу высотой в три фута, который он называл своим «скворечником» .

🕒 Марк Уолберг, сериал «Tires» и эмоциональный трип с «Коко» 1:15:10

Четвертый сегмент беседы Тео Вона и Ставроса Халкиаса начинается с обсуждения феноменального уровня знаменитостей, чья жизнь подчинена настолько жесткому графику, что это граничит с вежливым безумием. В центре внимания оказывается Марк Уолберг, с которым Ставрос случайно пересекся в Торонто.

Распорядок дня Марка Уолберга: Дисциплина на грани безумия 1:15:23

История началась со случайной встречи на открытии бренда текилы Уолберга в Торонто. Ставрос отмечает, что Марк показался ему очень приятным и спокойным человеком, однако его образ жизни вызывает у обычного человека когнитивный диссонанс. Речь заходит о знаменитом распорядке дня актера, который регулярно становится виральным в социальных сетях .

Согласно этому графику, Уолберг просыпается в 2:30 утра. В 2:45 у него запланирована молитва, в 3:15 — завтрак, а уже в 3:40 начинается тренировка, которая длится полтора часа . Ставроса особенно поразил пункт про душ, на который в расписании выделено полтора часа.

«Никто не планирует полуторачасовой душ из соображений гигиены, — иронизирует Халкиас. — Такой длинный душ бывает только тогда, когда ты настолько разбит или пьян, что тратишь 45 минут в кабинке, просто убеждая себя не принимать таблетки прямо в семь утра» .

Комики развивают эту мысль, переводя обсуждение в русло собственных «темных» привычек. Они шутят, что долгие раздумья в ванной обычно связаны не с молитвами, а с попытками удержать себя от заказа проституток или импульсивных покупок в интернете, пока руки еще мокрые и нельзя взять телефон . Ранее в разговоре они касались темы мужской тревожности, и здесь этот мотив всплывает снова в контексте того, как дисциплина Уолберга выглядит попыткой убежать от хаоса.

Сериал «Tires» и творческая этика Шейна Гиллиса 1:22:31

Разговор переходит к профессиональным успехам Ставроса, в частности к его участию в комедийном сериале Netflix «Tires» («Шины»), созданном Шейном Гиллисом. Ставрос признается, что когда Шейн прислал ему сообщение с предложением сняться, никаких агентов или официальных контрактов поначалу не было — он даже думал, что они снимают малобюджетный проект для YouTube .

Однако проект «выстрелил», попав в топ-10 Netflix на несколько недель. Сейчас команда работает над вторым сезоном, и Ставрос подчеркивает уникальную атмосферу на площадке:

• Шейн Гиллис использует «метод Адама Сэндлера», привлекая к съемкам своих старых друзей по стендап-сцене, таких как Стив Гербен и Кайл .
• Режиссер Джон Маккивер и основной актерский состав — это люди, которые вместе начинали с открытых микрофонов.
• Во втором сезоне у проекта появился полноценный сценарный отдел, хотя дух импровизации и «гаражного» юмора сохранился .

Ставрос играет роль «хронически озабоченного идиота» — менеджера среднего звена в семейном магазине шин, который не является частью семьи владельцев . Он называет атмосферу семейного шиномонтажа «сектором Газа в мире бизнеса», где нет никакого надзора, а уровень токсичности и неполиткорректного юмора отражает реальную жизнь рабочего класса . Тео соглашается, отмечая, что зрители сегодня жаждут именно такого реализма, какой был в свое время в сериале «Офис», но с поправкой на более грубую среду .

В перерыве между обсуждением съемок Ставрос упоминает свои отношения с футбольным клубом «Балтимор Рэйвенс». Его, как преданного фаната, теперь выводят на большой экран стадиона во время матчей, что он считает высшей точкой своего успеха в родном городе .

Мультфильм «Коко» под кислотой: Эмоциональный крах 1:35:44

В финальной части главы Ставрос делится личной историей о том, как семейная традиция просмотра кино под галлюциногенами привела к неожиданным последствиям. У него с братьями была привычка принимать ЛСД перед громкими голливудскими премьерами. В один из рождественских вечеров они планировали пойти на «Аквамена», но билеты закончились, и они в состоянии трипа решили посмотреть мультфильм «Коко» от Pixar, так как он выглядел «ярким и веселым» .

Результат оказался катастрофическим для психики комика:

1. Вместо того чтобы смотреть, как Джейсон Момоа бьет рыб по голове, Ставрос столкнулся с глубокой темой смерти и связи поколений .
2. Находясь под действием кислоты, он начал безудержно рыдать, размышляя о своих покойных бабушках и дедушках и о том, гордились бы они им сегодня .
3. Его брат, пытаясь успокоить Ставроса, позже включил ему фильм «Тор: Рагнарёк», чтобы тот просто смотрел на «глупые картинки» и пришел в себя .

Тео Вон в ответ вспоминает свой опыт просмотра «Звездных войн» под смесью грибов и кислоты. Он признается, что вел себя как «человек с особенностями развития», громко радуясь каждому появлению на экране крошечного персонажа Бабу Фрика . Тео описывает, как лица окружающих в кинотеатре смягчались, когда они смотрели на него: они думали, что перед ними не взрослый мужчина под наркотиками, а просто «особенный» фанат, который искренне любит маппетов .

🗳️ Свободный интернет, страхи перед Верховным судом и будущее рабочих мест 1:40:19

Вторая половина беседы Ставроса Халкиаса и Тео Вона быстро перешла от обсуждения недавнего визита Ставроса на шоу SNL и игры Билла Бёрра к куда более глобальным и порой абсурдным новостям. После мимолетного упоминания прошлого опыта с галлюциногенами (ранее Ставрос уже делился подобными историями), комики переключились на геополитическую повестку, которая в их интерпретации приобрела неожиданный оборот.

Курьез в рядах КНДР: влияние интернета и порнографии 1:45:34

Одной из самых обсуждаемых новостей последних недель стало прибытие северокорейских солдат в Россию для участия в боевых действиях. Однако Тео Вона заинтересовал не столько военный аспект, сколько культурный шок, который испытали бойцы Ким Чен Ына. Согласно сообщениям в СМИ (в частности, со ссылкой на сайт Всемирного конгресса украинцев ), солдаты, впервые в жизни получив неограниченный доступ к интернету, начали массово потреблять порнографический контент.

Ставрос Халкиас воспринял эту новость с восторгом, предположив, что именно «маленькая доза» взрослого контента может стать тем фактором, который в итоге приведет к краху северокорейского режима . По мнению комиков, человек, однажды познавший свободу интернета, вряд ли захочет возвращаться в условия полной изоляции.

В ходе обсуждения Ставрос и Тео выделили несколько моментов:

• «Пожирание» контента: Журналисты использовали слово «gorging» (объедаться), описывая аппетиты солдат до интернет-видео .
• Качество войск: Ставрос предположил, что Ким Чен Ын вряд ли отправил в Россию свои лучшие элитные части. Скорее всего, это «расходный материал» или те, кого диктатор хотел бы убрать из своих рядов .
• Физиологическая реакция: Обсуждая фото солдат, комики в шутку заметили, что при первом столкновении с порно за 40 лет вся «несущественная» кровь в организме мгновенно перенаправляется от мозга и ушей к другим частям тела .

Главный страх перед Трампом: угроза Верховному суду 1:51:13

Переходя к теме выборов в США, Тео Вон поднял вопрос о том, чего именно люди боятся, когда говорят о возвращении Дональда Трампа в Белый дом. Ставрос, признавшись, что не был в восторге ни от одного из кандидатов, четко сформулировал свою главную опасение: состав Верховного суда .

Ставрос объяснил, что реальная опасность заключается не в личности президента, а в назначении крайне правых судей, чьи решения могут определять жизнь страны на десятилетия вперед. Он напомнил об отмене дела Роу против Уэйда, что уже привело к серьезным проблемам в сфере женского здоровья . В штатах, где аборты запрещены, стало сложнее найти обычных врачей-гинекологов, так как работа в этой сфере стала юридически опасной. «Это бьет по сельским штатам и здравоохранению в целом, а не только по праву на аборт», — подчеркнул Халкиас .

Кроме того, Халкиас выразил тревогу по поводу возможного отката других социальных достижений, таких как легализация однополых браков . Он отметил странный культурный парадокс: богатейшие люди мира и технологические гиганты поддерживают крайне правых политиков, чтобы облегчить передачу богатства от бедных к богатым, используя «культурные войны» лишь как инструмент разделения общества.

ИИ, Берни Сандерс и права трудящихся 1:55:21

Разговор о политике неизбежно коснулся экономики и стремительного развития искусственного интеллекта. Ставрос и Тео обсудили идею Берни Сандерса, которую оба находят крайне разумной: если автоматизация и ИИ позволяют компаниям зарабатывать больше, не нуждаясь в таком количестве людей, то эти доходы должны идти на пользу работникам .

Ставрос выделил ключевые пункты этой концепции:

1. Сокращение рабочей недели: Вместо увольнений компании должны сокращать рабочие часы при сохранении прежней зарплаты, улучшая качество жизни сотрудников.
2. Защита от жадности: ИИ не должен быть инструментом, позволяющим богатым становиться еще богаче за счет массовой безработицы .
3. Борьба с неравенством: Ставрос возмущен тем, что доходы корпораций растут, в то время как обычные люди не могут позволить себе покупку жилья или адекватную медицинскую страховку .

Ставрос иронично заметил, что многие люди поддерживают политику снижения налогов для миллиардеров, надеясь когда-нибудь сами войти в этот клуб, хотя на деле они находятся в гораздо более уязвимом положении (ранее в беседе упоминались стесненные бытовые условия некоторых американцев). «Ставьте на себя прямо сейчас, а не на тот день, когда станете миллиардером», — призвал комик .

Феномен Трампа: юмор как политическое оружие 2:00:20

Несмотря на критику политики Трампа, Ставрос признал его уникальную харизму. Он назвал 78-летнего политика невероятно энергичным для своего возраста, отметив его способность «раскачивать» толпу и импровизировать на микрофоне .

По мнению Халкиаса, если бы кто-то другой говорил те же вещи, но без юмора, это выглядело бы «ужасающе». Трамп же превращает свои выступления в шоу. Ставрос в шутку сравнил манеры Трампа с манерами «гея из Куинса», подчеркнув его специфическую жестикуляцию и поведение королевы сцены (queen), что, как ни странно, делает его привлекательным даже для той аудитории, которая формально настроена против ЛГБТ-сообщества .

В завершение главы Ставрос подытожил: Трамп — это богатый парень, которого поддерживают другие миллиардеры, и наивно полагать, что он является какой-то «новой силой», учитывая, что он уже был президентом и является частью того же истеблишмента .

🏛️ Политический тупик и инфраструктурный контраст 2:05:57

Заключительная часть беседы Тео Вона и Ставроса Халкиаса превращается в глубокий социально-политический анализ текущего состояния США. Комики, сохраняя присущую им остроту, обсуждают, почему традиционные политические институты перестали отвечать запросам обычных людей и как технологический прогресс других стран подчеркивает упадок американской системы.

Кризис доверия: провалы Демократической партии 2:05:57

Ставрос Халкиас выражает резкое недовольство стратегией Демократической партии на последних выборах. По его мнению, решение снова выставить кандидатуру Джо Байдена было «огромной и причудливой ошибкой» . Ставрос критикует партийную верхушку за попытку скрыть очевидные когнитивные проблемы президента, иронично замечая, что Байдену «просто дают неограниченное мороженое», пока окружающие делают вид, что всё в порядке .

Основная претензия Халкиаса заключается в отсутствии открытых праймериз. Он считает, что демократы «протащили» своего кандидата, лишив избирателей возможности проголосовать за те проблемы, которые их действительно волнуют . Говоря о Камале Харрис, Ставрос использует музыкальную метафору: у неё не было «новой музыки», только «ремиксы на Би-сайды», которые никого не вдохновили . Попытки заигрывать с электоратом через культурные мемы и «микстейпы» провалились, так как за ними не стояло реальных изменений в экономической повестке .

Ставрос с ностальгией вспоминает кампанию Берни Сандерса 2016 года, отмечая, что Сандерс был единственным политиком, чьи идеи действительно объединяли людей . Основной посыл Сандерса заключался не в культурных войнах, а в экономическом равенстве:

• Доступность жилья для каждого;
• Реформа здравоохранения;
• Борьба с влиянием корпораций и «людей на вершине» .

Комики сходятся во мнении, что обычные люди, если убрать идеологические ярлыки, согласны по большинству ключевых вопросов: они хотят иметь возможность купить дом и не разориться из-за визита к врачу . Халкиас подчеркивает абсурдность ситуации, когда медицинские долги стали причиной номер один для банкротства в Америке, называя всю систему «схемой по отмыванию денег» .

Джей Ди Вэнс: «Политический змей» и венчурный капитал 2:07:03

Тео Вон отмечает, что Джей Ди Вэнс показался ему вполне приятным человеком во время записи подкаста, однако Ставрос Халкиас настроен по отношению к вице-президенту крайне скептично. Ставрос называет Вэнса «классическим змеем», который скажет что угодно, чтобы быть избранным .

Критика Халкиаса строится на нескольких фактах:

1. Политический оппортунизм: Вэнс прошел путь от человека, который сравнивал Трампа с Гитлером, до его верного соратника, как только понял, что это выгодно для его карьеры .
2. Прошлое в венчурном капитале: Ставрос выражает глубокое недоверие к выходцам из этой сферы, называя их «червями», которые преследуют только личную выгоду .
3. Беспринципность: По мнению комика, Вэнс — это «заурядный кусок дерьма от политики», который использует радикальную риторику лишь для захвата власти .

Ранее в разговоре они кратко касались темы опасений перед Трампом, но Ставрос подчеркивает, что его разочарование распространяется на весь политический истеблишмент, включая Обаму, который, имея контроль над обеими палатами Конгресса, не смог реализовать амбициозные реформы, пытаясь найти компромисс с республиканцами там, где нужно было действовать жестко .

Инфраструктурный коллапс и уроки Японии 2:11:39

Обсуждение политики плавно переходит к вопросам качества жизни. Тео Вон приводит в пример Японию, где технологии служат обществу. Он упоминает тротуары в Токио, которые генерируют электричество от шагов пешеходов для питания зданий . На этом фоне американская инфраструктура выглядит катастрофически устаревшей. Халкиас жалуется на работу почты, где посылки теряются в «черных дырах» бюрократии , и на состояние железных дорог, иронизируя, что американские поезда сейчас грабят так, будто на дворе времена Дикого Запада .

Особое внимание уделяется проблеме бездомных. Ставрос критикует систему «некоммерческих организаций», которые тратят на «помощь» бездомным больше денег, чем потребовалось бы просто на предоставление им жилья . Он утверждает, что строительство простых многоквартирных домов — это доказанный и эффективный метод, который игнорируется ради политических игр.

Вместо реальных решений власти занимаются тем, что Ставрос называет «игрой в Red Rover»: бездомных просто перевозят на автобусах из штата в штат, перекладывая ответственность друг на друга . В завершение темы Тео Вон предлагает абсурдную, в своем стиле, идею: выдавать бездомным кредитные карты авиакомпаний, чтобы те хотя бы копили мили во время своих принудительных путешествий по стране .

В финале эпизода Ставрос напоминает слушателям о выходе своего независимого фильма «Let's Start a Cult» и анонсирует новый комедийный тур «Dreamboat» , о которых подробнее шла речь в первых главах статьи. Завершая подкаст на теплой ноте, комики обещают продолжить сотрудничество, обсуждая возможность совместных музыкальных перформансов в будущем .