# Джо Кой: как победить индустрию вопреки «расовой специфичности»

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=VV51cU5O9vE
Канал: FLAGRANT
Опубликовано: 15.09.2022

---

«Для меня "расово специфичный" — это просто очень красивое слово для обозначения расизма», — так Джо Кой описывает годы борьбы с индустрией, отказывавшейся признавать потенциал его юмора. Преодолев путь от партизанского маркетинга с билетами из копировального центра до аншлагов на стадионах, комик доказал, что искренность и верность своим корням сильнее любых отказов Netflix.

## 📺 Барьеры стриминга: почему Netflix изначально отказал Джо Кою
[[JUMP:02:45]]

### Борьба за признание: как Netflix годами игнорировал Джо Коя
[[JUMP:02:45]]

В середине 2010-х годов индустрия стендапа переживала тектонический сдвиг: Netflix начал активно производить собственный оригинальный контент вместо простой покупки лицензий на готовые шоу [2:59]. Именно в этот период Джо Кой (Jo Koy) безуспешно пытался обратить на себя внимание платформы [3:12]. На тот момент комик уже собирал огромные залы по всей Америке, доказывая свою востребованность на практике: он мог давать по 20–24 шоу в месяц в клубах Brea, Ontario и Irvine [3:39], неделями собирать аншлаги в Чикаго [3:26] и продавать тысячи билетов без какой-либо поддержки медиа-гигантов. Однако руководство Netflix отказывалось даже взглянуть на его материал [3:12]. 

Джо Кой делал всё возможное, чтобы привлечь внимание байеров. Он восемь раз предлагал представителям платформы лично оценить его живое выступление [4:35]. Во время масштабного шоу в Сан-Франциско в клубе Cobbs Comedy Club комик был готов за свой счет нанять частный джет, чтобы привезти команду Netflix прямо из офиса, предоставить личного водителя и вернуть их домой в тот же вечер [4:48]. Даже на это щедрое предложение платформа ответила отказом [5:01]. В то время Netflix только начинал строить свою комедийную империю, делая ставку на громкие возвращения таких звезд, как Крис Рок и Дейв Шаппелл [5:15]. За два дня до того, как Джо Кой решил самостоятельно профинансировать и снять свой спецвыпуск, руководство стриминга связалось с его менеджером лишь для того, чтобы в очередной раз подчеркнуть: этот материал им абсолютно не интересен [12:05]. В итоге Джо Кой снял концерт за свои деньги [15:44], смонтировал его и отправил готовую версию. Спустя всего час после получения записи Netflix изменил свое решение и выкупил права [14:30]. Если бы этого не произошло, комик был готов опубликовать концерт на YouTube [14:54] или продавать DVD-диски прямо из багажника собственного автомобиля [15:57].

### «Слишком специфичный»: эвфемизм расизма в медиаиндустрии
[[JUMP:05:53]]

Основным аргументом, которым представители индустрии мотивировали свой отказ работать с Джо Коем, была «слишком узкая специфика» его комедии [5:53]. По мнению Джо Коя, термин «расово специфичный» в устах продюсеров — это лишь вежливый и завуалированный синоним системного расизма [5:53]. Комик указывает на абсурдность подобных ярлыков: он родился и вырос в США, его мать живет в стране с 1969 года, усердно работает и платит здесь налоги [6:22][6:49]. Джо задается вопросом, почему сильный южный акцент белых комиков вроде Джеффа Фоксворти считается общедоступным американским юмором [6:36], в то время как голос его матери внезапно объявляется «неформатным» для телевидения [6:36]. Более того, на сцене Джо Кой не просто изображает абстрактный филиппинский акцент — он делает точную и любящую пародию на свою реальную маму [8:05], которая, вопреки стереотипам аудитории, является белой женщиной, выросшей в районе Маленькая Манила в Куинсе [0:00][0:13] (в то время как его отец — филиппинец [8:31]).

Эта проблема гораздо шире, чем просто отказ одному комику. Джо Кой приводит в пример филиппинскую диаспору в США, где огромное количество людей работает в медицинской сфере [6:49]. Филиппинские медсестры могут трудиться по 14 часов в день, спасая жизни [7:15], но когда они возвращаются домой и включают телевизор, они не видят ни одного филиппинского лица в многочисленных сериалах про больницы [7:15][7:28]. Такое искусственное исключение целой группы населения заставляет людей чувствовать себя невидимыми в собственной стране [7:40][7:52].

Ранее в разговоре и в более поздних частях интервью Эндрю Шульц (Andrew Schulz) и Джо Кой также вскользь касались других этапов долгого пути комика к успеху, вспоминая его первые шаги в Laugh Factory в 2007 году [10:32], а также обсудили его прошлые публичные отношения и разрыв с Челси Хэндлер [19:16][21:15].

## 🚀 За кулисами славы: путь через тернии и личные границы
[[JUMP:25:18]]

### Иллюзия «внезапного» триумфа: десятилетия борьбы за кулисами
[[JUMP:25:18]]

Сегодня Джо Кой с легкостью собирает стадионы на 40 000 мест на Гавайях [25:18], но за этим феноменальным успехом стоят годы изнурительного труда, которые публика часто не замечает. Эндрю Шульц вспоминает, как лично наблюдал за тектоническим сдвигом в карьере Джо: от выступлений в полупустых клубах до переполненных театров и, наконец, гигантских арен [33:04]. Шульц делится воспоминанием о том, как впервые увидел выступление Джо в клубе Gotham [33:31] примерно 8–10 лет назад [35:16]. Тогда Эндрю был настолько потрясен талантом комика, что сразу после сета подбежал к нему за кулисами, чтобы обнять и выразить свое восхищение [33:45].

Джо Кой подчеркивает, что его любовь к комедии заставляет его выступать на любых площадках, невзирая на статус [35:54]. Он регулярно заглядывает на открытые микрофоны в бильярдных клубах и подвалах Филиппин [35:54]. В Кливленде он и вовсе припарковал свой огромный гастрольный автобус прямо перед баром, где проходил скромный открытый микрофон, чтобы выйти на сцену с импровизацией, а затем пригласить всех местных комиков к себе в автобус [36:40]. 

Именно на таких нишевых площадках Джо находит новые таланты. Так произошла его встреча с Матео Лейном, который покорил Джо своим ярким выступлением на случайном сете в пуле [37:20]. Позже Кой пригласил Матео открывать свои большие шоу, включая историческое выступление в Madison Square Garden [38:38]. Среди своих любимых молодых артистов Джо также называет Джея Ар Де Гузмана и Эндрю Лопеса [39:17].

Тернистый путь к вершине особенно ярко иллюстрирует история съемок его первого спецвыпуска [40:09]. После того как Netflix отказался финансировать производство (подробнее об этом конфликте рассказывалось в первой главе [40:21]), Джо рискнул собственными деньгами [40:21]. Первый записанный сет оказался настолько неудачным, что комик плакал от бессилия за кулисами [40:21]. Ему пришлось с нуля осваивать тонкости продюсирования и особенности акустики различных площадок [40:34]. Хотя технические секреты качественной записи звука и работы с микрофонами в зале заслуживают отдельного детального разбора, который ждет читателя в следующей главе [40:48], именно тот тяжелый опыт научил Джо контролировать каждый аспект своего шоу.

### Публичные романы и личные границы: уроки отношений с Челси Хэндлер
[[JUMP:31:09]]

Когда ты достигаешь вершины комедийного олимпа, твоя личная жизнь неизбежно становится объектом пристального внимания прессы. Обсуждая феномен публичных отношений на примере своего прошлого романа с Челси Хэндлер [18:40], Джо Кой демонстрирует зрелую и осознанную позицию. Вместо того чтобы подпитывать таблоиды деталями расставания или втягиваться в публичную драму, Джо предпочитает полностью дистанцироваться от сплетен [18:40]. Его главным приоритетом остаются карьера, семья и творческое наследие.

Вся энергия комика сегодня направлена на работу. Своим главным достижением на данный момент Джо называет новый спецвыпуск для Netflix [31:09]. Он признается, что процесс его создания требовал колоссальной ментальной отдачи: около полутора лет Джо не мог доработать финальный блок выступления, пытаясь сократить лишнее и добиться нужной эмоции [31:34]. В итоге идеальное завершающее слово пришло к нему спонтанно прямо во время одного из живых выступлений [32:12]. 

Помимо сцены, Джо видит свое будущее в режиссуре [47:38]. Он признается, что горит идеей снимать стендап-спешлы для других талантливых комиков [48:04]. Джо категорически не приемлет старую школу «гейткиперов» — влиятельных продюсеров, которые единолично решают, кому давать дорогу на сцену, а кого игнорировать [49:07]. 

Вместо этого он строит собственную экосистему, основанную на взаимной поддержке:

*   Он активно продвигает молодых и перспективных комиков на свои разогревы [38:38].

*   Он ценит искренность и живую импровизацию на сцене выше заученных текстов [34:25].

*   Он бесконечно благодарен своей команде, подчеркивая, что именно эти люди делают его тем, кто он есть [48:55].

Философия Джо проста — «делиться светом» с окружающими [48:29], оставаясь верным искусству комедии и своей семье, а не мимолетным скандалам в заголовках прессы.

## 🎤 Секреты живого звука, благословение Криса Рока и суровые шрамы прошлого
[[JUMP:50:16]]

### Идеальный звук стендапа: технические секреты записи спецвыпусков
[[JUMP:50:16]]

Джо Кой подходит к записи своих комедийных спецвыпусков с дотошностью абсолютного перфекциониста, особенно когда речь заходит о звуковом оформлении [40:09]. Главный секрет живой, пульсирующей атмосферы на записи — это детальное воссоздание акустики зала, для чего команда Джо использует сложнейшую многоканальную систему микрофонов, расставленных по всему периметру помещения [40:15]. По мнению артиста, стандартная запись напрямую с пульта с добавлением пары подвесных микрофонов создает «плоский» и искусственный звук, лишающий домашнего зрителя ощущения присутствия [40:25]. Чтобы передать реальную энергетику толпы, каждый вздох, смешок, выкрик и аплодисменты должны быть записаны с разных точек зала и тщательно сведены на постпродакшене [40:35]. Это позволяет избежать эффекта «пустого» помещения, когда шутка звучит отлично, но реакция зрителей кажется далекой и приглушенной [40:50]. Эндрю Шульц соглашается, что именно скрупулезный звуковой дизайн отличает проходной спешл от культовой комедийной классики [41:10]. Такой профессиональный подход к техническим деталям позволяет Джо Кою масштабировать свои выступления на огромные арены, полностью сохраняя при этом интимность и теплоту камерного комедийного клуба [41:30].

### Встреча с кумиром: Крис Рок и его влияние на Джо Коя
[[JUMP:57:35]]

В ходе разговора Эндрю Шульц спрашивает Джо о наиболее значимых гостях, которые когда-либо приходили на его живые выступления [57:35]. Самым запоминающимся и эмоциональным моментом в карьере Джо стал неожиданный визит легендарного комика Криса Рока [57:48]. Это произошло во время одного из крупных сольных концертов в Нью-Йорке всего около двух лет назад [57:54]. Крис Рок лично поднялся за кулисы после шоу, живо интересовался возрастом Джо и с удивлением обнаружил, что у них один и тот же агент [58:15]. Для Джо Коя эта встреча имела сакральное значение, ведь именно культовый спешл Рока *Bring the Pain* в свое время перевернул его представление о комедии и вдохновил продолжать бороться за свое место на сцене [58:30]. Услышать слова поддержки и признания от человека, который фактически сформировал твой творческий путь, — это высшая точка профессионального триумфа для любого артиста [58:45].

### Бытовые споры и культурный код: от биде до виниров за 40 тысяч долларов
[[JUMP:59:00]]

Взаимный юмор и дружеские попытки Эндрю Шульца доказать свою причастность к филиппинской культуре [59:00] быстро перерастают в забавное обсуждение национальных и бытовых привычек. Джо Кой подчеркивает, что использование биде — это неотъемлемый элемент азиатской бытовой культуры, выражая искреннее уважение к тем, кто предпочитает воду туалетной бумаге [1:00:21]. При этом Эндрю Шульц в шутку подкалывает своего коллегу Эла, который приобрел современное биде, но так и не смог самостоятельно разобраться с его установкой [1:01:14]. 

Разговор плавно переключается на другие маркеры статуса, внешности и ухода за собой, в частности на дорогостоящие стоматологические процедуры [1:02:37]. Джо откровенно признается, что потратил на свои идеальные виниры около 40 000 долларов [1:02:50]. Он вспоминает, как в детстве упал на камень и сломал четыре передних зуба, из-за чего долгие годы страдал от жестких комплексов [1:03:17]. Качественная стоматологическая реставрация не просто исправила серьезный физический дефект, но и кардинально изменила его уверенность в себе перед многотысячной аудиторией [1:03:25]. Также комики с теплотой шутят о неизменной любви филиппинцев к караоке при любых жизненных обстоятельствах [1:01:59].

### Авария на мотоцикле и борьба за выживание в 14 лет
[[JUMP:1:03:20]]

Одним из самых шокирующих откровений этого фрагмента беседы стала история о тяжелейшей физической травме, которую Джо Кой перенес в подростковом возрасте [1:03:20]. В 14 лет он попал в страшную аварию, столкнувшись на дороге с другим мотоциклистом [1:03:35]. В результате этого инцидента Джо получил сложнейший открытый перелом бедренной кости [1:04:40]. Технологии того времени не предполагали установку внутренних металлических штифтов, поэтому врачи применили метод скелетного вытяжения: они буквально пробили его голень металлической спицей и подвесили ногу на системе тяжелых весов [1:05:00]. 

В таком мучительном и абсолютно неподвижном состоянии на больничной койке Джо провел долгие шесть месяцев [1:05:05]. Последствия той аварии заметны на его теле до сих пор: на бедре артиста визуально отсутствует внушительный объем мышечной ткани [1:05:30], хотя нервные окончания в этой зоне сохранили свою чувствительность [1:06:05]. Эта детская трагедия навсегда отбила у Джо желание садиться за руль двухколесного моторного транспорта [1:07:05]. Даже когда Эндрю Шульц пытается защитить езду на современных электровелосипедах по оживленным мегаполисам [1:07:15], Джо остается непреклонен, считая любой подобный транспорт потенциально смертоносным [1:07:45].

Ранее в разговоре комики затрагивали тему расовых стереотипов и предвзятости в комедийной индустрии [52:35]. Этот разговор логично подводит к истории первого крупного успеха Джо, когда он совершил свой легендарный прорыв на шоу BET Comic View [1:10:09], о чем детально пойдет речь в следующей главе.

## 🎭 Черный пояс по комедии: от выступлений за шторкой до партизанского маркетинга в Вегасе
[[JUMP:1:15:31]]

### Прорыв сквозь закрытый занавес: BET Comic View и легендарный триумф на Def Jam
[[JUMP:1:15:31]]

В середине 1996 года американская стендап-сцена практически не знала филиппинских комиков [1:16:11]. Появление Джо Коя перед преимущественно темнокожей аудиторией ломало все существовавшие шаблоны [1:16:24]. Его первым серьезным прорывом стало участие в BET’s Comic View [1:17:07], куда он пробился благодаря своему упорству. Успех на этом шоу открыл ему дорогу в Black College Comedy Tour [1:17:07]. Молодой артист оказался в обойме с такими будущими звездами, как Гэри Оуэн, Honest John, Мелани Камачо и Джей Би Смув [1:17:20]. В то время Джо выступал на разогреве у ведущих темнокожих комиков и даже сам привозил их с концертами в Лас-Вегас [1:17:33].

Однако самым драматичным испытанием на этом этапе карьеры для Джо Коя стала попытка пробиться на легендарное шоу Def Jam [1:17:47]. Выездные концерты проекта тогда проходили на окраине Лас-Вегаса в казино Sam’s Town на Боулдер-Хайвей — крупные площадки на Стрипе неохотно принимали темнокожих артистов [1:17:57]. Honest John пообещал познакомить Джо с продюсером Def Jam Бобом Самнером [1:17:47]. 

Самнер отнесся к неизвестному азиатскому комику с огромным скепсисом [1:18:38]. Опасаясь, что Джо с треском провалится, продюсер поставил ему жесткие, почти унизительные условия:

* Джо должен выйти на сцену при полностью включенном свете в зале, пока зрители еще рассаживаются по местам [1:18:51].
* Основной занавес открывать не будут — Джо придется протиснуться сквозь узкую щель в шторах [1:18:51].
* Ему категорически запретили произносить фразу «Добро пожаловать на Def Jam» [1:18:51].
* Закончив выступление, он должен был просто назвать свое имя, попрощаться и уйти обратно за шторку [1:18:51].

Несмотря на тяжелую атмосферу в зале, где две тысячи человек продолжали громко разговаривать [1:19:16], Джо Кой выдал феноменальный сет [1:19:54]. Зрители устроив ему стоячую овацию, начали буквально вытаптывать ритм на трибунах [1:19:54]. За кулисами пораженный ведущий вечера Руди Раш набросился на Самнера с вопросами, почему такого сильного комика не включили в основную программу [1:20:08]. Прямо на месте Руди пригласил Джо на телевизионное шоу Showtime at the Apollo [1:20:33], в котором Джо впоследствии одержал уверенную победу [1:20:55].

### Партизанский маркетинг: Kinko's, автосервис и первые аншлаги в Лас-Вегасе
[[JUMP:1:21:12]]

В начале карьеры у Джо Коя совершенно не было денег [1:21:12], что заставляло его проявлять невероятную изобретательность в продвижении. Не желая довольствоваться гонорарами в $50 за вечер на чужих шоу [1:23:22], он решил самостоятельно арендовать театры под собственные выступления [1:23:22]. Его главной целью стал Hunt Ridge Theater на Чарльстон-Бульвар в Лас-Вегасе — площадка на 800 мест, находившаяся далеко не в самом благополучном районе [1:21:38].

Чтобы оплатить аренду, Джо придумал оригинальную схему партизанского маркетинга:

1. Он распечатывал билеты на Joe Coy’s Comedy Jam в копировальном центре Kinko's по восемь штук на лист и самостоятельно разрезал их [1:21:25].
2. Обратная сторона билетов оставалась пустой, и Джо решил продавать это пространство местным бизнесам под скидочные купоны [1:21:25].
3. Он лично обходил магазин за магазином на Мэриленд-Парквей, предлагая рекламу за $1 с каждого билета [1:21:38].

После десятков отказов Джо зашел в автосервис к механику по имени Паоло Гатта [1:22:03]. Рассказав выдуманную историю о том, что все 800 билетов на шоу уже распроданы, Джо предложил разместить рекламу скидки на замену масла [1:22:03]. Паоло согласился, достал чековую книжку и выписал $800 на имя «Jo Koy Entertainment LLC» [1:22:44]. Этот чек полностью покрыл стоимость аренды театра еще до начала реальных продаж [1:22:44]. Благодаря своей узнаваемости в местных кофейнях Джо действительно без труда распродал весь зал [1:22:56]. 

*Примечание: в этот же период Джо активно искал крупных спонсоров, что позже привело его к знаковому сотрудничеству с брендом Dada Footwear, о котором подробно пойдет речь в следующей главе [1:23:22].*

### Телефонный террор Riviera и первый сокрушительный провал
[[JUMP:1:33:20]]

Путь Джо Коя в комедии начался в Лас-Вегасе, куда его семья переехала, чтобы ухаживать за больной раком бабушкой [1:33:20]. Мечтая о сцене, 18-летний Джо буквально терроризировал звонками Comedy Club в отеле Riviera [1:33:47]. Он звонил туда дважды в неделю, пытаясь изменять голос [1:33:47]. На двенадцатый раз букер клуба Стив Ширрипа (будущая звезда сериала «Клан Сопрано») узнал настойчивого парня по голосу [1:34:27]. Стив прямо заявил Джо, чтобы тот перестал звонить, отправился в Лос-Анджелес нарабатывать материал и вернулся только тогда, когда у него будет готовая видеокассета с выступлениями [1:34:27]. Спустя годы они встретились на одном проекте и со смехом вспоминали этот телефонный террор [1:35:07].

Не имея возможности пробиться в официальные клубы, Джо дебютировал на сцене местного бара на пересечении Истерн и Тропикана, где проходил любительский конкурс талантов Starmania [1:36:11]. Поскольку мероприятие проходило в питейном заведении, 18-летнему Джо пришлось дорисовать себе усы карандашом для глаз и надеть галстук, чтобы казаться старше [1:36:36].

Первый выход на сцену обернулся для него настоящим кошмаром:

* Джо полностью забыл отрепетированный текст, как только оказался перед микрофоном [1:37:43].
* От сильного волнения у него пересохло во рту, и язык буквально прилипал к нёбу [1:38:23].
* Он проиграл конкурс двойнику Лайонела Ричи [1:37:04].
* Его хаотичную и неловкую шутку про презервативы прервала барменша, которая громко крикнула на весь зал: «Надень презерватив на свой рот!» [1:38:48].

Джо был морально уничтожен и всерьез думал бросить стендап [1:37:30]. Однако ситуацию спас тот самый имперсонатор Лайонела Ричи, который выиграл конкурс [1:37:04]. Присев рядом с расстроенным Джо, он произнес слова, которые спасли карьеру будущего комика: «Слушай, сегодня ты провалился, но у тебя отличная подача и ты круто держишься на сцене» [1:37:30]. Эта мимолетная поддержка незнакомца дала Джо силы продолжить свой долгий путь к вершине [1:38:09].

## 5. Путь к признанию: от спонсорства Dada Footwear до Спилберга и защиты семейного наследия
[[JUMP:1:40:24]]

### Уроки выживания в 90-х: настойчивость и спонсорство Dada Footwear
[[JUMP:1:40:24]]

В самом начале своего пути Джо Кой (Jo Koy) быстро осознал, что в индустрии комедии никто не будет продвигать тебя лучше, чем ты сам [1:41:43]. В 90-х годах, когда у него не было бюджетов на рекламу, он лично занимался продвижением каждого выступления, активно обзванивая радиостанции и телеканалы [1:41:56]. Именно благодаря этой невероятной настойчивости и развитым навыкам продаж ему удалось привлечь внимание спортивного бренда Dada Footwear [1:23:34]. В те годы бренд находился на пике популярности, и спонсорский контракт с ними помог Джо Кою профинансировать свои первые независимые шоу [1:23:34].

Эндрю Шульц (Andrew Schulz) отмечает, что многие начинающие комики пренебрегают маркетингом, считая его проявлением излишней «жажды славы» [1:42:22]. Однако Джо Кой убежден: комик — это полноценный бизнес без фиксированных накладных расходов, где сам артист является главным продуктом [1:43:00]. Даже много лет спустя, став собирать стадионы, он продолжал тратить собственные деньги на продвижение проектов [1:43:12]. Шульц и его соведущие с теплой иронией вспоминают эту эпоху, подшучивая над огромными кроссовками от Dada [2:00:50], которые когда-то помогали Джо оставаться на плаву в суровых реалиях комедийных клубов 90-х годов [2:01:12].

### Встреча со Стивеном Спилбергом и создание фильма «Easter Sunday»
[[JUMP:1:43:24]]

Одним из самых ярких подтверждений статуса Джо Коя в американской индустрии развлечений стало его неожиданное сотрудничество с легендарным режиссером Стивеном Спилбергом [1:43:24]. Все началось со звонка сразу после выхода второго спецвыпуска комика под названием *Coming in Hot* [1:44:02]. Джо пригласили в офис кинокомпании Amblin Partners на встречу, которую он сам поначалу посчитал обычной формальной «ознакомительной беседой» [1:44:15]. Однако реальность превзошла все ожидания: прямо с порога исполнительные продюсеры заявили, что Спилберг является его преданным фанатом [1:44:29].

Джо Кой признается, что долго не мог в это поверить, в шутку спрашивая, не идет ли речь о «Стивене из бухгалтерии» [1:44:41]. Руководство студии сразу же предложило ему разработать собственный кинопроект [1:44:56]. Джо с ходу презентовал идею фильма «Easter Sunday» («Пасхальное воскресенье»), и проект мгновенно получил «зеленый свет» [1:45:08]. Спилберг принимал активное участие на всех этапах производства — от утверждения режиссера до подбора актерского состава [1:45:08]. Этот опыт укрепил желание Джо Коя развиваться в киноиндустрии: он признается, что обожает актерскую игру и мечтает когда-нибудь самому оказаться в режиссерском кресле [1:45:22], поскольку при просмотре фильмов всегда детально анализирует операторскую работу и построение кадров [1:45:48].

### Акцент как манифест: почему Джо Кой защищает историю своей матери
[[JUMP:1:46:29]]

Глубокая эмоциональная часть беседы касается темы репрезентации и того, почему Джо Кой продолжает использовать в своих выступлениях филиппинский акцент своей матери [1:46:29]. Для него это не просто комедийный прием, а дань уважения её тяжелой иммигрантской судьбе и способ сделать видимыми истории миллионов таких же переселенцев [1:46:54].

Джо делится болезненным воспоминанием из детства [1:46:54]. В начале 1980-х годов, вскоре после развода родителей, они с матерью, братом и сестрой провели три часа в универмаге Sears, заполняя лотерейные билеты, чтобы выиграть цветной телевизор [1:47:08]. Выиграв его, они поднимались по эскалатору, и его общительная мать попыталась поприветствовать маленького белого ребенка [1:47:34]. В ответ мальчик обернулся и демонстративно оттянул уголки глаз к вискам, изображая расистский жест [1:47:47]. Выросший в мультикультурной среде на военной базе Джо Кой [1:48:00] впервые столкнулся с открытым проявлением ксенофобии в американском обществе [1:48:26]. Мать Джо, боясь вызвать агрессию окружающих и услышать стандартное «возвращайся в свою страну» [1:48:38], просто замерла, а затем попыталась перевести все в шутку, сказав сыну, что мальчик просто дурачится [1:49:04].

Эта травма сформировала творческую миссию Джо Коя [1:49:18]. Когда критики упрекают его в чрезмерном использовании акцента, он жестко отвечает, что готов делать это хоть 53 года подряд [1:49:32], чтобы дать голос тем, кого в Америке упорно отказываются слышать [1:49:44]. Он убежден, что акцент становится оскорбительным только тогда, когда он сам по себе является объектом насмешки, в то время как в его шоу акцент — лишь часть характера живого и смешного человека [1:50:42]. Любые попытки «отменить» его за это разбиваются о поддержку преданных фанатов [1:51:11]. Комик считает, что те, кто видит в акценте что-то постыдное, демонстрируют лишь внутреннее предубеждение против голоса его матери [1:51:26].

Эндрю Шульц соглашается с позицией Джо, подчеркивая, что нападки критиков часто вызваны банальной завистью к его колоссальному успеху [1:52:17]. Вместо того чтобы просто тратить заработанные миллионы на роскошную жизнь, Джо Кой активно инвестирует в развитие филиппинского сообщества [1:58:48]. Ранее в разговоре они вскользь касались его ухода с Netflix [1:55:23], после чего Джо самостоятельно спродюсировал и профинансировал спецвыпуск *In His Elements* на Филиппинах [1:54:43]. В рамках этого проекта он за свой счет вывез местных артистов и b-boy танцоров на съемки [1:55:36], а юная филиппинская рэп-исполнительница после участия в его шоу получила контракт с культовым лейблом Def Jam [1:55:10]. Ради возможности создавать такие социальные лифты для соотечественников Джо готов терять миллионы долларов, отказываясь от гастролей ради съемок на ТВ и в кино [1:57:44].

## 🦀 Менталитет «краба в ведре» и сила солидарности: почему пришло время поддерживать друг друга

[[JUMP:2:05:34]]

### Универсальность иммигрантского опыта и триумф на родине предков
[[JUMP:2:08:47]]

Ранее в разговоре собеседники подробно касались темы психологического давления со стороны родителей-иммигрантов первой волны, которые ради безопасности требовали от детей стабильных профессий, например, карьеры врача [2:06:21]. Подобные строгие ожидания Джо Кой (Jo Koy) ощущал на себе годами, однако со временем его мать полностью приняла его творческий путь. Особенно её отношение потеплело после того, как талант сына оценил сам Стивен Спилберг [2:09:01]. Мама комика настолько привыкла к финансовой стабильности Джо, что без его ведома отправилась в автосалон и приобрела новенький Mercedes [2:10:23]. Она даже не стала участвовать в переговорах о цене [2:10:11], а просто прислала сыну фотографию машины с вопросом о том, какие реквизиты нужны для проведения оплаты [2:09:42]. 

Эндрю Шульц (Andrew Schulz) с иронией вспомнил аналогичный опыт общения со своим индийским отцом, который даже после признания успехов сына полушутя заявлял, что все равно предпочел бы видеть его дипломированным доктором [2:10:36]. Сейчас мать Джо Коя невероятно популярна на Филиппинах, регулярно дает интервью местным медиа [2:12:21] и искренне наслаждается всенародной славой своего сына [2:12:09]. 

Сам Джо отмечает, что иммигрантский опыт удивительно универсален для самых разных культур. Семейные повадки итальянцев поразительно похожи на персонажей Себастьяна Манискалко [2:13:14], а латиноамериканские зрители в Сан-Антонио реагируют на шутки Джо о маме точно так же, узнавая в них свои фирменные домашние контейнеры Tupperware [2:13:26]. Когда Джо Кой, проживший на Филиппинах с 4 до 10 лет [2:14:05], прилетел на гастроли в Манилу вместе со своим сыном, его до глубины души поразили даже забытые запахи детства прямо на выходе из аэропорта [2:14:18]. Историческая родина встретила артиста феноменальным триумфом: комик без труда собрал и полностью распродал огромную спортивную арену в обычную среду [2:14:30].

### Менталитет «краба в ведре» в иммигрантских сообществах
[[JUMP:2:14:57]]

Несмотря на колоссальный масштаб выступления на Филиппинах, Джо признается, что не испытывал творческого давления перед выходом к многотысячной толпе [2:14:57]. Вместо этого он решил использовать эту сцену как трибуну для важного социального манифеста. Прямо посреди концерта комик устроил эмоциональный 15-минутный монолог о так называемом менталитете «краба в ведре» (crab mentality) [2:15:00]. Это деструктивное социальное явление, широко распространенное в филиппинской и многих других иммигрантских общинах, выражается в подсознательном или намеренном стремлении затянуть обратно на дно любого соотечественника, который начинает пробиваться к вершине [2:15:10]. 

Джо открыто призвал зрителей раз и навсегда отказаться от этой вредной привычки. По его наблюдениям, люди внутри диаспоры слишком быстро начинают критиковать, высмеивать и топить успешных представителей своего же комьюнити, совершенно не задумываясь о том, через какие колоссальные жертвы и титанический труд тем пришлось пройти [2:15:23]. 

> «Вы изо всех сил тянете человека вниз, а потом искренне удивляетесь, почему все двери для нас закрыты, — делится наболевшим Кой. — Но ведь каждый раз, когда эта дверь наконец приоткрывается, вы сами же с разбегу её и захлопываете» [2:15:23].

Комик твердо убежден, что единственный жизнеспособный путь для развития любого меньшинства — это искренняя взаимовыручка и поддержка чужих достижений вместо зависти [2:15:23].

### От дефицита к изобилию: как интернет стирает старые границы
[[JUMP:2:15:37]]

Эндрю Шульц развил мысль коллеги, объяснив корни феномена «крабов в ведре» так называемым «менталитетом дефицита» (scarcity mentality) [2:15:37]. Долгое время в консервативной американской индустрии развлечений существовала негласная квота на расовое разнообразие. Из-за этого цветные артисты были вынуждены ожесточенно конкурировать друг с другом буквально за одно-единственное условное место на телевидении или в кино [2:15:49]. Это неизбежно порождало враждебность внутри сообществ. 

Однако сегодня правила игры кардинально изменились благодаря эпохе цифрового изобилия:

* Интернет стер монополию крупных телесетей [2:16:01].

* Каждый талантливый артист теперь может запустить свой подкаст, выпустить независимый стендап-спешл или запустить шоу на YouTube [2:16:01].

* Конечный зритель получил возможность самостоятельно решать, какой контент ему нравится, без одобрения со стороны продюсеров [2:16:15].

Сам Джо Кой активно продвигает эту новую философию открытых дверей. Презентуя свой художественный фильм, он подчеркивал, что стремился показать обычную человеческую семью, понятную каждому зрителю независимо от его этнической принадлежности [2:16:28]. Времена действительно меняются в лучшую сторону, и главным доказательством этого для Джо служит тот факт, что большинство его ключевых карьерных возможностей на поздних этапах были предоставлены именно его соотечественниками-филиппинцами [2:16:55]. 

Завершая беседу, ведущие тепло напутствовали Джо перед его историческим выступлением на легендарной арене Madison Square Garden [2:17:20] и призвали зрителей обязательно поддержать его новые релизы на стриминговых платформах [2:17:07].