Публичное размещение акций часто воспринимается как вершина успеха предпринимателя, однако для сооснователя страхового стартапа Oscar Health Марио Шлоссера оно стало началом тяжелейшего жизненного испытания. В откровенном разговоре с ведущим подкаста 20VC Гарри Стеббингсом немецкий предприниматель подробно рассказывает, как его компания пережила катастрофическое падение рыночной капитализации на 94% и какие ментальные уроки он извлек из этого затяжного пике. Эта статья анализирует путь Шлоссера от детских экспериментов с первыми компьютерами до борьбы с клинической депрессией, изменения отношения к богатству и стратегического решения уступить пост генерального директора опытному наемному топ-менеджеру.
👶 Детство, ZX81 и природа внутренней мотивации 0:51
Марио Шлоссер вырос в Германии в семье со средним достатком: его отец работал учителем в средней школе, а мать — медсестрой. Родители не имели абсолютно никакого отношения к математике или компьютерным наукам, однако будущий предприниматель рано проявил то, что он называет высокой степенью внутренней мотивации и полным безразличием к чужому мнению или внешним указаниям.
Важным этапом его формирования стало появление компьютера Sinclair ZX81 с объемом оперативной памяти всего 1 килобайт, который отцу подарил друг. Шлоссер часами вручную перепечатывал программные листинги и полностью погружался в цифровой мир. В качестве примера своей настойчивости он вспоминает, как целое лето пытался самостоятельно изобрести алгоритм отрисовки линий на пиксельном экране, бесконечно расчерчивая бумагу в клетку, прежде чем осознал необходимость использования чисел с плавающей запятой.
📈 Феномен исключительности и сила низких ожиданий 2:18
Гарри Стеббингс выдвигает инвестиционный тезис о том, что лучшие предприниматели всегда демонстрируют признаки исключительности еще в раннем возрасте, будь то профессиональный спорт, ранний бизнес или создание сайтов для местных компаний. Марио Шлоссер частично соглашается с этим мнением, но отмечает, что это многовариантная проблема. По его мнению, предсказать выдающийся успех на основе одного лишь измеримого теста невозможно, поскольку выдающиеся академические успехи не всегда конвертируются в предпринимательство. В качестве примера спикер приводит своих школьных товарищей, которые учились лучше него и впоследствии стали блестящими физиками-теоретиками, но никогда не создадут собственный бизнес.
Шлоссер полностью разделяет тезис главы компании NVIDIA Дженсена Хуанга о том, что люди с изначально низкими ожиданиями обладают гораздо более высокой устойчивостью к жизненным трудностям и кризисам. Сам гость подкаста признается, что всю жизнь жил с невероятно низкими ожиданиями, будучи выходцем из обычной немецкой провинции, и долгое время даже не допускал мысли о возможности обучения в Стэнфорде или Гарварде.
Однако, по мнению Шлоссера, для расширения масштаба мышления критически важно вовремя получить доступ к людям с высокими стандартами. В его жизни такими вехами стали:
- Участие в известном немецком научном конкурсе Jugend forscht («Молодежь исследует»), в рамках которого он еще в 1996 году собрал ранний работающий прототип устройства для отслеживания взгляда (айтрекера) с помощью обычной компьютерной камеры.
- Работа в качестве приглашенного исследователя в Стэнфорде и последующая стажировка в консалтинговой компании McKinsey, где его поразила скорость построения сложнейших финансовых моделей в Excel, существенно поднявшая его внутреннюю планку профессионализма.
🏥 Кризис здравоохранения США: почему технологии не работают 8:09
Обсуждая структуру американского рынка медицинских услуг, Шлоссер указывает на фундаментальное непонимание предпринимателями его внутренней динамики. В отличие от традиционных сегментов экономики вроде ритейла, где условный Walmart точно знает, как оптимизировать соотношение цены и качества, в здравоохранении США отсутствует эффективный рыночный брокер, а за повышение качества медицинского обслуживания никто не платит больше. По мнению спикера, стартапы в этой сфере часто делятся на два непересекающихся лагеря: те, у кого есть отличные технологии, и те, кто понимает реальное устройство медицины. Пересечение этих групп, как считает Шлоссер, ничтожно мало.
Инвестиционный тезис Марио Шлоссера строится на категорическом отказе от финансирования фаундеров без глубокой отраслевой экспертизы. При этом он считает огромной коммерческой возможностью не полную утопическую перестройку первичного звена медицины, а прагматичную замену старых 40-летних корпоративных баз данных на COBOL простыми и понятными технологическими стартапами, которые автоматизируют рутинные рабочие процессы и начинают приносить прибыль на ранних этапах.
Для оценки привлекательности любого нового технологического бизнеса Шлоссер использует трехфакторную модель:
- Низкий уровень конкуренции со стороны сильных технологических лидеров (он считает безумием попытки конкурировать напрямую с такими фигурами, как братья Коллисон из Stripe или Тоби Лютке из Shopify).
- Устаревшая и неповоротливая инфраструктура действующих игроков (legacy infrastructure), с которой они физически не могут сойти.
- Слабый бренд работодателя у корпораций-инкумбентов (например, UnitedHealth), что позволяет молодому стартапу легко переманивать лучших инженеров, предлагая им вдохновляющую культуру.
Именно эта логика легла в основу запуска Oscar Health в 2012 году, когда сама концепция технологичной страховой компании (иншуртех) была абсолютной аномалией на рынке.
📉 Падение на 94%: анатомия рыночного краха Oscar Health 13:34
Oscar Health вышла на биржу 3 марта 2021 года, собрав в ходе IPO внушительные $1,5 млрд. Однако вскоре котировки компании пережили катастрофическое падение на 94%. Шлоссер выделяет две ключевые причины этого рыночного краха:
- Страх дефицита капитала: инвесторы и финансовые аналитики начали массово публиковать отчеты о том, что у компании закончатся свободные деньги к 2022–2023 годам. Это запустило классический порочный круг — падение стоимости акций увеличивало потенциальное размытие долей при гипотетическом следующем раунде, утягивая капитализацию на дно.
- Кризис доверия к бизнес-моделям: публичный рынок в тот период перестал понимать, способны ли цифровые медицинские и финтех-стартапы реально влиять на экономику бизнеса после масштабирования, или они просто бесконечно субсидируют свои услуги ради привлечения пользователей, подобно ранней модели Uber.
При этом Шлоссер подчеркивает, что реальные операционные метрики бизнеса не претерпевали столь радикальных изменений: коэффициент медицинских потерь (Medical Loss Ratio, MLR) плавно и прогнозируемо улучшился с 86% до 82%. Предприниматель открыто признает свою вину в том, что не смог донести эти детали до Уолл-стрит простым и доступным языком. Он вспоминает, как новый генеральный директор компании Марк Бертолини на отраслевой конференции JP Morgan выступал гораздо проще, не вдаваясь в технические нюансы работы платежных систем, которые сам Марио безуспешно пытался объяснить публичным аналитикам с коротким удержанием внимания.
Тем не менее, Шлоссер не жалеет о выходе на открытый рынок. По его словам, $1,5 млрд наличными, привлеченные в ходе IPO, фактически спасли компанию от необходимости искать финансирование в худшие периоды венчурного кризиса, что уберегло бизнес от банкротства или вынужденной продажи за бесценок.
💊 Обратная сторона успеха: депрессия, сертралин и графики настроения 21:30
День IPO, который должен был стать триумфом предпринимательской карьеры, превратился для Марио в психологический кошмар. Сразу после торжественного звонка на Нью-Йоркской фондовой бирже акции Oscar Health начали стремительно падать, и Шлоссеру пришлось давать тяжелое интервью телеканалу CNBC на фоне красных падающих графиков. Этот опыт нанес ему глубокую психологическую травму: предприниматель признается, что из-за болезненных ассоциаций до сих пор принципиально отказывается посещать фондовую биржу, пока цена акций не вернется к уровню размещения.
После этого у Шлоссера развилась клиническая депрессия, справиться с которой помогло только профессиональное медицинское вмешательство и назначение антидепрессанта сертралина. Примечательно, что с 2012 года Марио ежедневно ведет скрупулезный количественный лог своей активности и настроения по шкале от 1 до 10, где 7 — плановый идеальный показатель. Анализируя эти графики, он заметил, что под воздействием препарата его состояние полностью стабилизировалось ровно на отметке 7, сглаживая опасные эмоциональные пики. При этом Шлоссер и Стеббингс выражают серьезное опасение, что медикаментозное уплощение эмоций может притуплять глубокие интуитивные озарения, критически важные для фаундеров при принятии нестандартных решений.
В качестве главного фактора спасения в самые темные периоды Шлоссер называет стабильную семейную жизнь, общение с детьми и природу, которая абсолютно безразлична к котировкам акций на мониторе. Его сооснователь Джош Кушнер в моменты паники часто напоминал ему отрезвляющую фразу: «Конец света случается не так уж часто», что помогало сохранять рассудок.
🔄 Передача штурвала: почему основатель решил уйти с поста CEO 38:30
Весной 2023 года Марио Шлоссер принял решение добровольно покинуть пост генерального директора, заняв позицию директора по технологиям (CTO), и пригласил на должность CEO опытного корпоративного управленца Марка Бертолини. В качестве аналогии он приводит поучительную историю тренера сборной Германии по футболу Йоахима Лёва, который после триумфа на ЧМ-2014 остался на своем посту, но потерял управленческую магию и позорно вылетел в первом же раунде ЧМ-2018 в России.
Шлоссер осознавал, что к началу 2023 года Oscar Health успешно вышла из операционного кризиса и гарантированно двигалась к системной прибыльности. Однако он понимал, что в случае наступления гипотетического нового кризиса его собственный ментальный «мешок с трюками» будет пуст, а сотрудники и совет директоров перестанут безоговорочно ему верить. По мнению Шлоссера, идея о том, что основатель обязан оставаться CEO компании до конца своих дней (навязанная культом Илона Маска, Джеффа Безоса и Марка Цукерберга) — это опасное общественное заблуждение. Каждому конкретному этапу развития бизнеса требуется свой тип лидера.
Главный урок Шлоссера из этой трансформации заключается в том, что передавать власть нужно искренне и целиком. Теперь на все стратегические вопросы подчиненных он жестко отвечает: «Это решение генерального директора, идите обсуждать это с Марком». Он признает, что добровольное понижение в должности ранит эго и порождает подсознательные страхи о том, что тебя «больше не зовут на вечеринку», но это компенсируется избавлением от необходимости вести изнуряющие разговоры об увольнениях, в которых Бертолини исторически проявляет себя гораздо жестче.
💼 Культура 3000 сотрудников и иллюзия корпоративных ценностей 50:46
Марио Шлоссер крайне скептически относится к стандартным книжным практикам масштабирования организаций. По его наблюдениям, когда основатель пытается «профессионализировать» топ-менеджмент и чрезмерно делегировать задачи, это запускает разрушительную цепную реакцию ниже по вертикали: менеджеры начинают слепо копировать это поведение, что приводит к лавинообразному разрастанию бюрократии и возникновению десятков управленческих слоев, где люди лишь проводят бесконечные совещания вместо реальной работы. В компании Oscar Health на сегодняшний день работает около 3000 сотрудников.
Особое неприятие у Шлоссера вызывают традиционные корпоративные ценности. Он вспоминает, как в 2014–2015 годах компания устроила внутренний «базар ценностей», где около 100 сотрудников предлагали свои формулировки на экранах. В результате математического усреднения экстремальных мнений получился максимально банальный, «ванильный» набор слов вроде «эффективность» и «честность», не несущий никакой практической пользы. Шлоссер убежден, что компания должна открыто заявлять о своих радикальных поведенческих особенностях, а не пытаться нравиться всем.
Гарри Стеббингс поддерживает этот жесткий прагматичный подход, формулируя свои базовые ценности без лишней политкорректности:
- Работать усерднее, чем когда-либо в своей жизни.
- Зарабатывать здесь значительно больше денег, чем в любом другом месте.
- Полностью оставить личные эмоции за пределами офиса, чтобы избежать выгорания бизнеса.
💰 Психология богатства: дефект мозга миллиардеров и свобода быть неэффективным 57:44
Размышляя о природе крупного капитала, Шлоссер отмечает у себя укоренившийся «европейский менталитет»: он подсознательно доверяет общественной системе право распределять блага и оценивать его заслуги, никогда не требуя от совета директоров увеличения своей личной доли акций. В то же время он считает, что превращение человека в миллиардера — это своего рода «психологический дефект мозга». По мнению Шлоссера, такие люди обладают патологической, абсолютной уверенностью в том, что общество им должно по праву, и они жестко, бескомпромиссно требуют свое у системы.
Спикер обращает внимание на глубокий математический парадокс: человеческий IQ распределен по нормальной шкале (гауссиане), где гениев в процентном соотношении всегда ограниченное количество, в то время как распределение богатства и влияния в мире жестко подчиняется степенному закону (power law) с экстремальными разрывами. По мнению Шлоссера, это наглядно доказывает, что рыночные механизмы трансляции ума в деньги содержат огромный элемент случайности, удачи и нелинейных искажений.
Свой первый крупный капитал (около $900 тыс. наличными в ходе вторичного раунда финансирования) Шлоссер заработал в 2015 году. Он до сих пор бережно хранит скриншот состояния своего личного банковского счета того периода. Главная ценность денег, по мнению Марио, заключается исключительно в завоевании ментальной свободы — возможности на законных основаниях заниматься вещами, которые глубоко неэффективны с коммерческой точки зрения, но невероятно интересны интеллектуально. Так, за последние два года он самостоятельно выучил китайский язык (мандарин), сейчас изучает арабскую письменность и на досуге пишет код для логической игры-головоломки.
⚡ Блиц: Тигры, брак и будущее через 10 лет 1:08:17
В финальной части подкаста Марио Шлоссер кратко сформулировал свои взгляды на личную жизнь, партнерство и долгосрочные перспективы:
- Главное изменение в мышлении за последние 12 месяцев: Шлоссер начал остро ощущать конечность времени. Строительство Oscar Health заняло долгие 12 лет, и он понимает, что проектов подобного масштаба в его жизни осталось физически немного.
- Семья и счастливый брак: Секрет долговечного брака, по мнению гостя, кроется в постоянном наличии тем для глубокого разговора. Самое страшное в семейных отношениях — это ментальная скука. Дети же выступают естественным компрессором времени, заставляющим ценить каждый продуктивный час.
- Дилемма тигра и акулы: На классический гипотетический вопрос ведущего о выборе между клеткой с тигром или бассейном с акулой, Шлоссер прагматично выбирает тигра. По его словам, смерть от удушения в воде ужасна, а в клетке с хищником «можно хотя бы кричать громче».
- Отношения с сооснователем: Шлоссер работает со своим партнером Джошем Кушнером с 2006 года (их первым проектом была социальная сеть). Примечательно, что с 2007 по 2011 год они вообще не разговаривали и испытывали жесткую взаимную неприязнь из-за споров вокруг распределения долей капитала и взаимной гордости. Пройдя через этот открытый конфликт, они научились работать как равные партнеры, не строя иллюзий о святости друг друга.
Через 10 лет, в 2034 году, Марио Шлоссер видит себя у истоков нового масштабного проекта в индустрии, которая сейчас находится абсолютно вне радаров большинства венчурных инвесторов и обладает плохим брендом для талантов, но способна оказать колоссальное влияние на мир.
