«Да, моя подельница» — эти три слова Никиты Тихонова поставили точку в истории самой кровавой неонацистской группировки 2000-х эффективнее, чем пожизненный приговор. Евгения Хасис вышла на свободу спустя 16 лет, оставив в прошлом террористические шифры о «безлактозном молоке» и образ «управляемой куклы» ради роли церковного звонаря и новой лояльности государству. Это хроника личной трагедии на фоне политического террора, где гранты Кремля соседствовали с расстрелами в центре Москвы.
🕊️ Возвращение из «зазеркалья»: швейный цех, колокольный звон и новый патриотизм 0:00
Спустя 16 лет после одного из самых громких судебных процессов конца «нулевых», Евгения Хасис вышла на свободу. В 2011 году её приговорили к 18 годам лишения свободы за соучастие в убийстве адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой . Сегодня, покинув стены колонии по УДО, она описывает своё возвращение в Москву не просто как приезд в другой город, а как попадание в иную физическую реальность. Для человека, чья молодость застыла в 2009 году, современная столица кажется «нереальной»: от стиля одежды прохожих до лиц и ритма жизни . Хасис признаёт, что сознательно позволила себе быть счастливой в день освобождения, несмотря на тяжесть своего прошлого: «Любой зритель хочет, чтобы злодей страдал... но я живой человек, и ничто человеческое мне не чуждо» .
«Другая реальность»: Москва спустя 16 лет и планы на жизнь 6:33
Первые дни на свободе стали для Евгении Хасис временем тотального когнитивного диссонанса. Москва, которую она оставила в эпоху первых кнопочных телефонов и зарождающейся субкультуры националистов, превратилась в цифровой мегаполис. Технологический разрыв героиня иллюстрирует коротким анекдотом из прошлого: в последний раз она видела первый iPhone в руках «мажористого пацана» на деловой встрече незадолго до ареста, но даже не держала его в руках . Теперь же, наблюдая за интерфейсом Telegram-каналов в смартфоне Ксении Собчак, она с удивлением констатирует: «Вся жизнь теперь там» .
Несмотря на эмоциональный шок от столкновения с цивилизацией, планы Хасис на будущее выглядят подчеркнуто приземлёнными и прагматичными. Она не ищет публичности или политической карьеры, трезво оценивая свою биографию.
- Трудоустройство: Евгения намерена выйти на работу на швейное производство . Этот выбор обусловлен 16-летней практикой в колонии — швейное дело стало тем навыком, который она отточила до совершенства за годы заключения.
- Самопознание: Хасис сравнивает своё нынешнее состояние с подростковым периодом поиска себя. «Есть чёткое ощущение того, что я себя не знаю» . Она планирует «оглядеться и осознать себя в этом мире», прежде чем принимать более масштабные решения.
- Быт: Первые прогулки на воле приносят ей почти детскую радость — даже моросящий дождь, который обычно раздражает горожан, кажется ей «кайфом» после долгих лет режимного расписания .
Путь к религии: от барабанных палочек к колоколам 14:43
Важнейшей вехой внутренней трансформации в заключении для Евгении Хасис стало православие. Религия заняла центральное место в её жизни, став ответом на глубокий духовный кризис и необходимость переосмыслить содеянное . Путь к вере начался в колонийском храме, который в начале её срока активно посещали представители РПЦ и общественные деятели из Москвы.
Особую роль в этом процессе сыграла встреча с необычным наставником — бывшим рокерским барабанщиком, который после сложной жизненной истории стал профессиональным звонарём . Именно он обучил Хасис и других осуждённых искусству колокольного звона. Со временем другие ученицы освободились, и Евгения, как «человек надёжный», на долгие годы стала основным звонарём колонии, созывая верующих на службы по воскресеньям и праздникам .
Хасис открыто признаёт справедливость расхожего мнения о том, что люди обращаются к Богу в моменты величайшего отчаяния. «Стало плохо — я попросила о помощи. Господь Бог мне ответил. Если бы не ответил, наверное, я бы не справилась», — говорит она о своём внутреннем пути . Для неё это не просто формальное соблюдение обрядов, а единственный способ сохранить рассудок и найти почву под ногами после краха всех прежних идеалов.
«Экстремальный патриотизм» и отношение к СВО 18:46
Идеологический фундамент Евгении Хасис за 16 лет претерпел изменения, но сохранил черты радикальной государственности. Начало СВО 24 февраля 2022 года она встретила в колонии. Новость, полученную во время 15-минутного телефонного разговора с подругой, героиня описывает как «снег на голову» и шок, который буквально сбил с ног . В отличие от людей на свободе, осуждённые были лишены возможности наблюдать за эскалацией конфликта в прямом эфире, поэтому масштаб происходящего казался им нереальным.
Отношение к конфликту на Донбассе начало формироваться у Хасис ещё до 2022 года. Она вспоминает эпизод из «этапной» жизни: в 2014-2015 годах в спецвагоне («столыпине») она оказалась в соседнем отсеке с молодым человеком, который возвращался на родину в Донбасс, чтобы воевать плечом к плечу с отцом . Его готовность умереть за разбомбленную школу и свой район произвела на Евгению глубокое впечатление.
Свою нынешнюю позицию Хасис характеризует как «экстремальную форму патриотизма» :
- Безусловная поддержка: «Я там, где моя страна, это не обсуждается» . Она отказывается анализировать политические решения, ссылаясь на отсутствие достаточной компетенции, но выбирает сторону государства.
- Эмпатия к комбатантам: Основной акцент она делает на поддержке солдат, которые находятся на фронте. По её мнению, люди, рискующие жизнью и отказавшиеся от комфорта (кофе, прогулок, безопасности), заслуживают безусловной помощи .
- Взгляд на Украину: Хасис признаёт, что в «нулевые» Киев был убежищем для русских националистов, скрывавшихся от розыска (включая её сожителя Никиту Тихонова), но объясняет это не идеологической близостью, а «дырявой границей» и отсутствием языкового барьера .
В этом контексте она также упоминает своё отношение к присоединению Крыма, считая, что многие противники этого процесса руководствовались не моральными соображениями, а личной экономической выгодой. «Бабло определило человеческую ориентацию», — резюмирует она свои наблюдения за реакцией общества .
💔 Подельница или любимая: СВО, разрыв с Тихоновым и кремлёвские гранты 25:23
Несостоявшаяся отправка на фронт 26:55
В период заключения Евгения Хасис, как и многие другие осуждённые женщины, рассматривала возможность радикального изменения своей судьбы через участие в специальной военной операции. По её словам, примерно за два года до освобождения администрация колонии организовала собрание в актовом зале, где заместитель начальника по безопасности и оперативной работе довела до сведения заключённых, что они могут добровольно подписать контракт .
Условия предполагали работу в качестве медицинского персонала:
- Осуждённые с профильным образованием могли рассчитывать на работу в госпиталях.
- Женщины без образования рассматривались как младший медицинский персонал («чёрная работа»: уход за ранеными, уборка) .
- Оговаривалась возможность выезда непосредственно в зону боевых действий.
Евгения Хасис согласилась на эти условия и прошла несколько этапов отбора. Она подписала контракт, прошла анкетирование представителями военкомата, её подготовили к отправке и даже сфотографировали на документы . Однако в последний момент процесс был остановлен без объяснения причин: «В какой-то момент нас просто вызвали и сказали: "Всё, вы никуда не едете"» . Ни одна женщина из её колонии в итоге не была отправлена на фронт. Хасис также прокомментировала информацию о том, что Никита Тихонов и Илья Горячев подавали аналогичные прошения из своих мест заключения, отметив, что для людей в их положении это часто единственный способ «провести два дня с пользой, чем бесполезно всю жизнь» .
Конец «романа с революционером» 29:51
Отношения Евгении Хасис с Никитой Тихоновым, которые долгое время воспринимались как история «Бони и Клайда», фактически прекратились ещё в 2012 году. Последний полноценный диалог между ними состоялся во время этапирования в Москву по делу Ильи Горячева в «столыпинском» вагоне . Евгения признаётся, что её чувства на тот момент были «больной, фанатичной любовью», в то время как Тихонов оставался предельно прагматичен и идейно ориентирован. Вместо вопросов о её самочувствии или словах поддержки, он интересовался деталями судебных заседаний и очных ставок .
Окончательная точка в этих отношениях была поставлена лишь в 2022 году во время заседания в Верховном суде по видеоконференцсвязи (ВКС). Хасис описывает этот момент как «контрольный выстрел» в её чувства :
«...включился телевизор, он сказал: "Привет". Сопровождающее лицо и сотрудник ФСИН спросила у него: "Кто это?". Он сказал: "Да, моя подельница". И это было... контрольным. Потому что для меня вся эта история не была историей про уголовников. И термин "подельница" для меня звучал не просто унизительно. Его мог использовать кто угодно, но не он».
Этот инцидент завершил долгий путь Евгении от болезненной привязанности к полному эмоциональному выгоранию. Сейчас она утверждает, что все чувства к Тихонову «истлели и развеялись ветром» .
Признание вины и тени прошлого 34:41
Спустя 14 лет после приговора Евгения Хасис публично подтвердила свою позицию относительно совершённых преступлений. Она признаёт свою вину в соучастии в убийстве адвоката Станислава Маркелова . При этом она подчеркнула, что, согласно приговору суда, она не виновна в гибели Анастасии Бабуровой, и продолжает придерживаться этой позиции.
Вспоминая начало своего пути, Хасис описывает себя как девушку, максимально отсечённую от молодёжного «движа» из-за тяжёлого рабочего графика с 14 лет . Её вход в радикальную среду произошёл через личные связи: поиски пропавшего друга Александра Паринова, который оказался в розыске по делу об убийстве Александра Рюхина . Именно через Паринова она познакомилась с Никитой Тихоновым, которому должна была помочь нелегально перебраться на Украину. Тихонов произвёл на неё неизгладимое впечатление, сочетая в себе образ «интеллигента из МГУ» и «революционера типа Че Гевары» . Несмотря на осознание того, что её новые знакомые связаны с криминалом, Евгения не дистанцировалась от них, что сама теперь называет «неправильной реакцией» .
«Русский образ» и кураторы из Кремля 42:48
Значительная часть интервью была посвящена деятельности организации «Русский образ» и её лидеру Илье Горячеву. В отличие от Тихонова, Горячев действовал в легальном политическом поле. Хасис утверждает, что организация имела прямые контакты с Администрацией Президента (АП) .
Согласно показаниям Хасис, цепочка взаимодействия выглядела следующим образом:
- Илья Горячев — лидер «Русского образа».
- Леонид Симунин — посредник, который, по словам Горячева, взаимодействовал с АП.
- Владислав Сурков — чиновник, под кураторством которого, как считал Горячев, находилась молодёжная политика .
Хасис отмечает, что Горячев регулярно отчитывался перед кураторами за проведённые акции, включая выезды в Крым и Сербию, и предоставлял фотоотчёты . Подтверждением этих связей она считает тот факт, что организации разрешали проводить массовые мероприятия (например, концерт радикальных групп у стен Кремля в День народного единства ) и выделяли государственные гранты на молодёжную политику. По словам Евгении, денежные потоки шли, в том числе, через Максима Мищенко, лидера движения «Россия молодая» . Хасис описывает это как «взаимовыгодное сотрудничество», где националисты получали ресурсы и легализацию, а кураторы — контроль над радикальной молодёжью.
⚔️ Идеология как война: Модель ИРА и «черный список» БОРН 50:36
К середине 2000-х годов российское националистическое движение начало мутировать, отходя от эстетики бритоголовых в сторону более сложных и опасных форм. Как вспоминает Евгения Хасис, организация «Русский образ» Ильи Горячева на первый взгляд казалась умеренной и легальной . Программа включала пункты об ограничении миграции и запрете межрасовых браков, но подавалось это в обертке «правоконсервативной политики». Однако за этим фасадом скрывалась структура, выстроенная по лекалам радикальных зарубежных движений.
Стратегия «двух крыльев»: Подражание ИРА 52:11
Идейным вдохновителем структуры был Илья Горячев, который, по словам Хасис, был «фанатиком» Ирландской республиканской армии (ИРА) и буквально влюблен в их модель борьбы . Идея заключалась в создании двух параллельных структур: легального политического «крыла», которое заигрывает с властью и электоратом, и глубоко законспирированного боевого подполья.
Роли распределялись следующим образом:
- Илья Горячев — находился на легальном положении, отвечал за связи с административными структурами и публичную деятельность «Русского образа» .
- Никита Тихонов — будучи в бегах и на нелегальном положении, полностью курировал Боевую организацию русских националистов (БОРН), ответственную за политический террор .
Целью этой конструкции не была просто «кровавая бойня» с антифашистами ради насилия. Хасис утверждает, что лидеры БОРН выбирали цели для убийств так, чтобы они «триггерили» общество, подсвечивая болезненные для националистов темы . Например, убийства участников группировки «Черные ястребы» позиционировались как ответ на агрессию мигрантов в Москве . Это был радикальный, жестокий, но продуманный политический террор, направленный на радикализацию молодежи и давление на власть.
Жизнь в режиме «военно-полевого лагеря» 1:02:15
Погружение Евгении Хасис в мир Никиты Тихонова было тотальным. Она описывает быт нелегала как постоянное состояние войны. Тихонов осознанно лишал себя комфорта, приучал к аскетизму и готовился к жизни в лесу или пыткам: он мог по 4 часа подряд перебирать оружие, тренируя скорость, и избегал вкусной еды . Хасис признается, что в тот период она полностью впитала эту идеологию, став «проводником» его идей .
Безопасность внутри БОРН строилась на жесткой конспирации, достойной спецслужб:
- Связь: Использовались мобильные телефоны, зарегистрированные на чужие имена. Они хранились в разобранном виде (телефон, SIM-карта и зарядка — отдельно) в тайных локациях, о которых не знали другие члены группы .
- Проверка сообщений: Участники проверяли свои «тайники» с телефонами с определенной периодичностью, например, раз в неделю .
- Шифрование: Переписка велась на открытых интернет-форумах (например, о здоровом питании). Под видом обсуждения «безлактозного молока» участники договаривались о встречах и акциях .
Хасис знала о происходящем интуитивно, хотя Никита Тихонов старался не делиться конкретными планами. Тем не менее, она вспоминает его реакцию на резонансное убийство таджикского мигранта с обезглавливанием: Тихонов был шокирован жестокостью этой акции, предположив, что «что-то пошло не так» . Ранее в разговоре они касались того, что насилие стало для них обыденностью, от которой невозможно было просто уйти из-за болезненной психологической зависимости Хасис от партнера .
Станислав Маркелов как «идеологический враг» 1:12:13
Особое место в иерархии целей БОРН занимал адвокат Станислав Маркелов. Для националистов он не был просто юристом, выполняющим работу. Его воспринимали как одного из самых ярких спикеров «либеральной движухи» и опасного общественного деятеля .
Основными причинами ненависти к Маркелову со стороны БОРН были:
- Чеченская кампания: Маркелов защищал чеченцев и открыто заявлял о военных преступлениях российской армии. Для националистов того времени это квалифицировалось как прямая дискредитация военных и патриотических ценностей .
- Защита антифашистов: Его активная работа по делам убитых «антифа» делала его ключевым звеном в противостоянии ультраправым.
- Идеологическая подача: Хасис утверждает, что кандидатура Маркелова как цели была «подброшена» Тихонову именно Ильей Горячевым .
Для Хасис и её окружения, чья молодость пришлась на годы Чеченской войны, позиция Маркелова была крайне болезненной . В их глазах адвокат буквально «напрашивался» на атаку своими действиями, перейдя черту в вопросах, касающихся армии и национального достоинства . Это восприятие Маркелова как экзистенциального врага в итоге и привело к трагедии на Пречистенке.
⚖️ Пречистенка: Роковая радиосвязь и случайная жертва 1:19:21
Реконструкция 19 января: роль «сигнальщика» 1:19:21
События 19 января 2009 года, ставшие поворотной точкой в истории праворадикального подполья России, для Евгении Хасис начались спонтанно. По её словам, изначально на Пречистенку должен был ехать не она, а другой участник группировки — Василий Коршунов . Однако из-за сбоя в сложной системе конспиративной связи Никита Тихонов не смог подтвердить встречу с напарником. Вернувшись домой накануне вечером, он поставил Хасис перед фактом: «Давай ты поедешь со мной» .
Евгения описывает свою роль в тот день как сугубо техническую. Тихонов выдал ей рацию и чёткие инструкции: встать на определённой точке напротив переулка, из которого должен был выйти Станислав Маркелов, и сообщить направление его движения — налево или направо . На вопрос Ксении Собчак о том, понимала ли она, что идёт на убийство, Хасис отвечает утвердительно, но с оговоркой о «психологической зашоренности». Она признаёт, что осознавала планы Тихонова, но в тот момент не верила до конца, что всё произойдёт здесь и сейчас .
Следствие и свидетели позже восстановили хронологию пребывания Хасис в районе метро «Кропоткинская». Бывший сотрудник правоохранительных органов Александр Попов, проходивший мимо, дважды заметил девушку, чьё поведение показалось ему странным: после выстрелов она сначала дёрнулась в сторону тел, а затем быстро ушла в сторону метро . Камеры наружного наблюдения зафиксировали человека в тёмной куртке и бейсболке (опознанного как Хасис) ещё в 13:14 . Согласно записям, Евгения провела у дома №20 на Пречистенке 51 минуту в ожидании цели .
Сама Хасис утверждает, что момента убийства не видела. Сразу после передачи сигнала по рации она начала «улепётывать» на адреналине в сторону Гоголевского бульвара . Звуков выстрелов в шуме центра Москвы она либо не идентифицировала, либо просто не зафиксировала в памяти из-за эмоционального состояния. В её воспоминаниях тот день остался как череда механических действий: сигнал, быстрый шаг, попытка раствориться в толпе .
Анастасия Бабурова: «Я не давала полёт своей фантазии» 1:29:16
Гибель 25-летней журналистки Анастасии Бабуровой стала самой резонансной и трагической деталью дела. Хасис настаивает: убийство девушки не планировалось изначально . Однако именно Евгения была тем человеком, который видел, что адвокат вышел из здания пресс-центра не один. На вопрос Собчак, почему она не сообщила Тихонову по рации о спутнице, Хасис отвечает предельно сухо: «Я не сказала... У меня было самое главное — выполнить его задание. Не наложать, не подставить его» .
Эта деталь подчёркивает механистичность действий участников БОРН. Хасис объясняет своё молчание не отсутствием моральных границ, а жёстким следованием алгоритму. В её сознании существовала только задача «отработать» цель — Станислава Маркелова. Появление в кадре постороннего человека не вызвало у неё желания скорректировать план или предупредить Тихонова о возможных осложнениях . Позже, уже в заключении, она годами прокручивала сценарии «а что, если бы», признавая, что смерть Бабуровой — это «трагедия талантливой, красивой девушки», которая не должна была стать жертвой .
Евгения также опровергает показания некоторых свидетелей о том, что она якобы была знакома с Бабуровой ранее или выкрикивала оскорбления в её адрес на других судебных процессах . Она подчёркивает, что видела родителей Анастасии в суде и их молчаливое горе стало для неё «судом совести», который гораздо страшнее тюремного срока . «Тишина гораздо болезненнее любых слов», — резюмирует она свои чувства по отношению к семье погибшей журналистки .
Быт после убийства и идеологический конфликт 1:36:23
После совершения преступления быт пары практически не изменился, что Хасис описывает с пугающей обыденностью. После Пречистенки она не поехала домой прятаться, а отправилась на работу, отпросившись лишь на полдня из-за «эмоционального состояния» . Когда она вернулась в квартиру, Никита Тихонов уже был там. Картина, которую она застала, была далека от образа киллера в бегах: Тихонов сидел в семейных трусах, пил кофе и буднично ответил «всё нормально» на её вопрос о делах . Вечер прошёл в тишине; они не обсуждали детали произошедшего, так как Никита запрещал любые разговоры о «акциях», опасаясь прослушки .
Однако в верхушке организации возник серьёзный конфликт по поводу того, стоит ли БОРН брать на себя ответственность за это двойное убийство. Тихонов был категорически против, осознавая, какой масштабный резонанс вызвало дело и какая охота начнётся на исполнителей . Совсем иную позицию занял Илья Горячев. Он настаивал на публичном признании, аргументируя это тем, что без «пиара» теряется смысл существования боевой организации .
В конечном итоге мнение Горячева победило, и БОРН взяла ответственность за расстрел на Пречистенке, что, по мнению Хасис, в итоге и «похоронило» организацию, выведя её из категории субкультурных разборок на уровень государственной угрозы . О последующих убийствах, совершённых группой летом и осенью 2009 года (Ильи Джапаридзе и участника «Чёрных ястребов» Расула Халилова), Евгения знала лишь косвенно, понимая общую картину, но уже не участвуя в подготовке . Иллюзия безопасности сохранялась до октября 2009 года, пока в СМИ не появилась информация о том, что брат Маркелова провёл собственное расследование и имена убийц известны .
🚨 Глава 5. Крах: арест, предательство лучшего друга и смерть матери 1:41:55
Период между громким убийством на Пречистенке и задержанием стал для Евгении Хасис временем странного затишья. Несмотря на то, что ранее в разговоре они касались темы осознания рисков, сама Евгения утверждает: Никита Тихонов убедил её в полной безопасности . По его версии, она лишь «сообщила информацию», что не тянуло на серьёзный срок. Пока спецслужбы стягивали кольцо, пара обсуждала не совместное бегство, а план эвакуации одного Тихонова.
Прослушка ФСБ и румынский паспорт для побега 1:41:55
План Никиты был прагматичен: Украина должна была стать лишь перевалочным пунктом. Для реализации этой схемы соратники из соседнего государства подготовили для него поддельный румынский паспорт . С этим документом Тихонов рассчитывал уехать в Европу, надеясь, что в праздничной суматохе Дня народного единства правоохранителям будет не до него.
Задержание произошло ранним утром 4 ноября 2009 года. Тихонов покинул квартиру в 4 утра, стараясь не будить Евгению, чтобы вывезти рюкзак с оружием . Его взяли на выходе из подъезда. Забрав ключи, группа захвата ФСБ вошла в квартиру.
«Меня разбудили именно они. Все видели по телевизору, как работает спецназ ФСБ: шумно, с наскоками, с криками. В этом во всём я проснулась» .
В крошечной квартире одновременно находилось около 30–40 человек: кинологи, специалисты по оружию, следователи и оперативники . Хасис и Тихонова развели по разным комнатам — его на кухню, её в спальню. Евгения вспоминает, что слышала из соседнего помещения звуки ударов и крики, которые позже Никита Тихонов назовёт последствиями пыток, заставивших его дать первые признательные показания . С этого момента их жизнь превратилась в череду допросов в СИЗО «Лефортово».
Иуда из «Русского образа»: предательство Ильи Горячева 1:47:09
Самым сокрушительным ударом для пары стали не действия силовиков, а показания человека, которого они считали «своим». Илья Горячев был не просто лидером «Русского образа», он был лучшим другом Тихонова со студенческой скамьи . Никита доверял ему безоговорочно, стоял за него стеной в любых бытовых конфликтах и считал едва ли не братом.
О том, что Горячев «сдал» их следствию, Хасис и Тихонов узнали лишь при ознакомлении с материалами уголовного дела перед судом. Это вызвало настоящий шок . В своих показаниях Горячев детально описывал встречи в кафе, где Тихонов якобы признавался в исполнении убийства, а «Женя» (фамилии которой он тогда якобы не знал) подтверждала своё участие .
Хасис называет эти показания «смешной клеветой» и плохой режиссурой следствия:
- Горячев утверждал, что Евгения сама достала и показала ему паспорт при встрече, чего в их среде никогда не случалось .
- Евгения убеждена, что Илья просто испугался давления: «Он просто трус и слабак, который в экстремальной ситуации... сломался и сделал всё, что ему сказали, не думая ни о чём, кроме спасения собственной шкуры» .
Особую горечь у Хасис вызывает тот факт, что Горячеву предоставили «зелёный коридор» для выезда из России в обмен на эти слова . Оказавшись за границей, он пытался отозвать показания через письма в Мосгорсуд, но было уже поздно. Моральный крах «идеологического лидера» стал для Евгении окончательным разочарованием в соратниках.
Личная трагедия: смерть матери за стенами СИЗО 1:53:36
Спустя месяц после ареста Евгению постигла главная личная потеря — умерла её мать. Трагедия была омрачена тем, как именно Хасис об этом узнала. Одна из сотрудниц следственной группы должна была сообщить новость сразу, но, увидев арестованную, просто не смогла произнести слова .
В итоге страшную весть принёс адвокат спустя две недели после похорон . Встреча была короткой — Евгения не могла говорить из-за эмоционального шока. После этого наступил период двухмесячного вакуума: ни следователи, ни адвокаты не беспокоили её в камере «Лефортово».
«Мама не знала ничего, и разговора у нас не получилось. Когда меня арестовали, я отправила ей первое письмо, не думая, что оно будет последним. Мама его не получила» .
Эти два месяца тишины Евгения провела в одиночестве (в камере была лишь одна сокамерница), переживая боль утраты. Отсутствие возможности объясниться с матерью перед её смертью она считает своей главной травмой .
Подготовка к «процессу жизни»: риторика и право 1:56:42
Понимая, что профессиональный суд не оставит шансов, защита приняла решение просить о суде присяжных, ориентируясь на успех дела Ивана Миронова и покушения на Чубайса . Хотя стратегия защиты и роль «Бони и Клайда» будут подробно разбираться далее, в этот период Хасис начала фанатичную внутреннюю подготовку.
Она превратила свою камеру в учебный класс:
- Изучала уголовное право и материалы дела по часам .
- Занималась риторикой и чтением вслух, чтобы поставить голос для будущих речей в суде .
- Полностью подчинила свою жизнь задаче защитить Никиту Тихонова, отрицая любую вину.
В тот момент Хасис не чувствовала себя преступницей. Она видела себя защитницей любимого человека, готовой «прыгать на решётку» и «рвать всех за него» . Это состояние экстатической преданности и стало фундаментом её поведения в суде, которое многие позже назовут наглым и вызывающим.
🎭 Театр в зале суда: стратегия защиты и «шампанское» алиби 2:08:55
К моменту начала судебного процесса над БОРН (Боевая организация русских националистов) защита и обвиняемые выстроили сложную систему поведения, больше напоминавшую театральную постановку, чем юридическую процедуру. Как признается сегодня Евгения Хасис, на тот момент её главной целью была не собственная свобода, а спасение Никиты Тихонова. Она была готова беспрекословно следовать любым указаниям адвокатов, которые готовили подзащитных к определённым ролям .
«Бони и Клайд» на скамье подсудимых: стратегия адвокатов 2:08:43
Защита выстраивала образ дерзких и идейных бунтарей, своего рода «Бони и Клайда» российского национализма. Это включало в себя не только юридические консультации, но и тренировки по риторике, манере держаться перед присяжными и имитацию вызывающего поведения. Хасис вспоминает, что долгое время не осознавала серьёзность своего положения, считая, что вся эта «история — про него, а не про меня» . Только когда следователи прямо заявили ей о перспективе 20-летнего срока, бравада начала сменяться осознанием катастрофы .
В этом интеллектуальном поединке с государством стороны использовали все доступные методы. Хасис описывает процесс как «шахматную партию», где за чистоту мундиров боролись и обвинение, и защита . Ранее в разговоре Ксения Собчак и Евгения уже касались темы идеологических целей БОРН и убийства Станислава Маркелова, но в зале суда эти факты облекались в форму процессуальной дуэли. Хасис отмечает, что государство опасалось возможного оправдания присяжными, что привело бы к колоссальному скандалу .
Алиби с ароматом шампанского: риск Алексея Барановского 2:09:10
Одним из самых ярких и в то же время сомнительных эпизодов процесса стало появление «шампанского алиби». Журналист и друг Хасис Алексей Барановский внезапно заявил в суде, что в момент убийства Маркелова и Бабуровой Евгения находилась не на Пречистенке, а в районе станции метро «Тимирязевская», где вместе с ним покупала шампанское к его дню рождения .
Хасис утверждает, что это была «инициатива на местах», а не часть общей адвокатской стратегии:
- Барановский был влюблён в неё (хотя она отрицает романтическую связь) и пытался спасти её любыми способами .
- Никите Тихонову эта затея категорически не понравилась из-за её неправдоподобности .
- Сама Хасис отнеслась к этому с горькой иронией: «Ну Лёх, ну блин, ну зачем? Побереги себя» .
Этот рыцарский жест дорого обошёлся Барановскому: против него было возбуждено уголовное дело за дачу ложных показаний, из-за чего он был вынужден навсегда покинуть пределы Российской Федерации . Финансирование защиты в этот период, по словам Хасис, также ложилось на плечи друзей и сочувствующих, собиравших деньги, в том числе через структуры, связанные с Барановским .
Спланированное самоубийство: как пытались распустить присяжных 2:14:43
Одним из самых драматичных моментов процесса стала попытка самоубийства подсудимых прямо в зале суда. Хасис откровенно признаёт: это не было жестом отчаяния или эмоциональным срывом — это была холодная процессуальная стратегия .
План Никиты Тихонова заключался в следующем:
- Затягивание времени: К концу процесса в коллегии присяжных почти не осталось запасных. По закону, если число присяжных становится меньше 12, коллегия распускается, и процесс начинается заново .
- Расчёт на праздники: Суд подходил к майским праздникам. Защита рассчитывала, что если удастся отложить заседания на каникулы, то после них кто-то из присяжных просто не вернётся «с дачи», что автоматически привело бы к роспуску коллегии .
- Кровавый инструмент: Единственным способом гарантированно отложить заседание была попытка суицида. Тихонов первым вскрыл вены в зале суда, Хасис должна была повторить это на следующем заседании .
Несмотря на эти манипуляции, вердикт был вынесен с перевесом всего в один голос . Хасис до сих пор уверена, что имела место фальсификация опросного листа, где один из голосов «визально» был исправлен с «не виновна» на «виновна» .
Крах надежд и попытки закрепить связь 2:19:20
Даже после обвинительного вердикта Хасис не оставляла попыток юридически закрепить свои отношения с Тихоновым. Она подала четыре ходатайства о заключении брака, в то время как он не подал ни одного . Тихонов прагматично считал брак лишь инструментом для беспрепятственной переписки между осужденными по одному делу для дальнейшего обжалования в ЕСПЧ . В конечном итоге Хасис признаёт, что её попытки удержаться за иллюзию любви были тщетны, а Тихонов фактически отказался от этой идеи, как только она перестала быть ему полезной .
Этот период стал началом конца не только для личных отношений Хасис, но и для организации «Русский образ», которая фактически сгорела после арестов. Обсуждая свою идеологическую эволюцию, Евгения отмечает, что сегодня её взгляды стали умереннее: она допускает межрасовые браки и более терпимо относится к либеральным идеям, если они не сопряжены с отказом от патриотизма . Позже в интервью Собчак затронет темы сделки со следствием 2014 года и конфликта с Надеждой Толоконниковой в колонии, но в описываемый период 2011 года Хасис всё ещё оставалась верна своей «первой жизни».
⛓️ Мордовские застенки и «хайп» на голодовках: Евгения Хасис о Толоконниковой и сделке с системой 2:30:43
Заключение для Евгении Хасис стало не только временем изоляции, но и ареной для идеологических и личных столкновений, которые продолжались даже за колючей проволокой. В середине своего 16-летнего срока она оказалась в центре медийных скандалов, связанных с другими известными заключенными, и приняла решение, изменившее ход судебных разбирательств по делу БОРН.
Сделка 2014 года: показания в обмен на судьбу Тихонова 2:28:22
Одним из ключевых поворотов в тюремной биографии Евгении стала сделка со следствием, заключенная в 2014 году. Ранее в разговоре Ксения Собчак уже упоминала о признании Хасис вины, однако именно этот период стал фактическим закреплением её новой позиции. Хасис согласилась дать развернутые показания по делу БОРН, что стало тяжёлым ударом для её бывших соратников.
Мотивом этого решения была не только личная переоценка ценностей, но и вполне прагматичное желание облегчить участь Никиты Тихонова. По словам Хасис, она согласилась на сотрудничество в обмен на обещание следствия смягчить условия содержания для своего сожителя . В мире, где оба получили колоссальные сроки, такая сделка казалась единственным способом проявить лояльность к человеку, которого она всё ещё считала близким, несмотря на то что их пути уже начали расходиться. Эти показания легли в основу новых судебных процессов, окончательно закрепив за БОРН статус террористической организации.
Тюремный конфликт: почему Хасис не поверила Толоконниковой 2:30:56
В мордовской исправительной колонии судьба свела Хасис с Надеждой Толоконниковой, участницей Pussy Riot. Несмотря на то что обе женщины принадлежали к разным политическим полюсам, поначалу их общение было мирным. Хасис признается, что в условиях жесткого дефицита общения в лагере, где основную массу осужденных составляли люди, далекие от политики, встреча с «московской девчонкой» была глотком свежего воздуха . Они пили чай, ходили друг к другу в гости и обсуждали книги .
Однако идиллия закончилась, когда Толоконникова объявила голодовку и заявила о чудовищных условиях содержания и угрозах со стороны администрации. Евгения Хасис в интервью Собчак называет те события «спектаклем» и «хайп-проектом», режиссером которого, по её мнению, выступал Петр Верзилов .
«Надька реально просто хайповала. Сама Надя в целом для меня была просто молодой активной девчонкой, но Верзилов превратил её жизнь в политический проект, чуждый мордовским лагерям» .
Хасис утверждает, что жалобы Толоконниковой были «мифотворчеством», которое только ухудшило положение других заключенных, спровоцировав проверки и ужесточение режима . Евгения открыто выступила против позиции Надежды, заявив в СМИ, что «нас и тут неплохо кормят» . Это привело к затяжной информационной войне, в которой Хасис обвиняли в работе на администрацию колонии. Сама Евгения настаивает: у неё не было «джентльменского соглашения» с Толоконниковой, и она лишь озвучивала свою реальность .
Информационные войны и «пророчество» Ильи Горячева 2:36:36
Публичная активность Хасис в тюрьме проявлялась и через её колонки в «Комсомольской правде». Выбор издания Собчак считает неслучайным, напоминая о дружбе Никиты Тихонова с журналистом Дмитрием Стешиным, который ранее в интервью фигурировал как человек, познакомивший Тихонова с поставщиками оружия . Хасис, однако, рьяно защищает Стешина, называя его профессионалом и утверждая, что тот не знал о преступных намерениях её сожителя, когда знакомил его с «черными копателями» .
Интерес вызывает и ведение аккаунтов Хасис в социальных сетях. Евгения утверждает, что не имела к ним доступа и не согласовывала публикации, включая скандальные посты о том, что она «благодарна Богу за тюрьму», иначе они с Тихоновым могли бы оказаться в батальоне «Азов» и «убивать русских» . Эта цитата, по её словам, вырвана из контекста её рассуждений о судьбах националистов, уехавших на Украину.
В завершение главы Собчак цитирует фрагменты прослушки ФСБ и переписки из книги «Диалоги убийц» . В них Илья Горячев, жалуясь на эмоциональность и сложный характер Евгении, делает мрачное пророчество: «Я думаю, она нас всех перемокрит» . Хасис реагирует на это со смехом, отмечая, что она действительно оказалась в более выгодном положении, но лишь потому, что российское законодательство не предусматривает пожизненного срока для женщин . Образ «слабой влюбленной девушки», который она транслировала ранее, в этих документах сменяется образом жесткого и инициативного лидера, что вызывает у Собчак закономерные сомнения в искренности собеседницы.
🏁 Итоги шестнадцати лет: любовь как инструмент манипуляции 2:55:48
Завершающая часть интервью с Евгенией Хасис подводит черту под долгой историей БОРН, которая для самой героини спустя 16 лет лишения свободы трансформировалась из политического радикализма в личную катастрофу. Сегодня Хасис смотрит на своё прошлое не через призму идеологических манифестов, а через глубокую рефлексию о женской зависимости и цене, которую пришлось заплатить за стремление соответствовать ожиданиям мужчины.
От соратников до врагов: феномен Барановского и крах старого мира 2:47:40
Одним из самых сильных потрясений для Евгении Хасис после выхода на свободу стали новости о судьбах людей, которые когда-то составляли её ближайший круг. Особое место здесь занимает фигура Алексея Барановского — человека, который в 2011 году обеспечивал ей ложное алиби в суде (о чём ранее подробно говорилось в контексте стратегии защиты). Информация о том, что сегодня Барановский находится в рядах ВСУ и воюет на стороне Украины, вызвала у Хасис крайнее неприятие и удивление .
Для Хасис, чей путь в заключении был неразрывно связан с переосмыслением патриотизма и поиском опоры в православии, такой поступок бывшего соратника выглядит не просто как смена политического вектора, а как окончательное крушение той системы координат, в которой существовало их движение в «нулевые». Тот факт, что люди, когда-то проповедовавшие защиту русского народа, оказались по разные стороны фронта в текущем конфликте, подчеркивает для неё абсурдность и трагизм выбранного ими когда-то пути.
Итог 16 лет: «женская трагедия» и управляемая кукла 3:07:05
Когда Ксения Собчак просит Евгению резюмировать, про что на самом деле была её история с Никитой Тихоновым, Хасис отказывается от пафосных формулировок. Для неё это не история «героического подполья» или политической борьбы. «Это история про мою женскую трагедию» , — признается она. Спустя годы Евгения осознала, что стала заложником собственных чувств, которые сделали её уязвимой для манипуляций и чуждых идеологий.
Хасис описывает своё состояние в период БОРН как роль «управляемой куклы» в руках любимого человека . Она вспоминает записи прослушек ФСБ, где она звучит как «пламенная революционерка», призывающая «шить всех» (убивать) . Теперь она объясняет этот радикализм не внутренней кровожадностью, а отчаянным желанием соответствовать образу, который хотел видеть рядом с собой Никита Тихонов . Она подчеркивает:
- Она намеренно подавляла в себе сомнения, чтобы не казаться слабой ;
- Её поведение было формой подстройки под «сурового мужчину», который не реагировал на «бабский шум» ;
- Она видела сотни подобных судеб в колонии: девушек, которых вербовали в радикальный ислам или втягивали в наркоторговлю их партнёры .
Сегодня Евгения Хасис категорично заявляет, что «ресурс её боли исчерпан» . На вопрос о возможности написать письмо Тихонову она отвечает резким отказом: «Есть двери, которые закрываются навсегда. Для меня это та самая дверь» .
Новый взгляд на общество и отказ от политики 3:01:30
Находясь в изоляции, Хасис наблюдала за тем, как меняется российское общество. Её отношение к значимым фигурам современности, таким как Игорь Стрелков, остается неоднозначным: признавая его участие в конфликтах, она подчеркивает, что он «однозначно не её герой» . Столь же трезво она оценивает и современные вызовы, например, проблему радикального ислама после теракта в «Крокусе». Проведя годы в заключении рядом с приверженцами фундаментализма, Хасис убеждена, что попытки властей упростить проблему до национального вопроса ошибочны, так как у радикальной идеологии нет национальности .
Несмотря на признание ЕСПЧ процесса 2011 года несправедливым , Хасис больше не ищет юридической чистоты в прошлом. Она полностью признает свою вину и лживость своих показаний в суде . Выбор Ксении Собчак в качестве первого интервьюера она объясняет запросом на честный разговор: в государственных СМИ, по мнению Хасис, она не смогла бы сказать и половины того, что прозвучало в этой беседе .
На финальный вопрос о планах на политическую деятельность Евгения отвечает с иронией: «Давайте я хотя бы пельмени научусь варить заново» . Для человека, отдавшего 16 лет тюрьме за чужие идеи, главной целью сейчас является возвращение к самой себе и простой человеческой жизни.
