# Дональд Трамп против закона: анатомия попытки переворота Источник: https://www.youtube.com/watch?v=Y44fyh4ap7k Канал: FRONTLINE PBS | Official Опубликовано: 31.01.2024 --- «У нас есть много теорий, у нас просто нет доказательств», — эта фраза Руди Джулиани стала негласным девизом кампании Дональда Трампа по отмене результатов выборов 2020 года. За закрытыми дверями Белого дома и в телефонных звонках госсекретарям штатов разворачивалась масштабная стратегия давления, которая превратила осознанное игнорирование фактов в юридический заговор, закончившийся штурмом Капитолия. ## ⚖️ Испытание демократии: Обвинение и фундамент правосудия [[JUMP:00:02]] События 6 января 2021 года стали беспрецедентным вызовом для американских государственных институтов. То, что началось как протест против результатов выборов, переросло в штурм Капитолия и, в конечном итоге, привело к первому в истории США уголовному преследованию бывшего президента за попытку удержать власть [2:20]. Этот юридический процесс — не просто судебное разбирательство, а масштабное испытание самой структуры демократии, где ключевую роль сыграли как профессиональные следователи, так и политические оппоненты Дональда Трампа. Ранее в публичном поле велись жаркие дискуссии о том, осознавал ли Трамп своё поражение, но юридическая машина начала движение именно с конкретных фактов сговора. ### Спецпрокурор Джек Смит: Уголовное дело против экс-президента [[JUMP:02:40]] Назначение специального прокурора Джека Смита стало поворотным моментом в расследовании действий Дональда Трампа. Смит, обладающий репутацией «агрессивного и беспристрастного» юриста, предъявил бывшему президенту обвинения по четырем основным пунктам [3:29]. Главное из них — сговор с целью обмана Соединенных Штатов и препятствование официальной процедуре сертификации результатов выборов в Конгрессе. Обвинение утверждает, что Трамп использовал ложные заявления о фальсификациях как инструмент для давления на государственные структуры [3:00]. Джек Смит подчеркнул, что его цель — представить доказательства в суде так, чтобы они выдержали любые апелляции и политическое давление [3:45]. Для многих экспертов это дело стало «процессом века», поскольку на кону стоит не только свобода Трампа, но и принцип сменяемости власти [4:54]. Критики обвинения, в свою очередь, указывали на затягивание процесса и называли его политически мотивированным, однако юридическая база, заложенная Смитом, опиралась на колоссальный объем предварительной работы, проделанной в стенах Конгресса. ### Комитет 6 января: Парламентское расследование как основа обвинения [[JUMP:05:34]] Фундамент для уголовного дела Джека Смита был заложен Специальным комитетом Палаты представителей. После того как лидер республиканцев в Сенате Митч Макконнелл заблокировал создание независимой комиссии по образцу той, что расследовала теракты 11 сентября [6:17], спикер Нэнси Пелоси приняла решение о создании собственного комитета. Этот орган отличался от обычных парламентских слушаний своим профессионализмом и составом: * Во главе встал Бенни Томпсон, опытный демократ и защитник гражданских прав, для которого штурм Капитолия стал болезненным напоминанием о временах расовой сегрегации [10:20]. * Главным юридическим советником стал Тим Хифи, бывший прокурор США, который собрал команду из 14–15 опытных следователей [7:55]. * В комитет вошли лишь два республиканца — Лиз Чейни и Адам Кинзингер, что сделало их изгоями в собственной партии, но придало расследованию дополнительный вес [7:14]. Комитет проделал работу, которую многие называют «дорожной картой для Минюста». Фактически обвинительное заключение Джека Смита выглядит как «копия под копирку» того, что выявили следователи комитета [10:06]. Тим Хифи и его команда использовали навыки работы с организованной преступностью, чтобы вскрыть многоуровневый план по подрыву выборов, включая рассылку повесток высокопоставленным чиновникам и борьбу за доступ к документам Белого дома [8:33]. ### Свидетельства Билла Барра: Позиция генерального прокурора [[JUMP:14:24]] Одним из самых мощных инструментов в руках Комитета 6 января стали показания людей из ближайшего окружения Трампа, в частности, бывшего генерального прокурора Уильяма Барра. Несмотря на то, что ранее Барр считался одним из самых лояльных союзников президента, его позиция по вопросу выборов была однозначной. Под присягой Барр подтвердил, что неоднократно и в резкой форме сообщал Дональду Трампу об отсутствии каких-либо доказательств массовых фальсификаций, способных изменить результат выборов [14:50]. Он охарактеризовал заявления президента о «краже» голосов как беспочвенные и даже «абсурдные». Для комитета это стало «порталом доказательств» — свидетельством того, что Трамп продолжал продвигать теорию обмана, точно зная, что его собственное Министерство юстиции её опровергло [15:18]. Чтобы сделать эти показания максимально убедительными для публики, комитет пригласил бывшего президента телеканала ABC News Джеймса Голдстона [13:02]. Задача была превратить сухие юридические факты в захватывающее и структурированное повествование. Визуальный ряд, включавший кадры насилия на ступенях Капитолия и спокойные, но разгромные показания Барра, должен был показать: события 6 января не были спонтанным бунтом, а стали кульминацией продуманной стратегии [18:15]. Лиз Чейни, занявшая пост вице-председателя, подчеркивала, что борьба идет не против партии, а за сохранение конституционного строя. Она настаивала на том, что Америка должна знать правду о «многоэтапном плане» Трампа по отмене результатов голосования [21:36]. Таким образом, первая фаза расследования перевела фокус с уличных беспорядков на действия в Овальном кабинете. ## 🗳️ Анатомия отрицания: между реальностью и сценарием «украденной победы» [[JUMP:25:27]] ### Осознанный выбор: Руди Джулиани против профессионалов [[JUMP:26:27]] Центральным вопросом расследования Комитета 6 января стало понимание того, что именно знал Дональд Трамп в решающие недели после выборов 2020 года. Доказательства, представленные в ходе слушаний, указывают на то, что президент не просто заблуждался — он сделал осознанный выбор в пользу альтернативной реальности. В ночь выборов, когда результаты в ключевых штатах начали колебаться, профессиональные советники штаба, включая Билла Степина, рекомендовали президенту набраться терпения. Они объясняли феномен «красного миража»: сначала подсчитываются голоса, поданные лично (преимущественно республиканские), а затем — почтовые бюллетени, которые из-за пандемии чаще использовали демократы. Однако в Белом доме возобладала иная стратегия. Согласно показаниям свидетелей, в ту ночь в резиденции находился явно нетрезвый Руди Джулиани [28:56]. Именно он стал тем голосом, который Трамп захотел услышать. Пока профессиональные аналитики советовали «ждать и смотреть» [28:27], Джулиани настаивал: «Просто объявите, что мы победили» [29:53]. Как отмечает Комитет, Трамп проигнорировал советы экспертов своего штаба, предпочтя стратегию человека, чей план не опирался на цифры. Это решение заложило фундамент для всего последующего кризиса: Трамп вышел к микрофону и объявил о своей победе в штатах, где подсчет еще только начинался, заявив: «Мы готовились выиграть эти выборы. Честно говоря, мы их выиграли» [30:46]. ### «Сфальсифицировано всё»: многолетний паттерн поведения [[JUMP:32:35]] Следствие подчеркивает, что кампания по дискредитации выборов 2020 года не была спонтанной реакцией. Это был отработанный годами паттерн поведения Дональда Трампа. Любое событие, в котором он не выходил победителем, немедленно объявлялось им «сфальсифицированным» или «подстроенным». Этот список претензий начался задолго до его политической карьеры: * В 2012 и 2013 годах Трамп публично жаловался, что премия «Эмми» была «сфальсифицирована», когда его шоу «The Apprentice» не получило награду [33:26]. * В 2012 году он назвал результаты президентских выборов, на которых победил Барак Обама, «тотальной фикцией» и «отвратительной несправедливостью» [34:07]. * Даже в 2016 году, после проигрыша на кокусах в Айове Теду Крузу, Трамп немедленно обвинил оппонента в мошенничестве [31:57]. Следователи указывают, что еще в апреле 2020 года, за полгода до голосования, Трамп начал заявлять, что «единственный способ, которым мы можем проиграть эти выборы — если они будут сфальсифицированы» [32:09]. Для Комитета это стало ключевым доказательством умысла (intent) [35:58]. Трамп не реагировал на факты; он создавал информационный шум, чтобы оправдать любой исход, кроме собственной победы. Ранее в расследовании уже упоминалось, что даже ближайшие соратники, такие как Билл Барр, тщетно пытались убедить его в отсутствии масштабных махинаций. ### Частные признания против публичной лжи [[JUMP:36:42]] Несмотря на воинственную риторику перед камерами, в частных беседах Трамп временами демонстрировал полное понимание своего положения. Прокуроры и свидетели описывают моменты, когда маска «победителя» спадала. Глядя на телевизор в Белом доме, он вскользь признавал, что Джо Байден займет его место [36:55]. Его команда, включая зятя Джареда Кушнера, прямо объясняла ему, что юридических путей к победе больше нет [37:24]. Тем не менее, Трамп окончательно передал бразды правления своей юридической защитой в руки Джулиани [39:12]. Это привело к тиражированию заведомо ложных теорий. Одной из самых громких стала история о «тысячах мертвецов», проголосовавших в Джорджии. Трамп и Джулиани утверждали, что в штате было подано более 10 000 голосов от имени умерших людей [40:46]. Реальность оказалась иной: тщательная проверка показала, что таких случаев было всего два [41:00]. Профессиональные юристы штаба предупреждали президента, что эти заявления — ложь, но Трамп продолжал повторять их на митингах спустя считанные часы после предупреждений [39:55]. Как отмечают эксперты в интервью, одно дело — пользоваться правом на свободу слова, и совсем другое — использовать заведомую ложь для попытки подрыва демократического процесса и воспрепятствования правосудию [43:35]. ### Предупреждение из Джорджии: «Кто-то будет убит» [[JUMP:44:59]] Одержимость Трампа результатами в Джорджии, где республиканцы контролировали все уровни власти, привела к беспрецедентному давлению на местных чиновников. Гейбриэл Стерлинг, высокопоставленный сотрудник избирательной комиссии штата и убежденный республиканец [46:46], стал одним из немногих, кто открыто выступил против президента. Стерлинг описывает атмосферу того времени как «радикализированную ложь», которая стремительно перерастала в физическую угрозу [48:43]. В адрес сотрудников избиркомов начали поступать детальные угрозы расправой. Одно из сообщений, полученных коллегами Стерлинга, гласило: «Мы планируем вашу смерть. Пожалуйста, молитесь» [48:30]. 1 декабря 2020 года Стерлинг созвал экстренную пресс-конференцию, которая стала одним из самых эмоциональных моментов того периода. Обращаясь напрямую к Трампу, он заявил: > «Мистер президент, вы не осудили эти действия и этот язык. Все это зашло слишком далеко! Это должно остановиться! Кто-то пострадает. В кого-то выстрелят. Кого-то убьют» [49:26]. Реакция Трампа была красноречивой: вместо того чтобы призвать к спокойствию, он в тот же вечер ретвитнул видео с нападками на систему выборов в Джорджии, фактически проигнорировав предупреждение о неминуемом насилии [50:22]. Этот момент стал предвестником того, что спустя месяц приведет к штурму Капитолия. ## ⚖️ Испытание присягой: Отпор в Аризоне и травля в Джорджии [[JUMP:51:30]] ### «У нас много теорий, но нет доказательств»: Давление на Расти Бауэрса Расти Бауэрс, спикер Палаты представителей Аризоны и убежденный консерватор, стал одной из ключевых преград на пути Трампа к отмене результатов выборов в штате. Несмотря на партийную принадлежность и поддержку многих инициатив президента, Бауэрс столкнулся с беспрецедентным давлением, когда от него потребовали созвать специальную сессию законодательного собрания для замены законных выборщиков Джо Байдена на сторонников Дональда Трампа [51:43]. В ходе телефонных разговоров и личных встреч Руди Джулиани и другие юристы Трампа убеждали Бауэрса, что в Аризоне якобы проголосовали более 200 000 нелегальных мигрантов и тысячи «мертвых душ» [55:21]. Бауэрс, сохраняя юридическую дистанцию, раз за разом просил предоставить доказательства: списки имен или конкретные данные, которые можно было бы проверить. Ответы команды Трампа были расплывчатыми. В один из моментов Джулиани прямо заявил Бауэрсу: «У нас есть много теорий, у нас просто нет доказательств» [57:34]. Для Бауэрса этот вопрос лежал не в плоскости политики, а в плоскости конституционного долга. Он вспоминает, как ему предлагали просто «выбросить» голоса избирателей и заменить их по своему усмотрению [54:39]. * Бауэрс категорически отказался нарушать присягу, заявив: «Я не собираюсь жульничать, я не собираюсь нарушать закон» [54:53]. * Ему прямо предлагали «дать президенту то, что он хочет», на что спикер ответил, что не может предать волю народа [55:33]. * Давление на него было частью масштабной кампании, которую Джулиани вел в нескольких штатах одновременно [58:39]. Расти Бауэрс позже подчеркивал, что выполнение требований Трампа означало бы превращение республики в нечто иное, где личная преданность лидеру стоит выше закона [1:02:42]. За свою принципиальность он поплатился политической карьерой и столкнулся с агрессивными протестами у своего дома, но остался верен клятве, данной Конституции [1:00:12]. ### Человеческая цена лжи: Трагедия Руби Фримен и Шэй Мосс [[JUMP:1:05:39]] Если давление на политиков вроде Бауэрса происходило в кабинетах, то атака на рядовых сотрудников избирательных комиссий в Джорджии приобрела характер публичной травли. В центре этой бури оказались Руби Фримен и её дочь Шэй Мосс, работавшие на подсчете голосов в Атланте [1:08:16]. Кампания Трампа использовала фрагмент видеозаписи с камер наблюдения в State Farm Arena, утверждая, что женщины доставали «чемоданы» с фальшивыми бюллетенями из-под столов [1:04:58]. На самом деле, как показало официальное расследование, это были стандартные запечатанные контейнеры для бюллетеней, которые обрабатывались в строгом соответствии с процедурой [1:06:05]. Однако Руди Джулиани на публичных слушаниях начал распространять откровенно расистские и оскорбительные инсинуации, сравнивая Руби Фримен с наркодилером, передающим «дозы» [1:09:09]. Одной из самых абсурдных и разрушительных деталей стало обвинение в передаче «загадочного USB-накопителя». Позже Шэй Мосс под присягой призналась, что на видео её мать просто передала ей имбирную конфету (ginger mint) [1:10:17]. Эта мелочь была раздута до масштабов государственного заговора. Последствия для женщин были катастрофическими: * Они стали мишенями для бесконечного потока расистских угроз и оскорблений [1:11:07]. * Руби Фримен была вынуждена закрыть свой бизнес «LaRuby’s Unique Treasures» и фактически уйти в подполье [1:13:17]. * Шэй Мосс призналась, что чувствовала себя виноватой за то, что привела мать на эту работу, которая разрушила их жизни [1:11:50]. Президент Трамп упомянул имя Руби Фримен 18 раз во время одного из своих звонков, называя её «профессиональной мошенницей» [1:14:16]. Для двух обычных женщин, которые просто выполняли свою работу в разгар пандемии, личное внимание президента США обернулось крушением привычного мира и постоянным страхом за свою безопасность [1:14:29]. Трагедия Фримен и Мосс стала ярким примером того, как дезинформация на высшем уровне может уничтожить жизни частных граждан, не имеющих средств защиты от государственной машины пропаганды. ## ⚖️ Глава 4. Поиск голосов и «безумное» совещание в Овальном кабинете [[JUMP:1:16:58]] ### Звонок в Джорджию: «Я просто хочу найти 11 780 голосов» [[JUMP:1:16:58]] К началу января 2021 года усилия Дональда Трампа по оспариванию результатов выборов в судах зашли в тупик. Однако президент не оставлял попыток изменить исход голосования через прямое давление на официальных лиц в ключевых штатах. Одной из самых ярких и юридически значимых точек этого давления стал телефонный звонок госсекретарю Джорджии Брэду Раффенспергеру. Брэд Раффенспергер, убежденный республиканец и инженер по образованию, изначально рассматривался командой Трампа как потенциальный союзник [1:17:10]. Но его профессиональный подход и приверженность букве закона стали непреодолимым препятствием для Белого дома. После нескольких попыток главы администрации Марка Медоуза организовать контакт, 2 января состоялся часовой разговор, который позже назовут одной из самых мощных улик в деле против экс-президента [1:18:20]. В ходе беседы Трамп не просто выражал недовольство, он перешел к прямым требованиям: * Президент настаивал на том, что он выиграл в Джорджии с преимуществом в сотни тысяч голосов, несмотря на три проведенных пересчета [1:20:31]. * Он требовал от Раффенспергера «найти» конкретное число — 11 780 голосов, что ровно на один голос больше того разрыва, с которым победил Джо Байден [1:22:24]. * Трамп фактически угрожал госсекретарю и его юристу уголовной ответственностью, заявляя, что отказ «сообщить о нарушениях» сам по себе является преступлением [1:23:37]. Раффенспергер остался непоколебим. Позже аналитики отметят, что президент, похоже, не понимал базового принципа: верность чиновника присяге и закону стоит выше партийной лояльности [1:21:29]. Этот звонок стал кульминацией давления на уровне штатов, после чего фокус усилий Трампа переместился непосредственно в Вашингтон. ### «Ночь безумия» 18 декабря: План захвата машин [[JUMP:1:25:22]] Параллельно с давлением на регионы, внутри Белого дома разворачивалась борьба между официальными юридическими советниками и «внешним кругом» сторонников заговора. 18 декабря 2020 года в Овальном кабинете произошло событие, которое участники позже назовут «самым безумным совещанием» за всё время президентства Трампа [1:25:38]. В кабинет без предварительной записи прошла группа «колоритных персонажей», включая юриста Сидни Пауэлл и бывшего советника по национальной безопасности Майкла Флинна. Они предложили Трампу план, который граничил с установлением диктатуры: 1. Издать указ об изъятии машин для голосования Министерством обороны или Министерством внутренней безопасности [1:26:30]. 2. Назначить Сидни Пауэлл специальным прокурором с неограниченными полномочиями по расследованию фальсификаций. 3. Фактически ввести в стране режим чрезвычайного положения. Когда об этой встрече узнали официальные юристы Белого дома, включая Пэта Сиполлоне и Эрика Хершманна, они поспешили в кабинет, чтобы предотвратить катастрофу. Последовала многочасовая перепалка, сопровождавшаяся взаимными оскорблениями [1:27:29]. Сиполлоне прямо заявил Трампу, что его сторонники «проиграли каждое дело в каждом суде», на что Трамп раздраженно ответил: «Даже судьи, которых мы назначили?» [1:28:44]. Майкл Флинн в какой-то момент перешел на крик, обвиняя юристов в предательстве и нежелании бороться за президента [1:28:57]. Совещание закончилось глубокой ночью без принятия радикального указа, но именно после него, в 1:42 ночи, Трамп опубликовал свой знаменитый твит о митинге 6 января: «Будьте там, будет дико!» [1:29:51]. Это стало сигналом для его сторонников, что борьба переходит с правового поля на улицу. ### Теория Истмена и ультиматум Майку Пенсу [[JUMP:1:42:27]] Последним рубежом для Дональда Трампа стал процесс сертификации голосов выборщиков в Конгрессе. Чтобы сорвать его, была разработана юридически сомнительная стратегия, автором которой стал профессор права Джон Истмен. Согласно его теории, вице-президент Майк Пенс, в своей церемониальной роли председателя Сената, якобы обладал единоличной властью аннулировать результаты выборов в спорных штатах [1:42:27]. Трамп начал кампанию беспрецедентного давления на своего вице-президента. В частных разговорах и публичных выступлениях он ставил Пенса перед выбором: либо стать «героем», который спасет страну (в понимании Трампа), либо проявить слабость и войти в историю как предатель. * Президент прямо заявлял Пенсу, что его отказ следовать плану Истмена будет проявлением «слабости» [1:42:27]. * Трамп настаивал, что Пенс должен либо вернуть сертификаты в штаты, либо просто отказаться их засчитывать. * Давление продолжалось вплоть до утра 6 января, когда Трамп в очередной раз потребовал от Пенса «сделать правильную вещь». Несмотря на лояльность, которую Пенс демонстрировал в течение четырех лет, он отказался выходить за рамки своих конституционных полномочий. Это превратило его из ближайшего соратника в главную мишень для гнева Трампа и его радикальных сторонников, собиравшихся в Вашингтоне. Ранее в разговорах президент и его команда уже касались темы использования Министерства юстиции для поддержки этих планов, но именно отказ Пенса стал финальным триггером для событий у Капитолия. ## ⚖️ Осада правосудия и «марш» на Капитолий [[JUMP:1:40:44]] В последние недели своего президентства Дональд Трамп предпринял беспрецедентные попытки превратить Министерство юстиции в инструмент сохранения своей власти. Это не было просто политическим давлением; это была попытка системного захвата контроля над ведомством, которое по закону должно быть независимым от политических пристрастий Белого дома. Те, кто принес присягу соблюдать верховенство закона, оказались перед жестким выбором: подчиниться или уйти в отставку [1:41:10]. ### Захват Минюста: План использования ведомства как политического рычага [[JUMP:1:41:23]] Специальный прокурор в своем обвинении подчеркивает, что Трамп стремился использовать Министерство юстиции для проведения «фиктивных расследований фальсификации выборов» [1:41:23]. Основной целью было заставить ведомство придать легитимность его заявлениям, которые ранее были признаны необоснованными даже его ближайшими соратниками. Трамп требовал от исполняющего обязанности генерального прокурора Джеффри Розена «сделать больше» для поддержки его заявлений о подтасовках [1:41:36]. Когда руководство Минюста отказалось идти на сделку с совестью, возник план по замене Розена на более лояльную фигуру — Джеффа Кларка. Кларк был готов разослать официальные письма властям ключевых штатов, в которых ложно утверждалось, что министерство обнаружило серьезные нарушения, способные изменить исход выборов. Параллельно с этим продолжалось давление на вице-президента Майка Пенса, которое ранее уже подробно обсуждалось в контексте теории Джона Истмена [1:49:50]. Трамп пытался убедить Пенса, что тот обладает единоличной властью для отмены результатов сертификации, превращая формальную процедуру в политический триллер [1:44:29]. Однако, несмотря на все усилия, юристы Белого дома и сам Пенс оставались тверды в понимании того, что такие действия нарушили бы Конституцию и закон о подсчете голосов [1:50:57]. ### Свидетельства Кассиди Хатчинсон: Знал ли Трамп об оружии? [[JUMP:1:54:32]] Поворотным моментом в публичном расследовании событий 6 января стали показания Кассиди Хатчинсон, помощницы главы аппарата Белого дома Марка Медоуза. Её выступление перед комитетом Конгресса стало сенсацией, пролившей свет на истинные настроения в Овальном кабинете накануне и в день штурма [1:54:32]. Хатчинсон, будучи убежденным сторонником Трампа, оказалась свидетелем событий, которые шокировали даже опытных юристов [1:55:40]. Еще 2 января Руди Джулиани намекнул ей, что 6 января будет «великим днем» и что «президент собирается пойти к Капитолию» [1:57:31]. Это свидетельствовало о том, что марш на Конгресс не был спонтанным решением, принятым в пылу выступления на митинге. Наиболее критические показания касались утра 6 января. Находясь в палатке за сценой перед началом митинга, Трамп был крайне обеспокоен тем, что толпа выглядела недостаточно плотной. Когда ему объяснили, что многие люди не хотят проходить через рамки металлоискателей («маги»), так как у них есть при себе оружие и снаряжение, которое будет конфисковано, реакция президента была поразительной [1:59:29]. Хатчинсон процитировала слова Трампа: > «Мне наплевать, что у них есть оружие. Они здесь не для того, чтобы причинить мне вред. Уберите эти чертовы магнитометры. Впустите моих людей, они могут отсюда маршировать к Капитолию» [2:00:09]. Это свидетельство разрушило версию о том, что Трамп не осознавал угрозы насилия. Он знал, что толпа вооружена ножами, копьями и даже огнестрельным оружием, но требовал убрать меры безопасности, чтобы обеспечить нужную картинку и направить этих людей к месту сертификации выборов [2:00:48]. ### «Сражайтесь как черти»: От слов к действию [[JUMP:2:01:03]] С трибуны Трамп произнес свою знаменитую фразу: «И мы сражаемся, мы сражаемся как черти. И если вы не будете сражаться как черти, у вас больше не будет страны» [2:01:03]. В контексте того, что он уже знал о вооружении своих сторонников, эти слова приобрели совершенно иной юридический вес. Он призывал их идти к Капитолию, возлагая свои последние надежды на срыв процесса передачи власти [2:01:29]. Обвинение подчеркивает, что это не было просто реализацией права на свободу слова, гарантированного Первой поправкой [2:03:32]. Речь шла о сознательном использовании дезинформации и подстрекательства для препятствования официальной процедуре государственного значения [2:04:02]. Трамп использовал свое влияние, чтобы направить толпу на Конгресс в тот самый момент, когда его давление на вице-президента и Министерство юстиции потерпело окончательный крах. ## 🏛️ 187 минут тишины и вердикт истории [[JUMP:2:05:39]] ### Президент в столовой: три часа экранного насилия [[JUMP:2:05:52]] События 6 января 2021 года в американской истории теперь неразрывно связаны с числом 187. Именно столько минут — более трех часов — прошло с момента окончания речи Дональда Трампа до его первого официального призыва к сторонникам разойтись [2:05:52]. Когда толпа начала штурмовать баррикады и разбивать окна Капитолия, главнокомандующий находился не в ситуационной комнате и не на экстренном совещании с силовиками. Он находился в небольшой столовой рядом с Овальным кабинетом, где неотрывно смотрел телевизор [2:08:50]. Свидетельства очевидцев рисуют картину пугающего бездействия. В то время как здание Конгресса подвергалось осаде, Трамп наблюдал за насилием по прямой трансляции, фактически выступая в роли зрителя собственного «шоу». Как отмечают участники событий, его инстинктом было не подавление мятежа, а сопереживание ему [2:09:27]. Для него люди в камуфляже и с флагами MAGA были «его людьми», которые воплощали в жизнь его волю и боролись за его власть [2:10:33]. В течение этого времени к президенту пытались пробиться самые близкие люди и советники: * Его дочь Иванка Трамп несколько раз заходила в столовую, пытаясь убедить отца выступить с заявлением [2:11:13]. * Советник Белого дома Пэт Сиполлоне настаивал на немедленных действиях, указывая на опасность ситуации. * Множество сотрудников администрации и союзников в Конгрессе буквально умоляли президента остановить кровопролитие [2:10:21]. Ранее в ходе расследования комитет уже касался темы того, как Трамп осознавал свое поражение, но в эти критические 187 минут он, казалось, видел в хаосе последний шанс изменить исход выборов. ### Твит как приговор: предательство вице-президента [[JUMP:2:11:45]] В самый разгар беспорядков, в 14:24, когда ситуация в Капитолии вышла из-под контроля и сотрудники службы безопасности начали эвакуацию руководства страны, Дональд Трамп опубликовал твит, который многие расценили как подстрекательство к убийству [2:11:45]. В сообщении говорилось, что Майку Пенсу «не хватило смелости» сделать то, что требовалось для защиты страны. Реакция толпы была мгновенной и яростной. Разъяренные сторонники президента, вооруженные рациями и мегафонами, начали распространять информацию о «предательстве» Пенса [2:12:10]. В коридорах Капитолия и на площади перед ним зазвучало зловещее скандирование: «Повесить Майка Пенса!» [2:14:38]. Когда Пэт Сиполлоне ворвался к главе администрации Марку Медоузу с требованием остановить это, заявив, что толпа буквально требует казни вице-президента, ответ Медоуза шокировал окружающих. Согласно показаниям, он передал слова президента: Трамп считал, что Пенс этого заслуживает, и не видел ничего предосудительного в действиях мятежников [2:13:35]. Лишь спустя три часа после начала штурма, Трамп «неохотно» согласился записать видеообращение [2:15:48]. Даже в этом ролике, призывая людей уйти, он не преминул заявить: «Мы любим вас, вы особенные», вновь повторив ложные утверждения о «украденных выборах», которые ранее уже были опровергнуты Биллом Барром и другими официальными лицами [2:16:13]. ### Суд как избирательная кампания: гонка со временем [[JUMP:2:20:21]] Сегодня юридическое противостояние вокруг событий 6 января перешло в новую плоскость. Обвинения, выдвинутые спецпрокурором Джеком Смитом, опираются на массив доказательств, собранных Комитетом 6 января, включая звонки в Джорджию и давление на чиновников, о которых упоминалось ранее [2:19:10]. Однако стратегия защиты Трампа строится не столько на юридических аргументах, сколько на календаре. Главная цель адвокатов экс-президента — максимальное затягивание судебного процесса [2:20:21]. Эта стратегия имеет четкую политическую подоплеку: 1. Перенести рассмотрение дела на период после президентских выборов 2024 года. 2. В случае победы Трамп получит возможность назначить своего генерального прокурора, который сможет просто закрыть все федеральные дела против него [2:20:47]. 3. Использовать сами судебные заседания как платформу для мобилизации электората, представляя себя жертвой «охоты на ведьм». Ситуация беспрецедентна: судьба демократических институтов США зависит от того, что наступит раньше — вердикт присяжных или день голосования [2:21:47]. Согласно опросам, около 60% американцев считают это дело принципиально важным для будущего страны [2:21:31]. В 2024 году на скамье подсудимых окажется не только конкретный политик, но и сама американская система правосудия. Как отмечают эксперты, выборы станут моментом, когда «демократия предстанет перед судом» в самом прямом смысле этого слова.