# Саагар Энджети: Как ложь элит разрушает американское общество Источник: https://www.youtube.com/watch?v=YCCQzXmSk8w Канал: Tucker Carlson Опубликовано: 08.07.2025 --- «Ложь — это не просто обман, а сигнал вовлеченным в схему: что бы ни случилось, система вас защитит». За фасадом демократических институтов скрывается реальность, где Гарвард превратился в инвестиционный фонд, а внешняя политика США диктуется интересами иностранных лоббистов. Настало время признать, что старый миропорядок трещит по швам под гнетом тотальной цензуры и системного финансового рабства. ## 🕵️‍♂️ Крах доверия и «сигнал элитам»: почему дело Эпштейна превратилось в государственное прикрытие [[JUMP:00:00]] Начало обсуждения ознаменовалось горькой иронией: Такер Карлсон (Tucker Carlson) в шутку принёс «извинения» Джеффри Эпштейну (Jeffrey Epstein), саркастично заметив, что после недавних заявлений Пэм Бонди (Pam Bondi) всё, в чём ранее обвиняли финансиста — от шантажа до торговли детьми в интересах спецслужб — якобы оказалось неправдой [0:13]. Однако за этим сарказмом скрывается глубокое возмущение масштабным государственным сокрытием улик, которое Саагар Энджети (Saagar Enjeti) называет одним из самых систематических в истории США [0:52]. ### Предательство ожиданий и «спектакль» на лужайке Белого дома [[JUMP:01:10]] Саагар Энджети (Saagar Enjeti) выразил резкое разочарование действиями представителей администрации, которые ранее строили карьеру на обещаниях раскрыть правду о деле Эпштейна. По его словам, такие фигуры, как Кэш Патель (Kash Patel) и Дэн Бонджино, вводили в заблуждение сторонников MAGA, обещая докопаться до истины, но немедленно изменили свою позицию, заняв официальные посты [1:23]. Особое внимание в беседе уделено Пэм Бонди (Pam Bondi). Саагар напомнил, как она, будучи генеральным прокурором, публично заявляла о наличии «списка клиентов» и полетных логов, проводя показательные пресс-конференции с влиятельными лицами [3:20]. Однако последние документы, выпущенные администрацией Дональда Трампа (Donald Trump), отрицают существование системного шантажа и «списка клиентов» как такового. Энджети подчеркивает, что это не просто ложь, а «перформативное шоу», разыгрываемое на фоне тысяч жертв, среди которых были и несовершеннолетние [3:47]. Ситуация обостряется тем, что отчёт был опубликован непосредственно перед визитом израильского премьер-министра в Вашингтон, что Саагар считает крайне подозрительным совпадением, учитывая глубокие связи Эпштейна с высокопоставленными лицами в Израиле [2:14]. ### Финансовые лабиринты и разведывательный след [[JUMP:08:04]] Саагар Энджети (Saagar Enjeti) утверждает, что термин «список клиентов» вводит общественность в заблуждение. Гораздо важнее не перечень имён, а финансовые потоки, которые связывали Джеффри Эпштейна (Jeffrey Epstein) с мировой элитой [8:04]. Эпштейн начинал карьеру в Bear Stearns как эксперт по отмыванию денег в сфере высоких финансов, что и позволило ему войти в круг таких людей, как Леон Блэк [8:17]. Основные факты, озвученные в главе: * Леон Блэк, глава Apollo Group, выплатил Эпштейну 170 миллионов долларов через подставные корпорации за «налоговые консультации», которые фактически были общедоступной информацией [8:31]. * Лесли Векснер, один из богатейших людей США, в 1991 году передал Эпштейну полную доверенность на управление своими делами [8:43]. * Эпштейн перечислил около 2,5 миллионов долларов Эхуду Бараку, бывшему премьер-министру Израиля, и инвестировал в его стартап в сфере оборонной разведки [9:09]. По мнению Саагара, Эпштейн был проводником для высокорискованных операций по отмыванию денег и поставок оружия, что связывает его с наследием Роберта Максвелла (Robert Maxwell) — отца Гилейн Максвелл [9:36]. Максвелл-старший описывается как фигура, сравнимая по масштабу влияния с «суверенным фондом благосостояния», работавшим в интересах сионистского сообщества и государства Израиль [10:16]. Саагар настаивает: отрицать наличие кампании по шантажу в такой структуре — значит игнорировать очевидное [10:58]. ### Смерть в камере и «сигнал Версалю» [[JUMP:14:04]] Такер Карлсон (Tucker Carlson) поделился деталями своего многолетнего расследования обстоятельств смерти Эпштейна. После разговоров с братом погибшего, Марком Эпштейном, Такер пришёл к однозначному выводу: «Он не покончил с собой. Его убили в камере» [14:17]. Это произошло в самом охраняемом федеральном изоляторе США, что невозможно без участия государственных структур. Аргументы против версии о самоубийстве: * Записи с камер видеонаблюдения обрываются ровно перед тем, как тело вынесли из блока [14:56]. * Власти отказываются раскрывать имена других заключенных, находившихся в том же блоке, ссылаясь на «конфиденциальность» [15:21]. * Знаменитый патологоанатом Майкл Баден, изучив результаты вскрытия, прямо заявил, что это не было суицидом [24:37]. Саагар резюмирует, что официальная ложь в деле Эпштейна выполняет роль «сигнала элитам» (или «сигнала Версалю»). Эта ложь не предназначена для того, чтобы в неё поверил обычный гражданин; она адресована причастным к схеме лицам как гарантия того, что правительство США будет защищать их до самого конца, невзирая на тяжесть преступлений [16:13]. В завершение главы обсуждается, как даже научное сообщество (MIT, Гарвард) и такие фигуры, как Билл Гейтс, оказались втянуты в орбиту Эпштейна. Саагар упоминает, что развод Билла и Мелинды Гейтс мог быть связан именно с его контактами с Эпштейном, который якобы выступал посредником в попытках Гейтса получить Нобелевскую премию мира [23:44]. Всё это, по мнению собеседников, разрушает остатки гражданского доверия в стране, повторяя траекторию «кризиса доверия» после убийства Кеннеди [11:10]. ## 🎓 Университетская монополия и исход из «медийного картеля» [[JUMP:50:13]] Критика современных институтов элиты начинается с анализа того, во что превратилось высшее образование в США. Саагар Энджети указывает на парадоксальную статистику: Гарвардский университет в 2023 году принял меньше студентов, чем в 1981-м, хотя население страны за это время выросло на 110 миллионов человек [50:51]. По мнению Энджети, это делается ради «ультра-эксклюзивности», позволяющей взвинчивать цены на обучение и превращать вуз в подобие хедж-фонда. «Гарвард сегодня — это, по сути, фирма прямых инвестиций с небольшим образовательным департаментом», — утверждает Саагар [51:16]. Университетские эндаументы (целевые фонды) стали инструментом накопления капитала, а не развития науки. Вместо того чтобы расширять набор студентов и получать налоговые льготы, вузы предпочитают сохранять искусственные ограничения, обременяя молодежь долгами и превращая «лучшие умы» в винтики управленческого капитализма [51:30]. Такер Карлсон соглашается, отмечая, что система намеренно заменяет меритократию (основанную, например, на тестах SAT) на идеологический режим DEI, что фактически является дискриминацией самых способных [52:49]. ### Бегство из «пузыря» Белого дома [[JUMP:57:15]] Саагар Энджети вспоминает свой путь к независимости, который начался в 28 лет, когда он решил покинуть традиционные медиа [57:54]. Работая корреспондентом в Белом доме, он обнаружил существование «медийного картеля» — Ассоциации корреспондентов Белого дома. Эта структура, по его словам, превратила журналистику в закрытый цех, где репортеры задают одинаковые вопросы не для информирования граждан, а для самопрезентации перед коллегами и карьерного роста [59:11]. Основные выводы Саагара о работе мейнстрим-медиа: * СМИ работают как «отраслевые издания» для людей во власти, а не для избирателей [59:36]. * Телеканалы Fox, CNN и MSNBC — это лишь узлы единой системы, через которую имперская столица (Вашингтон) общается сама с собой [1:00:03]. * Темы, реально волнующие людей — кризис опиоидов, инфляция, стоимость ипотеки — игнорируются в пользу раздутых политических скандалов вроде «дела Мюллера» [1:00:54]. Энджети подчеркивает, что в Вашингтоне существует глубокое противоречие между тем, о чем говорят в телеэфирах, и тем, что обсуждается за «кухонным столом» обычного американца [1:01:07]. Этот разрыв и стал катализатором его ухода в независимое вещание вместе с Кристал Болл. ### Экономика правды: почему независимость стоит дешево [[JUMP:1:06:22]] Один из самых вдохновляющих моментов беседы касается технического порога входа в современную журналистику. Саагар рассказывает, что запуск их независимого шоу стоил всего 50–60 тысяч долларов, которые они с Кристал Болл оплатили со своих кредитных карт [1:07:01]. У них не было инвесторов, но в первый же день запуска они получили достаточно подписок, чтобы обеспечивать работу компании в течение целого года [1:06:35]. Такер Карлсон добавляет, что после его увольнения с Fox News он обнаружил: для качественного эфира не нужны многомиллионные студии, похожие на «центр управления МКС» [1:07:53]. Достаточно обеденного стола и базового оборудования. Ключевым фактором успеха Саагар считает отказ от рекламной модели в пользу подписок. Это позволяет игнорировать «красные линии», которые существуют в корпоративных СМИ [1:04:10]. Список запретных тем в мейнстрим-медиа, по опыту Саагара: * Критика возраста членов Конгресса [1:04:51]. * Обсуждение влияния фармацевтических компаний (Big Pharma) [1:05:31]. * Критика финансового аналитика Джима Крамера и других «священных коров» [1:05:04]. * Честный разговор о политике Израиля и лоббизме [1:03:56]. ### Социальный капитал против честности [[JUMP:1:10:03]] Саагар описывает психологическую ловушку, в которую попадают вашингтонские журналисты: они начинают верить, что «близость к власти и есть сама власть» [1:10:03]. Ведущие и репортеры фетишизируют доступ к президенту, борются за место в первом ряду на брифингах и живут ради приглашений на званые ужины в черных галстуках [1:11:03]. «Это патология. Люди заполняют внутреннюю пустоту осознанием того, что сенатор Шумер знает их по имени», — говорит Энджети [1:11:16]. Однако ирония заключается в том, что политики начинают по-настоящему уважать журналиста только тогда, когда он «бьет их по лицу» честной критикой [1:13:13]. Те, кто гонится за социальным капиталом, для системы являются лишь «полезными винтиками». Цена независимости — социальная изоляция в кругах «профессионального Вашингтона». Вас перестают приглашать на коктейльные вечеринки, а бывшие знакомые могут публично называть вас «биготом», зная, что это ложь, просто чтобы угодить своим финансовым или лоббистским кураторам [1:15:05]. Тем не менее, для Саагара возможность говорить правду без оглядки на рекламодателей и партийные интересы перевешивает любые выгоды от «доступа к телу» [1:14:40]. ## 🏛️ Социальный остракизм и «Империум»: цена независимости [[JUMP:1:15:18]] Разрыв с вашингтонским истеблишментом для журналиста — это не просто смена места работы, а полная перестройка социального графа. Саагар Энджети описывает этот процесс как стремительное «сжатие» круга общения: приглашения на мероприятия перестают приходить, а телефон умолкает [1:16:37]. Он называет ядро вашингтонской элиты «Империумом», где социальный капитал используется как инструмент принуждения к лояльности. Даже если журналист не получает денег напрямую от структур истеблишмента, страх стать изгоем заставляет его придерживаться мейнстримных нарративов [1:17:43]. Окончательным «разрывом» для Саагара стала его позиция по внешнеполитическим вопросам. Если критика действий на Украине еще воспринималась в профессиональной среде как допустимое (хотя и нежелательное) мнение, то высказывания после 7 октября стали «красной линией». Попытка заявить, что методы Израиля в Газе не соответствуют стандартам цивилизованной западной нации, привела к мгновенному обвинению в антисемитизме и заморозке коммуникаций со стороны старых знакомых [1:17:03]. Взамен «Империуму» Саагар открыл для себя мир независимых медиа — среду, где работают Джо Роган, Тео Вон, Эндрю Шульц и Дэйл Купер [1:18:08]. Такер Карлсон отмечает поразительную разницу в качестве жизни и отношений в этих двух мирах. По его наблюдениям, люди, выбравшие честность вместо оплачиваемой лжи, оказываются гораздо счастливее в частной жизни: «Качество браков среди тех, кто говорит правду, в разы выше, чем у тех, кто боится или продается» [1:20:18]. В независимой среде разногласия по экономике или политике не приводят к разрыву личных связей, в то время как в Вашингтоне любое отступление от догмы означает конец дружбы [1:19:13]. ### Проект Илона Маска и ловушка «третьей партии» [[JUMP:1:21:09]] Обсуждая реакцию Илона Маска на то, что ранее в разговоре они называли позорным сокрытием дела Джеффри Эпштейна (в котором, по мнению Такера, замешана Пэм Бонди), собеседники касаются идеи создания новой политической силы [1:21:39]. Маск публично заявил о необходимости «Партии Америки», однако Саагар Энджети относится к этой инициативе со скептицизмом, основанным на знании вашингтонского закулисья. Вашингтонские консультанты десятилетиями «разводят» богатых идеалистов на идею третьей партии, которая была бы «фискально консервативной и социально либеральной» [1:22:15]. Саагар предупреждает, что Илона Маска попытаются окружить люди, продающие дорогостоящие пауэрпойнт-презентации о ранжированном голосовании, в то время как реальная власть останется у олигархии [1:22:45]. По мнению Энджети, настоящая альтернатива должна иметь противоположный вектор. Жизнеспособная «Партия Америки» должна была бы объединить: * Жесткое ограничение иммиграции для защиты американских рабочих [1:23:26]. * Реструктуризацию экономики в интересах большинства, а не только финансового сектора [1:25:06]. * Фокус на качестве жизни, доступном здравоохранении и возможности для семей жить на один доход [1:25:32]. Такая платформа во многом повторяет раннюю кампанию Дональда Трампа 2016 года, которая «сломала» политические концепции Саагара и заставила его осознать нелегитимность профессионального Вашингтона [1:26:38]. Однако именно такая повестка вызывает самую яростную реакцию системы, вешающей ярлыки «нацистов», «изоляционистов» и «антисемитов» на любого, кто ставит интересы американских граждан выше интересов империи [1:26:12]. ### Экстрактивный капитализм: от «летающих машин» к зависимости [[JUMP:1:27:04]] Критикуя нынешнее состояние США, Саагар указывает на фундаментальное искажение модели капитализма. Вместо созидательного капитализма, создающего продукты (как автомобили Tesla, которые он хвалит за технологический прорыв), Америка перешла к «экстрактивной» модели [1:29:28]. Большинство новых миллиардеров из списка Forbes — это выходцы из хедж-фондов и финансового сектора, которые богатеют на манипуляциях с налоговым кодексом и создании непродуктивных торговых систем [1:29:14]. Технологический сектор также свернул не туда. Как процитировал Саагар Питера Тиля: «Нам обещали летающие машины, а мы получили 140 символов» [1:30:06]. Современная Кремниевая долина сфокусирована не на улучшении жизни, а на создании алгоритмов привыкания, которые превращают смартфоны в инструменты порабощения [1:30:59]. ### Эпидемия в кармане: темная сторона легальных ставок [[JUMP:1:31:12]] Наиболее ярким и опасным примером союза технологий и человеческих пороков Саагар считает индустрию мобильных спортивных ставок. После решения Верховного суда в 2018 году, отменившего ограничения на этот вид деятельности, ставки стали легальными в 40 штатах [1:31:52]. Это породило индустрию с выручкой 14 миллиардов долларов в год, что уже превышает кассовые сборы всего американского кинематографа [1:32:32]. Бизнес-модель гигантов вроде DraftKings и FanDuel построена на эксплуатации зависимости: * 50% всей выручки компании получают от 3% игроков — клинических игроманов [1:32:56]. * Алгоритмы мгновенно вычисляют «умных» игроков. Если вы начинаете выигрывать благодаря знаниям, вам запрещают ставить суммы больше доллара [1:33:09]. * Для проигрывающих миллионы создаются «VIP-сервисы»: менеджеры звонят им ежедневно, предлагая бонусы, чтобы те продолжали ставить даже последние сбережения, предназначенные для детей [1:33:35]. Саагар приводит в пример судебный иск женщины, чей муж за четыре года проиграл 1,4 миллиона долларов — все семейные накопления и счета на обучение детей, хотя никогда не зарабатывал больше 200 тысяч в год [1:34:01]. DraftKings игнорировали собственные правила проверки доходов и поощряли его крах. Такер Карлсон отмечает, что этот бизнес паразитирует на отчаянии молодых людей, которые понимают, что никогда не смогут позволить себе купить дом или содержать семью [1:39:07]. Это приводит к росту банкротств и всплеску домашнего насилия, который статистически коррелирует с проигрышами в ставках [1:36:35]. Саагар резюмирует, что крах социальной этики в бизнесе привел к ситуации, где государство и корпорации в открытую наживаются на уничтожении жизней собственных граждан [1:39:44]. ## 🛡️ Эрозия доверия: от долговой кабалы до ядерного сдерживания ### 🏢 Экономическая нестабильность и «система вне реформ» [[JUMP:1:40:36]] Разговор Такера Карлсона и Саагара Энджети переходит от обсуждения конкретных судебных решений к системному кризису американского общества. Такер Карлсон выражает искреннее недоумение по поводу того, почему рядовые американцы продолжают дисциплинированно выплачивать долги по кредитным картам, в то время как финансовые институты и законодатели ведут себя безответственно [1:40:36]. Он называет современные условия кредитования и игорную зависимость, поощряемую через приложения, формой разрушения жизни граждан, отмечая, что реальные «преступники» — это те, кто выдает займы под 30% годовых [1:41:54]. Саагар Энджети дополняет эту картину термином «клоупенинг» (clopening) — практикой работодателей назначать одну и ту же смену сотруднику до полуночи и на следующее утро к шести часам [1:42:22]. Для большинства политиков в Вашингтоне этот термин даже не знаком, хотя он описывает повседневную реальность наиболее уязвимых слоев населения, живущих в условиях, где «лопнувшая шина означает банкротство» [1:43:14]. Собеседники сходятся во мнении, что когда государственные институты, такие как Министерство юстиции, покрывают преступления (как в случае с делом Джеффри Эпштейна), они толкают людей к радикализации [1:43:53]. По мнению Такера Карлсона, когда избиратель видит, что секретность скрывает зло, а закон работает избирательно, у него не остается легальных путей для улучшения своей жизни, что создает почву для настоящей революции [1:44:32]. ### 🛡️ Дисфункция империи: санкции и военный дефицит [[JUMP:1:48:25]] Критический взгляд Саагара Энджети распространяется и на внешнеполитическую мощь США, которую он называет «рухнувшим рупором империи» [1:48:38]. Самым ярким примером провала он считает санкции против России. Несмотря на «самые разрушительные санкции в истории», российская экономика продемонстрировала рост, а производство боеприпасов в РФ превысило показатели всех стран НАТО вместе взятых [1:50:34]. Такер Карлсон, вспоминая свой визит в российский продуктовый магазин, отмечает, что реальность полностью опровергла прогнозы американских властей [1:49:19]. Этот провал унизил США в глазах противников и показал, что для противостояния американской империи достаточно лишь обладать ресурсами, энергией и несколькими союзниками [1:49:32]. Особое внимание уделяется деградации военно-промышленного комплекса. Саагар Энджети указывает на то, что США тратят триллионы долларов, но не способны производить базовые боеприпасы в нужных объемах [1:52:05]. Такер Карлсон приводит анекдотичный, но тревожный факт: в ходе консультаций по поводу возможного удара по Ирану выяснилось, что у США попросту нет ядерных противобункерных бомб (nuclear bunker busters), потому что страна «разучилась что-либо строить» [1:51:37]. ### ⚛️ Логика ядерного сдерживания и «урок» Северной Кореи [[JUMP:1:54:01]] Анализируя ближневосточный кризис, Саагар Энджети выдвигает тезис о рациональности поведения Ирана. По его мнению, иранское руководство действует логично, учитывая исторический контекст: лидеры, которые отказывались от ядерных программ (как Муаммар Каддафи в Ливии), заканчивали трагически, а страны без ядерного щита подвергались смене режима (Ирак, Сирия) [1:55:34]. В этом контексте Саагар называет Ким Чен Ына «одним из самых оправданных историей людей» [1:56:12]. Решение Северной Кореи любой ценой получить межконтинентальные баллистические ракеты и ядерное оружие стало единственной гарантией того, что США не рискнут вмешаться в дела их режима. Энджети полагает, что Иран, наблюдая за этим, неизбежно придет к выводу о необходимости создания собственного ядерного арсенала, особенно на фоне продолжающихся ударов и диверсий со стороны Израиля [1:56:53]. ### 🌍 Газа и Иран: опасная привязка американских интересов [[JUMP:1:58:36]] Заключительная часть дискуссии посвящена вопросу о том, насколько вовлеченность США в конфликты на Ближнем Востоке отвечает национальным интересам Америки. Такер Карлсон подчеркивает, что любая эскалация между Израилем и Ираном автоматически требует участия американских военных [1:58:36]. Он выражает резкое неприятие того, что США берут на себя ответственность за действия других стран. Особую горечь у собеседников вызывает ситуация в секторе Газа. Такер Карлсон ссылается на данные израильской прессы о том, что в ходе конфликта погибло 17 000 детей [2:03:38]. Он называет это «аморальным» и как христианин заявляет, что не хочет иметь к этому никакого отношения [2:04:03]. Саагар Энджети добавляет, что попытки США организовать гуманитарную помощь через американских подрядчиков превратились в «смертельную ловушку», где сотни палестинцев гибнут при попытке получить еду [2:04:41]. Собеседники приходят к выводу, что нынешняя ориентация американской элиты на интересы иностранных государств (будь то Украина или Израиль) в ущерб собственному населению ведет страну к катастрофе [2:05:34]. ## 🌍 Внешняя политика, «религиозный» догматизм и будущее Америки [[JUMP:2:05:34]] В заключительной части беседы Такер Карлсон и Саагар Энджети переходят к обсуждению фундаментальных основ американской внешней политики и того, как национальные интересы США оказались подменены интересами других государств. Саагар Энджети подчеркивает резкий контраст между поведением американских военных в Ираке и Афганистане и текущими действиями в Газе [2:06:00]. По его словам, американские солдаты и морпехи часто рисковали своими жизнями, чтобы защитить гражданское население — это было основой их миссии. Напротив, то, что происходит сейчас, вызывает у ветеранов войн в Ираке и Афганистане чувство стыда за методы ведения войны, которые США фактически спонсируют [2:06:13]. Такер Карлсон задает прагматичный вопрос: почему Соединенные Штаты берут на себя ответственность за «исправление» ситуации в Газе, если они не способны навести порядок в собственном Балтиморе [2:06:39]? Собеседники отмечают пугающую риторику, исходящую от некоторых членов израильского Кнессета, которые заявляют о «генетической» предрасположенности жителей Газы к терроризму [2:07:06]. Карлсон сравнивает подобные высказывания с идеологией дискредитированных политических движений Европы прошлого века [2:07:19]. Энджети указывает на долгосрочные планы, которые постепенно становятся явными: * Вытеснение жителей Газы с последующим предложением Соединенным Штатам принять их как беженцев [2:06:53]. * Создание «безопасных зон» в Сирии, которые должны будут оккупировать и финансировать американские войска [2:08:13]. * Реализация проекта «Великого Израиля», включающего экспансию на Западный берег и в Сирию [2:08:53]. Особое внимание уделяется лицемерию Вашингтона: США осуждают Россию за захват территорий в Украине, но одновременно поддерживают аналогичные действия Израиля в Сирии и Газе, что Саагар называет нарушением всех цивилизованных норм [2:09:06]. ### Религиозный фактор и «пешки» в политической игре [[JUMP:2:09:18]] Разговор касается глубокого влияния теологии на политику. Саагар Энджети критикует попытки бывших чиновников, таких как Дэвид Фридман, читать лекции христианам об их собственной доктрине ради политической выгоды [2:09:31]. Он отмечает, что произраильское лобби часто использует американских евангелистов как «пешек», втайне испытывая к ним лишь презрение [2:09:56]. Эти люди, составляющие большинство пассажиров на рейсах в Иерусалим, подвергаются массированной пропаганде об «последних временах», в то время как израильское правительство лишь смеется над ними за закрытыми дверями [2:10:21]. Такер Карлсон вспоминает свой опыт работы на CNN более 20 лет назад, когда он задал Беньямину Нетаньяху вопрос об обстреле израильскими военными Храма Рождества Христова в Вифлееме [2:10:47]. Карлсон подчеркивает, что в результате действий ЦАХАЛ погибли христиане в одном из самых святых мест христианства. Вместо ответа на вопрос об использовании американского оружия против гражданских в церкви, его обвинили в антисемитизме [2:11:27]. Собеседники приходят к выводу, что любая критика, даже со стороны тех, кто в целом поддерживает Израиль, моментально подавляется агрессивными ярлыками. ### Ограничение свободы слова внутри США [[JUMP:2:12:35]] Одной из самых тревожных тенденций Саагар Энджети называет перенос внешней политики на уровень внутреннего законодательства штатов. Он приводит в пример Рона Десантиса, который, будучи губернатором Флориды, подписал законы о цензуре и фактически ввел нормы, запрещающие критику иностранного государства [2:13:16]. > «Рон Десантис, который запретил критическую расовую теорию, по сути, ввел позитивную дискриминацию (affirmative action) для еврейских студентов в штате Флорида. Это лучшая репрезентация того, как интересы другой страны разрушают логику американского политика», — отмечает Энджети [2:13:28]. Ситуация доходит до абсурда: 1. Введение законов против BDS (движения за бойкот Израиля) в различных штатах, что прямо ограничивает Первую поправку к Конституции США [2:13:03]. 2. Угрозы со стороны системы Калифорнийского университета лишать федеральных грантов любые организации, поддерживающие бойкот [2:14:06]. 3. Парадокс, при котором гражданин США может бойкотировать собственный штат или страну, но лишается этого права в отношении иностранного государства [2:14:18]. Энджети подчеркивает, что его критика направлена не на народ, а на правительство и то, как американские политики ставят интересы чужой страны выше своих [2:14:46]. Он сравнивает нынешнюю поддержку Израиля, Украины и НАТО с «религией», где любые вопросы воспринимаются как ересь, а не как предмет для оборонного анализа [2:15:25]. ### Надежды на Трампа и экономический тупик [[JUMP:2:16:39]] В финале Саагар Энджети выражает надежду на то, что Дональд Трамп сможет провести «коррекцию курса» в своей администрации [2:16:51]. Он отмечает, что Трамп был избран на платформе «Америка прежде всего», и его избиратели не простят открытого предпочтения чужих интересов своим собственным. Ситуация в экономике США остается критической: * Невозможность купить жилье из-за высоких процентных ставок Федеральной резервной системы [2:17:17]. * Коллапс общественного доверия и засилье «экстрактивных индустрий» (например, игорного бизнеса), наживающихся на рабочем классе [2:17:31]. * Бесполезность хвастовства цифрами ВВП и налоговыми льготами для богатых, когда обычные люди живут всё хуже с каждым годом [2:17:45]. Завершая интервью, Карлсон и Энджети обсуждают цензуру на YouTube. Такер заявляет, что Google намеренно ограничивает распространение информации, которая противоречит официальной повестке [2:18:37]. Он призывает зрителей подписываться на канал и нажимать «колокольчик», чтобы обходить алгоритмическое подавление и получать доступ к правдивым новостям в эпоху больших перемен [2:19:04].