Евгения Кара-Мурза

Я встретил людей, которые получили 8, 9, 11 лет за убийство. Я получил 25 лет за 5 публичных выступлений.

Если зло не понято, не осознано и не осуждено, оно обязательно возвращается.

Коллективная вина — это очень удобный принцип для настоящих преступников. Если виноваты все, значит, не виноват никто.

В нашей стране модель власти — царь, генсек, президент — сама по себе порочна.

Если я поеду, то наши дети лишатся обоих родителей и Володя лишится моего голоса. Я знаю, что ему нужен мой голос сейчас.

Гораздо сложнее человека убить, когда весь мир за этим наблюдает, поэтому публичность важна.

500 с лишним политзаключенных — это много или мало? 500 — много. Один — это много.

Для Володи всегда было очень важно: не надо ставить знак равенства между всей страной и режимом, который по сути захватил власть.

Я просто хочу вот с этим конкретным человеком воспитать детей, состариться... Для того чтобы я могла это сделать, он должен выжить.