В Великобритании ежедневно арестовывают около 30 человек за высказывания в интернете — статистика, которая заставила бы понервничать даже граждан авторитарных режимов. «Больное общество накопляет законы так же, как больной старик накопляет лекарства», — констатирует Константин Кисин в беседе с Крисом Уильямсоном. От краха мультикультурализма и абсурда климатической повестки до феномена «двухъярусного правосудия» — этот глубокий анализ обнажает изнанку современной Британии, сознательно уничтожающей собственное процветание.
🇬🇧 Разлом Британии: Миграционный кризис и его последствия 0:39
В начале разговора Константин Кисин и Крис Уильямсон затронули тему недавних протестов в Великобритании, отметив, что они стали объектом пристального внимания международных СМИ. По мнению Кисина, текущий упадок страны — это не конец, а, возможно, знак начала восстановления, при условии, что общественное недовольство остается мирным и конструктивным, заставляя политический консенсус меняться в режиме реального времени.
Нелегальная иммиграция: парадокс «открытых границ» 0:39
Одной из центральных тем дискуссии стала нелегальная иммиграция. Кисин указывает на юридический парадокс: статус «нелегального иммигранта» в Великобритании зачастую является технически неточным, так как любой человек, прибывший в страну и заявивший о желании получить убежище, автоматически выходит из категории «нелегалов». Эта ситуация усугубляется привязкой к Европейской конвенции по правам человека (ЕКПЧ), которую Британия помогла создать после Второй мировой войны и которую, по мнению гостя, десятилетиями считали невозможной для реформирования.
Кисин подчеркивает, что проблема иммиграции — это сугубо практический, а не моральный вопрос. Он проводит аналогию с частным домом: если у вас есть система охраны, она существует для того, чтобы решать, кого впускать, а кого нет. Масштабы изменений колоссальны: если в 1996 году в страну ежегодно прибывало около 55 000 человек на законных основаниях, то сейчас сопоставимые цифры касаются нелегального потока, при этом налогоплательщики вынуждены содержать этих людей в отелях.
Критика правительства фокусируется на непрозрачности данных. Долгое время власти отказывались публиковать статистику преступности среди определенных групп мигрантов. Кисин отмечает: когда общество осознает, что люди приезжают из культур, где отношение к женщинам кардинально отличается от западных норм, это вызывает закономерный страх у обычных граждан за безопасность своих семей.
Британия и Америка: два разных пути 8:49
Несмотря на общий язык, Константин Кисин предостерегает от сравнения иммиграционных моделей США и Великобритании. Америка, по его убеждению, является «невероятно про-иммигрантской страной», где исторический консенсус строится вокруг «американской мечты»: если вы готовы уважать флаг, Конституцию и вносить вклад в экономику, вам рады.
Британия же никогда не была «нацией иммигрантов». Кисин приводит историческую справку: до 2000-х годов доля иностранцев в стране была ничтожной (1-3%). Однако при правительстве Тони Блэра за одно десятилетие в страну приехало больше людей, чем за всю предыдущую тысячу лет после битвы при Гастингсе в 1066 году. Этот беспрецедентный скачок привел к неспособности системы ассимилировать приезжих, а последующие правительства консерваторов лишь усугубили ситуацию.
Гость также отмечает, что вопрос иммиграции часто ошибочно пытаются подать как проблему нехватки рабочей силы. Ссылаясь на идеи, обсуждаемые с Эриком Вайнштейном, Кисин утверждает, что в рыночной экономике «нехватки труда» не существует — есть лишь цена, которую работодатель не хочет платить. Использование иммигрантов в качестве дешевой рабочей силы — это способ лишить британских граждан возможности получать достойную оплату за свой труд.
Ранее в разговоре Крис Уильямсон упоминал общественную реакцию на высказывания медийных персон вроде Райлана Кларка, чьи осторожные комментарии о недовольстве населения миграцией привели к травле, что лишь подтверждает существование глубокого разрыва между мнением простых граждан и официальным дискурсом в британских медиа.
🌏 Кризис идентичности: мультикультурализм против сплочённости 26:01
Константин Кисин предлагает критически взглянуть на текущую идеологию мультикультурализма, противопоставляя её концепции мультиэтничного общества. По его мнению, британское общество часто путает эти понятия, считая, что наличие людей разных рас и национальностей автоматически означает успех мультикультурной модели. Однако Кисин настаивает, что мультикультурализм — это деструктивная идеология, которая вместо создания сплоченной нации продвигает идею отсутствия у страны общей культуры, ценностей и идентичности.
Собеседники приходят к выводу, что такая политика поощряет жизнь обособленными группами в «своих гетто», подпитывая разделение вместо единства. Крис Уильямсон подчеркивает, что единство является реальной силой, необходимой для решения общенациональных проблем. Кисин развивает эту мысль: когда политики в угоду мультикультурализму постоянно говорят об интересах отдельных общин — будь то мусульманская, еврейская или пакистанская, — британцы перестают быть единым народом, стремящимся к общему благу, превращаясь в разрозненные группы, каждая из которых печется только о своем.
🏛 Фундамент британской культуры и значение порядка 30:07
Обсуждая вопрос о том, существуют ли до сих пор британские ценности и находятся ли они под угрозой, собеседники отмечают, что стало почти невозможным открыто обсуждать, что именно значит «быть британцем». Тем не менее, Кисин выделяет ключевые столпы национальной культуры: тягу к справедливости, порядку и взаимному уважению.
Символом этого уклада он называет знаменитую британскую любовь к очередям. Кисин утверждает, что соблюдение очереди — это не просто бытовая привычка, а форма цивилизованного поведения, противостоящая «закону джунглей», где побеждает самый сильный и агрессивный. По его мнению, процесс ожидания в очереди — это способ добровольного соблюдения правил, признак взаимного уважения и толерантности. Исходя из этого, незаконная иммиграция воспринимается как прямая антитеза «британскости», так как она нарушает принцип справедливости и равноправия — люди, которые не «прыгают через очередь», оказываются в проигрышном положении по сравнению с теми, кто игнорирует закон.
🛂 Взгляд иммигранта: права, ожидания и селекция 32:35
Будучи иммигрантом, Константин Кисин заявляет о своем праве открыто критиковать бесконтрольную иммиграцию, не опасаясь обвинений в ненависти. Он подчеркивает, что его позиция лишена политической корректности: он считает, что некоторые виды иммиграции полезны, если они тщательно отобраны и направлены на привлечение людей с талантом, драйвом и амбициями.
Кисин проводит параллель между странами, откуда приезжают люди, и внутренней структурой самого общества. Как в России или Армении есть как выдающиеся, так и неблагополучные слои населения, так и в Великобритании необходимо проводить жесткий отбор, чтобы привлекать только тех, кто способен способствовать развитию страны. Одной из трагедий современной Британии он называет то, что из-за ухудшения условий жизни — высоких налогов и проблем с безопасностью — страна перестает привлекать «лучших» представителей других культур, которые предпочитают уезжать в более перспективные места.
🚩 Организованный протест против стихийного негодования 41:50
Затрагивая тему уличных протестов против размещения нелегальных мигрантов в отелях, Кисин делится своими наблюдениями от посещения подобных митингов. Он утверждает, что протесты местных жителей носят стихийный, органический характер: обычные британцы, обеспокоенные изменениями в своих районах, выходят на улицы, потому что ситуация стала критической.
Напротив, контрпротесты, по словам Кисина, носят ярко выраженный организованный и срежиссированный характер. Он указывает на наличие профессионально напечатанных плакатов и отработанных кричалок у участников, называя это деятельностью радикальных левых групп, таких как «Stand Up to Racism» или представителей Социалистической рабочей партии. Эти «профессиональные активисты» перемещаются между городами, создавая иллюзию массового противостояния «фашистам», хотя по сути это попытка подавить искреннее беспокойство обычных граждан. Кисин подчеркивает, что даже если мнение человека «неудобно» или не сформулировано в рамках академического дискурса, это не делает суть проблемы менее реальной.
🏴☠️ Психология упадка и идеологические расколы современной Британии 53:13
Роскошные убеждения: идеология без ответственности
Одним из ключевых факторов, определяющих поведение современных прогрессивных элит в Великобритании, является концепция «роскошных убеждений» (luxury beliefs), популяризированная Робом Хендерсоном. Суть этого феномена заключается в том, что люди, обладающие высоким социальным и экономическим статусом, продвигают идеи и социальные политики, последствия которых они никогда не ощущают на себе.
Для этих элит прогрессивная повестка становится своего рода статусным символом — способом демонстрации добродетели, который не требует личных жертв. В то время как обычные граждане, работающие и воспитывающие детей, сталкиваются с реальностью, где их идеалистические представления разбиваются о жизненные трудности, элиты остаются «изолированными от последствий» того, что они пропагандируют. Как отмечает Константин Кисин (Konstantin Kisin), если вы управляете бизнесом, вы не можете позволить себе роскошь придерживаться убеждений, противоречащих реальности, так как любая ошибка немедленно бьет по вашим финансам. Прогрессивные активисты, напротив, не несут ответственности за результаты навязываемых ими социальных экспериментов.
Психологический кризис и «отравленная» история
Крис Уильямсон (Chris Williamson) и Константин Кисин (Konstantin Kisin) сходятся во мнении, что британское общество переживает глубокий психологический упадок. По мнению Кисина, страна перешла от ощущения «негатива в частностях, но гордости в целом» к состоянию, где ощущение упадка доминирует на всех уровнях.
Важную роль в этом процессе играет целенаправленное насаждение чувства вины через систему образования. Когда детям в школах внушают, что их страна была лишь «худшей империей рабовладельцев в истории», это неизбежно подрывает национальную гордость и волю к защите государства. Кисин подчеркивает, что это глубоко контрпродуктивно: если человек убежден, что его страна «ничего не стоит», у него пропадает мотивация не только развивать её, но и вкладываться в общее будущее. Этот «негативный склад ума» становится самоисполняющимся пророчеством: нация перестает ставить перед собой амбициозные цели, опасаясь даже попыток их достижения, хотя в действительности потенциал Великобритании остается огромным. Ранее в разговоре они также касались проблемы мультикультурализма, которая, по мнению собеседников, лишь усиливает это состояние неуверенности в собственной идентичности.
Флаг как символ идеологического сопротивления
Конфликт вокруг использования британских и английских флагов стал ярким индикатором идеологического раскола. По мнению Кисина, негодование элит по поводу появления национальных флагов на улицах — это не просто эстетический спор, а борьба против самой идеи национальной гордости.
Для истеблишмента вывешивание национального флага часто преподносится как нечто «ужасное» или «расистское», в то время как демонстрация символики других стран или идеологических групп (например, флагов Украины, Палестины или Pride-флагов) поощряется как «просвещенная» позиция. Кисин утверждает, что причина этого заключается в фундаментальной установке элит: «ваша страна — это кусок дерьма», за который нужно вечно извиняться. В этом контексте массовое появление английских флагов в последнее время становится актом гражданского неповиновения. Простые граждане используют национальную символику, чтобы заявить: «Я люблю свою страну, и она не является чем-то постыдным». Крис Уильямсон (Chris Williamson) отмечает, что такая реакция является идеальной иллюстрацией того, как внешнее давление и «ситуация упадка» начинают гальванизировать общество, заставляя людей активнее выражать свою позицию.
⚖️ Иллюзия свободы и двухъярусное правосудие: как Великобритания наказывает за «мыслепреступления» 1:15:38
Границы мирного протеста и феномен Томми Робинсона 1:15:38
Константин Кисин и Крис Уильямсон начинают этот отрезок беседы с обсуждения природы растущего общественного недовольства в стране. Константин Кисин твердо убежден, что любое низовое движение, выступающее против политики правящих элит, должно оставаться исключительно мирным и конструктивным. Как только уличные акции скатываются в агрессию, властям становится предельно просто делигитимизировать реальные проблемы граждан, заклеймить протестующих «ультраправыми погромщиками» и задействовать всю мощь полицейского аппарата для показательных наказаний.
В качестве примера эволюции взглядов на протест гость приводит Томми Робинсона, который ранее в их студии сам заявлял о необходимости строго ненасильственных действий. По мнению Константина Кисина, Робинсон во многом просто опередил свое время. В условиях отсутствия развитых альтернативных медиа старая пресса легко демонизировала его, представляя маргинальным футбольным хулиганом из-за его рабочего происхождения. На самом же деле он не предсказывал будущее подобно Кассандре, а транслировал жесткую реальность своего родного города Лутона, который уже тогда столкнулся с вызовами, ставшими сегодня общенациональными. Это системное подавление критических голосов со стороны истеблишмента заложило основу для масштабного кризиса гражданских свобод.
Кризис свободы слова: тридцать онлайн-арестов в день 1:21:16
Размышляя о текущем положении дел, Крис Уильямсон вспоминает старый советский анекдот о мнимом равенстве свободы слова в США и СССР. Константин Кисин констатирует: в современной Великобритании подлинной свободы слова больше не существует. Иллюстрируя этот тезис, Кисин прямо во время записи подкаста достает телефон и зачитывает только что пришедшее сообщение: известного ирландского сценариста Грэма Лайнхэна арестовали в аэропорту Хитроу по возвращении из США. Причиной задержания правоохранителями стали всего три публикации в социальной сети X (бывший Twitter), посвященные присутствию трансгендеров в женских туалетах.
Масштаб проблемы носит системный характер: в Великобритании ежедневно арестовывают около 30 человек за их высказывания в интернете. В арсенале правоохранительных органов находятся весьма размытые юридические инструменты:
-
Статья 127 Закона о злонамеренных коммуникациях, позволяющая преследовать граждан за «грубо оскорбительные» или «ненавистнические» высказывания.
-
Практика официальной фиксации «инцидентов ненависти, не являющихся преступлениями» (non-crime hate incidents).
-
Внесудебные предупреждения, которые накладывают несмываемое пятно на репутацию человека и закрывают ему доступ к нормальному трудоустройству.
Константин Кисин напоминает о громком деле блогера Count Dankula, которого осудили за шуточный ролик с мопсом. В отсутствие аналога Первой поправки к Конституции США британское государство использует этот тотальный паноптикум как превентивное средство, заставляя граждан добровольно молчать ради поддержания фальшивой социальной сплоченности. Доходит до абсурда: на одном из митингов мужчину задержали за фразу «Я люблю бекон». При этом обычный человек, у которого нет многомиллионной аудитории или собственного подкаста, оказывается абсолютно беззащитен перед лицом государственной машины и не может себя оправдать.
Дело Люси Коннолли и Рики Джонса: двойные стандарты правосудия 1:22:35
Ярким свидетельством предвзятости системы стали два противоположных судебных кейса, произошедших почти одновременно. Первым примером служит история Люси Коннолли, которая на фоне летних беспорядков опубликовала импульсивный твит с призывом сжигать отели, где размещали мигрантов. Константин Кисин признает, что это было глупое и недопустимое заявление. Однако сорок лет назад за аналогичные пьяные выкрики в пабе никто бы не стал ломать человеку жизнь уголовным преследованием. Из-за плохой консультации дежурного адвоката женщина признала вину и получила 30 месяцев реального тюремного заключения, отсидев в итоге около года.
Совершенно иначе завершилось дело левого активиста Рики Джонса. На политическом митинге он во всеуслышание назвал оппонентов нацистами и прямо призвал «перерезать им глотки», подкрепляя свои слова однозначной жестикуляцией у шеи. Несмотря на очевидную радикальность лозунга, суд присяжных полностью оправдал Джонса. Кисин подчеркивает, что с правовой точки зрения оправдание Джонса корректно, поскольку реальное тюремное заключение должно наступать исключительно за прямое, сиюминутное подстрекательство к физическому насилию в конкретный момент. Проблема заключается в том, что аналогичный стандарт справедливости должен был быть применен и к Люси Коннолли, но система предпочла устроить над ней показательную порку.
Феномен двухъярусного правосудия и идеологическое давление 1:26:17
Эти кричащие диспропорции подвели Криса Уильямсона и его гостя к обсуждению концепции «двухъярусного правосудия» (two-tier justice). Константин Кисин объясняет, что этот термин прочно закрепился в британском обществе после очевидного контраста в действиях силовиков: во время пандемии участников антиковидных протестов полиция жестко избивала и вжимала коленями в асфальт, тогда как перед участниками погромов BLM офицеры демонстративно преклоняли колено. Судебная и правоохранительная системы Великобритании оказались скованы жесткими идеологическими воук-директивами, поступающими от руководства. Простые полицейские на улицах зачастую сами глубоко смущены необходимостью арестовывать людей за твиты, но они обязаны исполнять инструкции.
Ситуация усугубляется законодательным «болотом». Гость цитирует известную метафору: «Больное общество накопляет законы так же, как больной старик накопляет лекарства». Базис для этого закручивания гаек был заложен еще администрацией Тони Блэра через Закон о равных правах и реформу гражданской службы, лишившую ведомства независимости. Ситуация дошла до того, что британцы начали использовать изощренное «злонамеренное подчинение» (malicious compliance) и ироничные лайфхаки: например, рисуют британский флаг вокруг дорожных выбоин, так как местные советы обязаны оперативно ликвидировать патриотическую символику, попутно ремонтируя саму дорогу. В быту это порождает мрачные шутки о том, что полиция проигнорирует ограбление вашего дома, но мгновенно приедет на вызов, если вас «неправильно отгендерили» в соцсетях.
В завершение этой части разговора Крис Уильямсон задается вопросом, насколько глубоко корни этого цинизма уходят в экономическую стагнацию страны. Константин Кисин признает, что затяжной упадок уровня жизни и отсутствие роста реальных зарплат лишают общество прежнего запаса прочности, заставляя скрытые системные противоречия выходить наружу с удвоенной силой.
📉 Экономический тупик Британии: зелёная инфляция, велфер-капканы и миражи левого популизма 1:40:53
Зелёное удушье: как политика Net Zero уничтожает британскую промышленность 1:40:53
Современная Великобритания оказалась в тисках глубокого энергетического кризиса, который ставит под угрозу само существование её производственного сектора. Как отмечает Константин Кисин (Konstantin Kisin), сегодня в стране зафиксированы самые высокие в мире цены на промышленную электроэнергию, а по уровню розничных тарифов для конечных потребителей Соединённое Королевство стабильно удерживает четвёртое место на планете. Этот экономический абсурд не является случайностью — это прямой результат так называемых «зелёных сборов», бесконечных субсидий и всей государственной стратегии Net Zero («чистого нуля»). Цена на энергоносители оказалась полностью оторвана от их реальной рыночной стоимости в точке покупки.
Логика идеологов Net Zero предельно цинична и прозрачна: сделать энергию искусственно дорогой, чтобы принудительно заставить бизнес и население снизить её потребление. Этот метод аналогичен введению огромных акцизов на сигареты, топливо или алкоголь с целью дестимулирования спроса. По сути, государство сознательно и целенаправленно уничтожает собственное экономическое процветание. Константин Кисин подчеркивает, что эта «суицидальная идея» никак не помогает глобальному климату. Британия просто закрывает внутренние заводы и передаёт производство товаров другим странам, где они производятся гораздо более грязными методами, после чего их везут обратно на огромных грузовых кораблях, лишь увеличивая общемировые углеродные выбросы.
Ведущий Крис Уильямсон (Chris Williamson) подкрепляет этот тезис статистикой: углеродный след человека, переезжающего в Великобританию из развивающихся стран вроде Судана или Сирии, мгновенно вырастает примерно в пять раз. (Ранее в разговоре собеседники уже упоминали деструктивное влияние неконтролируемой иммиграции на социальную инфраструктуру страны). Вся климатическая повестка превратилась в акт «токсичной эмпатии» и самолюбования элит, не имеющий ничего общего с реальным решением экологических проблем.
Государство-нянька: как система пособий превратилась в социальный капкан 1:48:39
Не менее разрушительным фактором для британской государственности стал масштабный кризис системы социального обеспечения. Крис Уильямсон приводит тревожные статистические данные, наглядно иллюстрирующие масштаб катастрофы:
-
25% молодых людей в Великобритании в возрасте до 35 лет на сегодняшний день официально получают государственные пособия;
-
52% всех британских домохозяйств берут от государства в виде различных выплат больше, чем вносят в бюджет через налоги.
Такой перекос превращает классическую «сеть социальной безопасности» сначала в расслабляющий «гамак», а затем и в полноценную ловушку, лишающую людей стимулов к какому-либо развитию.
Современный велфер в Великобритании выстроил извращённую систему стимулов: симулировать ментальные расстройства или заявлять о своей нетрудоспособности стало экономически выгодно, поскольку государство щедро вознаграждает это деньгами и бесплатным жильём. Вспоминая своё интервью с аналитиком Фрейзером Нельсоном (Fraser Nelson), Кисин соглашается, что система буквально берет людей в заложники. Гость приводит личный пример: если бы в свои двадцать с небольшим лет, находясь в состоянии тяжёлой депрессии, он получил от правительства предложение в виде 25 тысяч фунтов стерлингов в год и бесплатного дома, он со всеми своими амбициями, скорее всего, поддался бы соблазну и остался в этой зоне комфорта, играя в видеоигры. Пока государство не ликвидирует эти капканы, молодое поколение продолжит терять мотивацию к труду и созиданию.
Экономика делёжки: почему нарратив Гэри Стивенсона популярен, но ошибочен 1:51:19
Падение уровня жизни обычных британцев создало идеальную почву для взрывного роста популярности левых популистских теорий. Главным медийным выразителем этих идей в Великобритании стал блогер Гэри Стивенсон и его проект Gary's Economics. Константин Кисин признаёт, что ошеломительный успех Стивенсона — это закономерный симптом того, что рабочий класс действительно находится в отчаянном положении и ищет простые ответы. Нарратив о том, что «богатые ограбили вас и забрали все деньги», ментально очень комфортен для масс, но экономически глубоко ошибочен.
Реальная причина падения уровня жизни в Великобритании заключается не в самом факте существования сверхбогатых людей, а в отсутствии динамики внутри национальной экономики. Для сравнения, в США, где класс миллиардеров не менее масштабен, ВВП на душу населения демонстрирует колоссальный рост по сравнению с показателями 2008 года, в то время как Великобритания топчется на месте, увязая в долгах. Проблема Гэри Стивенсона и аналогичных левых комментаторов в том, что они изначально встраивают в свою картину мира нулевой экономический рост. Их мышление заперто в «менталитете дефицита»: они сосредоточены исключительно на том, как посильнее наказать богатых налогами и заново поделить существующий пирог, вместо того чтобы создавать условия для выпекания пирога большего размера. Настоящее спасение страны лежит через радикальное реформирование госаппарата, поддержку бизнеса и возрождение здоровых амбиций в духе тэтчеризма, а не через утопическое перераспределение. Крис Уильямсон резюмирует, что этот левый экономический нарратив напоминает феномен Эндрю Тейта: авторы безошибочно диагностируют боль общества, но выписывают ему ошибочное лекарство.
📉 Идеологические разногласия и кризис новых медиа 6:48
Конфликт с Такером Карлсоном и границы дискуссии 6:48
Константин Кисин откровенно обсуждает свои непростые отношения с Такером Карлсоном, подчеркивая, что его приоритетом всегда остается поиск истины, а не поддержание дружеских связей в ущерб принципам. Кисин вспоминает, что во времена работы Карлсона на Fox News он пытался инициировать честную дискуссию по украинскому вопросу, поскольку считал, что Карлсон транслирует «откровенную ложь». Однако в ответ он получил не приглашение к дебатам, а предупреждение от команды продюсеров: если он позволит себе публично не согласиться с позицией Карлсона, его ждет бан на шоу.
Позже, уже после визита Карлсона в Россию, Кисин опубликовал статью, в которой проанализировал становление определенной прослойки «правых», которую он сравнил с «проснувшимися» (woke) левыми. По мнению Кисина, этот сегмент правого лагеря перенял их методы: одержимость идентичностью, ставка на культуру жертвенности и нежелание вести содержательную полемику, предпочитая «уничтожение» оппонентов. Критикуя также поддержку Карлсоном историка Дэрила Купера, Кисин подчеркивает: его не интересуют игры эго. Он готов хвалить людей за верные действия, но столь же решительно критиковать их за «глупость и безответственность», независимо от личных отношений.
Идеологический раскол правого лагеря 8:32
Крис Уильямсон и Константин Кисин констатируют, что некогда сплоченная коалиция, объединенная борьбой с «воукизмом», переживает глубокий раскол. По словам Кисина, каждое крупное общественное потрясение — от пандемии COVID-19 до войны в Украине и ситуации в Газе — действует как клин, дробящий правое сообщество на новые фракции.
Хотя многие анти-воук активисты демонстрировали единство в вопросах пандемии, внутри этой группы существовали нюансы — от умеренной позиции по вакцинации до веры в теории «хоуксдемии» (hoax-demic). Однако именно война в Украине стала точкой окончательного разрыва. Далее последовали разногласия по вопросам внешней политики США, в частности, относительно ударов по Ирану. Кисин отмечает, что часть правых, движимая понятной усталостью от войн в Ираке и Афганистане, впала в крайний изоляционизм, считая любой конфликт неприемлемым. Это привело к абсурдным, с его точки зрения, ситуациям, когда отдельные комментаторы призывали к импичменту Дональда Трампа за его действия на Ближнем Востоке, хотя события впоследствии доказали правоту президента.
Погоня за кликами и деградация медиа-пространства 13:58
Обсуждая будущее альтернативных медиа, Крис Уильямсон и Константин Кисин выражают обеспокоенность тем, что независимые площадки рискуют повторить ошибки традиционных корпоративных СМИ. Главная ловушка для создателей контента — это «пленение аудиторией» (audience capture), когда желание получать больше просмотров и денег заставляет автора транслировать то, что хочет услышать публика, даже если это противоречит истине или личным убеждениям создателя.
Кисин призывает не превращать политическую дискуссию в «шоу Джерри Спрингера», где ради кликов обсуждаются второстепенные, «моронические» темы. Он сравнивает такой подход с фастфудом: аудитория может продолжать кликать на этот контент, но после потребления остается чувство опустошения, как после нездоровой пищи. Вместо этого, по мнению Кисина, новые медиа должны использовать свое уникальное преимущество — возможность вести глубокие, содержательные разговоры, чего практически перестали делать классические издания. Важно помнить, что создание контента в интернете — это власть влиять на людей, и авторы несут моральную ответственность за то, делают ли они что-то полезное или приумножают безумие в обществе.
