«Мне было легче бросить крэк, чем углеводы», — признается ветеран комедии Рич Вос, чья жизнь напоминает сценарий фильма, где психиатрические лечебницы соседствуют с выступлениями на HBO. Это откровенный разговор о том, как превратить 39 лет трезвости в инструмент выживания в индустрии, которая никогда не прощает ошибок, но отчаянно жаждет искренности.
💎 Пустота в погоне за внешним блеском 0:16
Рич Вос открыто признается, что его материальные приобретения — это лишь попытки заполнить глубокую эмоциональную дыру внутри себя. Джо Роган подмечает, что гость буквально «осыпан бриллиантами», на что Вос отвечает с иронией: «Я просто пуст внутри. Это [покупки] заполняет дыру на какое-то время, а потом ты возвращаешься домой и понимаешь: я ненавижу свою жизнь, я ненавижу то, что у меня внутри, там нет никакой духовности, но зато я могу смотреть на свою пустоту через призму дорогих бриллиантов».
Эта неспособность остановиться проявляется даже в бытовых вещах, например, в маниакальной смене автомобилей. Вос рассказывает, как однажды купил Lexus IS-350, но уже через семь месяцев, чувствуя приступ депрессии, решил сменить его на другую модель. Год спустя, находясь на сервисе, он увидел ту же машину, но в другом оттенке серого — «slate gray», — и тут же купил её снова. «Я легко поддаюсь скуке, — объясняет комик. — Я просто мошенник сам по себе. Однажды на день рождения жены я купил себе новую машину». Подобная аддиктивная модель поведения прослеживается и в его увлечении кормлением птиц: начав с одной кормушки, он установил семь штук вокруг дома, надеясь, что семикратное увеличение «птичьего хаоса» принесет ему больше спокойствия.
🎭 Жажда успеха и профессиональное признание 3:27
Вос размышляет о тонкой грани между финансовым успехом, просмотрами и истинным уважением в комедийной среде. Несмотря на наличие семи альбомов и успешную карьеру, он постоянно чувствует, что ему не хватает «чего-то еще». Роган предполагает, что такой настрой может быть формой самосаботажа: «Может, ты так взаимодействуешь с миром, что твои ожидания приглушены, и ты почти хочешь провалиться, потому что это привычнее, чем новый уровень успеха, который потребует еще большей ответственности и давления?»
Вос признается, что эта привычка «чувствовать себя комфортно в дискомфорте» уходит корнями в его прошлое, связанное с наркотической зависимостью. Тем не менее, он настаивает: в профессиональном плане он не саботирует себя, а просто ищет одобрения тех, кого считает авторитетами. «Я думаю, в жизни я больше сосредоточен на уважении, чем на достижениях, — говорит он. — Я заработал уважение своих коллег, причем как белых, так и чернокожих комиков, которых многие белые даже не знают». Он подчеркивает, что для него важно признание именно внутри индустрии, а не просто цифры продаж.
🏢 Комики против владельцев площадок 15:52
Разговор неизбежно переходит к сложностям работы с владельцами клубов. Вос описывает их как людей, для которых комедия — это чистая математика. «Я сказал одному владельцу клуба: "Послушай, я сейчас смешон как никогда в своей жизни", а он ответил: "Это не имеет никакого значения". Для них это всё — быстрый способ заработать, им важно только продать билеты».
Этот конфликт интересов — вечная тема для стендап-комиков. Вос вспоминает свои попытки наладить отношения с Wendy из Comedy Works в Денвере, которая отказалась брать его обратно после того, как он, по её мнению, уделил слишком много времени работе с залом во время выступления. Вос пытался проявить дипломатичность, предлагая «забыть прошлое», но столкнулся с полным игнорированием. Джо Роган, в свою очередь, отмечает, что некоторые владельцы клубов, такие как владельцы Comedy Connection в Род-Айленде, искренне любят комедию, что делает их отношение к артистам более уважительным, в отличие от тех, кто видит в комиках лишь способ «держать двери открытыми». Вос заключает, что он больше не пытается кого-то переубедить, так как понял: у владельцев свой бизнес, и если они делают выбор не в его пользу, он просто найдет другую работу.
🎲 Глава 2. Кости в Вегасе, комедийный брак и бостонское дно 25:22
Иллюзия контроля: азартные игры и психология компульсивности 25:22
Разговор Джо Рогана и Рича Воса плавно переходит на тему внутренней тяги к риску и острым ощущениям, которая заставляет человека с пограничной структурой личности чувствовать себя по-настоящему живым. Вос вспоминает свою знаковую поездку в Лас-Вегас, где он подошел к столу для игры в кости (крэпс) всего с 300 долларами в кармане. В тот вечер компульсивная удача оказалась на его стороне: комик удерживал кости в руках почти час, превратив стартовую сумму в 5000 долларов, пока вся толпа вокруг стола скандировала безумные кричалки. Тем не менее, истинная природа зависимости проявилась позже: остаток недели Вос вообще не подходил к играм, понимая, что повторить подобный триумф ментально не сможет.
Эта тяга к крайностям до сих пор накладывает отпечаток на его жизнь, даже спустя десятилетия абсолютной трезвости. Рич описывает случай в канадском казино, куда он приехал с женой Бонни. Пытаясь перестраховаться от самого себя, он решил вернуться в отель, чтобы оставить там наличные и кредитные карты, на что супруга удивленно спросила, зачем вообще заходить в зал с деньгами. Бонни просто не застала те времена, когда Рич был активным аддиктом, в отличие от Джо Рогана, который прекрасно помнит его в самые темные периоды.
Психология аддиктивного ума Воса проявляется даже в бытовых мелочах, где полностью отсутствует внутренний тормоз. Ярким примером служит анекдотичная история о печенье: когда его дочь приготовила домашнюю выпечку, Рич не смог остановиться и опомнился только тогда, когда ему пришлось буквально выбросить седьмое печенье в мусорное ведро, чтобы прервать этот круг. Он искренне не понимает людей, способных выпить одну бутылку пива во время игры в гольф ради вкуса:
«Какого черта вы делаете? Гейторейд тоже вкусный. Люди пьют, чтобы напиться. Зачем вообще пить просто одно пиво?»
Союз двух комедиантов: вопреки стереотипам индустрии 27:14
Обсуждая личную жизнь, Джо Роган отмечает, что Рич Вос и Бонни Макфарлейн ломают устоявшееся в индустрии предубеждение о том, что двум комикам противопоказано строить семью. Джо называет их одной из самых смешных супружеских пар в истории стендапа, ставя в один ряд с такими известными союзами, как:
- Том Сигура и Кристина Пашитски
- Моше Кашер и Наташа Леджеро
Рич убежден, что брак с коллегой по цеху имеет массу преимуществ: «Что мне делать? Возвращаться домой к дантисту?». По его мнению, их союз укрепляет уникальное циничное взаимопонимание — они по-настоящему сближаются, когда находят общего «врага» в индустрии, которого можно вместе высмеять, постоянно генерируют комедийный материал и заставляют друг друга смеяться.
При этом Вос признает, что если мужчина-комедиант изначально должен быть ментально травмированным, то для женщины в стендапе это совершенно иной уровень экзистенциальных сложностей. Женщинам на гастролях приходится постоянно беспокоиться о личной безопасности, неадекватных фанатах и сталкерах. Разность бэкграундов тоже добавляет паре колорита: Бонни выросла на глухой ферме в жестких условиях, где ей приходилось своими руками резать кур, а в доме долгое время не было даже проточной воды.
Секрет долговечности их брака кроется в отсутствии профессиональной ревности. Правило «не встречаться с комиками» работает преимущественно для новичков, у которых неизбежно возникает токсичное соперничество. Рич и Бонни начали жить вместе, будучи уже состоявшимися, авторитетными артистами. Сам Вос с гордостью вспоминает легендарную нью-йоркскую школу, в которой он формировался наряду с Патрисом О'Нилом, Джимом Нортоном, Биллом Бёрром и другими тяжеловесами жанра. Эта закалка ковалась в жестких реалиях марафонов, вроде «выпускных шоу» в клубе Dangerfields, где комедианты выступали перед пьяными подростками с 7 вечера до 5 часов утра без перерыва.
Бостонский трип и точка невозврата 36:36
Воспоминания о суровом клубном прошлом неизбежно приводят Воса к детальному рассказу о его падении на наркотическое дно. Он описывает показательный случай в Скрантоне, штат Пенсильвания, когда после выступления в отеле Holiday Inn владелец клуба завел артистов в бэкстейдж, достал огромный пакет кокаина и прямо спросил: «Вам выдать гонорар кокаином или деньгами?». Рич без колебаний выбрал наркотик, в то время как его молодой коллега Адам Сэндлер забрал деньги, что и определило разницу в их дальнейших карьерных траекториях.
Пиком зависимости Воса стали регулярные поездки в Бостон. Весь заработок уходил местному дилеру Майку, которого позже ликвидировали колумбийские картели, а сам комик неделями жил в дешевом отеле Milner в окружении маргиналов. Последняя гастрольная поездка Рича превратилась в настоящий психоделический кошмар. После сетов в провинциальных Plums и Worcester он связался с местной официанткой, с которой они рванули в Нью-Йорк, накупили крэка и провели ночь в отеле в полном беспамятстве.
К воскресенью Рич оказался без цента в кармане — у него оставалось около 20 долларов, одежда в бумажном пакете и обязательство везти попутчицу обратно в Бостон. От истощения и химического передоза у Рича во время вождения прямо за рулем хлынула кровь из носа. Эта поездка стала абсолютным жизненным дном: спустя две недели Вос окончательно сдался врачам и лег в реабилитационную клинику.
С тех пор его трезвость длится уже 39 лет. Рич прекрасно понимает цену ошибки: если он сорвется сегодня, стоимости одних только его дорогих наручных часов хватит на покупку смертельной дозы. В завершение темы Джо Роган отмечает, что для преодоления компульсивных позывов человеку необходим сильный «второй голос» в голове — внутренний коуч, способный вовремя остановить саморазрушение. Рич полностью соглашается: его главная фундаментальная цель в жизни — сохранять трезвость, поскольку без неё его семья и комедийная карьера мгновенно перестанут существовать.
В самом конце данного хронометража собеседники также затронули тему внезапного всплеска антисемитизма в США и политизированных протестов в кампусах американских колледжей, однако этот масштабный идеологический блок относится к следующему этапу их беседы и будет детально разобран в третьей главе статьи.
🌍 Всплеск ненависти, уроки истории и психология протеста 50:26
Скрытая ненависть и режиссура студенческих протестов 50:26
Трагические события 7 октября не просто обострили ближневосточный конфликт, но и обнажили глубоко укоренившийся, скрытый антисемитизм в западном обществе. Джо Роган откровенно признается: будучи человеком нееврейского происхождения, он долгое время считал разговоры о глобальном антисемитизме преувеличением. Однако масштаб и агрессия вспыхнувших после этой даты протестов заставили его пересмотреть свои взгляды. Особое недоумение у собеседников вызывает волна ярости, направленная против самих призывов вернуть заложников домой. Рич Вос подчеркивает абсурдность ситуации: протестующие срывали плакаты с изображениями похищенных людей, среди которых были обычные волонтеры и гуманитарные работники, искренне пытавшиеся помочь жителям сектора Газа.
Анализируя ситуацию в американских университетах, Рич Вос, как сторонник Первой поправки, заявляет, что каждый имеет право на свободу слова, но протестующие обязаны снимать маски. В современном обществе ношение масок на демонстрациях превратилось в серьезную проблему общественной безопасности, так как это мешает идентификации преступников. Вос проводит историческую параллель с антивоенными протестами времен Вьетнама, когда активисты гордо демонстрировали свои лица, несмотря на отсутствие систем распознавания лиц и камер слежения в небе.
Джо Роган добавляет, что нынешние студенческие беспорядки выглядят четко срежиссированными извне. В этих процессах огромную роль играет психология толпы: в мире гораздо больше ведомых людей, чем лидеров, и массы с готовностью примыкают к любому громкому движению, будь то Black Lives Matter или радикальный экологизм. Это приводит к появлению парадоксальных и откровенно комичных союзов, таких как «Представители ЛГБТ за ХАМАС». Роган с иронией напоминает о суровой реальности: в условиях реального исламистского режима этих активистов просто сбросили бы с крыши первого же уцелевшего здания.
Исторический контекст и право Израиля на защиту 51:16
Чтобы наглядно проиллюстрировать геополитическое положение Израиля, Рич Вос приносит в студию запечатанный конверт с картами и графиками. Физический масштаб государства поражает своей миниатюрностью на фоне исламского мира: крошечный Израиль буквально зажат между гигантскими арабскими странами. Роган отмечает, что страна вынуждена держать оборону под ударами четырех или пяти государств одновременно, включая открыто враждебные Турцию и Иран. При этом Вос убежден: если бы заложники были безоговочно отпущены 10 октября, никакой масштабной военной операции и разрушений в Газе не произошло бы. Он напоминает об упущенных возможностях мирного урегулирования: во времена администрации Клинтона лидер Палестины Ясир Арафат посещал Белый дом шесть или семь раз, но раз за разом отвергал идею создания двух государств, поскольку мирный статус лишил бы его, как террориста, легитимности и смысла существования.
Тем не менее, Роган указывает на страшную цену этой борьбы. Ковровые бомбардировки и уничтожение инфраструктуры Газы привели к гибели тысяч невинных людей. По мнению ведущего, это создает замкнутый круг насилия: выжившие дети, братья и родственники погибших неизбежно пополнят ряды новых радикальных групровок. Пытаясь найти исторические аналогии, собеседники вспоминают послевоенную Японию, где после гибели 350 000 человек от атомных бомб ненависть к США ощущалась вплоть до 1970-х годов. Однако ближневосточный кризис устроен иначе — здесь непрерывная война идет с первого дня основания государства, включая Шестидневную войну и войну Судного дня.
В поисках корней этой трагедии Роган ссылается на исторический подкаст Дэррила Купера «Страх и ненависть в Новом Иерусалиме», подробно описывающий жестокие еврейские погромы в Европе, которые и вынудили сотни тысяч людей искать спасения на исторической родине. Обратившись к историческим хроникам прямо во время эфира, Джо зачитывает ключевые вехи присутствия евреев в регионе:
-
Первые поселения израильтян, развившиеся из южных хананеев, появились на этой земле около 1250 года до н.э..
-
В X веке до н.э. на территории сформировались два независимых царства — Израильское и Иудейское.
-
После череды завоеваний Ассирией и Вавилоном, в 538 году до н.э. персидский царь Кир Великий положил конец вавилонскому плену, позволив евреям вернуться на родину.
-
В 70 году н.э. римляне разрушили Второй храм в Иерусалиме, что привело к масштабной еврейской диаспоре по всему миру.
Официальное воссоздание государства Израиль в 1948 году стало спасительным домом для выживших в катастрофе Холокоста. В качестве контраста к религиозной радикализации региона Роган вспоминает Иран 1970-х годов. До исламской революции 1979 года это было светское, фактически европейское государство, где женщины носили мини-юбки и свободно отдыхали на пляжах. Сегодня же за отказ от хиджаба или онлайн-протесты граждан казнят, как это произошло со знаменитым олимпийским борцом. Касаясь темы закулисной жизни комиков и их профессиональных конфликтов, подробно разобранных в первой главе, Вос вскользь замечает, что в сегодняшних реалиях ему самому приходится тщательно взвешивать слова, и он даже доверил жене написать текст для увольнения своего менеджера.
Радикальный экоактивизм и методы манипуляции толпой 1:08:41
Вторая часть дискуссии разворачивается вокруг феномена радикального экологического активизма, который Джо Роган подвергает жесткой критике. Блокирование оживленных автомагистралей людьми с плакатами вызывает у ведущего ярость: он убежден, что такие методы не способны изменить чье-либо мнение, а служат лишь формой психологического контроля над толпой. Останавливая трафик, активисты тешат собственное эго, игнорируя тот факт, что в заторах могут стоять машины скорой помощи или рожающие женщины. Акты вандализма в Рейксмюсеуме или музее Ван Гога, где картины обливают краской, а себя приклеивают к стенам, Роган называет чистым безумием. В ответ Рич Вос рассказывает комичную историю о протестующих в автосалоне Porsche: активисты приклеили свои руки к полу, а сотрудники автоцентра просто выключили свет, заперли двери и оставили их одних на всю ночь.
По мнению Рогана, костяк подобных движений составляют изнеженные и привилегированные белые дети обеспеченных инвестиционных банкиров. Они бунтуют против родителей, совершенно не разбираясь в науке. Джо объясняет, что за публичной «зеленой повесткой» стоят огромные корпоративные бюджеты: крупные компании спонсируют протесты, чтобы пролоббировать выгодные для себя законы и захватить зарождающиеся эко-рынки.
При этом реальные климатические данные часто игнорируются. Роган приводит публикацию из Washington Post, подтверждающую, что в масштабе последних 50 миллионов лет Земля находится в фазе глобального похолодания, а статичной температуры на планете не существовало никогда. На климат влияют неконтролируемые факторы, включая солнечную активность. Примером тому служит Событие Кэррингтона 1859 года — мощнейшая геомагнитная буря в истории, вызвавшая полярные сияния по всему миру и пожары на телеграфных станциях. Повторение такой бури сегодня полностью уничтожит энергосети и спутники. Ведущий резюмирует, что электромобили и ветряки не решат глобальных проблем, особенно учитывая, что Китай, являясь гигантским загрязнителем, прямо сейчас строит 200 новых угольных электростанций. Руководство Китая действует исключительно в своих финансовых и суверенных интересах ради выживания страны — точно так же, как Израиль делает все необходимое, чтобы его народ не был окончательно стерт с лица земли.
📺 Манипуляции в СМИ, биохакинг суставов и глубинная тревога Рича Воса 1:17:12
Кризис доверия: как современные медиа превратились в активистов 1:17:12
Современные средства массовой информации давно перестали быть беспристрастным источником новостей, превратившись в коммерциализированные инструменты пропаганды и кликбейта. Джо Роган и Рич Вос детально разбирают этот кризис на примере культового американского телешоу «60 минут». Шокирующим примером предвзятости и отсутствия элементарной человеческой эмпатии стало интервью журналистки Лесли Стал с одной из освобожденных заложниц. Журналистка на полном серьезе спросила измученную женщину, не думает ли та, что боевики ХАМАС не кормили пленников просто потому, что у них самих закончилась еда. Роган отмечает, что подобные вопросы абсурдны и жестоки, особенно на фоне ужасающих кадров с истощенными лицами заложников, которых буквально морили голодом. Еще более циничным проявлением редакционной цензуры стал скандал вокруг интервью с Камалой Харрис, где создатели передачи вырезали ее несвязный ответ, подставив на его место четкую реплику из другой части беседы. По мнению Рогана, это не имеет ничего общего с журналистикой — телевизионные новости превратились в грязный бизнес, существующий на деньги от рекламы фармацевтических гигантов. Рич Вос, рассуждая о цензуре, вспоминает свои регулярные выступления на популярном вечернем шоу Gutfeld!, где комикам до сих пор позволяют шутить без жестких рамок «левой» политической повестки. При этом критики Воса годами работают на те самые фармацевтические корпорации, которые несут ответственность за бесчисленные случаи смертей по всему миру, но лицемерно пытаются читать артистам мораль.
Регенеративная медицина против скальпеля: спасение плеча Рича Воса 1:21:10
Разговор о вреде фармацевтики плавно переходит к теме здоровья и восстановления, когда Рич Вос признается, что приехал на подкаст в том числе ради медицинской помощи. Комик страдает от серьезной травмы — разрыва вращательной манжеты плеча. Традиционная хирургия пугает 67-летнего Воса: операция на суставе предполагает тяжелую шестимесячную реабилитацию, которая далеко не всегда гарантирует стопроцентный результат. Как давний сторонник биохакинга, Джо Роган убеждает коллегу отказаться от радикального хирургического вмешательства в пользу регенеративных технологий и рекомендует пройти курс терапии стволовыми клетками и пептидами BPC-157. Экспериментальное вещество BPC-157 (Body Protection Compound 157) представляет собой пептид, эффективно ускоряющий заживление повреждений мягких тканей и сухожилий. Помимо инъекций, Джо настаивает на обязательной физической реабилитации, рекомендуя Ричу вращения руками с фитнес-резинками и пассивное висение на турнике для декомпрессии плечевых суставов. Вос выражает сомнение, стоит ли усердствовать с тренировками в его возрасте, однако Роган категорически отвергает этот скептицизм, заявляя, что пока человек жив, его тело способно восстанавливаться и строить мышцы даже в 80 лет. В итоге Джо обещает лично организовать для Рича визит в специализированную клинику восстановительной медицины уже на следующее утро.
Вне собственного тела: многолетняя борьба Рича Воса с паническим расстройством 1:32:08
За маской циничного стендап-комика скрывается многолетняя история борьбы с тяжелейшим психическим недугом. Рич Вос откровенно признается, что страдает от панического расстройства всю свою сознательную жизнь, а впервые парализующая тревога накрыла его в возрасте 21 года. В те времена официальная медицина практически ничего не знала о панических атаках, поэтому врачи сочли молодого парня сумасшедшим и поместили в психиатрическое отделение, накачивая тяжелыми нейролептиками вроде торазина. Описывая симптомы своего пикового состояния, комик отмечает жуткое чувство деперсонализации, когда собственный голос казался ему эхом, а сам он будто находился вне своего тела. Ситуацию усугубляло курение марихуаны, подстегивавшее паранойю. Новый виток кошмара случился, когда Восу исполнилось 40 лет: переживая развод, он заботился о детях, разрываясь между отцовством и ночной работой. Стресс спровоцировал мощный рецидив, из-за которого Рич был готов навсегда бросить комедию. Спасением стал квалифицированный психотерапевт, который с помощью медикаментозной поддержки помог ему обуздать недуг. Вос осознал главное правило: любое состояние конечно, и тревога обязательно пройдет. Он признается, что испытывал мандраж даже перед текущим эфиром, а также перед каждым из своих выходов на сцену в шоу Tough Crowd. Джо Роган, однако, успокаивает друга, предлагая взглянуть на это иначе: предконцертный страх — это здоровое волнение артиста, показывающее, что он продолжает бросать себе вызов.
🎤 Испытание сценой: От «Def Jam» до «Оскара»
Прожарка Трампа и «Def Jam» 140:25
Рич Вос вспоминает свои выступления в начале 2000-х как одни из самых пугающих моментов карьеры. Особое место в этом списке занимает прожарка Дональда Трампа, проходившая в Нью-Йорке перед двухтысячной аудиторией. Вос признается, что, глядя на состав гостей — от агентов и менеджеров до знаменитостей вроде Айзека Хейза, — он был уверен, что его карьера закончится прямо в тот вечер. Тем не менее, его жесткие шутки, включая колкость о том, что Трамп наносит свое имя на здания лишь для того, чтобы банки знали, какие из них отбирать, сработали отлично.
Вскоре после этого последовал еще один вызов — участие в легендарном шоу «Def Jam» на HBO. Вос стал первым белым комиком, приглашенным в этот проект, что создало напряженную атмосферу. Комик вспоминает, как в те годы это вызывало споры: некоторые темнокожие артисты открыто выражали недовольство тем, что он получил такую возможность. В одном из эпизодов, проходившем в Нью-Йорке, комик, выступавший перед Восом, провалился настолько, что аудитория, которой запретили освистывать артистов, лишь издавала гнетущие звуки разочарования. Вос, выступавший в последний вечер, был вынужден соответствовать ожиданиям, даже следуя требованиям Рассела Симмонса носить мешковатую одежду бренда Fat Farm, чтобы вписаться в эстетику шоу. Хотя сейчас он называет это «пандерингом» (заигрыванием с аудиторией), тогда выступление прошло успешно, став вторым по значимости испытанием его профессионализма.
Голливудское лицемерие и инцидент на «Оскаре» 152:17
Джо Роган и Рич Вос сходятся во мнении, что индустрия наград, таких как «Оскар» или «Эмми», превратилась в механизм самолюбования, где важнее принадлежность к группе, чем реальный талант. Иллюстрацией этого лицемерия они считают инцидент между Уиллом Смитом и Крисом Роком. По их мнению, ситуация, когда Смит ударил Рока на сцене, а спустя короткое время получил стоячую овацию при вручении «Оскара», является абсурдом.
Комики подчеркивают, что этот поступок стал отражением неспособности Смита принимать шутки, что является одной из самых нежелательных черт характера для любого человека. Роган отмечает, что такая агрессия — следствие избытка уверенности и веры в собственную исключительность, в то время как здоровая доля тревожности и неуверенности в себе, свойственная комикам, напротив, служит «щитом» от совершения глупых ошибок. Вос добавляет, что Крис Рок вел себя как настоящий профессионал и «безобидный» человек, который стал жертвой неадекватного поведения, вызванного, вероятно, личными семейными конфликтами Смита. В финале обсуждения они сходятся на том, что умение посмеяться над собой — это важнейший навык, который дарит человеку свободу и радость, в то время как болезненное отношение к иронии лишь ограничивает самого человека.
6. Гормоны, налоги и скрытые угрозы пластика 2:05:41
Гормональный баланс, борьба со старостью и фитнес-рутина 2:05:41
Джо Роган убежден, что качество жизни в зрелом возрасте напрямую зависит от гормонального баланса, и активно развенчивает популярные мифы вокруг гормонозаместительной терапии. Он объясняет, что современная наука способна творить чудеса: после оптимизации сна и базовых показателей врачи могут назначить точную дозировку тестостерона и специальных пептидов. В качестве примера ведущий приводит препарат серморелин, который естественным образом стимулирует выработку гормона роста, заставляя тело восстанавливаться так же эффективно, как в юности. Джо настоятельно рекомендует Ричу Восу, которому уже исполнилось 68 лет, пройти комплексное обследование в специализированной клинике Ways Well, чей владелец ранее даже выступал экспертом в Конгрессе.
Рич Вос, со своей стороны, уверяет, что и так находится в неплохой форме для своего возраста. Он заявляет, что регулярно тренируется шесть дней в неделю в собственном спортзале, оборудованном в подвале, и ежедневно выполняет по 500 скручиваний на пресс. Однако Роган категорически не согласен с таким подходом к фитнесу. Он называет популярные статические планки «абсолютной бессмыслицей», аргументируя это тем, что эффективные упражнения обязаны задействовать полную амплитуду движений и заставлять все тело работать как единый механизм. Вместо этого Джо рекомендует обратные приседания на кабельном тренажере для проработки нижней части пресса.
Роган замечает, что во время теста на растяжку спина Рича оставалась скованной, что свидетельствует о сильном мышечном напряжении в поясничном отделе и проблемах с седалищным нервом. В ходе шутливой дискуссии о физической форме других комиков, таких как подтянутый Марк Норманд и тренирующийся в местном зале Шейн Гиллис, Джо призывает коллегу немедленно убрать из рациона сахар и печенье. Он ставит перед Восом жесткую цель — сбросить 20 фунтов жира к 30 июня, дню рождения Рича. Вос иронизирует, что отказ от углеводов стал для него более тяжелым испытанием, чем борьба с наркотической зависимостью в прошлом (ранее в разговоре они уже вскользь касались истории его падения на дно и реабилитации). Роган обещает уже на следующий день организовать для Рича сдачу комплексного и максимально подробного анализа крови, чтобы выявить все скрытые проблемы в организме.
Лицемерие лозунга «Налог для богатых» и глобальное неравенство 2:06:44
Обсуждение запуска космического корабля компании Blue Origin с полностью женским экипажем, куда вошли Кэти Перри и Лорен Санчес, быстро перерастает в глубокую дискуссию о налогах и экономическом популизме. Рич Вос отмечает, что создатели проекта вынуждены скрывать реальную стоимость полета, чтобы избежать волны критики от интернет-пользователей, заявляющих, будто эти деньги следовало направить на обеспечение жильем бездомных. Джо Роган жестко критикует подобных комментаторов, называя их «кухонными математиками», одержимыми подсчетом чужих денег. По мнению ведущего, в обществе укоренилось опасное и лицемерное мышление, когда каждый, кто заработал больше тебя, автоматически объявляется главным источником всех бед.
Главным объектом критики комиков становится конгрессвумен Александрия Окасио-Кортес и ее знаменитый лозунг «Tax the Rich» («Налог для богатых»), который она когда-то продемонстрировала на своем платье. Роган указывает на то, что большинство яростных критиков капитализма сами прочно входят в число сверхбогатых людей, но упорно отказываются замечать собственное благополучие. Вместо бездумного повышения налогов Джо предлагает обратить внимание на то, как государство распоряжается уже имеющимися бюджетами. В качестве примера неэффективности властей он приводит шокирующие данные расследования DOGE, обнаружившего трату 250 миллионов долларов налогоплательщиков на бессмысленные исследования по смене пола у лабораторных мышей.
Ведущий напоминает, что тот же Илон Маск за прошедший год выплатил в казну больше налогов, чем любой другой человек в истории Соединенных Штатов. В довершение Роган озвучивает отрезвляющий статистический факт: любой человек, чей годовой доход составляет всего 34 000 американских долларов, автоматически входит в 1% самых богатых жителей планеты Земля. Именно поэтому обвинения в адрес успешных предпринимателей, звучащие из престижных манхэттенских апартаментов, забитых дорогой едой из доставки, выглядят как верх цинизма на фоне остального мира, где миллиарды людей вынуждены жить в абсолютной нищете.
Скрытая угроза: микропластик в кофейных стаканчиках 2:24:44
Когда речь заходит о причинах возникновения онкологических заболеваний, Рич Вос упоминает слухи о вреде популярного в Канаде копченого мяса, однако Джо Роган призывает не верить сомнительным исследованиям и смотреть на вещи реалистично. Роган утверждает, что человечество веками готовило пищу на открытом огне, а настоящую угрозу для здоровья сегодня представляют гербициды, пестициды и так называемые «вечные химикаты» (PFAS), незаметно проникающие в наш организм через повседневные предметы. Одним из самых опасных и при этом массовых источников токсинов ведущий называет обычные одноразовые бумажные стаканчики для горячих напитков.
Джо ссылается на резонансный видеоролик доктора Пола Саладино, который провел эксперимент и растворил бумажную основу стакана из Starbucks, обнажив его скрытую суть: изнутри он покрыт сплошным пластиковым слоем, напоминающим презерватив. Роган объясняет, что люди совершают огромную ошибку, наливая кипяток в пластиковую оболочку. Под воздействием высокой температуры токсичные соединения интенсивно вымываются прямо в утренний кофе. Этот невидимый микропластик проникает в ткани и наносит разрушительный удар по эндокринной и гормональной системам человека.
В качестве простого и эффективного решения Джо предлагает навсегда отказаться от бумажной тары в пользу стеклянных банок или дорожных кружек из качественной нержавеющей стали. Вос соглашается с доводами ведущего, отмечая, что его супруга Бонни давно изучила научную литературу по этой теме и категорически отказывается пить из пластика. В самом конце этого насыщенного разговора Рич Вос внезапно переносится воспоминаниями в эпоху своей молодости, рассказывая о панике вокруг первых тестов на ВИЧ в 1980-х годах. Джо Роган подхватывает тему и возлагает ответственность за массовую истерию на Энтони Фаучи — однако подробный разбор эпидемии СПИДа и неоднозначной роли Фаучи в этих событиях станет ключевой темой следующей главы нашей статьи.
🎭 Закулисье старой комедии: от медицинских тайн до дорожных приключений с Дэвидом Спейдом 2:30:44
🧪 Эпидемия СПИДа и спорные методы Энтони Фаучи 2:30:44
Джо Роган и Рич Вос погружаются в обсуждение мрачных страниц американской истории, вспоминая начало эпидемии СПИДа в 1980-х годах и зловещую роль доктора Энтони Фаучи. Джо отмечает, что жесткие реалии того времени легли в основу знаменитого фильма «Далласский клуб покупателей», сюжет которого закручен вокруг искусственного ограничения медикаментов для ВИЧ-инфицированных пациентов. По словам Рогана, именно Фаучи нес персональную ответственность за агрессивное продвижение препарата АЗТ. Изначально это было высокотоксичное химиотерапевтическое средство, разработанное для борьбы с раком. Поскольку АЗТ убивал онкобольных быстрее самого заболевания, его использование прекратили, но позже перепрофилировали для лечения синдрома приобретенного иммунодефицита. Медики назначали его даже тем пациентам, у которых не проявлялось никаких внешних симптомов болезни. Это стал единственный случай в истории медицины, когда людям рекомендовали принимать химиотерапию пожизненно. Джо ссылается на разоблачительную книгу Роберта Кеннеди-младшего «Настоящий Энтони Фаучи», подчеркивая, что созданная тогда атмосфера массовой паники во многом предвосхитила и зеркально отразила кризис времен COVID-19. При этом сама эпидемия имела сложную этиологию: подавляющее большинство первых жертв среди гей-сообщества и наркозависимых годами уничтожали свой иммунитет опасным образом. Ключевыми факторами разрушения защитных сил организма стали:
- Тяжелые синтетические вещества, включая попперсы (амилнитрит) и кристаллический метамфетамин.
- Регулярное многодневное отсутствие сна во время клубных вечеринок.
- Перенос опасных инфекций через кровь при многократном совместном использовании шприцев.
Рич Вос признается, что на рубеже 1990–1992 годов он сам пребывал в ужасе от новостных сводок. В молодости он трижды пробовал колоть героин и опасался заражения. Панику снял лишь откровенный разговор с лечащим врачом, который прямо заявил Ричу, что гетеросексуалам, не практикующим внутривенное введение наркотиков, эта угроза практически не грозит.
🚬 Крэковые хроники и «пленение» Дэвида Спейда 2:34:40
Размышления о запрещенных веществах переходят в серию откровенных воспоминаний Рича Воса о периоде его тяжелой зависимости, которую он иронично называет своей «крэковой карьерой». Комик подробно раскрывает технологию кустарного производства фрибейза. В отличие от обычного кокаина, употребляемого интраназально, крэк требует химической очистки. Рич готовил наркотик с помощью чистого прозрачного аммиака, нагревая смесь в ложке на огне, пока кокаиновое основание не отделялось в виде твердых каменистых фракций. Вос вспоминает безумную ночь на гастролях, когда он украл кокаин у своего спящего товарища. Рич расфасовал заначку на полграммовые порции и четыре раза за ночь бегал в круглосуточный магазин за новыми порциями аммиака. Чтобы не вызывать подозрений у продавцов на рассвете, он на ходу сочинил историю о том, что руководит крупной клининговой компанией. Кульминацией наркотического безумия прошлых лет стала гастрольная поездка в Нью-Джерси, в которую Рич и его друг-наркоман Фрэнки Бастил взяли молодого белого комика, приехавшего из Аризоны. Парень только начинал свой путь в стендапе, отчаянно подражал Джерри Сайнфелду и вел себя крайне скромно — этим юношей был будущая звезда Голливуда Дэвид Спейд. По дороге обратно Рич свернул в опасные кварталы Испанского Гарлема ради покупки дозы, пока на улицах буквально разворачивались поножовщины. В итоге Спейд оказался в положении заложника: Вос курил крэк прямо за рулем движущегося автомобиля, а Фрэнки на заднем сиденье методично кололся героином. Годы спустя Спейд без обид описал это шокирующее приключение в своих мемуарах. Подобный деструктивный стиль жизни в те годы разделяли многие: например, легендарный вентролог Отто Петерсен (из дуэта «Отто и Джордж») мог спокойно курить крэк в машине в присутствии юной дочери владельца комедийного клуба, искренне удивляясь ее панике.
🪵 Кризис жанра: куда исчезли вентрологи и проп-комики 2:41:47
Упоминание легендарных имен уличной сцены выводит собеседников на тему исчезающего искусства классической вентрологии, магии и проп-комедии. Вспоминая выступления покойного Отто Петерсена, Джо Роган отмечает удивительный, почти мистический психологический феномен: его дерзкая кукла по имени Джордж воспринималась зрителями как абсолютно автономное живое существо со своим собственным характером. Отто настолько глубоко погружался в это раздвоение личности, что во время гастрольных переездов заставлял водителя останавливаться на обочине, чтобы проверить, как чувствует себя Джордж, запертый в багажнике. Рич добавляет, что знал и других вентрологов, которые на полном серьезе бережно складывали концертные костюмы своих деревянных партнеров в отдельные комоды отелей. Вос шутит, что всегда мечтал запустить абсурдный номер «вентролога-разбойника», выходя на сцену в маске-бандане, чтобы скрыть движения губ, но Роган со смехом бракует эту идею. Стремительное вымирание столь колоритных комедийных жанров Джо объясняет жесткими законами шоу-бизнеса и эффектом монополизации рынка:
- Вентрологию фактически закрыл для новичков феноменальный коммерческий успех Джеффа Данэма, ставшего абсолютным синонимом жанра.
- Проп-комедию (выступления с реквизитом) постигла та же участь после взлета комика Кэррот Топа (Carrot Top): теперь любого артиста с чемоданом вещей клеймят вторичным подражателем.
- Музыкальный комедийный жанр и классические фокусы постепенно мигрировали на круизные лайнеры, почти полностью исчезнув из современных городских клубов.
Комики с теплотой и ностальгией вспоминают ушедших эксцентриков старой школы, таких как безумный Ленни Шульц, который шокировал публику, внезапно избивая плюшевого медведя Смоки с криками «Заткнись!», или Рип Тейлор, яростно ненавидевший молодых конкурентов. В золотую эпоху 1980-х комедия не имела жестких рамок — артисты могли строить целые выступления на демонстрации бумажных плакатов. Современная же индустрия полностью стандартизировалась, сведясь к чистому разговорному стендапу. В самом финале долгого разговора Джо Роган настойчиво предлагает Ричу заняться своим здоровьем, обещая лично отвезти его в клинику, проверить кровь и сделать инъекции стволовых клеток в поврежденное плечо (ранее в подкасте они подробно обсуждали пользу гормональной терапии и регенеративной медицины), чтобы подготовить ветерана сцены к летним сольным выступлениям в клубе Comedy Mothership.
