В новом выпуске подкаста 20VC Эндрю Фелдман (Andrew Feldman), сооснователь и CEO компании Cerebras, обсуждает с Гарри Стеббингсом (Harry Stebbings) недавний раунд финансирования на $1 млрд, сложности конкуренции с NVIDIA и будущее вычислительных мощностей для ИИ. Фелдман объясняет, почему компания предпочла частные инвестиции немедленному выходу на биржу и как архитектура «цельновафельного» чипа Cerebras решает проблему «бутылочного горлышка» памяти, с которой сталкиваются традиционные GPU.
💰 Раунд на миллиард и стратегия перед IPO 1:28
Cerebras недавно объявила о привлечении $1 млрд — крупнейшем раунде в своей категории. По словам Эндрю Фелдмана, раунд прошел по самой высокой оценке в истории компании при участии ведущих инвесторов, таких как Fidelity, Tiger Global, Valor и 1789 . Особое значение гость придает участию Fidelity, называя их «Оксфордом или Кембриджем в мире инвестиций». Присутствие таких публичных гигантов в реестре акционеров дает Уолл-стрит сигнал уверенности перед будущим выходом на биржу .
Несмотря на слухи о скором IPO, Cerebras предпочла привлечь частный капитал. Эндрю Фелдман выделяет несколько причин для этого решения:
- «Сухой порошок» для роста: Наличие капитала позволяет агрессивно масштабировать производство и строить новые дата-центры. В этом году компания уже открыла пять площадок в США .
- Гибкость: Подготовка к IPO — трудоемкий процесс. Частный раунд позволил быстро получить средства, не отвлекаясь на бюрократию публичного рынка .
- Ставки на будущее: Эндрю Фелдман утверждает, что индустрии нужны не «косметические улучшения» (вроде перехода с 8-битных на 4-битные вычисления), а фундаментальная работа над мощностью, которую этот миллиард и должен обеспечить .
🌪️ Рынок ИИ: Неопределенность и «опционы на будущее» 4:39
Эндрю Фелдман критически оценивает громкие заголовки о сделках на сотни миллиардов долларов. По его мнению, многие заявления о «$100 млрд инвестиций за пять лет» содержат маркетинговую уловку «до» (up to), что позволяет компаниям в реальности тратить гораздо меньше, создавая лишь видимость масштаба .
Главная характеристика текущего момента — невозможность точного планирования. Эндрю Фелдман приводит пример: клиенты приходят с запросами на мощность, варьирующимися от 5 до 40 млн запросов в секунду . Такая разница в порядках говорит о том, что даже крупнейшие игроки не знают, каким будет спрос через 6-12 месяцев .
В этих условиях инвестиции в ИИ превращаются в «покупку опциона на будущее». Компании платят премию за резервирование мощностей, которые они могут не использовать полностью, но само право доступа к ним критически важно в условиях дефицита . Эндрю Фелдман признает, что Cerebras сама планирует на 5–7 лет вперед, инвестируя миллиарды в цепочки поставок, но при этом вынуждена пересматривать правила игры почти ежемесячно .
⚔️ Противостояние с NVIDIA: «Давид против Голиафа» 10:10
NVIDIA доминирует на рынке, и Эндрю Фелдман иронично замечает: «Если они продолжат расти текущими темпами, через 11 лет каждый житель Земли будет на них работать» . Однако он видит признаки того, что гигант начал беспокоиться о своем росте. Согласно его анализу, NVIDIA начинает использовать свой баланс чаще, чем технологии :
- Покупка лояльности: Инвестиции NVIDIA в OpenAI или 11 Labs гость интерпретирует как попытку «застолбить» за собой часть будущего спроса через вливание капитала в клиентов .
- Хищнические анонсы: Стратегия анонсирования чипов следующего поколения (например, Rubin или B300) до того, как предыдущие (B200) поступили в продажу, призвана заставить клиентов ждать и не уходить к конкурентам .
- Технические проблемы: Эндрю Фелдман утверждает, что у продуктов конкурента высокий процент отказов в эксплуатации, о чем компания предпочитает умалчивать .
Эндрю Фелдман подчеркивает преимущество Cerebras в архитектуре. Традиционные GPU ограничены малым объемом быстрой памяти (SRAM) на кристалле и медленной внешней памятью (HBM) . Cerebras создала чип размером с обеденную тарелку (wafer-scale), что позволило разместить огромное количество SRAM прямо рядом с вычислительными ядрами. Это решает проблему «бутылочного горлышка» при инференсе (исполнении моделей) .
🔋 Энергетика, кадры и геополитика 31:04
Обсуждая энергетический кризис, Эндрю Фелдман опровергает мнение о нехватке электричества в США. По его словам, энергии достаточно, но она находится «не в тех местах» — в Западном Техасе (газ) или северной части Нью-Йорка (гидроэнергия), в то время как оптоволоконные сети и люди сосредоточены в других регионах .
Ключевые тезисы по развитию инфраструктуры:
- Обязательства перед обществом: Раз уж индустрия ИИ потребляет столько энергии, она обязана создать лекарства от болезней и реально повысить общественную пользу, а не только генерировать картинки .
- Дефицит талантов: Острой проблемой является нехватка инженеров и специалистов по данным. Эндрю Фелдман считает нынешнюю иммиграционную политику США (в отношении виз H-1B и O-1) недостаточно эффективной для удержания «лучших умов», заканчивающих американские вузы .
- Китай: Эндрю Фелдман признает, что Китай опережает США в производстве дронов, роботов и стратегическом планировании энергетической инфраструктуры. В то время как в США местные указы (например, пожарный регламент в Остине) могут затормозить строительство завода на 10 месяцев, Китай действует централизованно и масштабно .
🔮 Прогнозы и «несексуальные» инвестиции 1:09:38
Эндрю Фелдман полагает, что рынок недооценивает важность «скучных» процессов: очистки данных, создания пайплайнов и токенизации . Многие ИИ-проекты проваливаются не из-за плохих моделей, а из-за «катастрофического состояния данных» .
В отношении будущего образования гость предсказывает революцию: ИИ сможет анализировать характер ошибок конкретного ученика и подбирать индивидуальные методики обучения, чего не может сделать учитель в классе из 30 человек .
Завершая разговор, Эндрю Фелдман отмечает, что его драйвером является ежедневная битва с монополистами. «Каждый доллар, который мы не заработаем благодаря таланту и инновациям, по умолчанию уйдет NVIDIA или Cisco», — говорит он, подчеркивая, что путь создания великой компании требует полной самоотдачи, исключающей понятие «work-life balance» .
