«Если бы я сам этого не испытал, я бы тоже не поверил», — признавался основатель мормонизма Джозеф Смит, чья община сегодня насчитывает 17 миллионов человек и признана самой просоциальной группой в США. За феноменальными успехами этой церкви скрывается история, полная теологических парадоксов, обвинений в подделке священных текстов и жестких гонений. Разбираемся, как мистические откровения через камень провидца превратились в одну из самых динамично развивающихся и экономически стабильных религиозных общин современности.
⛪ Христианство, социология и «греческий плен» богословия 0:00
Проблема идентичности: мормонизм как «иное» христианство 0:00
Дискуссия между Алексом О’Коннором и Джейкобом Хансеном начинается с фундаментального вопроса: являются ли мормоны христианами? Ответ Хансена подчеркивает глубокий разрыв в определениях. С точки зрения членов Церкви Иисуса Христа Святых последних дней (ЦСПД), их вера христоцентрична по определению: они верят в Иисуса как в Спасителя и Искупителя . Однако в глазах традиционных деноминаций — католиков и протестантов — мормонизм часто выносится за скобки христианского мира.
Основным камнем преткновения становится отказ от никейского тринитаризма. Хансен отмечает, что Католическая церковь признает крещение протестантов, но не признает крещение Святых последних дней, несмотря на использование той же формулы («Во имя Отца, Сына и Святого Духа») . Причина кроется в онтологии: мормоны вкладывают иное значение в статус этих трех личностей, отрицая их единосущность в традиционном философском понимании.
Алекс О’Коннор признается, что долгое время воспринимал мормонизм скорее как объект для шуток, сформированный мюзиклами и интернет-мемами о «владении собственными планетами» . В ходе беседы он вскользь упоминает, что ранее слышал о специфических деталях истории движения, таких как «голова в шляпе» при переводе текстов или указ об истреблении мормонов в Миссури, но признает, что за этими фрагментами скрывается гораздо более сложная и серьезная теологическая система. Для Хансена же мормонизм — это не просто деноминация, а «восстановленное Евангелие», претендующее на исправление фундаментальных искажений, накопившихся в христианстве за последние две тысячи лет.
Социальный капитал и феноменальный рост общины 4:37
Если отвлечься от теологических споров и взглянуть на мормонизм с точки зрения социологии, картина меняется. Джейкоб Хансен приводит впечатляющую статистику: за первые 200 лет своего существования движение росло в десять раз быстрее, чем раннее христианство за аналогичный период . На данный момент в мире насчитывается около 17 миллионов Святых последних дней — это больше, чем общая численность евреев в мире .
Успех общины подтверждается не только количеством, но и качеством жизни её членов. Хансен ссылается на исследование Рама Кнаана из Пенсильванского университета, который пришел к выводу, что:
- Члены ЦСПД являются наиболее просоциальной группой в американском обществе .
- Они демонстрируют исключительную щедрость, жертвуя колоссальное количество времени и средств на благотворительность и общественное служение .
- Их приверженность теологии послушания и жертвенности делает их «образцовыми гражданами» .
Одним из столпов этой системы является десятина — обязанность жертвовать 10% своего дохода в пользу церкви . Хотя это не является формальным условием членства, уплата десятины обязательна для получения доступа к храмовым обрядам, которые мормоны считают высшим уровнем ученичества и служения Христу . С точки зрения атеиста, отмечает О’Коннор, мормонизм можно рассматривать как «полезную фикцию», которая, независимо от истинности её догматов, приносит ощутимые социальные плоды: долголетие, счастье и стабильность общины.
Критика эллинизации: «Бог Аристотеля» против библейского Бога 18:47
Центральный тезис Хансена в защите мормонизма заключается в том, что традиционное христианство в первые века своего существования попало в ловушку греческой философии. Он называет это процессом «эллинизации», в результате которого живой, личностный Бог Библии был заменен «Богом Аристотеля» — абстрактным Перводвигателем, вневременным, внепространственным и лишенным частей и страстей .
Хансен утверждает, что традиционные кредо (символы веры) используют линзу «теологии совершенного существа», которая несовместима с буквальным прочтением Писания:
- Телесность Бога: В Библии Христос воскресает в физическом теле, что противоречит концепции абсолютно нематериального Бога .
- Эмоции: Ветхозаветный Бог проявляет гнев, любовь и сострадание, тогда как философский концепт «бесстрастия» (impassibility) это отрицает .
- Множественность: Хансен указывает на современные библейские исследования, подтверждающие, что ранний иудаизм не был жестко монотеистичным. Упоминания о «Божественном совете» и фразы вроде «человек стал как один из Нас» (Бытие 3:22) указывают на более сложную, иерархичную структуру божественного мира, которую мормоны называют «восстановленным» пониманием .
По мнению Хансена, после смерти апостолов в церкви исчез «арбитражный авторитет» (централизованная власть), что привело к интеллектуальному хаосу и попыткам согласовать христианское учение с уважаемыми в то время греческими философскими школами . Именно этот разрыв между «этическим учением еврейского крестьянина» и «спекуляциями греческих философов» стал причиной того, что Святые последних дней считают традиционные церкви отошедшими от первоначальной истины.
📜 Между небом и землёй: Первое видение и вещественные доказательства 37:14
История мормонизма начинается не с теологических споров, а с личного поиска юноши в условиях религиозного хаоса. В 1820 году Западный Нью-Йорк был охвачен «Вторым великим пробуждением» — периодом бурных межконфессиональных дискуссий. Джейкоб Хансен описывает 14-летнего Джозефа Смита как человека, раздираемого противоречиями между методистами, пресвитерианами и баптистами. Ссылаясь на Послание Иакова о поиске мудрости, Смит отправился в рощу для молитвы, где, по его словам, пережил событие, изменившее ход истории.
Ранее в разговоре собеседники касались темы Никейского собора и того, как отсутствие центрального авторитета привело к возникновению «искажённых» символов веры, что, по мнению Хансена, подготовило почву для восстановления истины через Смита.
«Первое видение»: эволюция или противоречие? 39:16
Центральным пунктом критики мормонизма часто становится «Первое видение». Алекс О’Коннор указывает на существенные различия между версиями этого события, записанными самим Смитом. Каноническая версия 1838 года описывает столп света и «двух персонажей» — Бога-Отца и Иисуса Христа, один из которых прямо указывает на другого. Однако в более ранней записи 1832 года Смит упоминает лишь о «Господе» в единственном числе и делает акцент на поиске прощения за свои грехи, а не на вопросе о выборе истинной церкви.
Джейкоб Хансен предлагает рассматривать эти расхождения в контексте ситуации:
- Контекст и аудитория: Запись 1832 года была личным, «казуальным» дневниковым наброском, сделанным в культуре, где переживание опыта «нового рождения» и прощения грехов было стандартным духовным запросом.
- Терминология: На тот момент Смит ещё не был «мормоном» в современном понимании и мог использовать общехристианский язык, называя явившееся божество просто «Господом».
- Теологическая последовательность: Хансен утверждает, что даже в самых ранних текстах, таких как Книга Мормона, уже прослеживается чёткое различие между Отцом и Сыном, поэтому обвинения в том, что Смит «придумал» второго персонажа позже для укрепления новой теологии, не имеют под собой твердой почвы.
Хансен признаёт, что история Смита звучит безумно для рационалиста. Он цитирует самого пророка: «Я не виню никого за то, что они не верят моей истории. Если бы я сам этого не испытал, я бы тоже не поверил». Спикер подчёркивает психологический парадокс: христианам легко верить в чудеса «в далёкой стране много лет назад», но крайне трудно допустить присутствие божественного в северной части штата Нью-Йорк в XIX веке.
Свидетели золотых листов: между мистикой и физикой 45:12
Если «Первое видение» было глубоко личным опытом, то золотые листы, послужившие источником Книги Мормона, претендуют на объективную реальность. Хансен противопоставляет мормонизм традиционному христианству по количеству свидетельств: если у воскресения Христа есть, в лучшем случае, три независимых описания от очевидцев, то в случае с листами речь идёт о 19 людях, утверждавших, что видели их.
Особое внимание в дискуссии уделяется характеру этих свидетельств. Критики, включая Алекса О’Коннора, предполагают, что видение листов было не физическим актом, а «галлюцинацией» или «духовным зрением». Основанием для этого служат слова одного из трёх главных свидетелей, Дэвида Уитмера, который упоминал, что видел листы «духовными очами».
Джейкоб Хансен парирует это прямой цитатой Уитмера, в которой тот опровергает версию о галлюцинации:
«Нет, сэр, я не был под влиянием галлюцинации и не был обманут. Я видел это своими глазами и слышал своими ушами... Я видел ангела так же ясно, как вижу вас».
Разговор переходит к свидетельству восьми других очевидцев, чей опыт был лишён ангельского мистицизма и носил сугубо материальный характер. Хансен приводит пример Джона Уитмера, который в конце XIX века, отвечая на скептические вопросы журналиста, настаивал на физичности объекта:
- Листы не были накрыты тканью, их передавали из рук в руки в открытом виде.
- Свидетели физически переворачивали страницы («листы»), чтобы убедиться в их реальности.
- Размер листов составлял примерно 8 на 6 или 7 дюймов.
Джейкоб подчёркивает критически важный исторический факт: несмотря на то, что многие из этих свидетелей позже вступали в конфликты с Джозефом Смитом и даже покидали церковь, ни один из них никогда не отказался от своих показаний, даже под угрозой смерти или социального давления. Алекс О’Коннор, в свою очередь, замечает, что мы не располагаем оригиналами документов с их подписями — все сохранившиеся свидетельства записаны рукой Оливера Каудери в рукописи печатника.
📜 Гонения в Миссури и научные вызовы Книги Мормона 50:31
Указ об истреблении и трагедия на мельнице Хауна 52:19
Разговор об исторических испытаниях ранней Церкви Иисуса Христа Святых последних дней неизбежно увязан со свидетельствами очевидцев. Ранее собеседники подробно обсуждали искренность свидетелей золотых листов (тема главы 2), чья преданность убеждениям проверялась смертельной опасностью. Ярким примером послужила судьба брата пророка, Хайрама Смита. Хотя его трагическая гибель в тюрьме Картиджа относится к более позднему периоду (тема главы 6), еще в годы гонений в Миссури он заявлял о готовности умереть, но не отрекаться от увиденного своими глазами. Джейкоб Хансен подчеркивает, что преследования общины носили системный и легализованный характер.
Когда в 1830-х годах мормоны начали активно селиться на новых землях, Джозеф Смит стремился заложить основу Сиона — земного Царства Божьего. План предполагал сбор верующих в едином религиозно-политическом центре. Однако массовая миграция «северных янки», разделявших антирабовладельческие взгляды Смита, в южный рабовладельческий штат Миссури спровоцировала острейший социальный взрыв. Новоприбывшие стали стремительно забирать под свой контроль местные органы власти, что вызвало ярость коренного населения штата в эпоху, когда самосуд и линчевание оставались нормой.
Вспыхнувший вооруженный конфликт привело к тому, что губернатор Миссури Лилберн Боггс встал на сторону погромщиков. В 1838 году он издал печально известный Исполнительный указ № 44, вошедший в историю как «Указ об истреблении» (Missouri extermination order). Документ официально предписывал изгнать мормонов из штата или полностью уничтожить их ради общественного спокойствия. По сути, закон дал легальное прикрытие для массового насилия и убийств. Самым кровавым эпизодом стала бойня на мельнице Хауна (Haun's Mill Massacre), где разъяренная толпа хладнокровно вырезала 17 мужчин и мальчиков. Примечательно, что никто из участников этой расправы так и не понес юридической ответственности.
Феномен Книги Мормона и древние имена 1:00:12
Несмотря на жестокие гонения, религиозное движение продолжало расти, опираясь на свой главный авторитет — Книгу Мормона. Алекс О’Коннор выражает скепсис относительно ее происхождения, однако Джейкоб Хансен предлагает взглянуть на процесс создания текста с сугубо рациональной точки зрения. Он предлагает критику представить задачу: писать по 8 страниц сложнейшего текста с одинарным интервалом ежедневно на протяжении двух с половиной месяцев, выдавая готовый продукт с первого же черновика потоком сознания. Именно в таком невероятном темпе Джозеф Смит надиктовал Книгу Мормона всего за 60 дней.
Современный текстологический анализ показывает, что книга обладает уникальной литературной структурой. В ней отчетливо различимы 19 независимых авторских голосов, а сюжет включает более 200 именных персонажей. Самым поразительным аргументом в пользу аутентичности текста Хансен считает этимологию имен. Такие имена, как Химний, Хемиш, Аммоний, Мэхоний, Нефий, Алма, Раббана, Ламан, Сам, Мулек, Пахоран, Корихор и Гдиантон, на первый взгляд кажутся бессмысленным набором звуков. Однако со временем все они были обнаружены учеными в подлинных древних ближневосточных текстах, открытых через много лет после смерти Смита.
В качестве конкретного примера Хансен приводит персонажа по имени Мулек, который в книге назван выжившим сыном иудейского царя Седекии. Долгое время библеисты не находили подтверждений этому факту, но последующие археологические открытия выявили, что у Седекии действительно был сын по имени Малкия (Malkiyah). Имя Мулек представляет собой лингвистически безупречную уменьшительную форму этого имени для той эпохи — по аналогии с сокращением «Майк» от «Майкл». Хансен подчеркивает, что едва ли малограмотный фермер с образованием в три класса на американском фронтире обладал филологическим гением такого масштаба.
ДНК-генеалогия и происхождение коренных американцев 1:05:46
Серьезным вызовом для богословия святых последних дней долгое время считался вопрос происхождения коренных американцев. Алекс О’Коннор указывает на прямое противоречие: Книга Мормона традиционно интерпретировалась так, будто индейцы Нового Света являются прямыми потомками израильтян из колена Иосифа. При этом современные генетические исследования однозначно доказывают, что коренное население Америки имеет азиатские корни, а не ближневосточные.
Джейкоб Хансен не отрицает данные ДНК, но называет эту проблему результатом ложных допущений, которые ранее разделяли даже некоторые руководители церкви. Сам священный текст не утверждает, что абсолютно все индейцы происходят от Ламана и Лемуила. Согласно Книге Мормона, речь идет о локальной группе беженцев эпохи Первого Храма, покинувших Иерусалим до вавилонского пленения. Прибыв на американский континент, эти израильские беженцы интегрировались в уже существовавшие там крупные цивилизации.
Ссылаясь на признанных генетиков из числа мормонов, Хансен поясняет, что критики путают индивидуальную генетическую экспертизу с популяционной генетикой. На дистанции в три тысячи лет генетический след малой группы неизбежно размывается из-за «эффекта основателя», генетического дрейфа и демографических «бутылочных горлышек». Хансен приводит историческую параллель: присутствие африканцев в составе римских легионов в Британии хорошо документировано, однако их маркеры полностью растворились и не обнаруживаются в ДНК современных англичан. Современная позиция церкви официально скорректирована: Книга Мормона утверждает лишь то, что израильтяне находятся среди предков индейцев, но не составляют их исключительную основу. В подтверждение сложности генетики Хансен ссылается на исследование Исландии, опубликованное в журнале Science в 2018 году: оно показало, что за 1000 лет генетический профиль изолированных исландцев изменился на 70%. По его мнению, это весомый повод для научных дискуссий, но не сокрушительное опровержение веры.
Проблема анахронизмов: лошади, сталь и логика перевода 1:10:08
Еще одной классической точкой противостояния скептиков и апологетов остаются технологические и биологические анахронизмы. О’Коннор напоминает, что Книга Мормона восемь раз упоминает использование лошадей в доколумбовой Америке, хотя наука доказала их отсутствие в тот период.
Хансен признает наличие подобных несостыковок, но указывает, что они типичны для любого древнего перевода. Например, в Библии короля Якова упоминаются железные орудия до наступления Железного века или подсвечники в Палестине I века, где их не существовало. Мормонская защита строится на двух аргументах:
- Неполнота археологических данных. За последние десятилетия список мнимых анахронизмов Книги Мормона сократился примерно на 70%. Ярким примером служит использование цемента в древней Америке: долгое время критики высмеивали это упоминание, пока археологи действительно не раскопали масштабные цементные сооружения доколумбовых цивилизаций.
- «Анахронизм переводчика». Перевод, выполненный Джозефом Смитом, носил не буквальный (пословный), а функциональный характер. Смит перекладывал древние смыслы на понятный ему и его современникам язык Библии короля Якова XIX века. Хансен сравнивает этот метод с популярным современным парафразом Священного Писания The Message, который передает суть библейских историй через современный язык и идиомы.
В завершение главы Хансен призывает оценивать Книгу Мормона комплексно. Даже если отдельные детали вызывают сомнения, общая картина поражает: сложнейший текст, продиктованный без черновиков, содержит параллельные системы календарей, переплетенные таймлайны, безупречные хиазмы, глубокую самобытную теологию и сложные пророчества, которые невозможно объяснить простым мошенничеством.
🏛️ Археология Аравии и загадка золотых листов 1:15:36
Археологические следы на Аравийском полуострове: Нахом и Изобилие 1:15:52
В дискуссиях об историчности Книги Мормона апологеты часто переносят фокус внимания с американского континента на Ближний Восток, где, по их мнению, география текста поддается строгой верификации. Джейкоб Хансен предлагает рассмотреть примечательное совпадение: в Книге Первого Нефия упоминается конкретный топоним «Нахом». Согласно тексту, это было древнее место захоронений, где участники исхода похоронили своего соратника Измаила. Примечательно, что Джозеф Смит описал эту локацию в первой половине XIX века, однако реальный археологический объект с таким названием на Аравийском полуострове был открыт лишь в XX веке. Более того, исследователи действительно обнаружили в этом регионе древние гробницы, датируемые правильным временным периодом.
Вторым важнейшим звеном арабского маршрута Книги Мормона является земля «Изобилие» (Bountiful). В тексте утверждается, что после Нахома группа двинулась строго на восток к побережью и вышла к богатому оазису. Книга Мормона перечисляет ключевые характеристики этого места: пышный климат, наличие дикого меда, фруктовых деревьев, железной руды и древесины, пригодной для строительства корабля. Джейкоб Хансен подчеркивает, что если сегодня отправиться по навигатору от Нахома ровно на восток, путник упрется в точку на побережье, где современные исследователи зафиксировали ровно 12 специфических элементов ландшафта и флоры, детально совпадающих с описанием Смита.
Алекс О’Коннор высказывает скептицизм, указывая на то, что среди самих мормонских ученых нет консенсуса относительно географии Книги Мормона в Новом Свете. На это Джейкоб Хансен возражает: если касательно Америки споры продолжаются, то в отношении ветхозаветного Старого Света среди исследователей Церкви Иисуса Христа Святых последних дней существует полный консенсус. По мнению Хансена, малограмотный Джозеф Смит, живший на американском фронтире в глуши, физически не мог иметь детальных карт Аравийского полуострова для столь точного прогнозирования ландшафтов. В качестве еще одного примера он приводит описание долины с массивными каменными стенами у реки, впадающей в Красное море, локализация которой в 60 милях к югу от иорданской Акабы также подтверждается современной географией.
Ранее в разговоре собеседники подробно касались темы социальных эффектов и успехов мормонской общины, и здесь Джейкоб Хансен вновь апеллирует к ней, выстраивая «аргумент от абсурда»: он предлагает Алексу О’Коннору представить, каково это — написать за два с половиной месяца огромный сложный текст в один черновик, предсказать древние локации и заставить миллионы людей поверить в чудо. Алекс О’Коннор, впрочем, отмечает, что прагматический и социологический успех религиозной системы сам по себе не доказывает её сверхъестественное происхождение. Критикуя отсутствие доказательств в Новом Свете, Алекс также замечает, что исследователи не нашли в Америке ни одной подтвержденной надписи на иврите или «измененном египетском», однако эта проблема анахронизмов и мезоамериканской археологии традиционно относится к материалам других глав.
Плотность информации: могли ли слова Книги Мормона уместиться на золотых листах? 1:27:47
Переходя к физическим характеристикам первоисточника, Алекс О’Коннор поднимает одну из самых популярных лингвистических и материаловедческих проблем мормонизма. Согласно заявлениям Джозефа Смита, оригинальный текст был выбит на металлических пластинах с использованием так называемого «измененного египетского» языка (reformed Egyptian). Главный вопрос критиков заключается в плотности информации: английский перевод Книги Мормона содержит порядка 270 000 слов.
Алекс О’Коннор приводит историческую параллель, озвученную в свое время католическим апологетом Трентом Хорном: знаменитые металлические листы персидского царя Дария содержат в переводе всего около 200 слов на одну пластину. Алекс указывает на очевидное математическое несоответствие:
«Если мы имеем дело с типичной для символических языков плотностью, трудно представить, как можно уместить 270 000 слов в объем небольших пластин, если только один символ не заменял собой целый абзац».
Джейкоб Хансен предлагает контраргументы, опираясь на свидетельства очевидцев и современные металлургические гипотезы. Во-первых, он напоминает, что свидетели Книги Мормона описывали пластины как «тонкие, словно гибкая бумага», что гипотетически позволяло сделать текст экстремально мелким. Во-вторых, апологеты указывают, что листы не состояли из чистого 24-каратного золота, а имели лишь «вид золота» — вероятно, это был медно-золотой сплав вроде «тумбага» (tumbaga), который в древней Мезоамерике поддавался ковке до минимальной толщины.
Кроме того, Джейкоб Хансен ссылается на «теорию расширения» (Expansion Theory), сформулированную мормонским ученым Блейком Остлером. Согласно этой концепции, процесс перевода Джозефа Смита носил характер Божественного откровения, где лаконичные символы древних авторов могли ментально разворачиваться и дополняться в разуме пророка до развернутых теологических пассажей уже на английском языке. Для Хансена плотность текста остается интересной загадкой, но никак не прямым опровержением подлинности артефакта.
В завершение этого сегмента Алекс О’Коннор переходит к обсуждению Книги Авраама и истории с покупкой египетских папирусов у бродячей выставки мумий в 1835 году, однако этот детальный критический разбор составляет основу следующей главы статьи.
5. Загадки древних текстов: Книга Авраама и откровения Джозефа Смита 1:40:35
Критика египетских папирусов и споры вокруг Книги Авраама 1:40:35
Алекс О’Коннор открывает эту часть беседы одним из самых сильных аргументов светских критиков церкви. Речь идет о папирусах, которые Джозеф Смит приобрел в 1835 году и объявил подлинной «Книгой Авраама». Современные египтологи, подробно изучив сохранившиеся манускрипты, сразу же распознали в них обычные заупокойные тексты, где нет ни единого упоминания библейского патриарха. Джейкоб Хансен безоговорочно признает, что этот вопрос является главным катализатором сомнений для сомневающихся мормонов. Тем не менее, он считает проблему преувеличенной, поскольку никто точно не знает, сохранился ли до наших дней именно тот фрагмент свитка, который переводил Смит.
Чтобы проиллюстрировать позицию верующих, Хансен использует метафору детской книжки с вырванным текстом, где остались лишь иллюстрации. По его мнению, Смит удивительным образом правильно истолковал ряд специфических деталей на этих рисунках (факсимиле), которые он никак не мог знать академически:
- Изображение крокодила под жертвенником и трактовку воды как «небес над нами»;
- Ритуальные квадраты в нижней части рисунка, определенные как «столпы небес»;
- Четыре ритуальные фигуры, названные пророком «четырьмя четвертями земли».
Хансен объясняет несовпадения других элементов синкретизмом II века до н. э., когда египетская иконография активно переплеталась с семитскими традициями в эпоху эллинизма. Алекс О’Коннор, однако, возвращает собеседника к Первой факсимиле: Смит утверждал, что на ней запечатлено неудавшееся жертвоприношение Авраама жрецами, тогда как наука видит в ней классическую сцену бальзамирования усопшего богом Анубисом. Алекс цитирует первую главу Книги Авраама, где автор прямо отсылает читателя к рисунку в начале записи, доказывая связь перевода с конкретным, ныне опровергнутым папирусом.
Позже Джейкоб добавляет, что в его недавнем споре с Кэмероном Бертуцци о «Египетском алфавите» выяснился важный нюанс: соратник Смита У. У. Фелпс пытался провести реверс-инжиниринг откровений, а официальных документов с текстом книги и иероглифами, написанных рукой самого Смита, в природе не существует.
Теория катализатора и гипотеза утерянного свитка 1:48:41
Джейкоб Хансен подчеркивает, что остается агностиком в выборе конкретной защитной модели для Книги Авраама, но выделяет два ключевых объяснения, циркулирующих в среде святых последних дней. Первая — это гипотеза утерянного свитка, предполагающая, что основной биографический текст Авраама содержался на длинной части папируса, которая была безвозвратно утрачена при пожарах. Алекс О’Коннор указывает на абсурдность предположения, что священное писание предварялось случайным языческим заупокойным текстом, не имеющим отношения к делу. Джейкоб парирует, что фраза «обратитесь к рисунку» могла быть просто комментарием-вставкой самого Смита, сделанной уже в процессе публикации.
Вторая, более популярная теологическая альтернатива — теория катализатора. В этой парадигме папирусы вообще не рассматриваются как лингвистический источник перевода. Обнаружение древних артефактов послужило лишь ментальным и духовным толчком: взирая на древние иероглифы, Смит погрузился в молитву и получил независимое прямое откровение от Бога, которое Господь пожелал явить миру именно в этот момент. По мнению Хансена, Книга Авраама содержит удивительные маркеры подлинности, такие как упоминание «равнин Олишем», чье точное фонетическое и географическое соответствие в ближневосточной археологии ученые открыли спустя десятилетия после смерти пророка.
Параллели с апокрифической Книгой Еноха 1:53:21
В качестве противовеса рациональным сомнениям Джейкоб Хансен предлагает взглянуть на Книгу Еноха, текст которой содержится в Книге Моисея в составе Драгоценной Жемчужины. В отличие от Книги Авраама, здесь совпадения с древними манускриптами, найденными гораздо позже (например, в Кумранских свитках), поражают исследователей своими масштабами. Смит выдал этот текст как «отрывки из пророчества Еноха», вообще не имея на руках никакого физического оригинала.
Современные ученые насчитывают не менее 22 сложных сквозных тем, которые Смит воспроизвел с поразительной точностью, включая редкое семитское имя Махиджа. Джейкоб ссылается на диссертацию эксперта по енохической литературе Калоджеро Сальваторе, заключившего, что масштаб текстуальных сходств между текстом Смита и древними апокрифами находится за пределами дискуссии. Сальваторе предположил, что Смит обязан был иметь доступ к апокрифам, однако первые английские переводы появились лишь в 1821 году в Англии и вряд ли были доступны в американской глуши.
Джейкоб добавляет, что Смит воспроизвел детали из более поздней литературы Еноха, которая вообще не была переведена на английский в его эпоху. Собеседники вскользь замечают, что критики охотно обсуждают проблемы папирусов, но полностью игнорируют енохический пласт, равно как и культурные успехи мормонской общины, затронутые ими ранее в разговоре.
Метод перевода через камни провидца и шляпу 1:55:04
Обсуждение Книги Еноха подводит собеседников к принципиальному пониманию того, что Смит никогда не переводил тексты в академическом или секулярном смысле слова. Все его труды были результатом чистого сверхъестественного откровения. Джейкоб подробно описывает этот специфический метод на примере Книги Мормона: пророк не читал золотые листы напрямую, а использовал особый камень провидца (seer stone).
Он помещал этот камень на дно шляпы и плотно прижимал лицо к ее полям, чтобы полностью изолировать внешний свет. В абсолютной темноте камень начинал мистически светиться, проявляя слова на английском языке. Смит просто диктовал готовый текст, находясь головой в шляпе, что, по мнению Джейкоба, делает сложнейшую внутреннюю структуру Книги Мормона — например, знаменитый 17-ступенчатый литературный хиазм — абсолютно необъяснимой с рациональной точки зрения. Этот оккультно-религиозный характер процесса подчеркивает, что для мормонов физические артефакты всегда оставались вторичными по отношению к живому пророческому видению.
📜 Завершение пути: от исторических противоречий к личному свидетельству 8:08
В завершающей части беседы Алекс О’Коннор и Джейкоб Хансен обращаются к наиболее острым историческим и теологическим вызовам, с которыми сталкивается Церковь Иисуса Христа Святых последних дней. Они обсуждают, как мормонизм справляется с наследием расовой дискриминации, феноменом полигамии и трагической гибелью своего основателя, подводя итог тому, почему, несмотря на рациональные сомнения, вера остается для прихожан глубоко личным выбором.
Расовый вопрос и отмена запрета 1978 года 8:08
Одной из самых болезненных тем в истории мормонизма остается многолетний запрет на получение священства для чернокожих мужчин. Этот запрет, действовавший вплоть до 1978 года, имел далеко идущие последствия: поскольку в теологии Святых последних дней определенные храмовые таинства необходимы для достижения высшей степени Царствия Небесного, дискриминационная политика фактически ограничивала доступ темнокожих верующих к этому уровню спасения [08:35–08:47].
Джейкоб Хансен признает, что этот запрет не был основан на канонических текстах и стал следствием традиций, проникших в церковь из протестантской среды XIX века, в частности из интерпретаций «проклятия Хама и Каина» [09:28–09:41]. Хансен открыто называет это исторической ошибкой церкви. Хотя в 2013 году LDS-церковь официально дезавуировала прежние расистские учения, Хансен подчеркивает, что вера в возможность спасения и возвышения для всех людей, включая посмертное служение за умерших предков, всегда присутствовала в мормонской теологии, даже в годы действия запрета [09:00–10:31].
Многоженство как временное божественное повеление 13:13
Обсуждая полигамию Джозефа Смита, Джейкоб Хансен уточняет позицию церкви относительно этого сложного периода. Он подчеркивает, что современная церковь строго запрещает многоженство, и подчеркивает, что ни Джозеф Смит, ни церковное учение не ставили полигамию условием для получения высшей славы [14:04–15:11].
Хансен объясняет библейский феномен полигамии — и, как следствие, практику раннего мормонизма — через призму исключительного божественного права. Ссылаясь на Книгу Мормона, он отмечает, что хотя моногамия является нормой, Бог оставляет за собой право в исключительных случаях, таких как «воздвижение потомства», повелевать отступление от этого правила [15:53–16:06]. Для Хансена тот факт, что мормонизм пытается теологически обосновать примеры полигамии из Библии (например, жизнь Авраама или Иакова), является скорее сильной стороной традиции, чем ее слабостью [16:31–16:45].
Убийство Джозефа Смита в тюрьме Картиджа 17:25
История гибели Джозефа Смита, который на момент смерти был кандидатом в президенты США, занимает центральное место в дискуссии. Алекс О’Коннор отмечает, что Смит оказался в тюрьме Картиджа после попытки подавить беспорядки, вызванные закрытием оппозиционной газеты [17:12–17:38]. Хансен уточняет детали этой трагедии, отвергая упрощенную трактовку событий как «дуэли». По его словам, это было нападение разъяренной толпы, в ходе которого Смит вынужден был защищать себя и своего брата Хайрама с помощью пистолета, тайно пронесенного в камеру, что было естественной реакцией человека, столкнувшегося с попыткой убийства [18:05–18:31].
Личное духовное свидетельство против рациональных сомнений 19:35
В завершение диалога Джейкоб Хансен признает, что исторические вызовы, включая вопросы, которые ранее обсуждались в контексте Книги Авраама и других исторических несостыковок, являются серьезными. Однако он утверждает, что рациональные доводы — это лишь часть картины.
Для Хансена вера — это аналог музыки: ее нельзя объяснить словами, ее нужно услышать и пережить самому. Он настаивает, что решающим фактором, «толкающим верующего через линию» сомнений, является субъективный духовный опыт и личное влияние веры на жизнь, которое, по его словам, превосходит любые интеллектуальные возражения.
