В новом интервью для Forbes писательница Гузель Яхина впервые за три года нарушила молчание, рассказав о своем переезде в Казахстан, работе над новым романом об Иване Грозном и Сергее Эйзенштейне, а также о том, как творческому человеку выживать в эпоху доминирования государства. В разговоре с Антоном Желтовым автор бестселлеров «Зулейха открывает глаза» и «Дети мои» делится личным опытом «пересборки» себя после февраля 2022 года и размышляет о том, почему в современной России почти невозможно писать о современности.
🇰🇿 Релокация и «взгляд из Азии» 1:39
Гузель Яхина подтвердила, что уже более полутора лет живет в Алматы. Это решение не было запланированным: по словам писательницы, она никогда не хотела менять страну, но события февраля 2022 года стали «тектоническим толчком», изменившим все внешние атрибуты её жизни .
Переезд в Казахстан подарил ей новый ракурс — «взгляд из Азии», который она описывает следующим образом:
- Смена карты мира: В казахстанских учебниках в центре мира находится Азия (Казахстан, Индия, Китай), а Россия («северный сосед») располагается сверху и выглядит гораздо тоньше, чем на привычных европоцентричных картах .
- Отказ от европоцентризма: Писательница признается, что раньше жила исключительно на оси «Москва — Европа». Оказавшись в другой точке, она осознала свой внутренний «европоцентричный скелет» и смогла посмотреть на прежний опыт со стороны .
- Антисталинский консенсус: По наблюдениям Яхиной, в Казахстане существует внятный общественный консенсус относительно советского прошлого. Это позиция, основанная на памяти о голоде 30-х годов и событиях Желтоксана (декабрь 1986 года), которые писательница называет «чертой, подведенной самим народом под советским временем» .
🎬 Новый роман: Эйзенштейн, Грозный и ловушка госзаказа 16:02
Главным поводом для выхода из публичного молчания стала завершенная работа над новым романом (рабочее название — «Эйзен»). Книга посвящена режиссеру Сергею Эйзенштейну, чья судьба давно интересовала Яхину.
В центре сюжета и анализа писательницы — противоречивая фигура гения, пытающегося усидеть на двух стульях:
- Художник vs Человек: Яхина считает Эйзенштейна гениальным творцом, но «невеликим» и даже «мизерным» человеком . По её мнению, он искренне пытался выполнять госзаказы и делать пропагандистские фильмы (например, «Бежин луг» о Павлике Морозове), но его художественный дар всегда оказывался сильнее идеологической задачи.
- Дискредитация через талант: В попытке воспеть коллективизацию Эйзенштейн опирался на библейские сюжеты, из-за чего фильм получался не вдохновляющим, а пугающим. «Стараясь выполнить заказ, он по факту его дискредитировал своим талантом», — отмечает Яхина .
- Иван Грозный как формула тирании: Писательница уверена, что снятый в эвакуации (в Алматы) фильм об Иване Грозном — это не просто лента о Сталине, а универсальное исследование природы тирании, губительной и для окружения, и для самого тирана .
Яхина признается, что не хотела делать из Эйзенштейна «концепцию» (пропагандиста или борца-фауста), а стремилась передать калейдоскоп его внутренних конфликтов: между научным умом и истеричностью, между страстью и холодностью.
📖 Писатель и политика в современной России 30:09
Обсуждая возможность литературы описывать нынешние события, Гузель Яхина высказывает скептическую позицию. По её мнению, современная Россия настолько пропитана политикой, что любой текст о современности неизбежно превращается в политическое высказывание .
- Риск «пустышки»: Если полностью исключить политический контекст из романа о сегодняшнем дне, получится «абсолютно пустой текст», рассказывающий об абстрактном времени .
- Сложность правды: Писательница считает, что о советском прошлом в России еще не сказано столько правды, сколько «хватит на несколько поколений» .
- Эзопов язык: Исторический роман для Яхиной остается способом говорить о сегодняшнем дне чуть отстраненно, используя события вековой давности как зеркало для современности .
🛡️ Ценность жизни в эпоху «времени государства» 36:24
Ведущий Антон Желнов заметил, что сегодня в мире доминирует тренд «государство превыше человека». Яхина соглашается с этим диагнозом, но выдвигает свой манифест сопротивления :
- Отказ от «подпевания»: То, что сейчас «время государства», не означает, что творцы должны этому тренду подчиняться.
- Человек как мера: Писательница видит цель искусства в «повышении ценности человеческой жизни» . В её картине мира гуманитарная этика — это единственный «спасательный круг», позволяющий понимать, где верх, а где низ.
- Сила слова: Сравнивая нынешнюю ситуацию с советской, она отмечает: в периоды жесткого давления слово кажется беззащитным, но как только государство дает слабину, «взрыв правды» через слово становится могущественным инструментом перемен .
🌍 Отмена культуры и личный опыт 50:57
Комментируя дискуссии об «отмене» русской культуры на Западе, Яхина призывает не преувеличивать масштаб проблемы. За последние три года она выступала в Австрии, Германии, Франции, Скандинавии и Румынии .
Хотя были единичные случаи отзыва приглашений книжными ярмарками (позже восстановленные) и переименования «Русских центров» в «Центры Восточной Европы», двери для российских авторов и режиссеров, по мнению гостьи, остаются открытыми . В качестве примеров востребованности она приводит Чулпан Хаматову, театральных деятелей и кинорежиссеров.
В завершении беседы Гузель Яхина призналась, что 2022 год прошел для неё под эгидой чтения одних только новостей, но сейчас ощущение «неуместности искусства» сменилось потребностью в нем. Она надеется, что её новый роман о «сложном человеке внутри системы» поможет читателю так же, как работа над ним помогла ей самой «пересобрать себя» .
