Джей Ди Вэнс: Фентанил, коррупция Big Pharma и кризис рабочего класса

Если бы американцы осознали, что платят за жизненно важные лекарства в три раза больше европейцев, в стране случилась бы мгновенная революция. Сегодня диплом колледжа в США — это не просто документ об образовании, а дополнительные семь лет жизни, в то время как фентаниловый кризис ежегодно забирает 70 тысяч человек, превращая внутреннюю политику в зону необъявленной войны.

🏈 Культура соперничества, корни в Аппалачах и политический фатализм 0:00

Первая часть беседы Сенатора США Джей Ди Вэнса и Тео Вона закладывает фундамент для понимания культурного кода Огайо и среднего запада Америки. Вэнс, будучи морпехом и выпускником Йеля, предстает здесь не только как политик, но и как человек, чья идентичность глубоко укоренена в традициях рабочего класса и спортивного фанатизма.

Культура соперничества: Футбол как зеркало сообщества 3:46

Для Джей Ди Вэнса спорт — это не просто развлечение, а эмоциональная основа жизни сообщества. Обсуждая поездку на стадион «Лэмбо Филд», он отмечает, что такие места становятся центрами паломничества, где даже в небольших городах бурлит жизнь уровня НФЛ . Однако истинная страсть Вэнса — это студенческий футбол, в частности, легендарное противостояние Огайо и Мичигана.

По мнению Вэнса, это соперничество формирует характер с детства. Он вспоминает случай 2006 года, когда его друг довел до слез девятилетнего фаната Мичигана после поражения их команды, саркастично посоветовав «не болеть за тех, кто сосет» . Этот эпизод, по мнению Вэнса, иллюстрирует, как ритуалы и даже грубость болельщиков создают уникальную атмосферу, которая «делает жизнь достойной того, чтобы ее прожить» .

Спорт приносит не только радость, но и учит справляться с неизбежным разочарованием:

• Вэнс признается, что плакал как взрослый мужчина, когда его любимая команда «Бенгалс» проиграла в Супербоуле в последние минуты матча .
• Его собственный сын впервые расплакался из-за спорта в четыре года, когда Мичиган победил Огайо .
• На стадионах в Анн-Арборе фанаты могут быть крайне агрессивны: Вэнс вспоминает, как в него бросали банки с пивом, а один подросток буквально запихнул ему в рот кусок грязи .

Великая миграция: Из Аппалачей на заводы Севера 11:14

История семьи Джей Ди Вэнса неразрывно связана с массовым перемещением людей из Аппалачей в промышленные центры. Он объясняет, что после Второй мировой войны миллионы жителей Западной Вирджинии, Кентукки и Теннесси мигрировали в Детройт, Чикаго и Огайо ради работы на сталелитейных и автомобильных заводах .

Этот процесс создал уникальный культурный пласт. Вэнс описывает «плавильный котел» Детройта, где белые выходцы из гор (hillbillies) и чернокожие мигранты из глубокого Юга смешивались на заводах, формируя современную городскую культуру и музыку . Именно этому переселению Чикаго обязан своим статусом столицы блюза, привезенного рабочими из дельты Миссисипи.

Для семьи Вэнса альтернативы миграции практически не существовало. Его бабушка («Мамо») часто говорила, что в Восточном Кентукки 30-х и 40-х годов у мужчины было два пути: «либо идти работать в шахты, либо убираться отсюда» . Его дед выбрал второй путь, уехав в Огайо, где 40 лет проработал сварщиком на сталелитейном заводе, будучи активным членом профсоюза .

Профсоюзы и новый политический ландшафт 14:03

Одной из самых обсуждаемых тем стал сдвиг в симпатиях членов профсоюзов. Джей Ди Вэнс отмечает, что традиционно профсоюзное движение считалось оплотом демократов, однако при Дональде Трампе ситуация радикально изменилась.

Вэнс приводит в пример профсоюз Teamsters (водители грузовиков). Внутренние опросы показывают, что в ключевых штатах, таких как Пенсильвания, до 65% членов профсоюза готовы голосовать за Трампа . Это беспрецедентный показатель, учитывая, что за последние 50 лет руководство Teamsters почти всегда поддерживало демократов.

В избирательной кампании Вэнс и Трамп используют тактику «разделяй и властвуй», посещая разные регионы одновременно . Вэнс фокусируется на семи решающих штатах:

1. Мичиган
2. Висконсин
3. Пенсильвания
4. Джорджия
5. Аризона
6. Невада
7. Северная Каролина

Личная безопасность и фатализм кандидата 18:14

После покушения на Дональда Трампа в Батлере, штат Пенсильвания , вопросы личной безопасности стали для команды республиканцев приоритетными. Однако Джей Ди Вэнс демонстрирует определенный фатализм в отношении рисков своей профессии.

Он признается, что старается не думать о возможности покушения, так как это мешает работе: «Либо ты делаешь это, либо нет. Если делаешь — просто принимаешь риски» . Вэнс связывает свою стойкость с верой, утверждая, что если Богу угодно, чтобы он стал вице-президентом, то так и будет .

Ранее в разговоре они также вскользь затронули тему долгого пути матери Вэнса к десятилетию трезвости, что подчеркивает личную вовлеченность политика в проблемы американского рабочего класса. Культура насилия и «кровной мести», характерная для истории Аппалачей, по мнению Вэнса, делает его более подготовленным к жестким реалиям современной политики .

💉 Кризис на границе и тени прошлого: путь к трезвости и дисциплине 25:05

Опасное милосердие: путь матери к трезвости и вызовы новой реальности 25:17

Обсуждая феномен сообществ анонимных зависимых, Джей Ди Вэнс отмечает уникальную атмосферу товарищества, где люди празднуют как первые 24 часа трезвости, так и десятилетия жизни без наркотиков . Однако сенатор подчеркивает трагическую перемену: если десять-пятнадцать лет назад зависимый мог «сорваться с катушек», а на следующий день вернуться к борьбе за жизнь, то сегодня первый же рецидив часто становится последним.

История матери Вэнса — это десятилетний путь борьбы, который в итоге увенчался успехом, позволив ей восстановить отношения с семьёй. Вэнс признается, что его пугает современное положение дел: «Я очень переживаю, что тот яд, который сейчас на улицах, настолько опасен, что многие просто не получат того второго шанса, который был у моей мамы» . В прошлом ошибки были уроками, сегодня они превращаются в смертные приговоры из-за беспрецедентной токсичности уличных препаратов .

Тео Вон, делясь собственным опытом борьбы с зависимостью, отмечает, что страх смерти от современных примесей — это, пожалуй, единственный фактор, который удерживает многих от употребления даже «легких» на первый взгляд веществ .

Логистика смерти: фентаниловый конвейер и мексиканские картели 28:54

Разбирая механику фентанилового кризиса, Джей Ди Вэнс описывает его как четко отлаженную бизнес-модель, состоящую из производителя, оптовика и розничного звена. Фентанил — это не «кустарный» наркотик вроде метамфетамина; его производство требует сложных фармацевтических мощностей.

• Производство: Основным источником прекурсоров и готового вещества выступает Китай. Вэнс отмечает, что китайские компании (при попустительстве властей) являются «фабрикой» этого кризиса .
• Оптовая торговля: Мексиканские наркокартели выступают в роли главных дистрибьюторов, переправляя товар через южную границу США.
• Доходы: По данным DEA, на которые ссылается сенатор, доходы картелей от трафика выросли с менее чем 1 миллиарда долларов в год до колоссальных 14 миллиардов к 2023 году .

Вэнс настаивает на жестком ответе. Ранее в разговоре упоминались политические сдвиги, но здесь сенатор фокусируется на конкретике: Дональд Трамп в конце своего срока использовал экономические рычаги давления на Пекин, чтобы заставить их пресечь производство . Однако этого недостаточно. Вэнс призывает к военному ответу на границе, утверждая, что если бы иностранная армия убивала 70 000 американцев в год (а именно такова смертность от фентанила), США уже находились бы в состоянии полномасштабной войны . Он предупреждает о риске превращения Мексики в «нарко-государство» по образцу Колумбии времен Пабло Эскобара, где картели обладают большей властью, чем правительство .

Психология выживания: мир глазами ребенка зависимого родителя 39:11

Взросление в хаосе наложило глубокий отпечаток на личность Вэнса. Он описывает это состояние как постоянную готовность к удару: «У меня голова всегда на шарнирах, я всегда смотрю за угол» . В детстве это проявлялось в неспособности доверять стабильности — мальчик не знал, будет ли он жить по тому же адресу через три месяца .

Этот опыт сформировал у Вэнса специфическую трехчастную картину мира:

1. Жертвы: Беспомощные люди, нуждающиеся в защите (к которым он долгое время относил и свою мать).
2. Плохие парни: Хищники, наживающиеся на слабостях других.
3. Сильные люди: Те, кто встает на защиту слабых (образцом такой силы для него стала бабушка, «Мамо», ранее упоминавшаяся как опора семьи) .

Долгое время Вэнс боролся с накопленной обидой и завистью к сверстникам из стабильных семей . Даже встретив свою будущую жену в юридической школе, он долго не мог полностью открыться, так как привык, что люди, на которых ты полагаешься, имеют свойство внезапно исчезать .

Морская пехота как школа смирения и равенства 41:36

Переломным моментом стала служба в морской пехоте, куда Вэнс отправился сразу после школы. Он иронично называет корпус «оригинальным Оземпиком», вспоминая, как быстро там исчезает лишний вес и юношеская спесь . Служба помогла ему избавиться от имиджа «ноющего и обиженного ребенка».

Главный урок армии заключался в столкновении с людьми, чьи стартовые условия были еще тяжелее. Вэнс вспоминает своего сослуживца, пуэрториканца из Бронкса, который в прошлом был связан с криминалом, но в корпусе демонстрировал абсолютную дисциплину без единой жалобы . Это научило сенатора ценить людей не за их титулы или дипломы Йельского университета, а за их характер и труд.

«Многие мои однокурсники смотрят на человека через призму того, какую школу он окончил или кем работают его родители. У меня этого никогда не было», — говорит Вэнс . Именно этот «взгляд снизу» позволяет ему сохранять связь с реальностью в политической жизни Вашингтона, игнорируя иерархию академических регалий в пользу реального человеческого опыта .

Завершая главу, Вэнс дает совет молодым людям, столкнувшимся с зависимостью родителей: крайне важно дистанцироваться от болезни, чтобы она не разрушила вашу собственную жизнь, и стараться сохранять в памяти те моменты, когда родитель был «настоящим», отделяя человека от его недуга .

🧬 Разорвать цикл: от ловушек самоанализа до радостей отцовства 50:08

Третья глава беседы между сенатором и комиком переходит от обсуждения личного прошлого к широким социальным и психологическим вопросам. Джей Ди Вэнс и Тео Вон анализируют, как современная культура заставляет людей зацикливаться на своих травмах, обсуждают страх перед ответственностью и выносят суровый приговор тем, кто, по их мнению, несет главную ответственность за наркотическую катастрофу в Америке.

Опасность «самокопания» и спираль негатива 52:21

Джей Ди Вэнс выражает серьезную обеспокоенность тем, как в 2024 году преподносится культура психического здоровья. По его мнению, грань между необходимым осознанием проблем и деструктивным «погружением» в них стала слишком тонкой. Сенатор подчеркивает, что постоянное фокусирование на том, что в твоей жизни пошло не так, может превратиться в самоподкрепляющуюся спираль .

«Есть предел тому, сколько ты можешь обдумывать и процессить плохие события», — отмечает Вэнс. Он делится личным наблюдением: порой обычная прогулка на свежем воздухе помогает лучше, чем попытки рационализировать поступки родителей тридцатилетней давности . Вэнс предостерегает от того, чтобы превращать поиск «внутренних призраков» в основное занятие, так как это мешает просто жить.

Тео Вон дополняет эту мысль, отмечая ловушку индустрии самопомощи. Постоянное стремление к улучшению себя косвенно транслирует человеку установку, что с ним «всегда что-то не так» . Это создает недостижимый идеал и чувство постоянной недостаточности. Вэнс соглашается, приводя в пример свой опыт борьбы с лишним весом после напряженной сенатской кампании, где рацион состоял из фастфуда вроде Waffle House . Важно соблюдать баланс: признавать необходимость работы над собой, но не бичевать себя за несовершенство .

Страх перед родительством и искупление через поколение 1:00:12

Одной из самых эмоциональных тем главы становится обсуждение отцовства. Для человека с таким тяжелым детством, как у Вэнса, перспектива завести собственных детей была «пугающей до смерти» . Он признается, что его личный опыт научил его одному: большинство людей безнадежно портят воспитание своих детей.

Вэнс честно рассказывает о своих опасениях:

• Страх передать по наследству вспыльчивый нрав (в 27-28 лет у него были проблемы с контролем гнева) .
• Опасение совершить ошибку, которая «останется живой» и будет страдать долгие годы .
• Необходимость учиться терпению, в чем ему сильно помогает супруга .

Однако реальность оказалась иной. Джей Ди Вэнс с юмором описывает будни отца троих детей, включая забавный случай с четырехлетним сыном, который, видя репортеров в аэропорту, громко спросил: «Папа, это фейк-ньюс?» .

Самым важным моментом Вэнс считает «эффект завершенного цикла». Тот факт, что его мать, чья история зависимости обсуждалась ранее, уже более восьми лет остается трезвой и теперь играет в Pokémon со своим семилетним внуком, сенатор называет настоящим чудом и даром свыше . Это не просто второй шанс для нее, но и возможность для самого Джей Ди увидеть семейную динамику, которая когда-то казалась невозможной .

Семья Саклер: «Легализованный наркотрафик» 1:11:45

Разговор неизбежно возвращается к истокам опиоидного кризиса, когда Тео Вон поднимает тему семьи Саклер и их компании Purdue Pharma. Тео называет их «денежными ящерицами», подчеркивая, что из-за их действий погибло более 500 000 человек .

Джей Ди Вэнс дает еще более жесткую характеристику: «Это была торговля наркотиками на промышленном уровне, только легализованная» . Он выражает глубокое возмущение тем, что владельцы компании, заработавшие миллиарды на человеческих страданиях, получили лишь «финансовый шлепок по рукам» .

Основные тезисы Вэнса по этой проблеме:

1. Отсутствие уголовного преследования: Вэнс не понимает, почему уличного торговца могут посадить за одну дозу, приведшую к смерти, в то время как против семьи Саклер так и не было начато полноценного уголовного расследования .
2. Несправедливость сделок: Упоминается соглашение на 6 миллиардов долларов, которое должно освободить семью от дальнейшей гражданской ответственности, что Вэнс считает чудовищным .
3. Личный опыт: Вэнс вспоминает, как ему самому прописали Оксиконтин (OxyContin) после незначительной операции. Он признается, что почувствовал действие препарата и желание принять следующую дозу не из-за боли, а из-за эйфории. К счастью, его жена вовремя заметила это и утилизировала лекарство .

Этот блок подчеркивает системный характер проблемы: пока регионы, подобные тем, где вырос Вэнс, утопали в зависимости, архитекторы этой катастрофы оставались неприкосновенными в своих особняках на северо-востоке страны.

💊 Медицинский картель и кулуары Вашингтона 1:15:21

Обсуждая последствия опиоидной эпидемии и роль семьи Саклер, о которых речь шла ранее, Джей Ди Вэнс переходит к более широкому анализу американской системы здравоохранения. Для сенатора история с оксикодоном стала поворотной точкой: именно тогда он начал всерьёз подвергать сомнению мейнстримные нарративы вокруг Big Pharma . Вэнс отмечает парадоксальный момент: в вопросах недоверия к корпоративной медицине он находит точки соприкосновения с «прежними левыми».

«Следуй за деньгами»: Профит против здоровья 1:18:10

По мнению Вэнса, современная медицина столкнулась с кризисом доверия, потому что корыстные интересы корпораций начали диктовать протоколы лечения. Хотя сенатор признаёт, что стремление к прибыли может стимулировать поиск лекарства от рака, он предостерегает от манипуляций системой, когда людей подсаживают на препараты без реальной необходимости .

В качестве острого примера Вэнс приводит индустрию гормональной терапии для детей. Он указывает на то, что фармацевтические компании зарабатывают миллиарды на этих препаратах, активно лоббируя их назначение несовершеннолетним . «Нужно следовать за денежным мотивом, — подчеркивает Вэнс. — Почему никто не спрашивает: а не те ли люди продвигают эти лекарства детям, которые на этом богатеют?» .

Аналогичный скепсис политик высказывает в отношении популярного препарата Оземпик (Оземпик). Несмотря на борьбу страны с ожирением, Вэнс видит в этом симптом более глубокой проблемы: вместо того чтобы разбираться в причинах эпидемии лишнего веса, система предлагает «еще одну таблетку», на которую пациента можно подсадить пожизненно . Тео Вон сравнивает это с невозможностью «засунуть зубную пасту обратно в тюбик», отмечая, что такие сверхмощные препараты подавляют естественную способность человека к личной ответственности .

Скрытые счета и Starbucks от медицины 1:25:56

Одной из главных проблем американского здравоохранения собеседники называют отсутствие прозрачности цен. Джей Ди Вэнс указывает на абсурдность ситуации: когда вы заходите в Starbucks, вы точно знаете цену кофе, но в больнице вы лишены этого права . Сенатор делится личной историей: после рождения второго ребенка его семья получила неожиданный счет на $15 000 только потому, что выбранный врач оказался «вне сети» страховой компании, о чем они не знали в момент схваток .

Вэнс подчеркивает редкое политическое единодушие в этом вопросе:

• Дональд Трамп подписал исполнительный указ о прозрачности цен, который действует до сих пор .
• Берни Сандерс, несмотря на идеологические разногласия с республиканцами, занимает аналогичную позицию по этому вопросу .
• Медицинский долг остается причиной номер один для банкротств в США .

Причина, по которой прозрачность до сих пор не стала нормой, по словам Вэнса, проста: страховые и фармацевтические компании богатеют на секретности .

Ценовой разрыв: Почему Америка платит за всех 1:28:36

Во время беседы Вэнс и Вон изучают данные OECD (ОЭСР), которые демонстрируют колоссальную разницу в стоимости лекарств между США и Европой. Согласно статистике за 2022 год, цены на лекарства в США в среднем в 2,78 раза выше, чем в сопоставимых развитых странах . Для брендовых препаратов этот разрыв еще больше — американцы платят в 3,22 раза больше .

Цифры на душу населения поражают ведущих:

• США: $963 на человека в год .
• Великобритания: $273 .
• Швеция: $270 .

Вэнс утверждает, что если бы американцы осознали масштаб этой несправедливости, в стране случилась бы революция . Он поддерживает идею Дональда Трампа о реимпорте лекарств из Европы, чтобы сбить цены внутри страны .

Анатомия лоббизма: «Плохие костюмы и уродливые галстуки» 1:32:17

Разговор о деньгах неизбежно приводит к теме лоббизма в Вашингтоне. Тео Вон спрашивает, как распознать лоббиста, на что Вэнс иронично отвечает: «Они всегда в плохо сидящих костюмах с невероятно уродливыми галстуками» .

Однако за шутками скрывается системная проблема. Вэнс описывает «корпоративное отмывание мнений», где эксперты и СМИ получают деньги за продвижение нужной повестки . Сенатор раскрывает внутреннюю кухню: из-за того, что зарплаты сотрудников Конгресса ограничены законом, опытные кадры быстро уходят в лоббистские фирмы за «жирными чеками» .

Это создает опасный цикл:

1. Законы становятся слишком сложными (по 800–900 страниц) .
2. У молодых и низкооплачиваемых помощников сенаторов нет ресурсов их писать.
3. Лоббисты приходят и предлагают готовые черновики законов, которые выгодны их клиентам .

Вэнс называет государственную службу в Вашингтоне «младшим колледжем для будущих лоббистов» . Он приводит в пример FDA, чьи сотрудники часто переходят на работу в те самые фармацевтические компании, которые они должны были контролировать, что напрямую способствовало опиоидному кризису .

🗳️ Новые альянсы и системные вызовы: Финал кампании 1:41:09

В заключительной части беседы с Тео Воном, Джей Ди Вэнс сосредоточился на том, как меняется политический ландшафт Америки под влиянием новых союзов и глубоких социальных разрывов. Одним из ключевых моментов современного политического момента сенатор считает формирование неожиданного альянса между Дональдом Трампом и Робертом Кеннеди-младшим (RFK Jr.). По мнению Вэнса, этот союз символизирует отказ от старых партийных догм в пользу решения реальных проблем нации.

Нестандартный альянс: Почему Трамп и RFK Jr. нашли общий язык 1:41:09

Тео Вон, который лично знаком с Кеннеди-младшим на протяжении многих лет, охарактеризовал его как человека, которого искренне волнует здоровье нации, несмотря на его иногда «нетрадиционные» взгляды . Джей Ди Вэнс согласился с этим, подчеркнув, что Дональд Трамп изменил Вашингтон именно тем, что перестал быть подотчетен узким интересам спонсоров и лоббистов .

Для Вэнса фигура RFK Jr. важна как пример «мыслителя», а не «ретранслятора» общепринятых мнений. Он выразил сожаление, что современная культура стремится наказывать людей за постановку неудобных вопросов. Вэнс отметил, что Роберт Кеннеди-младший выступает своего рода «шерифом» в вопросах качества продуктов питания и борьбы с детским ожирением и диабетом — болезнями, которые показывают аномальный рост в богатейшей стране мира .

«Мне нравится, что Бобби Кеннеди готов сказать: "Нет, я буду думать об этом самостоятельно". Мы — самая богатая страна в истории, но наши дети страдают от болезней, которых не было 30–40 лет назад. Кто-то должен спросить: что, черт возьми, происходит?» — заявил Вэнс .

Смертельный разрыв: Семь лет жизни за диплом колледжа 1:45:09

Обсуждая социальное неравенство, Джей Ди Вэнс сослался на исследование экономиста, лауреата Нобелевской премии, которое выявило пугающую закономерность в современной Америке. Статистика показывает, что выпускники четырехлетних колледжей в США живут в среднем на 7 лет дольше, чем те, кто не имеет высшего образования .

Вэнс подчеркнул, что этот разрыв обусловлен не только разницей в уровне доходов или опасностью выполняемых работ. Основная причина кроется в системном давлении:

• Экономическая невозможность содержать семью без степени бакалавра приводит к хроническому стрессу .
• Этот стресс становится триггером для различных форм зависимости (тема, которую Вэнс и Вон подробно обсуждали ранее, касаясь личного опыта их семей).
• Общая деградация здоровья среди рабочего класса становится «тихой эпидемией» .

По словам сенатора, кампания Дональда Трампа сосредоточена на решении этих фундаментальных проблем, а не на «фальшивых лозунгах», которые продвигают СМИ .

Миф об опросах: Почему цифры в СМИ не отражают реальность 1:48:11

Когда Тео Вон затронул тему букмекерских рынков, таких как Kalshi, где шансы Трампа на победу оценивались значительно выше, чем в мейнстримных медиа (57% против 43% на момент записи) , Вэнс объяснил, почему традиционные социологические опросы часто ошибаются.

Основная проблема, по мнению Вэнса, заключается в резком падении доли ответивших: если 10 лет назад на вопросы социологов отвечал каждый десятый, то сейчас — лишь 1 из 30 человек . При этом существует явный демографический перекос:

1. Избиратели демократов с высшим образованием гораздо охотнее идут на контакт с интервьюерами .
2. Сторонники Трампа, как правило, относятся к незнакомцам, задающим вопросы о личных предпочтениях, с недоверием и часто просто бросают трубку .
3. Стоимость данных: качественный репрезентативный опрос стоит около 60–70 тысяч долларов, в то время как большинство «газетных» опросов делаются за 10–20 тысяч, что неизбежно ведет к ошибкам выборки .

Вэнс привел пример собственной кампании в Сенат: общественные опросы предсказывали ему поражение или ничью, тогда как внутренний опросник Трампа точно предсказал его победу с отрывом в 6-7 пунктов .

Информационная гигиена и цензура Big Tech 1:59:59

В завершение разговора Джей Ди Вэнс коснулся влияния социальных сетей на психику и политический процесс. Он сравнил алгоритмы Big Tech с механизмом, превращающим людей в «повторителей» (repeaters), лишая их способности к самостоятельному анализу информации . Вэнс раскритиковал скорость формирования «единственно верного мнения» в сети, когда за несогласие с трендом 10-минутной давности человека могут подвергнуть травле или попытаться лишить работы .

Говоря о справедливости выборов, сенатор прямо обвинил технологических гигантов во вмешательстве. Он упомянул, что руководство Facebook и Twitter признало факты цензуры в отношении американских граждан за несколько недель до выборов 2020 года .

Несмотря на серьезность тем, беседа закончилась на личной ноте: Вэнс рассказал о чувстве юмора Дональда Трампа и его способности «растопить лед» даже в разговоре с его женой Ушей, когда та была напряжена из-за политического давления . Прощаясь, Тео Вон пообещал поддержать мать Вэнса, которая в январе должна получить свой десятилетний знак трезвости , что стало теплым финалом глубокого двухчасового диалога.

Под титры выпуска прозвучала песня «Shine» группы Бишоп Ганн (Bishop Gunn) .