В рамках саммита American Dynamism, организованного венчурным фондом Андрессен Горовиц (Andreessen Horowitz), лидеры новой волны американской промышленности обсудили пути преодоления производственного кризиса в США. Основатели компаний Apex и Hadrian рассказали о том, как программное обеспечение и автоматизация способны вернуть стране статус глобальной индустриальной державы. Главным сюжетом дискуссии стало жесткое технологическое соперничество с Китаем и радикальная смена отношения общества к оборонным стартапам.
🌌 Новая космическая гонка и оборонный тупик 0:08
Соединенные Штаты и их западные союзники находятся в эпицентре новой космической гонки, в которой они на текущий момент уступают позиции. Как утверждает сооснователь и генеральный директор компании Apex Иэн Циннамон, Китайская Народная Республика (КНР) значительно превосходит США в способности масштабировать производство космических аппаратов. Власти Китая официально заявили о планах запустить более 13 тысяч правительственных спутников в ближайшие годы, в то время как американское правительство за весь прошлый год вывело на орбиту едва ли больше 200 аппаратов. Циннамон подчеркивает, что западным странам необходимо нарастить объемы производства на порядки. Для решения этой задачи компания Apex разрабатывает базовые платформы для спутников, известные в индустрии как «спутниковые автобусы» (satellite bus). Это ядро, обеспечивающее быстрое развертывание группировок, которое компания производит на своем заводе в Лос-Анджелесе. Стартапу исполнилось чуть более двух лет, его аппараты уже успешно работают на орбите, а крупнейшим акционером является фонд Андрессен Горовиц.
Параллельно с космическим сектором глубокий кризис переживает и наземный оборонно-промышленный комплекс США. Крис, основатель и руководитель компании Hadrian, указывает на критическую проблему старения кадров: средний возраст квалифицированных рабочих, создающих компоненты для американских дронов, истребителей и ракет, составляет 62 года. Общий объем этого рынка в США оценивается в 200 миллиардов долларов, однако вся эта важнейшая инфраструктура держится на специалистах, которые стремительно выходят на пенсию. Компания Hadrian пытается решить эту проблему, строя автоматизированные фабрики для аэрокосмической и оборонной отраслей, поставляя детали для таких гигантов, как SpaceX и Anduril, а также для молодых стартапов. Крис убежден, что единственным способом конкурировать с Китаем в глобальном производстве является наделение американского рабочего «суперсилами» с помощью программного обеспечения, искусственного интеллекта и робототехники. Стратегическая цель Hadrian — разворачивать специализированные объекты для федерального правительства, работающие по принципу гигафабрик Tesla, чтобы максимально быстро ликвидировать дефицит мощностей в производстве кораблей и ракет.
🌴 Лос-Анджелес как плавильный котел технологий и производства 2:28
Выбор Лос-Анджелеса в качестве штаб-квартиры для хардверных компаний новой волны продиктован кадровой логикой, несмотря на высокие калифорнийские налоги и риски лесных пожаров. По мнению Криса, создание успешного современного производства требует объединения двух противоположных культур: гибкости Кремниевой долины и опыта традиционной промышленности. Программисты должны находиться непосредственно в цеху, бок о бок с производственными линиями, чтобы лично автоматизировать процессы и понимать физический контекст. Лос-Анджелес оказался идеальной географической точкой, позволившей привлечь софтверные таланты с севера штата и соединить их с мощнейшей производственной базой, сформированной вокруг SpaceX и Anduril.
Иэн Циннамон разделяет эту позицию, отмечая, что при создании Apex они стремились смешать три разные ДНК:
- Лучшие кадры из традиционного аэрокосмического сектора, привносящие строгую инженерную ментальность.
- Специалистов из «нового космоса» (New Space) вроде бывших сотрудников SpaceX.
- Экспертов из сфер, вообще не связанных с авиацией, включая софтверную разработку, выходцем из которой является сам Циннамон.
Подобный гибридный подход требует тесного взаимодействия с экосистемой. Лос-Анджелес уникален тем, что в шаговой доступности находятся как ключевые подрядчики Пентагона (Anduril, Northrop Grumman, Lockheed Martin, Boeing), так и конечные заказчики, такие как Командование космических систем (Space Systems Command), офис которого расположен всего в семи минутах от базы Apex.
⚡ Инфраструктурный кошмар: битва за электроэнергию и разрешения 4:37
Обратной стороной ведения бизнеса в Калифорнии являются колоссальные инфраструктурные и бюрократические барьеры. Модератор панели Брайан поделился личным негативным опытом взаимодействия с местной энергетической компанией Southern California Edison, отметив запредельно высокие тарифы на электроэнергию и абсурдность согласований. По его словам, даже готовность платить сотни тысяч долларов в месяц за мегаватты мощности натыкается на споры со стороны энергетиков, утверждающих, что бизнесу эта энергия не нужна. Брайан признался, что безуспешно пытался дать взятку монтажной бригаде, чтобы они установили на столб трансформаторы большей мощности вместо стандартных слабых приборов, и назвал эту инфраструктурную глухоту одной из причин, почему его компания планирует в будущем свернуть производство в Лос-Анджелесе.
Крис подтвердил масштаб катастрофы, рассказав, что после запуска завода площадью 100 тысяч квадратных футов в Лос-Анджелесе Hadrian планирует открыть две новые фабрики по 500 тысяч квадратных футов в других штатах. По его оценке, если еще три года назад ситуация была терпимой, то сейчас проектирование и строительство здания занимают около трех месяцев, после чего компания вынуждена от 6 до 9 месяцев просто ждать разрешений и подключения к сети.
Собеседники привели несколько ярких примеров бюрократического абсурда:
- Для получения 8000 ампер от Southern California Edison Крису пришлось собрать больше документов и обоснований, чем юристам для закрытия инвестиционного раунда Серии B на сумму 100 миллионов долларов.
- Вмешательство мэра города Эль-Сегундо, который лично звонил в энергокомпанию от имени стартапа, не дало никаких результатов — чиновнику просто велели «отстать».
Иэн Циннамон поддержал коллег, отметив, что после переезда Apex в район Плайя Виста ситуация повторилась: ожидание разрешений после подачи документов заняло 10 месяцев, в то время как сама внутренняя перестройка здания заняла всего 4 недели. Для работы вибрационных стендов (shaker tables), тестирующих спутники, требуется колоссальное количество энергии. Чтобы решить эту проблему, Apex сейчас пытается арендовать соседнее здание исключительно ради того, чтобы перенаправить его электрические мощности на свои нужды. Крис подчеркнул, что для капиталоемких производств, особенно связанных с ракетами и энергетическими материалами, критически важна регуляторная определенность, отсутствие которой в Калифорнии сильно тормозит развитие всего сектора.
🚀 Эволюция American Dynamism: от маргиналов до мейнстрима 8:34
Идеологическое и культурное отношение к оборонным и производственным стартапам в США за последние годы претерпело радикальный сдвиг. Крис напоминает, что направление «Американского динамизма» в фонде Andreessen Horowitz существует около трех лет. Десять-двадцать лет назад в этой сфере работали лишь единичные компании-первопроходцы вроде SpaceX и Palantir, позже появился Anduril. Около четырех лет назад сформирующегося патриотически настроенного сообщества основателей объединило понимание национальной важности возрождения производства. По известному выражению сооснователя a16z Марка Андрессена, создание таких хардверных бизнесов — это игра в «сложном режиме» (hard mode), и спикеры панели с этим полностью согласны.
Главное изменение коснулось рынка труда и привлечения молодых талантов. По наблюдениям Криса, если три года назад молодых программистов приходилось подолгу убеждать в важности миссии национальной безопасности, то сегодня ландшафт изменился: выпускники и специалисты открыто заявляют, что не хотят идти в Google, а мечтают работать в SpaceX, Anduril или Hadrian. Из узкого круга десяти компаний-энтузиастов выросла огромная экосистема, насчитывающая сотни стартапов.
Иэн Циннамон поделился личными воспоминаниями о том, как менялось отношение общества:
- 10 лет назад: Циннамон основал в Пало-Альто софтверную компанию в сфере ИИ и компьютерного зрения для задач нацбезопасности и каждый день опасался протестов студентов Стэнфорда под окнами своего офиса.
- 5 лет назад (2020 год): После продажи бизнеса компании Palantir Циннамон застал массовые протесты активистов вокруг их офиса в Пало-Альто, из-за чего штаб-квартиру Palantir пришлось переносить в другой регион.
- Наши дни: Сегодня инвестиции в оборонные технологии (Defense Tech) стали модным и привлекательным трендом среди венчурных капиталистов во всем мире, хотя, по мнению Иэна, многие инвесторы теперь вкладывают деньги в сомнительные «научные проекты», не понимая реальных нужд конечного государственного заказчика.
Изменения затронули даже базовую финансовую инфраструктуру. Крис вспомнил, что на старте Hadrian коммерческие банки отказывались открывать компании расчетный счет, приравнивая оборонный стартап к индустрии азартных игр и порнографии. Единственным, кто согласился сотрудничать, стал Silicon Valley Bank (SVB), который, по иронии судьбы, обанкротился буквально на следующей неделе после открытия счета. Сегодня же на сцене саммита выступает вице-президент США, заявляя о критической важности американского рабочего класса для реиндустриализации страны.
🛠️ Высокие ставки физического мира: софт против железа 13:23
Масштабирование хардверного бизнеса несет в себе специфические риски, незнакомые создателям чисто софтверных продуктов. По словам Иэна Циннамона, первая ключевая проблема производства спутников — это логистический кошмар в цепочке поставок. Крупные игроки зависят от поставщиков второго и третьего уровней, которые чаще всего представляют собой мелкие семейные мастерские («mom and pop shops»). Они прекрасно справлялись, когда нужно было собирать единичные штучные аппараты, но при переходе к массовому серийному производству (пролиферации) эта модель полностью ломается. Циннамон сформулировал это так: самая сложная часть создания спутника — это физическое наличие деталей для него.
Второй недооцененный вызов в хардвере — это программное обеспечение. Циннамон утверждает, что основной причиной космических аварий и аномалий на орбите является именно софт, а не механические поломки, хотя большинство компаний традиционно недоинвестируют в эту сферу. Для эффективного управления заводом Apex пришлось написать собственную операционную систему, которая связывает в единое целое финансовый блок, команду продаж, цепочку поставок и инженеров.
Крис сравнил управление заводом Hadrian с «игрой, где тебя каждый день бьют по лицу». В отличие от софта, где рост продаж покрывается автоматическим включением новых серверов в дата-центре, в физическом мире необходимо вести сложнейшую параллельную игру: наращивать станки и персонал строго в соответствии со спросом, не обгоняя его и не отставая. Производство сопряжено с кинетическими рисками: пожарами, угрозами безопасности труда и жестким контролем качества. При этом ошибки в хардвере стоят несоизмеримо дороже. Как объясняет Крис, если в софтверной компании крупный просчет можно скорректировать сокращением штата, то купленные за миллионы долларов станки при попытке перепродажи мгновенно теряют стоимость до копеек. Крис резюмирует: «Мы каждый раз ставим фишки по 100 миллионов долларов на капекс (капитальные затраты) и надеемся, что приняли правильное решение».
🇺🇸 Взгляд в будущее: тарифы, экспорт и престиж рабочих профессий 17:22
Для долгосрочного выживания американской промышленности необходимы системные изменения на государственном уровне. Крис призывает Министерство обороны США начать рассматривать производственную базу не просто как коммерческих подрядчиков, а как стратегическую государственную мощность. Из-за разрушения индустриального фундамента в период с 1970-х по 1990-е годы (вследствие открытия Китая Никсоном и подписания соглашения НАФТА) страна потеряла целые поколения мастеров. На восстановление этих компетенций уйдут десятилетия. Крис предлагает ввести жесткие регуляторные меры: если продукт закупается на деньги Пентагона или федерального правительства, вся цепочка поставок должна быть принудительно локализована внутри США, а законы капитализма сами заставят бизнес построить нужные мощности.
Вторым важнейшим шагом Крис считает преодоление культурного клейма вокруг рабочих специальностей. В 1980-е и 1990-е годы американскому обществу навязывалась идея, что отсутствие четырехлетнего высшего образования — это признак жизненной неудачи. По мнению спикера, государству необходимо вернуть престиж профессиям токаря, машиниста и электрика, популяризируя их среди 22-23-летней молодежи. Практические навыки работы на станках с ЧПУ должны приобретаться задолго до выхода на первую работу.
Иэн Циннамон дополняет эти рекомендации внешнеполитическим вектором. По его мнению, после успешного возвращения производств в США (чему способствовало введение тарифов) государству необходимо открыть для местных компаний глобальные рынки союзных государств. Если американские союзники не смогут оперативно покупать технику в США, они будут вынуждены приобретать ее у геополитических противников, способных производить быстрее и дешевле. Главным препятствием здесь выступает архаичная система экспортного лицензирования в США. Циннамон сетует на то, что получение экспортных лицензий превратилось в огромную проблему, в то время как Китай поставляет свои системы без каких-либо лицензионных барьеров, перехватывая контракты и ослабляя глобальное влияние США.
