Ольга Алленова, специальный корреспондент ИД «Коммерсантъ», в январе 2000 года случайно попала в разрушенный Грозный на машине МЧС. Спустя 22 года она констатирует крах российского медиапространства и утверждает, что государственная пропаганда превратилась в инструмент тотального оболванивания населения.
🌐 Информационный вакуум и поиск правды 1:28
Российская журналистика оказалась в отчаянном положении из-за фактического запрета на использование слова «война» и критику действий власти . Национальные печатные СМИ практически перестали предоставлять объективную информацию о происходящем в Украине. В этой ситуации люди вынуждены искать альтернативные источники, что делает их уязвимыми для манипуляций .
Ольга Алленова выделяет несколько заслуживающих внимания ресурсов:
- «Новая газета» — одно из немногих печатных изданий, пытающихся показать ситуацию «с той стороны» .
- Meduza и The Bell — качественные аналитические ресурсы .
- Telegram-каналы: ЧТД, ВЧК-ОГПУ, канал Ильи Варламова и NEXTA .
При этом журналист подчеркивает, что Telegram-каналы не являются полноценными СМИ . В условиях обилия фейков она советует обращать внимание на детали видеозаписей: язык общения, время года, звуковой фон и поведение людей в кадре .
🏚 Опыт Чечни: тени в Грозном и подвалы сегодня 8:28
Алленова проводит прямые параллели между событиями в Чечне конца 1999 года и текущей ситуацией в украинских городах . Она вспоминает, как после объявления «гуманитарных коридоров» в Грозном официально заявляли об отсутствии гражданских, хотя в подвалах оставались тысячи людей .
Самым страшным последствием войны журналист считает расчеловечивание . В 2000 году её потряс вид университетского профессора в Грозном, который ел кашу из котелка у полевой кухни. Война лишает человека достоинства, превращая мирных жителей в «серые тени», живущие в подвалах без воды, еды и информации.
Сегодня в крупных городах Украины, таких как Киев и Харьков, остаются миллионы людей . Многие не могут уйти по объективным причинам:
- Тяжелые болезни, включая онкологию .
- Преклонный возраст и немощность.
- Страх мародерства и нежелание покидать свой дом.
- Патриотические мотивы и вера в то, что «со мной ничего не случится».
📺 «Дьявольская машина» пропаганды 15:34
Телевидение в России превратилось в дьявольскую машину по оболваниванию людей . Пропаганда подменяет реальность ложью, лишая граждан возможности самостоятельно анализировать события. Это главная причина, по которой часть населения не понимает масштабов трагедии или поддерживает насилие.
Аргумент «восьми лет конфликта в Донбассе» Алленова считает ловушкой . Она убеждена:
- Насилие никогда не может оправдать насилие .
- Гибель мирных жителей в Донбассе — это трагедия, но она не дает права уничтожать города в остальной части Украины.
- Логика «око за око» — это ветхозаветный подход, не имеющий ничего общего с христианством .
По мнению Алленовой, российское руководство могло принять роковое решение на основе дезинформации . Она предполагает, что Владимиру Путину могли предоставить неверные данные о настроениях в Украине и готовности населения к встрече российских войск .
🪖 Смерть без лица: трагедия солдатских матерей 26:03
В отличие от чеченских кампаний, сейчас в обществе образовался полный информационный вакуум относительно числа погибших солдат . Комитет солдатских матерей завален письмами, но у него нет доступа к переговорному процессу . В Чечне такие люди, как генерал Александр Лебедь, вели диалог об обмене пленными и телами погибших.
Сегодня тела убитых солдат часто остаются на полях . Это Алленова называет антигуманным и страшным. Статус «пропавший без вести» — это вечный ад для родителей, который не позволяет пережить горе и похоронить детей .
Отсутствие контакта между властью и гражданским обществом усугубляет ситуацию . Зачистка «иностранных агентов» и «нежелательных организаций» привела к тому, что в критический момент некому взять на себя гуманитарные функции, которые не может или не хочет выполнять армия .
💔 Крах «теории малых дел» и личная вина 31:32
Ольга Алленова признается, что находится на грани психического срыва и чувствует огромную вину . Она считает ошибкой недооценку угрозы и веру в то, что ничего катастрофического не произойдет.
Десятилетия работы в социальной журналистике — помощь сиротам, жителям психоневрологических интернатов (ПНИ), тяжелобольным детям — теперь кажутся обнуленными . Война разрушила «теорию малых дел», которой придерживалось российское гражданское общество. Экономический кризис и изоляция ударят в первую очередь по самым слабым, для которых жизнь станет еще тяжелее .
Журналист дает несколько тезисов о будущем:
- Российское общество не сможет помириться с украинским при жизни нынешнего поколения .
- Пассивность и страх оказались токсичным коктейлем, который годами внедряли в сознание людей .
- Единственный способ не сойти с ума сейчас — продолжать делать что-то для других, помогать тем, кому еще хуже .
Несмотря на массовый отъезд знакомых из страны, Алленова пока остается в России . Она не знает, где теперь её место, но чувствует необходимость продолжать писать о «униженных и оскорбленных», чьи проблемы на фоне войны только обострятся .
