Вы скорее умрете от естественных причин, поедая закуску в кресле самолета, чем погибнете в авиакатастрофе, — и в этой незаметной безопасности кроется главная победа эффективного государства. Пит Буттиджич разбирает, как алгоритмы соцсетей эксплуатируют наш «мозг ящерицы» и почему за триллионными инвестициями в интернет или скоростные поезда всегда стоит человеческая эмпатия, а не только сухая экономика.
✈️ Безопасность в небе и фундамент инноваций: Пит Буттиджич о роли государства 0:00
Визит Пита Буттиджича в подкаст FLAGRANT начался с неожиданного обсуждения сериала «Белый лотос», которое быстро переросло в серьезную дискуссию о социальной мобильности и безнаказанности сверхбогатых. Эндрю Шульц и Акаш Сингх задали тон беседе, указав на то, что в современной культуре и экономике элиты часто кажутся неприкасаемыми, будь то сюжеты HBO или реальные налоговые декларации. Пит Буттиджич, опираясь на свой опыт министра транспорта и мэра, перевел этот разговор в плоскость системного управления, где роль государства варьируется от обеспечения физической безопасности граждан до финансирования технологий, которые мы сегодня считаем само собой разумеющимися.
Парадокс авиационной безопасности: почему в кресле самолета спокойнее, чем дома 4:48
Обсуждение современных рисков началось с темы авиации. Буттиджич отметил, что в общественном сознании любая мелкая неполадка в самолете вызывает панику, хотя статистика говорит об обратном. Он подчеркнул, что в США на протяжении 15 лет не было ни одной катастрофы на коммерческих рейсах с человеческими жертвами . Это достижение не является случайностью; оно — результат десятилетий жесткого регулирования, развития технологий и политики «нулевой терпимости» к риску.
За время пребывания Пита на посту министра транспорта через аэропорты США прошло около 4 миллиардов человек . Статистика выживания в авиации сегодня настолько высока, что пассажир, пристегнутый в кресле и поедающий закуски, имеет больше шансов внезапно скончаться от естественных причин, чем погибнуть в результате крушения самолета . Этот уровень безопасности Пит противопоставляет развивающемуся сектору коммерческих космических полетов, который он называет «Диким Западом» . В то время как авиация достигла пика надежности благодаря государственному надзору, космический туризм сейчас функционирует по принципу «летай на свой страх и риск», хотя в будущем неизбежно столкнется с таким же уровнем регулирования, как и обычные авиалинии .
Налоговая справедливость: пожарный против миллиардера 5:40
Центральной темой начала интервью стала проблема налогообложения. Эндрю Шульц выразил популярное мнение: средний класс платит честно, в то время как ультрабогатые используют армии юристов для минимизации выплат. Буттиджич согласился, отметив, что большинство американцев (и Демократическая партия в частности) поддерживают простую идею: человек, зарабатывающий миллиарды, должен платить эффективную налоговую ставку не ниже, чем обычный пожарный .
Проблема заключается в структуре богатства. Сверхбогатые люди часто не получают «зарплату» в традиционном понимании; их состояние сосредоточено в акциях и капитале . Пит выделил несколько ключевых аспектов этой проблемы:
- Офшорные схемы: Компании создают штаб-квартиры в Ирландии или на Багамах, используя обычные почтовые ящики, чтобы избежать американских налогов .
- Кредиты под залог акций: Вместо продажи активов и уплаты налога на прирост капитала, миллиардеры берут кредиты под залог своих ценных бумаг. Поскольку кредиты не облагаются налогом, они фактически живут на эти средства бесплатно .
- Международные соглашения: Буттиджич упомянул о важности дипломатии в создании «глобального налогового пола», чтобы предотвратить бегство капитала в налоговые гавани .
Пит предложил рассмотреть концепцию национального налога на богатство, проводя аналогию с налогом на недвижимость: вы платите небольшую долю от стоимости того, чем владеете, каждый год, чтобы финансировать дороги, школы и полицию, не дожидаясь момента продажи собственности .
iPhone как продукт государственных инвестиций 8:25
В ответ на критику эффективности правительства Буттиджич привел аргумент о «фундаментальных инновациях». Он признал, что федеральное правительство никогда не смогло бы изобрести iPhone — это задача частных корпораций вроде Apple, которые блестяще справляются с дизайном и маркетингом . Однако сам iPhone невозможен без интернета, который был создан в рамках государственного исследовательского проекта .
Пит ввел понятие «базовых исследований» — инвестиций в идеи, доход от которых может проявиться лишь через 50 или 100 лет . Частный сектор, ориентированный на прибыль в краткосрочной перспективе (10–20 лет для фармацевтики), не может позволить себе вкладывать триллионы в фундаментальную науку без гарантированного возврата. Правительство же берет на себя роль инвестора в «общественные блага». Буттиджич выразил серьезную обеспокоенность текущей «войной с академической средой» и сокращением расходов на исследования рака и науки, подчеркнув, что антинаучная атмосфера наносит долгосрочный ущерб экономике, который не виден в квартальных отчетах корпораций, но подрывает инновационный потенциал страны .
Трагедия Саут-Бенда: уроки Studebaker 16:50
Чтобы объяснить, почему многие американцы чувствуют себя «забытыми», Пит обратился к истории своего родного города Саут-Бенд, штат Индиана. В массовом сознании город ассоциируется с университетом Нотр-Дам, но его экономическим сердцем долгое время был завод Studebaker . В свое время компания входила в «Большую четверку» автопроизводителей США и доминировала в регионе.
Крах Studebaker в 1963 году стал катастрофой, последствия которой ощущались десятилетиями. Когда Пит стал мэром города в возрасте 29 лет — через полвека после закрытия завода — он все еще сталкивался с руинами промышленных цехов . По его словам, заброшенные заводы в Индиане выглядели как зоны боевых действий, которые он видел во время службы в Афганистане .
Этот личный опыт позволяет ему понимать эмоциональный позыв тех, кто поддерживает радикальные меры, такие как тарифы, в надежде вернуть промышленность. Однако он предупредил о рисках непродуманных решений: Пит упомянул свежую новость о сокращении 370 рабочих на заводе Stellantis в Кокомо, Индиана, из-за тарифной политики . Его позиция заключается в том, что промышленность нужно развивать через инвестиции в технологии будущего (чипы, «зеленая» энергия), а не через попытки вернуться в 1963 год.
🏛️ Тон власти: от тарифов Walmart до бюрократии в метро 25:21
Тарифы как скрытый налог на обычного американца 25:21
В дискуссии о торговой политике Пит Буттиджич акцентирует внимание на том, что широко разрекламированные тарифы Дональда Трампа — это не «деньги из воздуха», которые платит Китай, а фактический налог на американских импортёров и, в конечном счёте, на потребителей . Он указывает на фундаментальную хаотичность введения этих пошлин. Например, из-за математической ошибки консервативного аналитического центра и неверной терминологии (путаница между «взаимными» и «пропорциональными» тарифами) процесс выглядел крайне небрежно .
Буттиджич приводит в пример малый бизнес в Мичигане: владелица небольшого магазина одежды и сумок в панике, так как не может рассчитать стоимость следующей партии товара из-за неопределённости в пошлинах . Пока гиганты вроде Apple успешно лоббируют исключения для своих товаров, обычные предприниматели остаются беззащитными перед лицом политики, которая меняется каждые несколько дней . Пит подчеркивает, что тарифы должны использоваться точечно для защиты конкретных уязвимых отраслей, а не превращаться в «хаотичный захват», который наказывает тех, кто честно строит малый бизнес и платит налоги внутри страны . Ранее в разговоре участники уже касались темы деградации промышленности в Индиане, и Буттиджич считает, что бездумные тарифы лишь усугубляют эту боль.
Проблема «нравоучительного» тона Демократической партии 28:34
Эндрю Шульц поднимает острый вопрос о стиле общения демократов, который часто воспринимается жителями глубинки как высокомерное «погромыхивание пальцем» (finger wagging) . Буттиджич соглашается с этой критикой, признавая, что его партия склонна интеллектуализировать чужую боль. Вместо того чтобы сопереживать людям, которые не могут прокормить семьи, политики пишут аналитические статьи о том, «почему Юг любит MAGA», пытаясь объяснить реальные страдания через графики и таблицы .
По мнению Пита Буттиджича, партии нужно пересмотреть три аспекта своего существования:
- Что говорить: Проверить политические идеи на актуальность. Если они не работают — менять их.
- Как говорить: Отказаться от тона морального превосходства в пользу эмпатии. Боль должна быть точкой входа для диалога, а не объектом осуждения .
- Где говорить: Демократы ошибочно полагают, что они всё ещё лидеры в технологиях, как это было 15 лет назад во времена расцвета Facebook. На деле же они потеряли связь с аудиторией, которая не смотрит CNN, а слушает подкасты или получает новости из соцсетей .
Буттиджич отмечает, что попытки администрации Байдена хвастаться хорошими макроэкономическими показателями выглядят оскорбительно для человека, который видит в магазине сухие завтраки за 10 долларов . В этом контексте он упоминает Александрию Окасио-Кортес и Берни Сандерса, чьи идеи о справедливых налогах резонируют с людьми именно потому, что они признают факт «обдираловки» среднего класса .
Эффективность правительства и критика проекта DOGE 37:56
Обсуждая проект по оптимизации госаппарата (DOGE), Пит Буттиджич, имеющий опыт работы в консалтинговой компании McKinsey, проводит четкую грань между реальной эффективностью и борьбой за власть . Он утверждает, что подход Илона Маска и его соратников — это не про экономию, а про консолидацию контроля. В федеральном правительстве действительно есть системные проблемы: невозможно поощрить лучшие 10% сотрудников или уволить худшие 10%, которые просто «отсиживают» время .
Однако методы DOGE Буттиджич называет варварскими. Массовые увольнения по электронной почте затронули даже ветеранов FAA (Федерального управления гражданской авиации) с 7-летним стажем, которые только перешли в штат из подрядчиков и формально считались «на испытательном сроке» . Пит иронизирует над образом Дональда Трампа, который сделал карьеру на фразе «Вы уволены», отмечая, что в реальности, будучи мэром, он ненавидел процесс увольнения людей, так как это всегда человеческая трагедия . Он согласен, что правительство напоминает «самолижущийся рожок мороженого» — систему, создающую процессы ради процессов . В качестве примера он приводит абсурдное правило FAA, требующее наличия выключателя для знака «Не курить» на новых самолётах, хотя курение запрещено десятилетиями и знак должен гореть всегда .
Бюрократия и «ненужное» метро на Второй авеню 45:02
В конце главы разгорается жаркий спор о строительстве метро на Второй авеню в Нью-Йорке. Эндрю Шульц, как коренной житель, утверждает, что этот проект — памятник бесполезности и бюрократии: «Никто на Верхнем Ист-Сайде не пользуется метро, там живут старушки, которые ездят на такси» . Буттиджич, защищая проект, сталкивается с типичной проблемой инфраструктурного планирования в США: стоимость и сроки строительства запредельны из-за необходимости отвечать на каждый комментарий, созданный, возможно, даже искусственным интеллектом для затягивания процесса .
Спор о том, нужно ли облегчать нагрузку на переполненные линии 4, 5 и 6, перерастает в обсуждение политического давления. Буттиджич настаивает, что DOGE и тарифы используются как рычаг: «Если вы на хорошем счету у Белого дома, вашу программу не закроют, а вашей компании дадут исключение по пошлинам» . Это создает систему, где лояльность важнее экономической целесообразности, что Пит считает главной угрозой для государственного управления.
🏛️ Призрак монархии и дефицит общественного доверия 50:07
Обсуждение политической ответственности неизбежно перетекает в вопрос о том, как высокопоставленные чиновники справляются с искушениями. Пит Буттиджич признаётся, что в бытность министром транспорта он выработал жесткое правило относительно любых привилегий. Если авиакомпания предлагала ему повышение класса обслуживания (upgrade) как часто летающему пассажиру, его служба безопасности направлялась к выходу на посадку, чтобы договориться о «понижении» обратно в эконом-класс . Это делалось не только из-за формальных правил, но и ради того, чтобы избежать двусмысленных фотографий в соцсетях. По мнению Буттиджича, в стране, основанной на отрицании идеи всевластного короля, государственное служение требует осознанного самоограничения.
Тень Джефферсона над Белым домом 52:09
Философия американской государственности, как напоминает Буттиджич, зиждется на глубоком подозрении к исполнительной власти. Отцы-основатели вели яростные споры о том, стоит ли вообще создавать пост президента. Томас Джефферсон опасался, что эта должность со временем мутирует в монархию .
Символизм этой подозрительности запечатлен в самой архитектуре Вашингтона. Мемориал Джефферсона расположен так, что статуя третьего президента находится на одной линии с центром Белого дома . Буттиджич подчеркивает: если стоять в Голубой комнате резиденции президента и смотреть на юг, Джефферсон буквально «наблюдает» за действующим главой государства, напоминая о недопустимости узурпации власти . Эта историческая преемственность подчеркивает контраст между идеалами республики и современными обвинениями в коррупции или злоупотреблении полномочиями, которые звучат в адрес политиков.
Парадокс налогов и скандинавская модель 54:09
Одной из самых острых тем беседы становится эффективность использования налогов. Эндрю Шульц приводит в пример свой опыт жизни в Нью-Йорке и Калифорнии: при крайне высокой налоговой нагрузке граждане зачастую видят разбитые дороги, плохие школы и отсутствие обещанной инфраструктуры . В ответ Буттиджич признает, что уровень доверия американцев к правительству сейчас крайне низок, и проводит параллель со странами Скандинавии.
В Швеции или Дании налоговое бремя еще выше, однако там существует общественный консенсус относительно справедливости системы . Разница заключается в осязаемости результата. В США же успех государства часто остается «невидимым».
«Вы не замечаете, что ваша школа хорошая — вы замечаете только тогда, когда она плохая. Вы не замечаете, что дорога гладкая — вы замечаете только выбоину на ней. И вы точно не замечаете, когда самолет НЕ падает» .
По мнению Пита Буттиджича, проблема не в том, что налоги в США слишком низкие (хотя он вскользь упоминает необходимость того, чтобы крупные корпорации платили честную долю, о чем подробнее говорилось в начале дискуссии), а в хроническом недоинвестировании и бюрократической неэффективности, которые мешают людям чувствовать отдачу от каждого вложенного доллара .
Почему инфраструктурные проекты превращаются в долгострой 1:02:49
Кейс метро на Второй авеню в Нью-Йорке стал в подкасте метафорой всех провалов государственного планирования. Эндрю Шульц иронизирует над тем, что проект обсуждается десятилетиями, но так и не завершен . Буттиджич, защищая саму идею расширения транспорта, признает: защищать сроки и стоимость таких объектов невозможно. Проект метро на Второй авеню фактически начался еще в 1920 году, и его стоимость в самом густонаселенном и дорогом месте мира (Верхний Ист-Сайд) зашкаливает из-за цен на недвижимость и сложности инженерных сетей .
В качестве позитивного примера Буттиджич приводит строящуюся скоростную ж/д линию между Лас-Вегасом и Южной Калифорнией, которая может открыться к 2028 году . Успех этого проекта он объясняет тремя факторами:
- Государственно-частное партнерство;
- Использование разделительной полосы существующей автотрассы I-15, что упростило покупку земли;
- Сотрудничество между штатами с разным политическим климатом (Невада и Калифорния) .
Буттиджич настаивает, что государственные инвестиции могут работать — как это было с созданием интернета, на котором позже выросли крипто-миллиардеры и технологические гиганты . Однако в городской среде регулирование необходимо: живя «друг у друга на головах» в мегаполисе, люди острее чувствуют потребность в правилах, чем жители сельских районов .
Битва за восприятие: данные против «вайба» 1:10:00
Заключительная часть этого блока посвящена тому, как республиканцы успешно «продают» избирателям образ демократических городов как «адских дыр», погрязших в преступности и бездомности . Буттиджич предостерегает однопартийцев от газлайтинга: нельзя говорить людям, что их страхи беспочвенны. Однако он указывает на разрыв между медийной картинкой и реальностью.
Так, в Бостоне уровень убийств находится на 70-летнем минимуме, а в Денвере демократическая мэрия добилась серьезных успехов в борьбе с бездомностью . Проблема в том, что Республиканская партия часто предлагает «сжечь всё дотла» или сократить расходы (например, на программу Medicaid), не предлагая альтернативных решений по управлению сложными системами .
Самой большой угрозой для республики Буттиджич называет исчезновение единого фактического поля. Если раньше люди спорили о ценностях на основе одних и тех же фактов из вечерних новостей, то сегодня алгоритмы соцсетей создали ситуацию, где у каждой стороны своя правда и свои цифры . В условиях тотального недоверия даже официальная статистика воспринимается как манипуляция, что делает невозможным конструктивный диалог о будущем страны .
🗳️ Доверие, алгоритмы и «магия лозунгов» 1:15:15
Акции в Конгрессе: конфликт интересов и цена честности
Пит Буттиджич уверен: участие выборных должностных лиц в торговле акциями — одна из главных причин эрозии общественного доверия к власти . Когда политик принимает решения на триллионы долларов, влияющие на всю национальную экономику, у него не должно быть даже тени мысли о том, как это скажется на его личном портфеле акций Google или любой другой корпорации .
Буттиджич признает, что для него эта проблема не стояла остро из-за отсутствия больших накоплений, но он понимает дилемму миллионеров, которым приходится задумываться о продаже активов (дивестиции) ради государственной службы . Тем не менее, он настаивает на полном запрете торговли акциями для конгрессменов.
В качестве сопутствующей, хотя и менее популярной меры, Пит предлагает повысить зарплаты госслужащим . По его мнению, это необходимо по двум причинам:
- Чтобы привлекать «лучших и умнейших» специалистов, которые в противном случае уйдут в частный сектор .
- Чтобы у политиков не было искушения «компенсировать разницу» в доходах через инсайдерскую торговлю на фондовом рынке.
Буттиджич подчеркивает, что когда люди перестают доверять политикам, они перестают верить и данным, которые те предоставляют . Он приводит в пример манипуляции Дональда Трампа со статистикой социального обеспечения: использование реальных баз данных (где числились люди, умершие сто лет назад) для создания ложного впечатления, будто «мертвые души» до сих пор получают чеки . На местном уровне, будучи мэром, Пит чувствовал связь с реальностью острее: «Если дороги в плохом состоянии, а я покажу статистику, что они отличные, люди меня просто поправят — они ездят по ним каждый день» .
Алгоритмы соцсетей: как «мозг ящерицы» побеждает гражданское общество 1:18:41
Переход от местного уровня политики к национальному обнажает проблему фрагментации информации. Пит Буттиджич вспоминает эпоху Уолтера Кронкайта, когда вся страна опиралась на единый набор фактов . Сегодня же алгоритмы соцсетей создают экстремальные «эхо-камеры», где редакционная функция профессиональных СМИ — проверка фактов и исправление ошибок — полностью атрофирована .
Основная угроза, по мнению Буттиджича, заключается в том, что алгоритмы целенаправленно эксплуатируют наш «мозг ящерицы» (lizard brain) . В дискуссии с Эндрю Шульцем они выводят формулу различия популярных платформ:
- Instagram — это то, какими мы «хотим хотеть» быть (подписки на полезный контент, идеализированная жизнь) .
- TikTok — это то, чего мы хотим на самом деле на базовом, инстинктивном уровне («просто заткнись и листай») .
Алгоритм всегда вознаграждает более сенсационную и шокирующую подачу информации. Пит отмечает, что чтение хорошей книги требует когнитивных усилий, но в итоге приносит удовлетворение, в то время как бесконечный скроллинг кормит низшие инстинкты, подавляя «мозг гражданина» . Это разрушает общее поле фактов, без которого демократическая дискуссия становится невозможной.
Политика символов: почему демократам не хватает своего «Построй стену» 1:34:36
Обсуждая стратегию Демократической партии, Эндрю Шульц указывает на слабость их месседжа: демократы часто выглядят как люди, которые «машут пальцем» и читают нотации, вместо того чтобы предлагать яркие, понятные образы . В то время как Дональд Трамп использует визуальные триггеры — например, видео с депортацией преступников в кандалах — демократы пытаются объяснить сложные программы .
Буттиджич соглашается, что Демократической партии нужно стать «партией 60%», так как большинство американцев поддерживают их позиции по образованию, здравоохранению и даже проверке биографии владельцев оружия (80–90% поддержки) . Однако мешает страх перед противоречиями и «культурой отмены» внутри партии . Пит приводит в пример Александрию Окасио-Кортес и Берни Сандерса как политиков, которые не боятся называть «плохих парней» и привлекать внимание через контролируемый конфликт .
Шульц призывает демократов быть более «гангстерскими» в своих лозунгах :
«Республиканцы могут сказать: "Мы захватим Гренландию!". Где ваше "Построй стену"? Где ваше громкое заявление, которое заводит людей?»
Буттиджич парирует, что многие обещания Трампа (включая стену и инфраструктурный план) так и не были выполнены, в то время как администрация Байдена реально построила 70 000 объектов . Тем не менее, он признает проблему «ностальгии» в обеих партиях:
- Республиканцы ностальгируют по социальному порядку 1950-х .
- Демократы ностальгируют по «Новому курсу» и послевоенному устройству мира, которое начинает рушиться под собственным весом .
Ранее в разговоре они уже касались темы тарифов как инструмента экономической политики, но здесь Пит подчеркивает: никакая ностальгия по заводам Studebaker не заменит необходимости адаптироваться к миру ИИ и новой роли Китая . Шульц резюмирует: людям нужно, чтобы политики прямо называли их проблемы и обещали их решить, даже если это звучит гиперболизированно — «Имей порядочность хотя бы соврать мне, мы же как будто в браке!» .
🎖️ Личный манифест: каминг-аут ветерана и поиск эмпатии в политике 1:40:17
В ходе беседы с Эндрю Шульцем и Акашем Сингхом Пит Буттиджич подчеркивает, что Демократическая партия часто проигрывает в «войне лозунгов». Ранее в разговоре они касались эффективности слогана Дональда Трампа «Построй стену», и Пит признает: демократам не хватает кратких и понятных «наклеек на бампер», которые бы резонировали с чувствами людей . Однако за политическими лозунгами всегда стоят живые истории, и Буттиджич переходит к самой личной части интервью — рассказу о том, как он решился открыться миру, будучи действующим мэром в консервативном штате Индиана.
Письмо «на всякий случай» и осознание в Афганистане 1:45:55
Решение совершить каминг-аут созрело у Пита во время службы в Афганистане. Будучи резервистом ВМС, он временно оставил пост мэра Саут-Бенда, чтобы отправиться в зону боевых действий . Перед отправкой каждому военнослужащему приказывают написать письмо близким — так называемое «на всякий случай» (just in case), которое передадут семье в случае его гибели.
В этом письме, которое Пит до сих пор хранит в ящике стола, содержалось всё: от паролей в интернете до итогов прожитой жизни . Размышляя над текстом, Пит, будучи взрослым мужчиной на ответственной должности, внезапно осознал, что никогда не знал, что такое по-настоящему любить. «Я решил: если я вернусь, я не позволю этому продолжаться. Я лучше столкнусь с любыми последствиями, чем уйду в могилу, так и не узнав чувства любви» .
Вернувшись домой, он выбрал сложный момент — середину своей кампании по переизбранию — и опубликовал колонку в местной газете, где прямо заявил о своей ориентации . Несмотря на отдельные проявления грубости со стороны оппонентов, Пит отмечает, что никогда не жалел об этом шаге. Позже он встретил своего будущего мужа Честена через приложение Hinge (пошутив, что в Grinder обычно сидят республиканцы), и это стало началом новой главы его жизни .
Искусство убеждения: Инструкция по деэскалации 1:48:53
Буттиджич приводит случай, который стал для него уроком политической и человеческой дипломатии. Однажды в холле административного здания к нему подошла женщина, известная своими консервативными взглядами. Она сказала: «Я встретила вашего друга, он чудесный» . Пит понимал, что под словом «друг» она имела в виду его партнера, и для неё это было огромным шагом в преодолении собственных предубеждений.
«Если бы я начал читать ей лекцию о разнице между "другом" и "партнером", я бы тут же толкнул её обратно в объятия людей, которые не желают мне добра», — объясняет Пит . Он убежден, что политика — это искусство убеждения, а не командования. Демократам, по его мнению, стоит перестать называть людей расистами или гомофобами только за то, что они не находятся в той же точке мировоззрения. Вместо этого нужно приглашать их посмотреть на вещи иначе, сохраняя их чувство достоинства .
Буттиджич связывает это с общим кризисом «чувства принадлежности». Ранее он упоминал деградацию промышленности в Индиане, и теперь уточняет: когда рабочему с автозавода предлагают переучиться на помощника медсестры, это бьёт по его идентичности . Если политики не учитывают это чувство утраты своего места в мире, люди становятся готовы «сжечь дом дотла», голосуя за радикальные перемены .
Эмпатия в спорах о трансгендерных правах 1:52:32
Обсуждая одну из самых острых тем современной американской политики — права трансгендеров, Эндрю Шульц отмечает, что обе стороны конфликта часто руководствуются одним и тем же инстинктом: желанием защитить детей . Буттиджич соглашается, призывая к взаимной эмпатии:
- Нужно понимать страх родителей, которые не хотят, чтобы школа принимала важные решения за их спиной .
- Необходимо сочувствовать детям из числа самого преследуемого меньшинства, которые просто пытаются найти свое место .
- Важно признать искреннее желание людей сохранить честную конкуренцию в женском спорте .
Пит подчеркивает, что корень проблемы — в отсутствии личного общения вне интернета. Алгоритмы соцсетей, о которых шла речь ранее, заставляют нас видеть в оппонентах лишь безликие аккаунты, достойные «унижения» . Вне клавиатур, по мнению Пита, люди гораздо человечнее.
Он вспоминает свой армейский опыт: когда солдаты выезжают на задание «за периметр», им абсолютно неважно, демократ ты или республиканец, и с кем ты спишь дома . Единственное, что имеет значение — можешь ли ты профессионально выполнять свою работу и прикрывать спину товарища. Буттиджич считает, что обществу катастрофически не хватает пространств, где люди узнавали бы друг друга как личности прежде, чем узнают о политических взглядах друг друга .
Братство по оружию и «армейский юмор» 1:59:41
Отвечая на вопросы ведущих о реакции сослуживцев на его каминг-аут, Пит вспоминает, что в 2014 году армейская среда была полна специфических шуток, которые сейчас могли бы счесть оскорбительными . Однако, когда он открылся, реакция была на удивление достойной. Многие офицеры и сержанты просто нашли повод лишний раз проверить, всё ли у него в порядке, что Пит счел очень трогательным .
Более того, выяснилось, что некоторые из тех, с кем он годами служил плечом к плечу, находились в той же ситуации и тоже скрывали свою ориентацию . Несмотря на консерватизм многих сослуживцев, человеческое доверие, выстроенное в тяжелых условиях, оказалось сильнее идеологических барьеров . Завершая главу, Пит с юмором обсуждает с Шульцем феномен «white boy fun» и признается, что каминг-аут перед любящими, но либеральными родителями заставил его сердце биться так же сильно, как при угрозе подрыва на самодельном взрывном устройстве в Афганистане .
👨👩👧👦 Испытание отцовством и цена амбиций 2:11:27
Переход от карьеры в бизнесе и на государственной службе к семейной жизни стал для Пита Буттиджича самым сложным вызовом в жизни. После долгого пути принятия своей идентичности и жизни в «тени» в консервативной Индиане, о чем собеседники упоминали ранее, Пит и его супруг Честен решились на усыновление. В августе 2021 года в их жизни появились близнецы — сын Гас и дочь Пенелопа.
Будни с близнецами: от рефлюкса до «ампутации» занозы 2:11:27
Пит Буттиджич признается, что никакая работа в правительстве или служба в армии не сравнится по уровню нагрузки с первыми неделями отцовства. «Я понимал, что это будет вознаграждением, но я не осознавал, насколько это будет физически тяжело» . Режим кормления каждые три часа на практике означал бесконечный цикл: кормление двоих младенцев занимало значительное время, а из-за рефлюкса у дочери её приходилось держать в вертикальном положении еще полтора часа после еды .
Политик с юмором вспоминает нелепые слухи и мемы из правых аккаунтов, приписывавшие ему использование странных конструкций для кормления грудью: «Я просто использовал обычные бутылочки, как и все» . Трудности усугублялись тем, что дети родились недоношенными и в начале жизни столкнулись с серьезными медицинскими проблемами. Пит вспоминает это как самое пугающее время в своей жизни, когда родители буквально считали каждый миллилитр съеденной смеси .
Сегодня детям три с половиной года, и их воспитание наполнено моментами, которые невозможно предугадать. Буттиджич описывает случай с занозой у сына как «ампутацию времен Гражданской войны»:
- Ребенок плакал от страха и боли.
- Родители чувствовали огромную вину, боясь, что это станет его первым травматичным воспоминанием.
- В момент, когда занозу удалось извлечь, мальчик сквозь слезы прошептал: «Спасибо» .
Отцовство заставило Пита пересмотреть и то, как он объясняет свою работу. Пенелопа часто спрашивает его перед сном: «Расскажи про свою работу». Это стало отличным упражнением по упрощению сложных смыслов . Вместо терминов о комитетах и регуляциях Пит говорит дочери, что он «делает самолеты безопаснее» или «чинит сломанные мосты» .
Межрасовое усыновление и реальность «разных списков» 2:19:33
Опыт усыновления открыл Буттиджичу глаза на скрытые социальные фильтры в США. Семья прошла через процедуру «внезапного усыновления»: звонок застал Пита в дороге, и уже на следующий день они держали новорожденных близнецов в больнице в сельской местности на Среднем Западе .
Пит подчеркивает, что система усыновления в Америке далека от «цветовой слепоты». По его словам, любой, кто считает, что расового вопроса в стране не существует, должен столкнуться с процессом адопции. Он обнаружил, что в агентствах существуют буквально разные списки ожидания:
- Список для тех, кто хочет усыновить исключительно белого ребенка (он намного длиннее).
- Общий список без предпочтений по расе .
Шокирующим открытием стало и то, что финансовые условия зависели от расы ребенка: для усыновления не-белых детей порой не требовалось внесения депозита или полагались «скидки» . Дети Пита — смешанной расы, и это накладывает на него как на белого отца особую ответственность. Он учится ухаживать за их волосами, используя специальные масла и кондиционеры, и признает, что не всегда сможет быть для них лучшим советчиком в вопросах расовой идентичности . «Белому человеку легко не замечать свою расовую принадлежность, но моим детям мир будет напоминать об этом постоянно», — говорит политик .
Дилемма амбиций: McKinsey против государственного служения 2:26:59
Обсуждая свое возвращение к частной жизни после поста министра транспорта, Пит Буттиджич затронул тему личных амбиций. Он признает, что политика накладывает огромную цену на семью, которая не подписывалась на публичность . Именно желание проводить больше времени с детьми и ставить семью на первое место стало одной из причин, по которой он отказался баллотироваться в Сенат от штата Мичиган в этом цикле .
Путь Пита в политику начался с осознанного отказа от финансового благополучия. После Гарварда он работал в престижной консалтинговой компании McKinsey, где получал шестизначную зарплату и летал по всему миру . Однако наступил переломный момент:
«Я работал над сложной базой данных по ценообразованию на продукты для одной сети супермаркетов. В какой-то момент я пошел за кофе и меня пронзила мысль: мне всё равно. Я хотел делать работу хорошо, но мне было плевать, победит ли эта компания своих конкурентов» .
Буттиджич понял, что будет счастливее и продуктивнее, занимаясь вещами, которые важны сами по себе, а не потому, что за это платит клиент. Его «спортивная злость» и интерес к политике окончательно оформились, когда он увидел, как казначей его родного штата Индиана пытался через суд заблокировать администрацию Обамы в спасении компании Chrysler . Для Пита, выросшего в Саут-Бенде, где крах автопрома разрушил тысячи жизней, это стало примером того, как политические игры могут вредить реальным людям. Это осознание окончательно перетянуло чашу весов от частного бизнеса к служению обществу .
🏳️🌈 Готова ли Америка? Лидерство, технологии и вызов неравенства 2:30:31
Стеклянный потолок идентичности: урок Барака Обамы 2:32:31
Размышляя о своем политическом пути, Пит Буттиджич вспоминает, что его карьера не была результатом холодного расчета. После сокрушительного поражения на выборах казначея штата Индиана в 2010 году , он сосредоточился на местном самоуправлении, став мэром родного Саут-Бенда. Вопрос о том, готова ли Америка к президенту-гею, Пит рассматривает через призму этого личного опыта и истории страны.
Буттиджич отмечает, что избиратели зачастую оказываются гораздо прагматичнее, чем предполагают политические аналитики. Когда Пит совершил каминг-аут, будучи мэром в консервативной Индиане, он не только не потерял поддержку, но и переизбрался с более высоким результатом . Это стало доказательством того, что лидерские качества и реальные результаты для людей значат больше, чем личная жизнь политика.
Наиболее ярким примером преодоления «искусственных барьеров» Буттиджич считает победу Барака Обамы. В 2008 году Индиана, которая не голосовала за демократов со времен Линдона Джонсона, внезапно поддержала темнокожего кандидата с необычным именем .
- Если бы за полгода до номинации кто-то искал «самого безопасного» кандидата, способного вернуть Индиану демократам, никто бы не указал на Обаму .
- Единственный способ узнать, готов ли народ к переменах — это выйти к избирателям и предложить им свое видение.
Пит уверен: нельзя позволять гипотетическим страхам перед предрассудками блокировать таланты. Лидерство — это не соответствие шаблону, а способность вести за собой .
Битва за технологическое первенство: EV и искусственный интеллект 2:34:46
Обсуждение международной конкуренции неизбежно сводится к противостоянию с Китаем. Пит Буттиджич признает, что США сталкиваются с «свирепой конкуренцией» на мировой арене. Пока социальные сети заполняются рекламой высокотехнологичных китайских электромобилей (EV), Америка должна пересмотреть свою стратегию .
Для Буттиджича лидерство США в XXI веке зависит не только от военной мощи, но и от «внутреннего фундамента». Он проводит параллель с Холодной войной: США победили СССР не только за счет оружия, а потому что жизнь в Америке была привлекательнее . Чтобы сохранить статус первой державы, необходимо инвестировать в базовые вещи:
- Качественную инфраструктуру и образование.
- Доступность создания семьи внутри страны.
- Технологическое превосходство в производстве чистой энергии.
Пит подчеркивает, что Китай делает ставку на электромобили не из заботы об экологии, а ради геостратегического контроля над рынком будущего . В этом контексте он поддерживает жесткие меры против недобросовестной конкуренции со стороны КНР, включая точечные тарифы, если они способствуют росту внутреннего производства, например, строительству гигантских заводов по производству батарей в Мичигане и Индиане .
Особое беспокойство вызывает сфера ИИ. Буттиджич предупреждает, что Китай может опередить США, если американская система образования не адаптируется. Владение ИИ должно стать такой же базовой компетенцией, как умение пользоваться электронной почтой . В качестве тревожного сигнала он упоминает курьезный случай, когда нынешнее руководство в сфере образования, читая текст по суфлеру, ошибочно называло AI (Artificial Intelligence) как «A1», демонстрируя пугающий отрыв от реальности .
Экономическое неравенство как экзистенциальная угроза 2:41:02
Самым серьезным внутренним вызовом для США Буттиджич называет катастрофический разрыв в доходах. Пока зарплаты рабочих стагнируют десятилетиями, выплаты топ-менеджерам взлетают до небес . Пит убежден, что это не просто экономическая проблема, а прямая угроза демократии.
«Ни одна республика в истории не выживала долго при таком уровне неравенства, оставаясь при этом республикой», — предупреждает он . Огромная концентрация капитала в руках «мега-миллиардеров» неизбежно конвертируется в политическую власть, что ведет к дестабилизации всей системы .
Буттиджич предлагает ряд решений:
- Изменение налоговых стимулов: Компании должны получать налоговые льготы, если они лучше заботятся о своих сотрудниках .
- «Дивиденды» от технологий: Поскольку современные инновации (интернет, mRNA-вакцины, ИИ) базируются на разработках, оплаченных налогоплательщиками еще в 60-х годах, граждане имеют право на долю от прибыли, генерируемой этими технологиями .
- Борьба с бедностью: Демократическая партия должна перестать фокусироваться только на «среднем классе» и начать открыто говорить о проблемах 100 миллионов малообеспеченных американцев .
В завершение беседы Пит подчеркивает важность уважения к избирателю. Он критикует подход «координальных элит», которые обвиняют рабочих в голосовании против собственных интересов. По мнению Буттиджича, политик должен не поучать, а предлагать конкретные стратегии, которые сделают жизнь обычного человека лучше и защитят его от несправедливости налогового кодекса, где корпорации зачастую платят меньше, чем их сотрудники .
Подводя итог, Буттиджич призывает Демократическую партию к созданию «соблазнительных» и выполнимых стратегий, которые смогут конкурировать с популистскими лозунгами оппонентов, ранее обсуждавшимися в интервью .
