Режиссер Дени Вильнёв в деталях раскрыл процесс создания одной из самых сложных и знаковых сцен фильма «Dune: Part Two» — первого полета Пола Атрейдеса на песчаном черве. В интервью для Vanity Fair он рассказал о балансе между верностью роману Фрэнка Герберта, сложнейших практических эффектах в пустынях Абу-Даби и глубоком символизме, который несет этот эпизод.
🪱 Культовая сцена как ключ к экранизации 0:00
Поездка на песчаном черве (Шаи-Хулуде) — это не просто зрелищный аттракцион, а важнейший ритуал инициации в культуре фрименов . Именно через это испытание Пол Атрейдес окончательно принимается племенем и доказывает свое право быть частью их мира.
Дени Вильнёв признается, что при работе над диалогами этой сцены он старался держаться как можно ближе к тексту оригинального романа Фрэнка Герберта . В напутствиях Стилгара перед испытанием чувствуется глубинная связь: персонаж Хавьера Бардема фактически становится для Пола приемным отцом, помогая ему залечить психологические раны после гибели семьи .
Режиссер особо отмечает актерскую работу Тимоти Шаламе. Во время съемок актер привнес в сцену тонкую иронию и юмор, сбалансировав суровый тон наставлений Стилгара своей реакцией «прямого человека» (straight man), что сделало эпизод живым и объемным .
🗣️ Язык фрименов и гендерное равенство в пустыне 2:03
Во второй части франшизы Пол и его мать Джессика полностью погружаются в культуру обитателей Арракиса. Для Дени Вильнёва принципиальным моментом было активное использование Chakobsa (вымышленного языка фрименов) . Лингвист Дэвид Питерсон, разработавший этот язык для первой части, проделал колоссальную работу, чтобы перенести книжные диалоги на экран и расширить их для фильма .
Режиссер также пошел на сознательные изменения в касте ради подчеркивания идей Фрэнка Герберта:
- Персонаж Шишакли в романе был молодым мужчиной, но в фильме его роль исполнила актриса Сухейла Якуб .
- Вильнёв объясняет это решение желанием усилить женское присутствие в племени фрименов. По его мнению, Герберт в своей книге заявлял о полном равенстве мужчин и женщин как воинов, но сам текст романа не всегда наглядно это демонстрировал .
Как утверждает Дени Вильнёв, сам Фрэнк Герберт был разочарован тем, как публика восприняла его первый роман . Читатели увидели в «Дюне» прославление Пола Атрейдеса как супергероя, тогда как автор задумывал книгу как предостережение против мессианских фигур . Именно поэтому Герберт позже написал повесть «Мессия Дюны», ставшую своеобразным критическим эпилогом .
👁️ Новая роль Чани и эволюция «глаз Ибада» 4:04
Чтобы вернуть фильму первоначальный критический посыл Герберта, Дени Вильнёв изменил роль Чани, которую сыграла Зендея . В оригинальной книге Чани быстро уходит на второй план, становясь просто тенью и преданной сторонницей Пола. В фильме же она выступает в качестве «критической дистанции» для зрителя. Через её взгляды и реакцию аудитория понимает, какую опасную трансформацию претерпевает Пол Атрейдес .
Спешка при подготовке ко второй части наложила свои ограничения на производство . Тем не менее, съемочной группе удалось совершить технологический скачок. Если в первой части знаменитые синие «глаза Ибада» (эффект от употребления пряности) приходилось детально прорисовывать вручную для каждого кадра, то для «Dune: Part Two» было разработано специальное программное обеспечение на базе искусственного интеллекта . Это позволило добиться недостижимого ранее уровня реализма и точности прорисовки глаз актеров .
🏜️ Одиночество в дюнах и «пение» песков Арракиса 6:17
Дени Вильнёв признается в любви к экстремально минималистичным кадрам, где человек показан лишь крошечной точкой на фоне бескрайнего горизонта . По мнению режиссера, эта страсть уходит корнями в его канадское детство, прошедшее среди открытых пространств. Такие визуальные решения призваны вернуть человека к его истинному масштабу перед лицом природы и передать медитативное величие пустыни .
Огромное внимание было уделено звуковому ландшафту. Звукорежиссер Ричард Кинг специально отправлялся в пустыню, чтобы записать особый шуршащий звук смещающегося песка, напоминающий потустороннее пение . Этот аутентичный природный шум стал основой для всей атмосферы пустынных сцен .
🎬 «Семинар по червям»: Как перенести невозможную сцену на экран 7:40
В романе Герберта момент, когда человек запрыгивает на гигантского червя, описан весьма уклончиво . Дени Вильнёв понимал, что эта сцена станет центральной для фильма:
«Я знал, что если эта сцена получится успешной, то у меня будет фильм» .
Для реализации своей идеи режиссер организовал специальный «семинар» для съемочной группы, где буквально на пальцах объяснял коллегам физику и логику поездки на черве . Требование снимать все при естественном солнечном свете повергло команду по визуальным эффектам в шоковое состояние из-за колоссальной сложности задачи .
Вдохновением для создания саспенса послужил культовый триллер Стивенa Спилберга «Челюсти» . Идея о том, что невидимая угроза под водой (или под песком) пугает гораздо сильнее, легла в основу сцены ожидания червя Полом . Фримены используют плоские пространства между дюнами, чтобы рассчитать траекторию движения монстра, и Пол должен идеально рассчитать время для прыжка .
🔊 Звуки природы вместо монстров 10:58
Вильнёв настаивал на том, чтобы компьютерная графика была бесшовно интегрирована в реальные пейзажи . Звуковой дизайн червя также создавался вопреки классическим голливудским канонам:
- Звукорежиссер Ричард Кинг отказался от использования рыка динозавров или типичных монструозных криков .
- Вместо этого звук Шаи-Хулуда основан на трении его гигантского тела о камни и песок.
- Звуки сравнивали со скрежетом гнущегося на ветру небоскреба или со звуками замерзшего озера зимой в Канаде, издающего сюрреалистичный, но абсолютно органичный треск .
В процессе прыжка Пол совершает ошибку и приземляется не совсем туда, куда планировал. Дени Вильнёв в шутку сравнивает этот момент с ситуацией, когда человек опаздывает и буквально упускает свое «такси Uber» . Этот нюанс был добавлен специально, чтобы показать, что Пол еще только учится выживать в пустыне.
🏗️ Инженерный ад в Абу-Даби: Искусственные дюны и гигантские цилиндры 12:34
Практически все кадры погони и прыжка снимались на натуре в Абу-Даби, без использования хромакея (за исключением самого червя) . Однако создатели столкнулись с неожиданной проблемой: из-за особенностей ветров в ОАЭ крутые склоны дюн были повернуты не в ту сторону, которая требовалась для идеального освещения кадра .
Чтобы снять идеальный кадр, где каскадер бежит по солнечной стороне дюны, которая обваливается в тень, съемочной группе пришлось построить собственную гигантскую искусственную дюну .
Технология создания эффекта обрушения песка под ногами бегущего человека включала сложнейшие инженерные решения:
- Внутри искусственной дюны были проложены три массивных металлических цилиндра .
- Каждый цилиндр был привязан к тяжелому грузовику.
- В момент бега каскадера грузовики поочередно с разницей в доли секунды выдергивали цилиндры из-под песка, заставляя склон лавинообразно осыпаться под ногами бегущего .
- Каскадер должен был рассчитать скорость бега с точностью до секунды, после чего он падал на скрытые под песком маты .
Из-за жестких требований к углу солнечного света у съемочной группы было всего несколько десятков минут ранним утром в течение многих дней, чтобы отрепетировать и снять этот сложнейший трюк.
⚙️ Полет на гироскопе под настоящим солнцем 15:40
Для съемок самого процесса поездки на спине червя команда построила огромную механическую платформу, детально имитирующую текстуру кожи чудовища . Эта конструкция была установлена на мощный гироскоп (gimbal), способный двигать платформу на огромной скорости под разными углами . Инженер по спецэффектам Герд Нефцер разработал уникальную систему программирования движений для этой машины .
Съемка каждого отдельного кадра планировалась под конкретное время суток, чтобы тени и блики солнца на актере идеально соответствовали реальному освещению пустыни . Для имитации падений платформу наклоняли вплоть до вертикального состояния, заставляя Тимоти Шаламе преодолевать силу тяжести на пределе физических возможностей [17:06 - 17:35].
🦖 Биология червя и сакральная музыка Ханса Циммера 18:13
Дизайн песчаного червя, созданный художником-постановщиком Патрисом Верметтом еще для первого фильма, опирался на строгую биологическую логику . Шаи-Хулуд должен был выглядеть доисторическим существом, чья анатомия полностью адаптирована к экстремальным температурам и давлению под песком .
В книге фримен удерживает червя на поверхности, отгибая одну из его чешуек крюком и обнажая нежную внутреннюю плоть. Вильнёв посчитал, что для киноэкрана этого недостаточно. Он придумал добавить на тело червя дыхательные клапаны (vents), воздействие на которые наглядно демонстрирует уязвимость гиганта и заставляет его оставаться на поверхности .
Во время съемок на гироскопе актеров непрерывно обдували гигантские промышленные вентиляторы, бросая в лицо тонны настоящей пыли и песка, чтобы передать ярость стихии .
Особую роль в создании ощущения сакральности момента сыграла музыка Ханса Циммера . Композитор, будучи страстным поклонником оригинальной книги, изначально выражал опасения по поводу экранизации:
«Анс дал мне предупреждение: "Хорошая ли это идея — браться за мечты своего детства? Разве мы не обречены на провал? Ты не можешь перенести на экран весь потенциал подростковой мечты"» .
Тем не менее, после завершения работы над обоими фильмами Дени Вильнёв с гордостью констатирует: сцена поездки на черве оказалась максимально близка к тем образам, которые он рисовал в своем воображении, будучи подростком .
